Глава 17
Когда мы перебирались через портрет, до первого урока оставалось минут десять.
- Я быстро! - бросила Герта, когда мы ввалились в гостиную, и побежала вверх по лестнице в спальню девочек, прижимая свёрток к груди. Рона рванула за ней.
А я остановился у подножия лестницы.
В пятой книге Рон полез к девчонкам по точно такой же лестнице, и ступеньки сложились в горку - основатели, видите ли, считали, что мальчикам доверять нельзя. Интересно, в мире, где парней раз в пять меньше, эту защиту вообще оставили? Или, наоборот, усилили, чтобы редких мужиков не растаскивали по спальням?
Проверить можно было только одним способом.
Я поставил ногу на первую ступеньку, потом на вторую. На третьей по гостиной разнёсся пронзительный вой, ступеньки разом сложились в гладкий каменный жёлоб, и я съехал по нему на заднице прямо под ноги двум третьекурсницам у камина. Те от восторга чуть не попадали с дивана.
- Дадли! - Рона свесилась сверху через перила. - Ты чего к нам полез?!
- Технику безопасности проверял, - сказал я с пола. - вроде работает.
Ну хоть в чём-то этот мир совпадает с книгой - парням тут тоже не доверяют, даже если они редки.
В итоге метлу распаковывали у нас в спальне, куда девчонкам, разумеется, путь был открыт. Несправедливость, если подумать, страшная.
Дин обалдело смотрел на то, как Герта положила свёрток на мою кровать и сорвала бумагу.
Под бумагой лежала метла. Полированная ручка из тёмного дерева, прутья ровные, один к одному, а на ручке золотыми буквами:
Нимбус-2000.- Это ж не метла, - выдохнула Рона. - Это...
Слов она так и не нашла и просто погладила прутья кончиками пальцев.
- Офигеть, - сказал Дин. - Гоночная, что ли?
- Самая быстрая в мире на сегодняшний день, - сказала Рона.
Герта взяла метлу в руки и начала ощупывать дерево.
А сам думал совсем о другом. Через месяц-полтора, на первом матче, эту красоту попробует сбросить с неба одна заикающаяся дама в фиолетовом тюрбане. Вместе с Гертой, разумеется. Снейп будет шептать контрзаклятие, все будут думать, что это она проклинает, а Гермиона в итоге подпалит ей мантию.
Что в тот день буду делать я, я пока не знал. Зато знал, что через пять минут начинаются чары, а Флитвик не любит опоздавших.
***
На чарах Флитвик опять раздал всем по перу.
- Повторяем, повторяем! - пищал он со стопки книг за кафедрой. - Взмах и рывок! И произносим чётко, чётко!
Я посмотрел на своё перо. За неделю ночных тренировок в пустом классе мы с перьями, можно сказать, сроднились.
- Вингардиум Левиоса!
Перо поднялось - плавно, ровно, сантиметров на двадцать над партой - и зависло, чуть покачиваясь.
- О-о-о! - Флитвик от восторга едва не свалился со своих книг. - Посмотрите все на мистера Дурсля! На прошлом уроке у вас перо даже не шевельнулось, а сегодня хорошо парит в воздухе! Вот что значит практика, практика и ещё раз практика! Пять баллов Гриффиндору!
ПЯТЬ!
- Как вы этого добились, мистер Дурсль? - Флитвик подпрыгивал на своих книгах. - Поделитесь с классом!
- Тренировался, сэр, - сказал я. - Вечерами.
- Вот, видите! - Флитвик обвёл класс сияющим взглядом. - Вот с кого надо брать пример!
Гермиона обернулась и посмотрела на меня очень внимательно.
Я еле усидел на месте. Первые баллы в соревновании, и это только первая пара!
А Гермиона потом фыркнула и заставила своё перо описать круг под потолком. Флитвик пришёл в полный восторг и дал ей десять. Мне было не жалко - всё-таки, я соревновался не с ней.
У Роны перо приподнялось, подумало и шлёпнулось обратно. Рыжая пнула ножку парты и до конца урока делала вид, что меня не существует.
Счёт я решил вести на последней странице учебника по чарам. Аккуратно, в две колонки:
Я - 5. Малфой - 0.Посмотрел, полюбовался и подрисовал рядом с нулём рожки.
***
Сдвоенное зельеварение после обеда было со Слизерином, и там всё пошло уже не так весело.
Драко поджидала нас у входа в подземелья, прислонившись плечом к стене.
- Ну? - спросила она. - Сколько?
- Пять, - сказал я. - У Флитвика.
- Пять, - Драко фыркнула. - До конца пары я тебя обгоню, Дурсль.
- Удачи.
- Мне удача не нужна, - сказала Драко и, задрав подбородок, первой вошла в класс. Крэбб и Гойл протопали следом.
Снейп влетела в подземелье через минуту, и мантия у неё за спиной развевалась так, что сидевшие на первой парте Парвати с Лавандой
инстинктивно пригнулись.
