Том 41 Глава 1019 Закулисная работа (4)

Бенахар стремительно собирал вещи.

«Нужно бежать».

Он не знал, куда направиться в этом безбрежном океане, но точно осознавал, что его место — не на этом судне. Его спутник, наблюдавший за ним издалека, с недоумением поинтересовался: — Господин секретарь, что-то случилось?

— Всё закончилось. Абсолютно всё.

Он второпях убрал в сумку часы, приобретённые за баснословную сумму, и застегнул молнию.

— Ты тоже живо собирайся. В худшем случае этот корабль может пойти ко дну.

Хотя Бенахар обычно не говорил пустых слов, на этот раз его речь звучала совершенно непонятно.

— Корабль пойдёт ко дну? Из-за демонов? Или приближается цунами?

Бенахар замер. Действительно ли Яхве представлял большую опасность, чем демоны или цунами, о которых упомянул его спутник?

— Хы-ы-ы...

Когда перед его взором вновь предстал взгляд Широна, увиденный днём, его состояние начало ухудшаться. Насколько же ограничено человеческое восприятие?

«Невозможно было даже вообразить, пока собственным телом не ощутишь реальное существование этого».

— Господин секретарь.

Наблюдая, как Бенахар сотрясается, словно обезумевший, спутник всё больше проникался подозрениями.

— Вам нездоровится? Вызвать врача?

— Яхве… — Бенахар стиснул зубы. — Яхве находится на этом корабле. Сейчас он ведёт переговоры с главой МИД.

— Тогда это отличная новость. Как вы знаете, господин Кернз — непревзойденный переговорщик. Конечно, Яхве также пользуется поддержкой Башни Слоновой Кости, но в таком случае…

— Хи-хи. Хи-хи-хи-хи.

То ли из-за абсурдности ситуации, то ли от охватившего ужаса, из его горла вырвался смех.

— Ты знаешь, кто такой Яхве?

— Один из четырёх сверхлюдей, символ всеобщей любви. Его присутствие здесь обусловлено помощью беженцам. Лично я полностью поддерживаю его.

Было время, когда поддержка одного из четырёх направлений — добра, зла, всеобщей любви или пустоты — распространялась среди политиков подобно модному течению…

— Ты думаешь, это возможно?

Лишь столкнувшись с абсолютной истиной воочию, как Бенахар, можно наконец осознать это.

— Любить всё человечество — ты действительно веришь, что это способен сделать человек? Ни в коем случае. Это крайняя степень мысли, доведенная до безумия. Это не здравый рассудок. Это монстр.

Спутника моргнул.

— Крайнее зло — это плохо, а Яхве — хорошо? Нет, никто из четырёх направлений не является нормальным. Они находятся за пределами человеческого понимания и просто сражаются, пытаясь навязать свои убеждения.

— Но… Яхве ведь хороший человек.

— Я видел.

Рука Бенахара дрожала.

— Тот взгляд. Тот разум. В тот момент, когда он подумал, что ему безразлично, взорву ли я парусник, Яхве…

Это не было ни убийственным намерением, ни враждебностью, ни гневом.

— Да, безразличие. В тот момент Яхве определенно почувствовал, что моё существование просто «не имеет значения». Это, как ни крути, не человеческая эмоция.

Это было близко к логике божества.

— Когда это происходит, голова пустеет. Невозможно ничего придумать. Переговоры, сделки… подобные вещи делают только люди в мире людей.

Если можно спасти всё человечество, то Широну необязательно оставаться человеком.

— Мир, где не действует здравый смысл. Но я хочу оставаться человеком. Хочу зарабатывать деньги, встречаться с женщинами, жить, гордясь даже ложной славой. Все прилагают усилия именно для этого. Я ухожу.

Не дожидаясь ответа спутника, Бенахар распахнул дверь и вышел. С глухим стуком дверь захлопнулась, оставив после себя лишь хаотичный вид комнаты, столь же беспорядочный, как и его собственные мысли.

Кернз был недоволен.

— Хм.

Улыбка Широна вызывала неприятные ощущения, но ещё больше раздражало то, что его козыри оказались бесполезны.

— Даже если вы так говорите, я не знаю, кто такой этот Ферми. Он что, знаменитость?

