Глава 2

Резко раскрыв глаза, я моментально подорвался, сев на полу палатки. Ни сонливости, ни желания поваляться ещё немного не было, словно организм решил не тратить на это время и сразу задействовал все ресурсы, чтобы напомнить, где мы находимся.

Во рту была натуральная Сахара. Язык прилип к нёбу, горло пересохло настолько, что даже сглотнуть оказалось нечего, а потрескавшиеся губы пришлось с трудом разлеплять. При этом рубаха была мокрой от пота и липла к спине при каждом движении, будто меня прямо в ней окунули в воду.

Причину долго искать не пришлось. Сквозь ткань палатки уже пробивался солнечный свет, и наше ночное укрытие успело превратиться в настоящую баню. Без воды, веника и возможности выйти в прохладный предбанник.

Потянувшись к бурдюку на поясе, я вытащил пробку, жадно приник к горлышку и сделал пару глубоких глотков. Уже успевшая нагреться вода потекла по пересохшему горлу, и я довольно прикрыл глаза, наслаждаясь даже этим слабым облегчением. Вот теперь, действительно, почувствовал себя живым.

Хотелось выпить всё, что осталось. А после найти ещё один бурдюк и повторить процедуру, потому что двумя глотками жажду удалось лишь немного приглушить.

Но я всё же через силу оторвался от горлышка и плотно вдавил пробку, прежде чем желание победило здравый смысл.

Такой роскоши у нас не было. Вчера воду мы не нашли, и никаких причин считать, что сегодня она непременно обнаружится за ближайшим барханом, у меня тоже не имелось. А я всё же не какой-нибудь стихийный маг, чтобы взять и просто призвать воду.

Вернув бурдюк на место, я пару секунд посидел, окончательно приходя в себя, после чего поднялся. Новый день начался, а значит, пора было приниматься за работу. Похрапывающего Вильяма я будить не стал, пусть поспит ещё немного, если получается. Лишние силы ему точно не помешают.

Стоило откинуть полог и выбраться наружу, как солнечный свет ударил в глаза, заставив прищуриться. Следом обжигающий жар накрыл с головой, а ботинок с тихим шорохом погрузился в раскалившийся песок.

Я скосил взгляд на солнце. Оно только-только поднялось над горизонтом, а здесь уже можно было печь лепёшки прямо на земле. Впрочем, после вчерашнего удивляться этому не стоило. Хорошо хоть ночью нас не продолжило жарить, хотя и резкое похолодание особого удовольствия не доставило.

Оглядев лагерь, я заметил одного из охотников, сидевшего возле палатки и укутавшегося в шкуры. Мужчина держал оружие на коленях и смотрел в сторону ближайшего бархана. Судя по всему, дежурил последним и ещё не успел избавиться от ночного утепления.

Коротко кивнув ему, я прошёлся взглядом по палаткам. Ночной ветер припорошил их песком, который забился в складки ткани и небольшими кучками собрался возле растяжек, но все стояли целыми. Ни одна не исчезла, не провалилась под землю и не оказалась разорвана какой-нибудь тварью.

Уже неплохо. Хотя, говоря откровенно, именно нападения я и ожидал. Даже надеялся на него, как бы странно это ни звучало.

Ведь мы сюда за тварями пришли. Было бы значительно проще, явись они сами, чем тратить ещё один день на блуждание по пустыне, даже не представляя, где искать противника. Но когда у меня вообще что-то проходило просто?

Мысленно вздохнув, я повернулся к охотнику. Тот как раз стянул с плеч шкуры и отложил их рядом.

— Нужно собрать лагерь и отправляться, — бросил я, привлекая его внимание.

Мужчина вскинул голову и посмотрел на меня. Выждав пару секунд, чтобы убедиться, что он слушает, я продолжил:

— Разбуди остальных. Завтракайте, если есть чем, пейте, но постарайтесь сохранить как можно больше воды на путь. Неизвестно, сколько ещё времени он займёт.

Тот кивнул, поднялся и поплёлся будить товарищей. Вскоре из палаток донеслись приглушённые голоса, недовольное кряхтение и шорох собираемых вещей.

