Том 42 Глава 1024 Мир вечного цикла (1)

Широн устремил свой взор на исполинский глаз, возникший в промежутке между двумя башнями. Несмотря на то, что он был скрыт за непроглядной завесой, очертания напоминали глаз, и казалось, он проявлял признаки жизни.

— Кто вы?

Ответа не последовало, но Широн предположил, что они могут быть не способны к общению. Когда он отвернулся от башен, глаз, к его величайшему изумлению, последовал за ним.

«Он наблюдает за мной».

Если бы это существо явилось из внешнего мира, все известные человечеству истины были бы опровергнуты.

— Я знаю, что вы здесь. Предоставьте мне доказательство, что угодно.

Сам факт того, что врата сверхъестественно древней цивилизации открылись, не являлся достаточным подтверждением того, что это внешний мир.

«Мне нужно услышать это собственными ушами. Нет, даже если это будет не звук, а что-то иное, что могло бы служить подтверждением».

Бессмысленно, если из глубин врат не исходит ничего, кроме механического отклика. В этот самый момент глаз замигал. Возможно, это был особый сигнал, а возможно, и нет, но Широн, переполненный ожиданием, задал вопрос: — Это внешний мир? Если есть причина, по которой вы не можете говорить, моргните дважды.

Реакции не последовало. Какими бы словами он ни пытался убедить, казалось, что глаз действовал совершенно независимо от присутствия Широна. Столкнувшись с последней истиной и будучи не в состоянии сделать ни шагу вперед, Широн охватил гнев.

— Скажите мне, почему мы существуем? Откуда мы пришли и куда направляемся?

Взирая на безучастный глаз, ему показалось, что с самого начала у него не было никакого интереса.

«Я не могу сдаться».

Широн незамедлительно испробовал все методы, которые приходили ему в голову, один за другим. Результат — полный провал. Не добившись ни единой значимой реакции, Широн достиг состояния полного психического истощения.

— Как же это тяжело.

Возможно, все, что пытался сделать Широн, для глаза было лишь одним из множества явлений.

«Что бы ни делал жук, человеческому глазу это кажется просто беспорядочным движением».

Широн опустился на землю и принялся осматривать руины Майки, где не было обнаружено никаких следов пребывания людей.

«Это совершенно пустынное место».

Ощущение полной пустоты, казалось, подтверждало равнодушие Богов.

«Был Бог, у которого было сердце».

Широн, на короткое время погрузившись в воспоминания, с горькой усмешкой обратился к глазу: — Гофин там?

Это было лишь выражение тоски, он ничего не ожидал.

— Гофин Макклейн. Мой отец. Хотелось бы, чтобы у него всё было хорошо. Я очень скучаю по нему.

В этот момент глаз моргнул дважды, впервые.

— А?

Широн резко вскочил, пораженный этим прорывным изменением, произошедшим впервые с момента его прибытия сюда.

— Ты только что ответил? Если ты что-то знаешь!..

Не успев закончить фразу, он увидел, как глаз исчез за завесой, и Широн закусил губу.

«Вернись. Вернись, я сказал».

Хотя было маловероятно, что его чувства передались глазу, тот снова появился. *Киии.* Раздался мощный ультразвук, и Широн, нахмурившись, согнулся и отступил.

— Кхук!

Казалось, тот пытался что-то сообщить, но даже Система Ультима не могла этого расшифровать.

«Не пытайся понять».

Даже мельчайший фрагмент сигнала, передаваемый глазом, превосходил бы Проповедь Нане. Передались эмоции, близкие к вопросительным, и вскоре высокочастотная волна стабилизировалась.

— Синданг.

Глаза Широна распахнулись.

«Расшифровано».

Информация поступала в обратном порядке, подобно тому, как это было во время битвы с Георгием, но это, несомненно, был протокол этого мира.

— …Запрещено ынпхинго ынлакхмак.

В тот момент, когда он услышал последние слова, раздался оглушительный грохот, и сознание Широна вылетело из тела.

«Нет! Нельзя останавливаться на этом!..»

Он изо всех сил пытался удержаться, но руины Майки полностью превратились в пыль.