— Одноклассник из академии магии.

«Какая чушь».

Если уж речь зашла о личных связях, то любой ответ сделал бы его глупцом.

— Ха-а. Господин Широн, давайте не будем так себя вести, мы же профессионалы. Если позволить эмоциям взять верх, то в межгосударственных…

— Кернз, — прервал его Широн. — Убери руку.

Кернс, всё ещё обнимавший Ранги за талию, дёрнул челюстью, вступая в поединок взглядов. Удушающая тишина . Через мгновение рука, змеино обвившая талию, незаметно ослабла и вернулась на прежнее место.

— Прошу прощения, если я вас задел.

Кернс избежал прямого столкновения, однако его взгляд, устремлённый на Широна, оставался холодным.

— Я не имел намерения вас задеть. Я лишь хотел подчеркнуть, что у господина Широна есть выбор.

— Именно поэтому ты третьесортный.

Тон снова стал спокойным, но содержание слов не оставляло желать лучшего.

— Я упомянул имя одноклассника, потому что никто не знает меня лучше него. Нет, я никогда не встречал человека, который проникал бы в суть людей так откровенно, как он.

Познав стиль переговоров Кернза, можно было наконец догадаться о стратегии Ферми.

— Само предложение сделать выбор означает, что ты ничего обо мне не знаешь. Возможно, этот парень… — хотя воспоминания об этом не сохранились. — …не оставил бы мне никакого выбора. Ситуация, в которой остаётся только подчиняться. Он это понимает.

В противном случае Широн никогда бы не согласился на сделку с наркобароном.

— Меня это начинает злить.

На самом деле, он уже кипел от гнева.

— Мне совершенно безразлично, достанется ли Ранги пиратам или Великая Звезда поможет мне. В любом случае, это не мои потери. Вот что означает искусство ведения переговоров.

Кернз протянул руку, словно предлагая что-то.

— Остается лишь выбор господина Широна. Взять Ранги или отказаться от нее. Что еще осталось здесь?

— Твоя готовность.

Глаза Широна сузились, излучая холод, и вся столовая затряслась.

— Ч-что это?!..

Кернз неуверенно вскочил, а лицо Ранги, озирающейся по сторонам, побледнело.

— Не беспокойся. Я не собираюсь давить силой. Просто... мне это неприятно.

Готов ли он принять даже такое?

— Истинная причина моего недовольства в том, что предложенные варианты выбора полностью исключают возможность моего отказа от чего-либо.

— Нет, это…

Когда Кернз попытался обойти стол, глаза Широна распахнулись.

— Садись.

Даже если бы он не подчинился приказу, его ноги уже дрожали, и он не мог больше держаться на ногах.

Широн продолжил: — Поэтому теперь я хочу поменяться ролями. Если я выберу один из предложенных вариантов, я почувствую себя побежденным. Мне станет настолько паршиво, что я могу потерять рассудок. Вероятность — пятьдесят на пятьдесят. Ну вот, теперь мы в равных условиях, так что продолжим переговоры. Если ты говоришь, что выбор необходим, хорошо, я сделаю выбор. Но что произойдет потом, я и сам не знаю…

Широн спокойно добавил: — Сможешь ли ты справиться с этим? Общественное мнение о Яхве.

Если он полагал, что, взяв заложника, сможет занять выгодную позицию на переговорах, то он знал Широна лишь наполовину.

«Ничего не изменится. Если я скажу, Широн сделает выбор. Но что будет потом…»

Действительно ли это то, с чем он сможет справиться?

«Нет. Он не станет топить корабль. Это просто блеф. Я столько раз сталкивался с подобными угрозами».

Это было правдой, но человек, находившийся перед Кернзом, был совершенно иного склада.

«А что, если он действительно это сделает?»

Это было искреннее опасение, и он осознал, что значит вести переговоры на равных со Звездой Башни Слоновой Кости.

— Ранги.

Он изо всех сил старался скрыть эмоции, но лицо Кернза уже исказилось от унижения.

— Иди к господину Широну.

Широна всё ещё раздражало то, как тот обращался с людьми, словно с вещами, но ключевым моментом в переговорах с заложниками была хладнокровность.