Я же ненадолго прикрыл глаза, оценивая собственное состояние. Слабость после сна никуда не делась, и причины были вполне понятны. Вчера мы весь день шли по жаре, пили мало, а сегодня я ещё и проснулся в натуральной парилке, успев пропитать рубаху потом.

Воды критически не хватало. По бурдюку на человека для такой пустыни — слишком мало, особенно если неизвестно, когда получится пополнить запасы. А значит, решать вопрос требовалось как можно скорее. Либо находить воду, либо добираться до местных тварей и выбираться отсюда.

Вот только с последним тоже возникла проблема. Я-то рассчитывал на Аномалию привычных размеров, о которых читал в книгах. Пещера, подземелье или что-нибудь подобное, где можно пройти весь путь, потратив на это несколько часов. Даже если пространство растягивалось на пару километров, это всё равно было всего пару километров!

А сколько мы прошли вчера? Несколько десятков? И за всё это время перед нами так и не появилось ничего, кроме очередных барханов. Я даже приблизительно не представлял, насколько далеко простиралась эта дрянь.

Стиснув зубы, я подавил поднимавшуюся внутри злость. Мне и расширяющейся Аномалии хватило бы за глаза, но нет, на этом местные боги решили не останавливаться. Сначала заставили идти сюда, потому что иначе исчезнет всё, что я успел построить и пострадают люди, которых я обязан защищать.

Затем заперли внутри, лишив возможности вернуться. А теперь ещё и выяснилось, что искать выход я могу до тех пор, пока не закончится вода.

Слишком уж удачно всё складывалось. Такое чувство, будто этот мир целенаправленно пытался от меня избавиться, а все боги разом отобрали остатки удачи, чтобы я ненароком не выкрутился.

«Хотите, чтоб я здесь сдох? Хрен вам!» — мысленно прорычал я, распахивая глаза.

В этот момент со стороны одной из палаток донеслись встревоженные голоса. Двое охотников стояли возле входа, приподняв полог, и с явным недоумением заглядывали внутрь.

— Роя нет, — растерянно протянул один из них.

— Так, может, отлить ушёл? — пожал плечами второй, тоже заглядывая в палатку.

— Ага, и Брис вместе с ним? — раздражённо бросил первый, отвесив товарищу подзатыльник.

— Ай! Да за что?! — возмутился мужчина, отстраняясь и потирая затылок. — А может, и с ним! Надо доложить лорду, у нас человек пропал.

— Не надо никому ничего докладывать, я и так вас прекрасно слышал, — жёстко вмешался я, подходя к ним.

Охотники тут же посторонились. Наклонившись, я заглянул в палатку через приоткрытый полог, но внутри, действительно никого не оказалось. Ни людей, ни их вещей, словно оба просто испарились.

Я выпрямился и осмотрел песок вокруг. Следов, по которым можно было бы понять, куда они направились, не было. Впрочем, ночью дул ветер, так что это ещё ни о чём не говорило. Если мужчины вышли достаточно давно, отпечатки вполне могло замести.

— Заберись туда, посмотри, — указал я первому охотнику на ближайший бархан. — Может, реально пошли отлить и мы зря шумим.

Тот кивнул, отпуская ткань. Я же повернулся ко второму и махнул в противоположную сторону:

— А ты заберись на этот и глянь там.

Мужчина тоже кивнул, и оба поспешили выполнять поручение. Я проводил их взглядом, прикидывая, с чего вдруг двое взрослых охотников решили уйти из лагеря, не предупредив хотя бы дозорного.

В это время из соседней палатки выбрался Вильям. Протирая глаза, друг сладко зевнул и потянулся, словно мы находились в крепости, а впереди его ждал завтрак и возможность ещё немного побездельничать.

Вот кому, действительно, плевать, где спать. Мне кажется, этот лентяй и в жерле вулкана умудрился бы продрыхнуть до обеда, если бы его не трогали.

— Что за кипиш с утра пораньше? — сонно пробормотал он, подходя ко мне и пытаясь проморгаться.

— Пропали два охотника, — отозвался я, продолжая следить за мужчинами, поднимавшимися на барханы. — Готовься. Если не найдём, значит, враг может быть где-то рядом.

