Том 37 Глава 899 Омега (1)

— Всё началось.

В глазах Блица, наблюдавшего за горным хребтом Альфонес с небес, мелькнули искры. Через двустороннюю сеть передавались мысли короля драконов, Не Знающего Равных — Караторсы.

«Язык драконов».

Язык драконов был основан на двоичном коде.

«Минимальная единица информации, что формирует реальность».

Поэтому он был точен.

«Человеческий язык описывает красный как бесконечный спектр… но двоичный код может точно выразить всевозможные оттенки красного во всей Вселенной».

«В нашем общении нет никаких искажений».

Предел бесконечной регрессии. Именно поэтому драконы могли создавать общую базу данных, объединяющую их мысли.

«Но в конечном счёте, это всего лишь доступ к информации».

Система Ультима, записанная в базе данных драконов, не обладала ничем выдающимся.

«Однобитная система».

Система Ультима способна воспринимать любой сигнал в этом мире как он есть.

«В мире, полностью разобранном на части, ты столкнёшься лишь с пустотой… ни одна информация не существует по-настоящему. Но в этой безмолвной пустоте есть лишь одна вещь, которая может проявиться».

Сердце. В месте, где нет ничего, течёт лишь сознание.

«Это и есть человек».

Скоро Широн тоже это поймет.

«Только человек может превзойти права администратора и нанести удар внешнему миру».

Это возможно лишь тогда, когда все сознания, все квантовые сигналы объединяются в одно.

«Так было с геянами».

Столкновение Системы Ультима и Акашических записей.

— Это то, что ты должен увидеть.

Взгляд Блица пронзил иллюзию горного хребта Альфонес и устремился вглубь земли.

Широн, окутанный великим светом Караторсы, прервал свои размышления и заговорил: — Вся информация мира… вы говорите о всеведении?

Его Система Ультима без труда воспринимала двоичный код Караторсы.

— Это не научные знания, определённые людьми. Знание — это всего лишь область интерпретации. То, что я передаю тебе, существует само по себе.

Свет, словно обретя массу, сдавил Широна.

— Я — хранитель времени, Караторса. Без времени нет явлений. Не может быть ни тепла, ни распада, ни льда.

Поэтому он и Не Знающий Равных.

— Только я могу развернуть мгновенные сигналы, формирующие этот мир, в единицы времени. И теперь я передам тебе эти записи. Всё в этом мире, от начала до конца времени.

Мощный голос проник в его сознание: — Всеведение. Омегу.

Знание заключено в потоке времени.

«История всего».

Широн вспомнил день, когда в библиотеке семьи Оджент он завершил формирование позвоночника знаний.

«Путь мага».

Тогда всё и началось. А теперь искатель истины стремился охватить всё в этом мире.

— Я приму это.

Необъятный поток данных начал просачиваться сквозь свет Широна.

— Это будет долгое путешествие.

Буквально начало Вселенной. Его «я» постепенно растворялось, возвращаясь к той точке, пока не исчезло полностью.

— А-а…

Всё обрушилось на него.

В начале был свет.

«Ха-а…!»

Широн резко открыл глаза, ослеплённый неописуемым шоком.

«Я…»

Записи Караторсы представляли собой бесконечную последовательность двоичного кода, но…

«Анке Ра?»

Своими десятью чувствами, превосходящими время и пространство, Широн поглотил весь мир целиком.

«Что это?»

Когда Анке Ра впервые осознал своё существование, его охватило сомнение в причинности.

«Может, это сон?»

Разве он мог просто появиться из ниоткуда?

«Или, может, это и есть сон?»

В мире, где не было даже времени, Анке Ра размышлял, пока не пришёл к выводу: — Я не знаю.

Может, существовал какой-то реальный мир, а может, это была всего лишь иллюзия без субъекта.

— Всё, что есть, — это то, что я воспринимаю.

