Глава 11

Мы сидели и лопали на завтрак овсянку, к которой можно было добавить десяток видов орехов и ягод, стоявших рядом на блюдцах, когда к нам подошла Перси и раздала расписание. Рона пробежала его глазами и застонала.

- В пятницу сдвоенное зельеварение со Слизерином. И конечно у Снейп!

- И что? - спросила Герта.

- Фред говорит, она своих любимчиков на руках носит, а гриффиндорцев жрёт на завтрак.

Герта машинально потёрла шрам.

Хорошо, что первым уроком стояла травология, плохо что мы фиг знали куда идти, а на пол пути так вообще потеряли Рону из-за внезапно сдвинувшейся лестницы - она прошла вперёд, а мы с Гертой за ней не успели и лестница отъехала.

В итоге, мы с Гертой заблудились окончательно и вышли прямо на смотрителя Филча, сутулого лысеющего мужика с трясущимися щеками. У его ног сидела облезлая серая кошка с жёлтыми фонарями вместо глаз.

- Куда это мы идём? - прошипел Филч. - В запретный коридор, а? Решили, что правила не для нас?

- Мы на травологию, - сказала Герта.

- Травология внизу, - злорадно сказал Филч. - А вы на третьем этаже. Миссис Норрис, запомни этих разгильдяев.

Кошка уставилась на нас так внимательно, что я даже не стал задаваться вопросом, блефует ли Филч или у него реально понимающая человеческую речь кошка.

Травология проходила в теплицах за замком. Преподавала её профессор Стебль, низенькая пухлая ведьма с выбившимися из-под залатанной шляпы седыми волосами и землёй под ногтями. Она мне сразу понравилась.

В первый же день мы пересаживали какую-то колючую дрянь, которая шипела, если тронуть её не с той стороны, а удобряли её драконьим навозом. Пахло ровно так же, как у бабушки на даче, когда привозили машину перегноя, только с лёгкими нотками горелой серы. Я таскал мешки с навозом от двери к столам, по два за раз, и под конец урока Стебль смотрела на меня с неприкрытым уважением.

- Мистер Дурсль, - сказала Стебль, - вы мне нужны на весь год, это как минимум!

Мда, трудотерапия, прям как в летнем лагере. Только вместо картошки копать приходилось драконьи экскременты.

История магии оказалась единственным предметом, который вёл призрак. Профессор Бинс когда-то заснул в учительской у камина, а утром встал на урок, забыв в кресле собственное тело, и с тех пор так и преподавал. Он вплыл в класс прямо сквозь доску, раскрыл конспект и забубнил про восстание гоблинов тысяча шестьсот какого-то года таким ровным голосом, что через пять минут Рона уже спала на парте, а через десять даже я перестал различать слова.

Дальше мысль не пошла. Я проснулся от звонка с отпечатком «Новейшей истории магии» на щеке. Гермиона рядом исписала уже четыре свитка и смотрела на нас с Роной с таким презрением, что Рона демонстративно зевнула ей в лицо. Герта, между прочим, держалась, и у неё в тетради даже было что-то написано.

А потом были чары.

Профессор Флитвик оказался крошечным старичком ростом мне по пояс, с пышными белыми волосами и писклявым голосом. Чтобы видеть класс из-за кафедры, он стоял на стопке толстых книг. Когда он, зачитывая список, дошёл до «Поттер, Герта», то взвизгнул от восторга, взмахнул руками и рухнул со своей стопки куда-то за кафедру.

- Всё в порядке! - пискнул он оттуда через секунду и снова вскарабкался наверх, поправляя мантию. - Всё в полном порядке! Итак, дорогие мои! Я долго думал и решил - никаких вводных лекций! Сразу к делу! Левитационные чары!

По классу пронёсся радостный гул. Гермиона так подалась вперёд, что чуть не легла на парту.

- Смотрите внимательно! - Флитвик поднял палочку. - Движение - взмах и рывок. Взмах... и рывок! А теперь чётко, звонко, без глупостей: Вингардиум Левиоса!

Перо на его кафедре вздрогнуло и плавно поднялось в воздух, на уровень его носа.

Перед глазами у меня звякнуло.

Вингардиум Левиоса - Медный ранг, F- (0/10)

ЕСТЬ! Третье! Пошла жара!

Я чуть не вскочил с места. Герта покосилась на меня, потому что я, видимо, начал улыбаться как идиот. Ну и пусть. Дай бог здоровья этому маленькому человеку.

Флитвик раздал каждому по перу и разбил нас на пары. Я попал с Гертой, а Рона, к своему ужасу, с Гермионой.

- Вингардиум Левиоса! - Рона взмахнула руками, как мельница. Перо не шелохнулось.