— Кхук!

Когда Широн, окутанный магнитным полем, вернулся в реальность, к нему подбежала Фойне.

— Господин Мессия! Вы в порядке?!

— Кха! Кха!

Не успев даже осознать, что это реальность, Широн мысленно воспроизвел ситуацию, произошедшую мгновением ранее.

— Я слышал.

— Что? Что вы имеете в виду…

Пока ничего не было понятно, но шок от того момента ярко отпечатался в его памяти.

— Он пытался передать мне нечто.

Пока Фойне и Кайос ничего не понимали, раздался голос Кальта.

— …Вот как.

Широн поднял голову и увидел Кальта, который с ошеломленным выражением лица откинулся на спинку стула.

— Что случилось?

За спинкой стула, на котором сидел Кальт, мозговое вещество и кровь были разбрызганы, словно картечь.

Фойне произнесла: — Голова взорвалась, а затем сразу же господин Мессия вновь появился.

Когда Широн, поднявшись по лестнице, оказался перед Картом, его угасающий взгляд обратился к Широну.

— Тот глаз… говорил с тобой?

Был один вопрос, который непрестанно мучил его с тех пор, как он получил резонанс через Опартс. Что там есть?

— Кальт.

Широн почувствовал родство. Хотя он не знал его философии или мыслей, эмоции, ощущаемые через электрическое поле, были идентичны.

«Откуда мы пришли?»

Возможно, с момента открытия Зоны Духа, он бежал лишь ради того, чтобы найти этот ответ?

«Это так досадно».

Даже когда мы живем, едим, спим и размножаемся, мы не знаем, кто мы.

«Человек, человечество…»

Этот факт настолько печален, что его невозможно вынести.

— Но всё равно повезло, что смог убедиться перед смертью. Нет, даже то, что я умираю, смешно.

Жизнь покидала глаза Кальта.

— Я… действительно ли я жил в этом мире?

Это были его последние слова.

Широн, на время забыв о том, что он пират, закрыл веки Кальта.

«Это было опасное путешествие».

Тот факт, что мозг Кальта разнесло, когда его принудительно отключили от информации сверхдревней цивилизации…

«Если бы это был я?»

Возможно, он бы не поддался так легко, но против внешнего мира нельзя было ничего гарантировать.

«Я должен найти это сам».

Нужен был способ безопасного подключения без подчинения Опартсу.

— Брат, брат.

Освобождённый из заточения Джакра с недоверчивым видом подошёл к Кальту.

— Он правда умер?

Зайдя за стул и убедившись, что голова снесена, он поднял обе руки вверх.

— У-ха-ха-ха! Брат умер! Теперь всё кончено! С сегодняшнего дня король Дионеса — я!

Другие пираты тоже поддержали его.

— Чёрт! Я думал, мы сдохнем от тоски! Он каждый день нёс такую чушь!

Наблюдавший за этим зрелищем Кайос спросил: — Что нам делать?

— Сначала свяжите всех… остальное сделайте по своему усмотрению.

Услышав слова Широна, Джакра, сильно надавив на виски, проявил убийственное намерение.

— Ха-ха! Уже поздно! Моя способность… а?

Другие пираты тоже повторяли то же самое, что и Джакра, но пространственный прыжок не удался.

— Опартс был только у Кальта. Теперь, когда его сознание исчезло, вы — обычные люди.

Пока пираты застыли с пустыми лицами, Широн сказал Кернзу: — Впустите беженцев. Остальные дипломатические процедуры я беру на себя. А что касается Ранги…

Сообразительный Кернз поклонился.

— Ничего не случится. Если она захочет, мы немедленно вернем её на родину.

Будет ли Ранги проблемой? Если она сможет осуществлять все полномочия Дионеса, то для Арахны это огромная возможность.

«Конечно, в Святилище это станет долгом…»

Но такова уж политика.

Когда Широн, миновав пиратов, вышел из замка, Фойне поспешила за ним следом.

— Господин Мессия, что нам делать?

— Для начала… не хотите ли немного отдохнуть?