Сон с лица Вильяма, словно рукой сняло. Он тут же подобрался, положил левую ладонь на гарду меча и коротко кивнул. Ещё мгновение назад зевал, а теперь, казалось, был готов сорваться с места и ударить при малейшем подозрительном движении.

Первый охотник тем временем добрался до вершины левого бархана. Прикрыв глаза ладонью от солнца, он оглядел противоположный склон.

— Ваше благородие, тут ничего нет! — крикнул мужчина через плечо.

Я уже недовольно цыкнул, когда тот вдруг замер. Наклонил голову, словно присматриваясь к чему-то, и неожиданно добавил:

— А, нет, подождите…

Он сделал шаг вниз, затем ещё один и скрылся за гребнем. Я нахмурился, ожидая, что сейчас последует объяснение, но охотник молчал.

— Что там?! — напряжённо окликнул я его.

Но ответом на это мне было лишь долгое молчание.

— Эрд, чёрт побери, ответь лорду! — повысил голос Гордей, успевший подойти к нам.

Ответа не последовало и в этот раз. Мы с Вильямом переглянулись, и друг, поняв меня без слов, тут же рванул к бархану.

— Ваше благородие, я, кажется, что-то нашёл! — донёсся голос второго охотника с противоположной стороны.

Я резко повернулся к нему. Мужчина стоял на вершине и указывал куда-то вниз, но смотрел туда с таким выражением, будто сам не вполне понимал, что видит.

— Тут это… — замялся он, пытаясь подобрать слова. — А, сейчас принесу!

— Стой на месте! — рявкнул я, заметив, что он собирается спускаться.

Но мужчина, словно не услышал. Шагнул вперёд, потом ещё раз, даже не повернув головы в мою сторону.

Гордей, находившийся ближе остальных, бросился к склону. Песок осыпался у него под ногами, мешая подниматься, но охотник упорно карабкался вверх, продолжая кричать:

— Лорд сказал тебе остановиться!

Тот не отреагировал. Его голова скрылась за гребнем, а через мгновение с другой стороны раздалась громкая ругань Вильяма:

— Дерьмище!

Я обернулся. Друг стоял на первом бархане, глядя вниз, и по его лицу было понятно, что ничего хорошего он там не увидел.

— Что там?! — напряжённо крикнул я.

— Его нет, — коротко бросил Вильям, слегка развернувшись ко мне.

— Что значит нет? — вырвалось у меня, когда я уже направился в его сторону.

Но стоило скосить взгляд на соседний склон, как пришлось на секунду остановиться. Гордей почти добрался до вершины и явно собирался повторить путь исчезнувшего охотника.

— Гордей, вернись в лагерь! — резко окликнул я его.

— Но, ваше благородие, там же… — удивлённо начал мужчина, обернувшись.

— В лагерь, я сказал! — непреклонно рявкнул я.

Тот осёкся и тут же принялся съезжать обратно. Убедившись, что хотя бы Гордей меня услышал, я ускорил шаг, поднимаясь к Вильяму. Рыхлый песок подавался под подошвами, а при очередном шаге пересыпался через край ботинка, обдав щиколотку жаром.

Наверху ветер швырнул в лицо сухую песчаную пыль, и мелкие песчинки заскрипели на зубах. Отвернувшись от порыва, я плотно сжал губы, встал рядом с другом и посмотрел вниз, ожидая увидеть хотя бы следы.

Их не было.

Как и самого охотника, который буквально только что начал спускаться с этой стороны. Перед нами лежал пустой склон, покрытый мелкой рябью, а дальше тянулись всё те же бесконечные барханы.

Я оглянулся назад, посмотрев на наши собственные отпечатки. Они прекрасно просматривались до самого лагеря. Да, кое-где края уже осыпались, да и ветер слегка присыпал их песком, но исчезать следы совершенно не собирались.

Какого чёрта?

Охотник ведь не мог уйти далеко за те несколько секунд, что потребовались Вильяму на подъём. И даже если бы рванул бегом, отпечатки остались бы. Здесь же не было ничего, словно мужчина вообще не спускался с бархана.

— Кажется, я начинаю понимать, какого размера задницу ты имел в виду, — хмыкнул Вильям, не сводя взгляда со склона.