- Не так! - тут же сказала Гермиона. - ЛевиОса, а не ЛевиосА. И ты машешь слишком широко.

- Сама тогда попробуй, раз такая умная!

Гермиона закатала рукава, взмахнула, рванула и чётко произнесла формулу. Её перо поднялось над партой и зависло там, покачиваясь.

- Великолепно! - Флитвик захлопал в ладоши. - Все посмотрите! Мисс Грейнджер справилась! Пять баллов Гриффиндору!

Рона стала одного цвета со своими волосами.

Я взял палочку. Взмах и рывок, ударение на «о» - вроде всё как надо.

- Вингардиум Левиоса.

Перо лежало.

- Вингардиум Левиоса!

Перо дрогнуло. Шевельнулось. Проползло по парте сантиметра два, будто его сдуло сквозняком, и остановилось.

Вингардиум Левиоса - Медный ранг, F- (1/10)

Ну, хоть так - за Инсендио мне до F+ за каждый балл приходилось часами сидеть, а тут всё очень даже резво пошло!

У Герты перо приподнялось на пару сантиметров и тут же шлёпнулось обратно. А за соседней партой у Шеймы Финниган перо с громким хлопком вспыхнуло, и Дин, не растерявшись, прихлопнул его своей остроконечной шляпой.

Конкурентка, подумал я. Огонь это вообще-то моя тема.

- Ты чего лыбишься? - шепнула Герта. - У тебя же почти ничего не вышло.

- Зато ничего и не взорвалось, - шепнул я в ответ. - Разве это уже не успех?

***

Вечером я вернулся в гостиную позже всех. После ужина я засел в пустом классе на втором этаже и до темноты двигал по парте несчастное перо, пока Система не показала «F- (8/10)», а рука не начала отваливаться. Хотелось только одного: упасть на свою короткую кровать и задрать ноги.

И как тут ученикам найти время для любовных похождений, скажите вы мне? Тут-то всем по восемнадцать, самая пора для шур-мур, а на нас пашут так мощно, что даже просто вздохнуть и как старый дед посидеть вечерком у камина - уже расслабон. Ладно, если ты гений вроде Гермионы, и качать, прощу прощения, практиковать заклинания тебе не надо, но обычным доходягам вроде меня всё свободное время только на учёбу и оставалось тратить, а иначе на экзаменах можно и вылететь.

Я пролез в дыру за портретом Полной Дамы, распрямился и замер.

Посреди гостиной, прямо у камина, переодевалась вся гриффиндорская команда по квиддичу. Человек шесть рослых девушек сдирали с себя школьные мантии, юбки и блузки и натягивали алую тренировочную форму с наколенниками и щитками. Кто-то был в одном спортивном белье, кто-то уже застёгивал куртку, кто-то, стоя на одной ноге, натягивал гетры. Среди них, разумеется, были близняшки - насколько помню, они Загонщики.

Несколько девушек бросили на меня пару ленивых взглядов и продолжили переодеваться, как ни в чём не бывало. Одна, высокая, с каштановым хвостом, даже не повернула головы.

Вы издеваетесь что-ли?!

Нет, серьёзно. Сначала Рона в поезде, теперь вот это. Похоже, в мире, где парней раз в пять меньше, никто особо не заморачивается, кто там у камина ходит в трусах. Только вот я в этом мире чуть больше месяца, а в прошлом за такое можно было и по морде получить.

Я развернулся обратно к портрету.

- О, здоровяк! - Фредерика, натягивая через голову алую куртку, помахала мне рукой. - Мы на поле, вечерняя тренировка! Пошли с нами, побросаешь бладжеры!

- Нам как раз загонщика на тренировку не хватает! - подхватила Джорджина, застёгивая щитки на голенях.

Я уже взялся за раму портрета.

- Э, погоди, ты куда уходишь? ЭЭЭЭЭЙ! СТОЙ!

***

На следующий день у нас была трансфигурация.

На неё мы с Гертой и Роной пришли аж за десять минут до начала, потому что после истории с Филчем Герта составила карту замка и теперь ходила по ней с видом штурмана, а вот привычка выходить пораньше, чтобы было время на потеряться, у нас осталась. МакГонагалл в классе не было. Вместо неё на учительском столе сидела полосатая серая кошка с тёмными полосками вокруг глаз, очень похожими на очки.

- Котик! - умилилась Шейма Финниган и полезла было гладить.

Кошка посмотрела на неё так, что Шейма отдёрнула руку и тихо села на место.

Анимаг, подумал я.

Но расстраивать учеников не стал.

