Том 40 Глава 990 Цепь Кармы (1)

Потусторонний мир, именуемый Адом, простирается так же широко, как и наш мир. Здесь существует общество, столь же упорядоченное, как и человеческое, но если человеческое общество основано на сознании, то общество Ада — на эмоциях, что обуславливает иную траекторию его развития. Главное отличие заключается в том, что если основой нашего мира служит вода, то в Аду — огонь. Небеса здесь обычно затянуты огненными облаками, и вместо холодного дождя на землю изливается обжигающее пламя. Этот огонь, достигая поверхности, растапливается, превращаясь в лаву, которая стекает в гигантские огненные реки. Вдоль их берегов возникают города, и в каждом, без исключения, имеются сооружения, известные как очистные установки. Среди них — лавовые дамбы, регулирующие поток огня, душильные фабрики, контролирующие его качество, и плиты, где Адский огонь неустанно кипит. Все эти очистные сооружения находятся под общим управлением «Корпорации Управления Огненными Ресурсами», обладающей наивысшей властью в Аду.

— А-а-а-а-а!

Из кабинета президента Корпорации Управления Огненными Ресурсами, или просто Огненной Корпорации, донесся пронзительный крик. В звуке, полном боли, ощущались и нотки наслаждения. Дверь кабинета распахнулась с силой.

— Госпожа президент! Что случилось?

Президент, сидевшая, закинув ноги на стол, спешно сжалась в комок и обернулась.

— Кия! Что такое?

Секретарь Монорас спокойно произнес: — Просто услышал шум и зашел проверить.

Глаза Леты, главы Огненной Корпорации, сузились, и она холодно окинула Монораса взглядом с головы до ног. Красновато-коричневая кожа, свиная голова, худшая и низшая из демонических пород, в которой отсутствовал какой-либо след интеллекта.

«Почему такой тип… занимает должность секретаря Огненной Корпорации?»

Хрюк-хрюк. Хрюк-хрюк. Когда Монорас начал втягивать воздух носом, будто что-то вынюхивая, лицо Леты исказилось.

— Что ты делаешь?

— Ничего особенного. Фух-ха. Фух-ха.

Ее хриплый, заложенный голос вызывал тошноту, но еще больше раздражало то, что он был самым бесстыжим типом во всем Аду.

— Монорас.

— Да, госпожа президент.

Лета шевельнула пальцем.

— Подойди сюда на минутку.

— Мне уже нужно идти работать. Я занят.

Когда его неповоротливое тело не сдвинулось с места, она, словно ожидая этого, быстро кивнула.

— Хорошо, хорошо, просто подойди сюда.

Монорас, моргая глазами и явно выражая всем своим видом нежелание, подошел к столу.

— Зачем? Вы собираетесь дать мне что-нибудь поесть…

Не успел он договорить, как она, оперевшись руками о стол, перепрыгнула через него и со всей силы ударила Монораса кулаком в челюсть.

— Ты, ублюдок, совсем обнаглел!

Свиное тело, пробив стену кабинета президента, с глухим стуком врезалось в стену коридора. Лета, подбежав со всей скоростью, пнула его в живот и яростно принялась топтать ногами.

— Я же говорила не входить без разрешения! Я говорила это более трехсот миллионов раз! Ты сейчас меня игнорируешь?

С каждым ударом Леты раздавался звук, похожий на тот, что возникает при замешивании мяса.

— Хрюк! Хрюк!

Лета крупными шагами последовала за Монорасом, который, издавая звуки, будто его забивали, катился по коридору.

— Сколько еще тебе нужно получить, чтобы образумиться? Я — президент! Понял? Отвечай! Кто здесь президент?

— Я-я, я президент!

— Аааах! Как же бесит!

Пнув Монораса в живот, она отправила его громадное тело в потолок, откуда оно вертикально рухнуло вниз.

— Ха! Ха!

Схватившись за живот и проливая слезы, Лета, глядя на свиное лицо, перевела дух.

— Я президент! Я! Поэтому для тебя не я, а ты!..

— Госпожа президент.

С конца коридора донесся голос. Свежий голос, не характерный для Ада. Однако такова была их профессия — информаторы. Женщина с рогами, похожими на козьи, приближалась кошачьей походкой, прижимая к груди папку с документами.

— У вас по-прежнему прекрасные отношения.

Лета, тяжело дыша, бессмысленным взглядом посмотрела на Монораса, затем подняла голову.

— Что случилось?

— А, да. Вошли двое живых людей. Из седьмого района Варамона, в Гробнице Позвоночников. Это жертвы иного типа, нежели Соным.

Лета вздохнула, вспомнив о том, как система очистки вышла из строя из-за запечатывания алтарей.