Я осадил его тяжёлым взглядом. Думаешь, сейчас время для шуток? Но друг лишь пожал плечами, совершенно не смутившись моим недовольством.

Вернув внимание к песку, я принялся перебирать возможные причины происходящего. Первое, что пришло в голову — зыбучие пески. Вот только слишком уж быстро они должны были сработать, чтобы охотник успел исчезнуть, даже не издав звука.

Аномальные?

Вполне возможно, ведь Аномалии никто толком не изучал. Но через этот бархан мы проходили вчера. И если бы здесь находилась ловушка, в неё угодили бы ещё тогда, хотя бы те, кто шёл первым.

Да и поведение мужчин мне совершенно не нравилось. Особенно второго, который натурально оглох и пошёл вниз, несмотря на мой приказ. Это было уже слишком странно, чтобы списывать всё на обычную невнимательность.

— Готовься, здесь рядом может быть монстр, — негромко бросил я Вильяму.

Тот лишь коротко кивнул, и я заметил, что руку с гарды он так и не убрал. Более того, несмотря на шутливый тон, за окрестностями следил куда внимательнее, чем могло показаться со стороны.

Ага, вот оно что. Специально изображает расслабленность, чтобы тварь решила подобраться поближе?

Идея была вполне разумной. Я тоже заставил себя разжать челюсти и немного опустил плечи, продолжая смотреть на пустой склон так, будто ничего особо примечательного там не происходило.

— Есть какие-то мысли? — поинтересовался Вильям, вопросительно вскинув бровь.

Я задумчиво потёр подбородок, но отвечать пока не стал. Мыслей было достаточно, вот только ни одна из них не объясняла происходящее целиком.

Ладно, попробуем ещё раз. Обычные зыбучие пески отпадают, с ними всё понятно. Но могли ли аномальные появиться здесь за ночь? Мы ведь находились в чужом мире, о котором я знал слишком мало, чтобы уверенно отрицать такую возможность.

Допустим, появились. Но тогда почему охотник перестал нас слышать ещё до того, как спустился? К пескам прилагался барьер, который отрезал звук?

Я мысленно поморщился. Пока это больше напоминало натягивание совы на глобус, лишь бы получить хоть какое-нибудь объяснение. С таким подходом я могу придумать что угодно, вот только искать потом придётся настоящую тварь, а не удобную для моих догадок.

Ветер протащил по склону тонкую струйку песка. Я проследил за ней взглядом, надеясь заметить хотя бы подозрительное движение под поверхностью, но та спокойно рассыпалась у подножия. Никакой воронки, провала или чего-то подобного не появилось.

И ведь охотники сами туда пошли. Что-то увидели и решили проверить, причём второй вообще собирался принести находку. Не позвать нас, не предупредить об опасности, а просто подобрать и вернуться.

Вряд ли он сказал бы такое, заметив зыбучий песок. Да и объяснить, что со склоном что-то не так, несложно. А мужчина стоял и пытался подобрать слова, словно увидел нечто, чего совершенно не ожидал здесь встретить.

Человеческая глупость, конечно, неистребима. Но я всё же рассчитывал, что среди местных охотников, доживших до своих лет, откровенных идиотов нет. В Диком Крае они просто не успевают состариться, особенно если лезут проверять собственными ногами каждую подозрительную яму.

Следовательно, увиденное не показалось ему опасным. Он решил, что может спокойно подойти, и даже не подумал об оружии.

Мог ли под чем-то безобидным скрываться зыбучий песок? Чисто в теории — да. Но тогда мы опять возвращаемся к тому, с какой скоростью человек должен был в него провалиться. И к отсутствию криков, которые мы непременно бы услышали.

Если, конечно, звук не отрезало тем самым барьером.

Я недовольно выдохнул, чувствуя, как по виску стекает капля пота. Опять хожу по кругу. В этом мире, возможно, существовала и такая дрянь, но я никогда не читал о подобных ловушках в пустынных Аномалиях.

Впрочем, тут же пришлось признать неприятный факт. А кто вообще должен был о них рассказать, если наткнувшиеся на такое отряды не возвращались? Вполне могло оказаться, что никто просто не успел оставить после себя хоть какие-то записи.