Когда прозвенел звонок, кошка спрыгнула со стола, на лету вытянулась, и на пол приземлилась уже сама профессор МакГонагалл. Кто-то из девчонок взвизгнул, Рона уронила чернильницу. МакГонагалл дождалась, пока все затихнут, сняла очки и обвела класс таким взглядом, что даже Шейма перестала крутить в пальцах палочку.

- Трансфигурация - одна из самых сложных и опасных областей магии, которые вы будете изучать в Хогвартсе, - сказала она. - Каждый, кто вздумает валять дурака на моих уроках, выйдет из этого класса и больше в него не войдёт. Я вас предупредила.

Ну, понятно. Строгая училка, которая на самом деле добрая - тем более, что уже завтра нас будет учить настоящая злая дама, и никакие глаза матери не помогут Герте получить хотя бы простое человеческое отношение...

МакГонагалл взяла с края стола обычную белую кружку, поставила перед собой и подняла палочку.

- Лапифорс!

Кружка дрогнула, сжалась, обросла белой шерстью, и через секунду на столе сидел живой кролик. Он пошевелил носом, огляделся и почесал задней лапой ухо. Одно ухо у него, правда, было подозрительно загнуто, точь-в-точь как ручка кружки.

Класс ахнул.

Перед глазами у меня звякнуло.

Лапифорс - Медный ранг, F- (0/10)

Да-а-а, чётвёртое! Очень надеюсь, что сделать вот так можно не только кролика...

Я так сжал кулаки под партой, что Рона на меня покосилась. МакГонагалл взмахнула палочкой ещё раз, теперь молча, и кролик снова стал кружкой.

- Подобное вам предстоит освоить не раньше третьего курса, - сказала она. - А сегодня начнём с простого.

Простым оказалось превращение спички в иголку. МакГонагалл раздала спички и полчаса диктовала теорию: сложную, с какими-то коэффициентами, массой и плотностью, которую Гермиона записывала с горящими глазами, а Рона рисовала на полях пергамента квиддичные кольца. Потом мы начали пробовать.

Сначала у меня, понятное дело, ничего не выходило. Я смотрел на свою спичку, спичка смотрела на меня, и я изо всех сил пытался представить её в виде иголки.

К концу урока у Гермионы спичка стала серебристой и заострилась с одного конца. МакГонагалл показала её всему классу и почти улыбнулась (и конечно дала пять баллов Гриффиндору). У Герты спичка слегка посветлела. У Роны осталась спичкой и, кажется, вообще не изменилась, как и у меня.

И вот, перед самым концом урока, я напрягся по полной и чуть ли не тыкнул палочкой в спичку.

- Лапифорс.

Спичка дёрнулась. На её серной головке вдруг выросла крохотная кисточка белого пуха, и спичка, честное слово, подпрыгнула на парте, как блоха.

Лапифорс - Медный ранг, F- (1/10)

Шейма за соседней партой громко сказала:

- Ого!

МакГонагалл обернулась.

Взгляд её прошёлся по классу и остановился на моей парте, где пушистая спичка как раз совершала второй прыжок.

- Мистер Дурсль, - сказала она очень ровно. - Задание было - иголка. Не кролик.

- Я случайно, профессор.

Она подошла ближе, взяла спичку двумя пальцами, посмотрела на неё поверх очков и спичка дёрнулась у неё в руке.

- Вы запомнили формулу с начала урока?

- Конечно, профессор - если вы её произнесли, значит, она важна.

МакГонагалл помолчала. Секунду, вторую. Губы у неё дрогнули, но улыбки я так и не увидел.

- Три балла Гриффиндору за внимательность, - сказала она наконец. - И больше никакой самодеятельности на моих уроках, мистер Дурсль. Иначе в следующий раз превращу в кролика вас - в качестве примера. Вы меня поняли?

- Понял, профессор.

Она взмахнула палочкой, и пух со спички исчез. Спичка снова стала обычной спичкой и больше не прыгала.

Никакой самодеятельности на её уроках, повторил я про себя. Это я запомнил. Про самодеятельность в пустом классе никто ничего не говорил.

После звонка Рона догнала меня в коридоре и вцепилась в локоть.

- Ты как это сделал?!

- Слушал, что говорят. Профессор же произнесла формулу вслух.

- Произнести-то произнесла, - повторила Рона. - Но всего один раз! И ты запомнил и даже что-то сотворить смог?

- Да не очень - ты видел что получилось...

- Ага, но пушок-то получился!

Герта посмотрела на меня долгим внимательным взглядом и ничего не сказала. Только позже, уже в гостиной, тихо спросила, когда Рона ушла за шахматами:

- Ты ведь и в поезде так же? С Гермиониным Репаро?

- Что так же?

- Услышал раз, и сразу запомнил.

- Память хорошая, - сказал я. - Бокс развивает, знаешь ли. Либо быстро запоминаешь, как ведёт себя противник, либо получаешь по башке.