— Какой это тип?

— Тайцзи¹.

— Что-о-о?!

Глаза Леты расширились от изумления.

— Это же сверхкрупные эмоциональные образования! Нет, нет! Сейчас почти все очистные сооружения по всей стране парализованы. Это невозможно очистить.

Информатор пожала плечами.

— Даже если вы так говорите…

Для Огненной Корпорации это была проблема, которую необходимо было решить, отложив все остальные дела.

— Ай, чёрт! Какой же безумный человек это сделал!

Тайцзи — это явление, когда две концепции, обозначающие друг друга, сливаются воедино. Обычно это временное, единичное явление, но сам факт того, что они попали в Ад, уже являлся проблемой.

— Обычными табу они бы даже до порога Ада не добрались. Как же, чёрт возьми, они сюда попали?

— Гм. Тип Цепи Кармы — мир форм. Они достигли Первоначала через усиление добра и зла.

— Фу, — Лета скривилась от отвращения. — Какие же мерзавцы эти типы. Я понимаю, когда зло принимает, но как добро может отвечать тем же?

— Похоже, это был способ сдержать зло.

— Хм.

Пока Лета, подперев подбородок, погрузилась в размышления, снизу донёсся громкий храп. Монорас, незаметно уснувший, во сне пробормотал: — Хе-хе-хе, госпожа президент, щекотно.

Кровь бросилась в лицо Леты, и несколько прядей её волос встали дыбом, словно от удара током.

— Ай! Ну всё!

Не дав ему опомниться, она пнула его, и лицо Монораса с грохотом врезалось в стену.

— М-м-м, м-м-м.

Лета, утирая слёзы, отвернулась.

— И такой тип — мой секретарь! Уволить нельзя, а самой уйти я не могу. Неужели нет никакого бога?

Подобно тому, как Величайшая Звезда управляет ресурсами реального мира, Лета является существом, управляющим ресурсами потустороннего мира. Единственная разница — это экстремальный рабочий стресс в компании, где нет ни отдыха, ни выхода на пенсию.

* * *

Седьмой район Варамона. Место, где были навалены брошенные кости с вырванными позвоночниками, получило название «Гробница Позвоночников». Там уродливые дети, без исключения, бродили вокруг могил и высасывали костный мозг. Это был род, называемый «лимб». Их боевая мощь была невелика, но в жестокости им не было равных. Их сгорбленные худые ноги и глаза, жаждущие костного мозга, не выражали никаких эмоций.

— Уаааа!

От грохота, прозвучавшего в воздухе, лимбы разбросали кости и быстро разбежались в стороны. Пространство замерцало, и на могилу упали мужчина и женщина, обвившие друг друга телами.

— Кья!

Этелла застонала, уколотая острыми костями, и лицо Шагала также исказилось.

— Фух. Фух.

Придя в себя и осмотревшись, они поняли, что оказались в месте, совершенно отличном от реальности.

— Где мы?

— Наверное… это Ад.

Шагал снова повернул голову и увидел Этеллу, всё ещё лежащую внизу, которая спокойно сказала: — Тебе ведь больше некуда идти, кроме как сюда.

— Ха!

Шагал встряхнул плечами и рассмеялся.

— Ха-ха-ха! Так вот оно что? Ты прощала меня и всё остальное лишь для того, чтобы затащить сюда?

— Ты разочарован?

Смех резко оборвался.

— Нет.

Градом посыпались скоростные клинки, и один из них Шагал поймал.

— Разочарована будешь ты. Из-за такого типа, как я, угодить в Ад. Но что поделать? Отныне то, что ты испытаешь, будет не Ад, а я.

Язык Шагала лизнул лезвие клинка.

— Ты ведь уже мертва, так что не можешь умереть снова? Или можешь? Давай попробуем экспериментально?

Скоростной клинок вонзился в плечо Этеллы.

— Кья!

Одновременно с этим Шагал, почувствовав боль от пронзания клинком собственного плеча, инстинктивно отшатнулся.

— Чёрт! Что за?!

Этелла, приподняв верхнюю часть тела, с удивлённым выражением лица ощупала свою грудь.

— Это?..

Цепь, берущая начало от сердца, пронзила одежду Шагала и соединилась с её грудью.

— Чёрт!

Когда Шагал потянул цепь на себя, Этеллу охватило потрясение, словно душу вырывало из тела.

— Кья!

Этелла поползла вперёд, а Шагал, испытав тот же шок, рухнул на землю. Оба подумали об одном и том же: — Мы связаны.

Посчитав, что требуется больше информации, Шагал поднял скоростной клинок и уколол себя в бедро.

— Кья! Что ты делаешь?!

Этелла схватилась за колено и разозлилась, однако теперь это стало окончательно ясно.