Вот только опираться на неизвестность я не мог. Мне требовалось найти вразумительное объяснение из того, что я уже знал, иначе мы так и будем стоять здесь, пока тварь не разберёт отряд по одному.

Я начал вспоминать описания монстров. Подходящих вариантов оказалось несколько, но у каждого чего-то не хватало для того чтобы объяснить происходящее. Одни умели приманивать жертву, заставляя её приблизиться. Другие искажали звуки, мешая понять, откуда доносится голос. Третьи могли полностью лишить человека возможности слышать происходящее вокруг.

А здесь всё сошлось сразу. Причём так удачно, что из поля зрения исчезли не только сами охотники, но и их следы.

От последней мысли я невольно нахмурился сильнее. Кое-что подходящее в памяти всё-таки всплыло, вот только с подобным противником мне совершенно не хотелось встречаться.

Существовали твари, способные создавать плотные, полноценные иллюзии. Не просто картинку, которая рассыплется, стоит попытаться к ней прикоснуться. Если такая тварь сотворит яблоко, человек не заметит подвоха, пока морок не развеется. Для него оно будет настоящим.

И вот это уже походило на возможное решение загадки. Охотнику показали что-то, ради чего он решил спуститься, отрезали от наших голосов и скрыли его самого. А теперь я смотрю на ровный песок и пытаюсь понять, куда всё пропало.

Может, никуда и не пропало. Просто я этого не вижу.

Сжав зубы, я ещё раз оглядел склон. Подобные создания были для нас слишком неприятными противниками, чтобы эта догадка хоть сколько-нибудь обрадовала. Да и о тварях с настолько хорошими иллюзиями именно в пустыне я не слышал.

В пещерах? Да. В лесах? Да сколько угодно. Но в пустынях? Подобного в книгах я не встречал и не знал, как с такими бороться.

Хотя… если враг скрывается под маскировкой, то у меня есть кое-что, что может помочь его обнаружить. Глаза не справляются, но Система-то, возможно, увидит больше.

Сосредоточившись на песке у подножия бархана, я применил «Оценку». Затем перевёл взгляд чуть дальше и повторил, после чего взялся за соседний участок. Если эта дрянь находилась поблизости, я хотел узнать об этом прямо сейчас.

Результата не было. Я продолжал водить взглядом по склону, раз за разом используя способность, но ничего похожего на спрятавшегося монстра так и не обнаружил.

После нескольких применений накатила неминуемая слабость. Тело за последнее время заметно укрепилось и привыкло к этой способности, однако откат никуда не делся, и с каждой следующей попыткой напоминал о себе всё настойчивее. Как-никак у всего есть цена и моя способность не исключение.

Я продолжил, проверяя песок ближе к вершине. Потом чуть правее, там, где склон уходил в небольшое углубление. Тоже ничего.

Да где же ты прячешься, сволочь?!

Очередное применение «Оценки» снова не дало результата, а следом по телу прошла новая волна слабости. Я уже собирался перевести взгляд дальше, когда Вильям крепко схватил меня за плечо, стиснув его пальцами через мокрую ткань.

— Эй, Рич, я не знаю, что ты делаешь, но остановись, — твёрдо произнёс он, заставив повернуться к нему.

Я нехотя прекратил использовать способность. Несмотря на окружающую жару, меня пробирал холод, а пропитанная потом рубаха теперь неприятно холодила спину. Но в данный момент это волновало куда меньше того, что где-то рядом исчез человек, которого я сам отправил проверить бархан.

И не один.

Я ведь привёл этих людей сюда. Убедил пойти со мной, взял за них ответственность, а теперь не мог даже обнаружить того, кто их утащил. Более того, пока они выполняли мой приказ, я стоял и смотрел, как они пропадают!

Снова стиснув зубы, я заставил себя отвести взгляд от склона. Продолжать без толку тратить силы было бессмысленно, как бы сильно ни хотелось проверить ещё один участок. Пока система не помогла, и приходилось исходить из этого.

— Я так понимаю, судя по твоему лицу, — задумчиво протянул Вильям, внимательно вглядываясь в меня, — ты знаешь, с чем мы имеем дело?