Герта прищурилась, но спорить не стала.

Ночью, когда Дин уже засыпал, я сел на кровати, поставил перед свой тапок и прошептал:

- Лапифорс.

Тапок дёрнулся, на нём выросла белая кисточка пуха, и он неуверенно прыгнул на край кровати.

В общем, после тапков, я переключился на шахматы Дина, а когда закончил с ними, тапки уже превратились обратно, к тому же, потом я принялся превращать в зайцев содержимое моего пенала, и потом снова переходил к шахматам. И так до утра. Спросите, зачем я тренировал такое бесполезное заклинание вместо Вингардиум Левиосса? Не отвечу, но превращать предметы в зайцев реально очень прикольно!

Лапифорс - Медный ранг, F- (9/10)

***

На следующий день утром за завтраком к Герте впервые прилетела Букля. Плюхнулась прямо в её тарелку с овсянкой, гордо уронила записку и тут же утащила с моей тарелки кусок бекона.

- Ах ты воровка, - пожурил я.

Букля посмотрела на меня с презрением и съела бекон у меня на глазах.

Записка была от Хагрид, нацарапанная огромными кривыми буквами.

Дорогая Герта! Приходи сегодня в три на чай, если не занята. И здоровяка своего бери, и кого хочешь.

Хагрид.

Герта прочитала её три раза подряд и аккуратно положила в карман мантии, как будто ей прислали письмо от королевы.

- К Хагрид? - Рона, которая со мной ещё разговаривала, заглянула ей через плечо. - Можно я тоже?

- Тут написано кого хочешь, - сказала Герта. - Значит, можно.

Не успел я доесть остатки бекона, как меня с двух сторон подхватили под локти.

- Здоровяк! - пропела Фредерика у меня над правым ухом.

- На чары опаздываешь? - подхватила Джорджина над левым.

- Вообще-то до чар ещё полчаса.

- А это смотря как идти, - сказала Фредерика. - Пошли, покажем короткий путь. Тебе понравится.

Сопротивляться двум хихикающим рыжим девицам ростом с меня у выхода из Большого зала было как-то глупо, тем более что под руки меня держали крепко. Близнецы вытащили меня в холл, протащили по лестнице на второй этаж и остановились перед огромным пыльным гобеленом, на котором какие-то рыцари гонялись за единорогом.

Джорджина отдёрнула край гобелена. За ним в стене была узкая каменная щель, в которую с трудом протиснулся бы обычный человек, не то что я.

- Вы серьёзно?

- Серьёзно-серьёзно. Втягивай живот, здоровяк.

- У меня нет живота - литые мышцы, обижаешь.

- Тогда втягивай плечи.

Внутри оказался узкий тёмный коридор с низким потолком, по которому я мог пройти только боком и пригнувшись. Фредерика пошла впереди, Джорджина сзади, и обе так и норовили то ткнуть меня под рёбра, то поправить мантию.

- Чего вчера удрал? - спросила Джорджина мне в затылок. - Мы тебя на тренировку звали.

- Так вы же там... переодевались.

- Ну и что? - искренне удивилась Фредерика, обернувшись. - Ты что, девчонок в белье не видел?

- Видел. Но есть разница между "видел" и "спокойно болтать в атмосфере раздевалки".

Обе расхохотались так, что эхо загуляло по коридору.

- Привыкай, здоровяк, - сказала Джорджина и похлопала меня по спине. - Тебе тут ещё семь лет жить. Парней на всю башню по пальцам одной руки пересчитать - чо стесняться-то?

Логично, подумал я. Но воспитан я по-другому - честно скажу, новеллок про застенчивых японцев читал немало, никогда не думал, что в реальной жизни мне также будет некомфортно, когда кто-то рядом переодевается, но было как было.

В самом узком месте коридора Фредерика вдруг остановилась, развернулась ко мне лицом и принялась поправлять мне галстук. Отступать было некуда: сзади вплотную стояла Джорджина, а коридор был шириной ровно в одного меня.

- Слушай сюда, парень, - зашептала сзади Джорджина, - У нас к тебе деловое предложение.

- И только попробуй отказаться!

Я сглотнул.

- А что, собственно, такое...

- Откажешься - мы при всех тебя так подкалывать будем, что бедняжка Ронни помрёт от стыда, ага! Поверь, мы умеем!

- Опыт имеется!

Я покачал головой.

- Что за предложение-то? Может мне понравится?

Близняшки переглянулись.

- В общем...

- Ну, если конкретно...

Они обе вздохнули, и Джорджина тихо прошептала мне на ухо:

- Мы тут бизнес небольшой в Хогсмиде замутили... Не хочешь поработать лошадью?

***