— Хм.

Нужно захватить инициативу. Шагал снова потянул цепь, но на этот раз Этелла ответила тем же методом. *Щёлк!* В момент, когда цепь натянулась до предела, их обоих затрясло, словно от удара током.

— Кхьяяяя!

Сжавшись в комок и ожидая, пока боль утихнет, они кое-как привели мысли в порядок.

— Вляпались по уши. Это что, мои грехи?

Шагал повернул голову и увидел, что Этелла также смотрит на него с растерянным выражением лица.

* * *

«Получается! Получается!»

Пейзаж реальности исчез, и Райан увидел, что всё в его поле зрения окрасилось в красный цвет. В тот миг боль от горения исчезла.

— Кхьяяя!

Он почувствовал, как предельные эмоции быстро остывают, однако возвращения в реальность не произошло. В определённом смысле… он умер.

— Ну да и ладно.

Райан, проверив, на месте ли Идея, взялся за рукоять и осмотрелся по сторонам. Вокруг были одни демоны-преты. Не в силах стерпеть голод, они как безумные хватали и поедали камни.

— Кхе-кхе! Кхе-кхе!

Демон, у которого камень застрял в горле, закашлялся, затем, обнаружив Райана, замер. Тысячи претов, почуявших запах живой плоти, уставились в его сторону. Запах серы был отвратителен, воздух раскалён, но, по крайней мере, это было не то горение огнём.

— Может, разомнёмся?

Глядя на претов, уже сокращающих дистанцию, Райан достал большой меч.

— Киееее! Мясо! Мясо!

Издавая непонятные звуки, преты собирались со всех сторон, подобно наполняющейся воде. Райан уверенно сделал шаг вперёд и в тот миг, когда собирался горизонтально взмахнуть большим мечом.

— Кья!

Сердце словно загорелось, становясь обжигающе горячим, и силы стремительно покинули всё тело.

«Что такое?»

Увернувшись от удара и перекатившись по полу, Райан выставил свой огромный меч вперед, ощупывая грудь. Его тело оказалось насквозь пронзено, словно рамой. Вместо сердца там пульсировал алый камень, обвитый бесчисленными мелкими цепями.

«Неужели из-за этого?»

Когда он попытался напрячься в таком состоянии, цепи начали наматываться с невероятной скоростью, и они вспыхнули.

— Хыыыы!

Райан скривился от обжигающей боли, в то время как преты захлопали в ладоши.

— Геенна! Геенна!

Хотя точное значение этих слов оставалось неизвестным, общий смысл был вполне понятен.

«Понятно. Огонь не потух. Просто в этом месте огонь реальности действует иначе».

Вероятно, это и есть «Геенна».

— Не имеет значения.

Слегка приподняв уголки губ, Райан поднялся.

— Продолжайте атаку.

Преты снова собрались, и Райан, игнорируя боль, без колебаний размахивал мечом. Слабые преты не могли ему противостоять, однако чем больше он двигался, тем сильнее разгорался огонь в его груди. Дым повалил изо рта Райана.

— Хыыыы!

Преты осознали его силу, но, не сдаваясь, продолжали тянуть время. Цепи вышли из груди Райана и в какой-то момент впились в землю. Райан, не заметив этого, бросился вперед, но сила натяжения отбросила его верхнюю часть тела назад, и он упал на колени.

— Кых!

Сил больше не осталось. Словно предвидя это, преты издали чудовищные вопли и одновременно набросились на Райана.

— Мясо! Я съем тебя!

В тот самый миг, когда преты вонзили свои острые клыки, Райан, стиснув зубы, поднял свое тело.

— Такой огонь…

Цепи, воткнувшиеся в землю, натянулись до предела и, словно раскаленные, стали багровыми.

— Геенна! Геен…

Преты прекратили свои действия и огляделись. Земля превратилась в лаву и запульсировала, а тела их сородичей потекли, как расплавленная масса.

— Как ты посмел использовать Геенну!..

Божественное Трансцендирование. Когда Райан двинулся вперед, раскаленные цепи вырвались, сжигая воздух вокруг.

— Хииик! Адский огонь!

Преты отступили, а чистая магия потекла по цепям прямо в сердце.

— Хыыыы!

Одновременно с этим, из легких, словно от пожара, из уст Райана начал вырываться густой дым.

1. Тайцзи — это состояние до разделения Небес и Земли, первозданный хаос, еще не разделенный на Инь и Ян. Взаимозависимое взаимодействие двух противоположных сил Инь и Ян. Великий Предел.

2. Геенна — в авраамических религиях (иудаизм, христианство, ислам) символ ада, место вечных посмертных мучений грешников, часто описываемое как огненное озеро.