Программа сознания — Бог. Сознание Анке Ра, первого познавшего мир, распространилось через квантовые сигналы. Из единого поля отделились восемь концепций, и под стремительным бегом времени сформировалась Вселенная. Солнце и бесчисленные планеты начали двигаться по своим Законам под воздействием первичной силы.

«Начало Закона».

— Непредсказуемо для человеческого разума, но причинно-следственные связи уже были предопределены с этого момента.

Согласно этим Законам причинности, в зоне Златовласки возникло нечто, достойное называться жизнью.

«Клетка».

Простейшие органические вещества, проходя через эволюцию и естественный отбор, породили бесчисленные виды.

Окружающая среда всё ещё была суровой.

— Величайшая Звезда.

Из кипящего моря медленно поднялся на сушу Аргонес, отец всех живых существ.

— Родилось величайшее создание.

К тому моменту, когда Аргонес, произнеся эти слова, снова открыл рот, прошло огромное количество времени.

— Мутант.

Там, куда повернулась Величайшая Звезда, в небе парило существо, известное даже Широну как сильнейшая форма жизни.

«Караторса».

Пока драконы во главе с Не Знающим Равных захватывали землю, море и небо, Величайшая Звезда промолвила: — Жалкие дети.

Аргонес согласился.

— Со временем среда стабилизируется. Но если этот вид сохранится, баланс экосистемы будет разрушен.

Они были своеобразным прототипом.

— Если возможно, сейчас же…

Когда от тела Аргонеса повеяло убийственным намерением, Величайшая Звезда печально посмотрела на него.

— Я считаю, что всякая жизнь драгоценна.

— Это твоё личное мнение? Любопытно.

Как существа, порождённые единым Анкэ Ра, они изумлялись столь разным взглядам.

— Это же мои дети. Всё это моя вина. Если бы я только создала лучшие условия…

— Закон не имеет смысла.

Аргонес её прервал.

— Мы находимся на заре творения. Дисбаланс в одной сфере со временем приведёт к неконтролируемым последствиям. Я существую ради всей биосферы, а не ради отдельных видов.

Широн осознал, что именно тогда начался конфликт между Аргонесом и Геей. Но в эпоху Широна драконы всё ещё существовали как Апостолы Времени. Что же тогда произошло?

Омега вновь потекла. Все события, сплетённые временем и пространством, сливались воедино, делая всеведение абсолютным.

КРУУУУУУУУААААА! Рёв дракона, переданный на языке двоичного кода, материализовался в сознании Широна. Десятки расколотых лун роняли осколки, окрашивая небеса, в то время как метеориты сыпались вниз.

— Почему…

Караторса, врезавшийся в землю, с трудом поднял голову.

— Ты хочешь уничтожить нас?

— Потому что вы слишком сильны.

Голос Аргонеса был ледяным.

— Для живых существ нет предначертанных границ, но вы превысили всякое воображение. Можешь считать это славой.

Изначально они были просто могущественными созданиями. Но их невероятный интеллект, отточенный в экстремальных условиях, после бесконечных регрессий…

«Источник Мира».

…достиг уровня, где они могли управлять самими явлениями.

— Как это может быть причиной для уничтожения?

— Я не знаю.

Даже Аргонес не знал.

— Мы существуем без причины, и вся история творится миссией, превосходящей этот мир.

— Ты говоришь о внешнем мире?

Анкэ Ра определил всё в этом мире, но оставался один необъяснимый факт. Откуда он взялся?

— Жизнь наследует гены предков. Но Анкэ Ра иной. Когда существо рождается из ничто, можешь ли ты представить его мысли? Это просто миссия. Миссия наполнить этот мир жизнью.

— А если однажды эта миссия исказится?

Аргонес наклонил голову, и после очередного долгого молчания ответил: — Что бы ни случилось с целым — оно останется целым.

— Тогда в чём смысл жизни? Только Анкэ Ра может видеть новые сны. Если всё живое будет стёрто, что тогда останется от нас?