Они защищали 20 тысяч беженцев, и у них не было ни одного спокойного дня.

— Мудрое решение. Но что потом?

— Нужно делать то, что можем.

Тот факт, что были найдены доказательства существования внешнего мира, не меняет того, что произошло сегодня.

— Было бы ложью сказать, что я не взволнован. Но когда-нибудь мы тоже найдём окончательный ответ. И…

Широн обернулся к Фойне.

— Чтобы этот день настал, разве мы не должны сначала жить? День за днём, изо всех сил.

Им просто нужно продолжать жить так.

— Понятно.

Фойне, осознав, что в мире всё ещё существует любовь к человечеству, с облегчением улыбнулась.

* * *

Поверхность Луны. Нане смотрел на планету людей сверху вниз.

«Сверху вниз?»

На Луне, одиноко находившейся в космическом пространстве, направление бессмысленно, но это было именно так.

— Что важно?

Когда созерцаешь с Луны, даже трагедии, происходящие на этой голубой планете, кажутся чужими…

— Почему они должны страдать?

Сердце Нане болело ещё сильнее.

— О Будда.

Шура увидела, как мечи Проповеди, густо воткнутые в радиусе 100 метров, заколебались.

— Понемногу становится опасно.

Поскольку Проповедь обеспечивала среду, в которой живое существо может выжить в космосе, было бы досадно, если бы она разрушилась.

Рев проник сквозь бесформенный защитный барьер.

— Ки-а-а-а! Ки-а-а-а!

Космическое существо дестура, состоящее из мозга, было привлечено мыслями Нане.

— Кр-р-р-р! Бу… дда!

Когда рука, изогнутая, как серп, прорвала защитную стену, по ней, словно трещины, распространились золотые электрические разряды.

— Космос отвергает меня?

Дестура, материализующийся через чужие мысли, был главным виновником, препятствующим побегу человечества с планеты. Наблюдая, как монстр постепенно проникает внутрь защитного барьера, Шура сглотнула.

«Когда определённая мысль осознаёт космос, эти твари неизбежно собираются. Воистину ужасная раса».

Согласно её исследованиям, даже драконы, пытавшиеся покинуть планету 600 лет назад, были схвачены дестурой и упали, разорванные на куски.

— Кро-а-а-а! Кро-а-а-а!

Когда гигантское чудовище просунуло верхнюю половину тела внутрь защитного барьера, через трещины начал выходить воздух.

— Я остановлю его.

В тот момент, когда Шура скрестила руки, чтобы использовать Гештальт, Нане сказал: — Гость идёт.

Шура, не меняя позы, обернулась к планете.

— Что?

Будто метеор пробивает атмосферу, к Луне приближалось что-то раскалённое докрасна.

«Должно быть трудно даже просто вырваться из гравитации планеты».

Присмотревшись ещё немного, Шура поняла, кто это был, объятый пламенем, и вздохнула.

— Ха, почему именно…

Воплощение каменной обезьяны, Сунь Юджон, приближалась, бесконечно удлиняя воткнутый в землю посох. Притянутая лунной гравитацией, она приземлилась, уменьшила Жуи и яростно выпалила: — Наконец-то нашла. Чёрт возьми.

Нане, поняв по движению губ, улыбнулся.

— Если ты внучка Громовержца, то подняться на Луну для тебя не будет чем-то странным, но…

Дестуры, целившиеся в Будду, сменили цель и начали приближаться к ней.

— Ты понимаешь, где оказалась?

Она, раскаленная, словно раскаленное железо, оглядела монстров и достала еще один посох. Райан когда-то разбил его на две части, но так как длину можно было регулировать, два посоха были все равно что один.

Нане усмехнулся.

— Игон стиль?

Сунь Юджон, опустив посохи в обеих руках, склонила голову набок и пробормотала: «Что за чушь…»

В тот самый момент, когда восьмиметровый дестура на поверхности луны поднял обе руки.

— Ки-и-и-и!

Сунь Юджон, испустив из глаз золотое сияние, оскалила обезьяньи клыки и ринулась вперед. В почти вакуумной тишине посохи начали бешено колотить дестуру.