— Догадываюсь, — коротко отозвался я.

На его вопросительный взгляд я лишь покачал головой и кивнул в сторону лагеря. Обсуждать это стоило сразу со всеми. Особенно то, чего теперь нельзя делать, если мы не хотим потерять ещё кого-нибудь.

Вильям понятливо кивнул, и мы вдвоём съехали с бархана, утопив пятки в рыхлом песке, который с тихим шелестом осыпался вместе с нами. Внизу нас уже ждали охотники, успевшие собраться между палатками.

Взгляды были разными. Кто-то смотрел с тревогой, кто-то со злостью сжимал оружие, словно собирался немедленно броситься на того, кого мы обнаружили. А некоторые просто переводили взгляд с меня на Вильяма, пытаясь понять, что вообще происходит.

Гордей стоял впереди остальных. Увидев, что мы вернулись вдвоём, он заметно помрачнел, но с вопросами лезть не стал.

— Скорее всего, мы имеем дело с тварью, которая обладает возможностью использовать иллюзии по своему усмотрению, — громко объявил я, остановившись перед охотниками. — Она выманивает людей по одному, а затем скрывает их от остальных магией.

Мужчины напряжённо переглянулись. Я обвёл их взглядом и продолжил, выделяя каждое слово:

— Поэтому с этого момента никто один от отряда не уходит. Даже на десять метров.

— Даже отойти поссать нельзя? — выкрикнул охотник из толпы, на что стоящий рядом с ним товарищ ткнул его локтем в бок и бросил тихое: «Не говори поссать при лорде, идиот».

— Даже отлучиться по-маленькому — идём минимум впятером, — жёстко бросил я, обрубая все будущие споры на этой почве. — Между каждым человеком два метра, чтобы, если иллюзия начнёт расширяться, последний мог заметить это и предупредить остальных.

Гордей медленно кивнул, а рядом с ним кто-то поправил прилипший к шее воротник. Солнце поднималось всё выше, и тень от палатки, в которой пытались разместиться несколько мужчин, уже не вмещала всех желающих.

— Замечаете странное — кричите, — продолжил я, стараясь встретиться взглядом с каждым. — Даже если вам лишь показалось. Пусть лучше мы все зря обернёмся, чем кто-нибудь промолчит, решив, что ничего важного не происходит, а потом у нас пропадёт ещё один человек. Ясно?

— Да, ваше благородие…

— Ясно!

— Хорошо, — нестройно отозвались охотники, закивав.

— А что нам делать дальше? — мрачно поинтересовался Гордей.

Я ненадолго задумался. Действительно, что дальше? Оставаться здесь и ждать, пока неизвестная тварь решит повторить свой трюк, я не собирался. Но для того, чтобы найти её, требовалось хотя бы понимать, куда идти.

Вчера мы двигались целый день, и никто не пропадал. Охотники отходили от отряда, в том числе по нужде, и спокойно возвращались. Ничего похожего на сегодняшнее не происходило.

А значит, мы либо зашли на территорию монстра, либо приблизились к его логову. Хотя, скорее всего, это одно и то же. Где-то эта дрянь должна обитать, и если она принялась выманивать людей именно здесь, то мы уже рядом.

Оставалось лишь продолжить путь. Разворачиваться сейчас — означало уходить от единственного места, где нам наконец встретилось хоть что-то, кроме песка. И оставлять пропавших там, куда их утащили.

— Идём дальше, курс не меняем, — уверенно произнёс я.

Насколько вообще можно не менять курс в пустыне без нормальных ориентиров. Но направление, в котором мы шли вчера, я ещё помнил, а значит, пока будем придерживаться его.

— Скорее всего, мы напоролись на логово опасной твари, — пояснил я, вновь посмотрев на охотников. — И оно находится где-то рядом.

Мужчины переглянулись. Один крепче сжал кинжал, поправив хват на влажной от пота рукояти, другой перехватил лук, а Гордей коротко кивнул, соглашаясь с моими словами. По крайней мере, теперь каждый из них был готов к бою.

— Сворачиваем палатки и отправляемся, — распорядился я. — У нас ещё есть шанс спасти товарищей, если найдём их вовремя.