— Э-э-м…

Ранги, немного поколебавшись, поспешно поправила одежду и переместилась на место рядом с Широном. Дрожь корабля прекратилась, и на лице Широна вновь появилась улыбка, как будто ничего не произошло.

— Благодарю за вашу заботу. Вы поистине мастер переговоров. Будущее Арахны светло.

Это была искренняя похвала.

— Ха-ха-ха! Действительно, против вас не устоять. Я отчаянно пытался занять выгодную позицию, но вы меня переиграли.

Наблюдая за Кернзом, обмахивающимся складным веером, Широн еще больше повысил свою оценку.

— Нет. Если результат хороший, то и отлично. Раз главный вопрос решён, разве мелкие вопросы не уладятся быстро?

— Конечно. Эй, есть еще еда? Всё уже остыло. Принесите что-нибудь горячее.

Сотрудники немедленно заменили блюда, и Кернз, встав, собственноручно налил вина.

— Давайте выпьем. За процветание Арахны и Башни Слоновой Кости. Я также буду стараться изо всех сил.

Человеческие мысли невозможно прочитать, но иногда и не стоит углубляться в них.

— Да. Хороший тост.

Широн, чокнувшийся бокалом в центре стола, поднес сладкое вино к губам.

«Как же тяжело…»

Роскошная люстра на потолке казалась чужой, словно из другого мира.

«Где... я сейчас нахожусь?»

* * *

На следующее утро.

Аварийная сирена парусника, на котором находился Широн, разнеслась по горизонту. Люди на корабле приглушили звук, и все, закрывая лица, вышли на палубу.

— Что такое?! Что случилось?

Пока люди, отвечающие за охрану порядка, успокаивали толпу, Широн направился в капитанскую рубку.

— Что происходит?

— Нападение! Это пираты.

Когда капитан указал на северо-восток, на горизонте замелькали черные точки.

— Дионес?

— Вероятность высока, но они еще не вошли в территориальные воды, — сказала Фойне. — Если они планировали это, то попали точно в цель. В случае поимки позже они смогут от всего откреститься. Проблема в том...

— В чем? — Широн склонил голову набок.

— Переговоры с Арахной ведь закончены. Зачем они пришли так далеко в открытое море? И с такой большой армией...

Можно предположить только одно.

— Они изначально не собирались вести переговоры с Арахной.

— Я тоже так думаю. Они хотят украсть все сокровища, которые Арахна отправила в качестве дани, а затем сделать вид, что ничего не было. Это мышление, достойное пиратов, но... — Фойне тихо продолжила: — Это не та стратегия, которую стоит применять против такой мощной державы, как Арахна. Интересно, в чём их уверенность?

— Артефакт Майки.

Это была первая пришедшая на ум мысль.

— Начните эвакуацию. Затем на максимальной скорости удалимся от гражданских. Нужно закончить до того, как враги войдут в зону поражения.

— Попробуем.

Капитан, взяв мегафон, прокричал: «Внимание всем пассажирам на борту! Чрезвычайная ситуация! Женщины и дети, за исключением обученных специалистов, немедленно направляйтесь к спасательным шлюпкам сектора A7! Повторяю!»

Пока люди покидали корабль через кормовую часть, Широн и Фойне добрались до носа судна.

— Миракл Стрим.

Когда сгустился свет, образуя огромную линзу, вдалеке стали различимы корабли.

— Военные корабли с вооружением.

В тот же момент с одного из кораблей поднялся столб дыма, и прогремел выстрел из пушки.

— Что?

Дистанция была слишком велика для попадания снаряда, поэтому Широн вышел из-за линзы, чтобы рассмотреть всё своими глазами. Невероятно быстрый объект приближался по прямой, будто игнорируя гравитацию.

«Скорость превышает звуковую?»

Люди, спешащие к спасению, обернулись, с изумлением указывая на небо.

— Артиллерийский обстрел…

Не успели слова слететь с губ, как ядро оказалось совсем близко, и Фойне заслонила собой Широна. Раздался оглушительный треск.

— Вот это да.

Фойне, отброшенная на палубу, одной рукой придерживала ядро у головы.

— Любопытная штуковина.

Дым поднимался из смятого металлического шара.