— …К чему ты клонишь?

— Я говорю о твоей власти. Если такое случится, ты, как ответственный за всех живущих, тоже не будешь невиновен.

Анкэ Ра, Гея и Аргонес родились с миссией управлять вверенными им сферами.

«Моя миссия…»

Караторса произнёс: — Я буду защищать.

Аргонес поднял взгляд.

— Что?

— Даже если Анкэ Ра увидит новый сон, я сохраню сны всех живущих. Стану Апостолом Времени…

Подняв своё огромное тело, Караторса, неся на спине бесчисленных драконов, посмотрел на Аргонеса сверху вниз.

— История не изменится.

Аргонес погрузился в размышления.

«Поистине удивительные существа. Мутанты? Но и это всего лишь часть причинно-следственных связей Закона».

Он хотел верить, что у их существования есть причина.

— Я буду наблюдать.

Когда Аргонес, разрешивший сохранение драконов, развернулся и ушёл, появилась Величайшая Звезда.

— Что?

— Как хорошо, что дети будут в безопасности.

Величайшая Звезда улыбнулась и добавила: — Дорогой.

— …Хм.

Оставив холодный ответ, он прошёл мимо, и Величайшая Звезда, обернувшись, сказала: — Давай встречаться чаще.

Таким был тот мир. Эпоха, когда они считали себя всем, даже не понимая истинного смысла своей миссии.

Широн продолжал поглощать Омегу. И в какой-то момент его десять чувств уловили событие, которое потрясёт основы этого мира.

— Хорошее предчувствие.

Теперь, в стабильной среде, Аргонес и Величайшая Звезда наблюдали за существами на земле.

— Да. Они похожи на тебя.

Как и подобает человечеству, рождённому из земли, мужчины были грубоваты, а женщины — гладкими, словно влажная глина. У всех без исключения было суровое выражение лиц, а металлические на вид волосы, ниспадавшие ниже талии, создавали ощущение несгибаемой силы.

— Назовём их геянаме?

Величайшая Звезда повернулась к словам Аргонеса.

— Ты правда не против?

— Формой они похожи на меня, но всё в них — от тебя. Лучше назвать их геянаме.

Величайшая Звезда обрадовалась.

— Наши дети...

В тот же момент глаза Аргонеса расширились, и в них появился тревожный блеск.

— Что это?

Величайшая Звезда, почувствовав то же самое, подняла взгляд к небу, и Широн последовал её примеру.

«Это не небо».

Бесчисленные вспышки, зародившиеся за пределами мира, обрушились на геян.

— Ввод пользовательского кода, подключение.

Геяне, получившие сигнал, подняли головы, и их глаза вспыхнули золотым электричеством.

— Грррр!

Мужчина, скривившийся от боли, вскоре успокоился и огляделся.

— Это тут? Чёртово захолустье. Будет скучно.

Женщина, похожая на волчицу, поочерёдно разглядывая свои руки, подошла к нему.

— Мы первые. Всё равно, когда сработает код стирания Недостающего Звена, всё забудется, но всё равно как-то не по себе. Обычно это завершается ещё на стадии эмбриона.

Пока другие пользователи уже теряли память, её лицо стало затуманенным.

— А… я тоже.

Свет в её зрачках начал гаснуть.

— Удачи. Увидимся в следующей жизни.

Воспоминания женщины были стерты, и мужчина вновь взглянул на небо, выжидая благоприятного мгновения.— …Начало бесконечного круговорота.Аргонес подошел ближе.— Кто вы такие?Когда мужчина обернулся и улыбнулся, Аргонес был поражен. Казалось, ни одно существо в этом мире не способно было выразить такое совершенное высокомерие.«Этот свет в его глазах… Откуда он взялся? Этот взгляд, смотрящий на всё свысока? Словно он говорит… Я — ваш Бог».