- Сегодня вы сварите средство от икоты, - сказала она, взмахом палочки выводя рецепт на доске. - Простейший состав. Справится даже... - её взгляд скользнул по классу и остановился на Невилле, - почти каждый.
Невилл съёжился на табурете.
Мы с Дином снова сели вместе. Дин посмотрел на доску, тяжело вздохнул и шепнул мне:
- Слушай, у меня от одного её вида икота начинается. Может, мне это зелье сразу и выпить?
- Сначала свари.
Я растирал в ступке сушёных жуков, Дин отмеривал какую-то жёлтую траву, и минут двадцать всё шло как по рецепту. Снейп ходила между рядами, шипела на всех подряд и хвалила только слизеринцев. А потом остановилась у меня за спиной.
- Дурсль.
- Да, мэм?
- Когда с вами разговаривает преподаватель, на преподавателя принято смотреть.
Вот это было плохо.
Смотреть ей в глаза было нельзя ни в коем случае. Если у неё хотя бы половина навыков книжного Снейпа, она меня за три секунды выпотрошит до самой прошлой жизни. А не смотреть тоже было нельзя - она ждала.
И тут я вспомнил. В прошлой жизни, перед первым собеседованием, мне один умный человек посоветовал - смотри собеседнику в переносицу. Ему кажется, что ты смотришь в глаза, а тебе не так страшно.
Я поднял голову и уставился Снейп ровно в переносицу.
Взгляд, конечно, всё норовил съехать вниз, туда, куда его тянуло у всех, кто стоял рядом со Снейп, но я держал его на переносице силой воли, которой у меня, как оказалось, было немерено.
- Да, мэм.
Снейп молчала. Секунду, две, три. Я мысленно спрягал amare и на всякий случай вспоминал, как правильно бить джеб.
- Тёрку надо держать левой рукой, а не правой, - сказала она наконец. - Попробуйте поменять руки, вам же будет удобнее.
И пошла дальше.
Я выдохнул так, варево в котле пошло волнами.
- Ты чего? - шепнул он.
- Пока ничего...
И кстати, как только я поменял руку, тереть и правда стало значительно легче.
Гермиону Снейп демонстративно не замечала, а Герте досталось за то, что та слишком громко резала корни - минус пять с Гриффиндора. Я скрипнул зубами, но потом сообразил, что в нашем с Драко соревновании это не считается. Мы договаривались про личные баллы, а не про факультетские. Ну хоть так.
Невилл с Шеймой, как обычно, перепутали порядок ингредиентов, и через десять минут Невилла накрыла такая икота, что его подбрасывало на табурете. После каждого "Ик!" он нехило так подлетал в воздух.
- Долгопупс, - Снейп даже не обернулась. - Вы попробовали своё варево до того, как оно было готово. Минус пять баллов Гриффиндору. Финниган, отведите его в больничное крыло.
Невилл ушёл, подпрыгивая на каждом шагу - ну боже мой, когда уже сжалится судьба над этим беднягой?
Под конец пары Снейп остановилась над котлом Драко, долго смотрела на зелье, потом зачерпнула, налила во флакон и подняла его к самым глазам.
- Безупречно, мисс Малфой, - сказала она. - Десять баллов Слизерину.
Драко развернулась ко мне через весь проход и молча показала десять растопыренных пальцев.
Десять баллов! За средство от икоты! Да это даже звучит глупо - от икоты можно просто воды в рот набрать и всё!
Моё зелье Снейп, разумеется, назвала удовлетворительным и ничего за него не дала. Видимо, лимит щедрости на меня она исчерпала ещё на прошлой неделе, когда с мучением выдавила из себя один-единственный балл.
После звонка Драко догнала меня в коридоре.
- Десять против пяти, Дурсль, - сказала она, сияя. - Плечо под сумку готовь.
- Неделя длинная, Малфой.
- Для тебя - очень!
И ушла, покачивая сумкой. Сумка, кстати, была из какой-то дорогой кожи, с серебряной застёжкой, и, судя по тому, как оттягивала Драко плечо, весила килограммов десять. Учебники она туда, что ли, со всех семи курсов складывает?
Вечером я исправил запись на последней странице учебника: «Я - 5. Малфой - 10». Рожки к единице, конечно, тоже были пририсованы.
***
В семь я стоял у раздевалки квиддичного поля с битой под мышкой.
Раздевалка оказалась длинной деревянной комнатой со шкафчиками вдоль стен и скамейками посередине. Пахло потом, полиролью для мётел и чьими-то духами. Когда я зашёл, вся команда как раз переодевалась.
Неделю назад я бы развернулся и вылетел обратно. А сейчас только кивнул, сел на скамейку у двери и принялся перешнуровывать ботинки. Ну раздеваются и раздеваются. Привыкаешь ко всему. Тем более что смотреть, если честно, было на что, и я, разумеется, смотрел, но с достоинством, по-взрослому, не разевая рта.
- Знакомься, - сказала Вуд, натягивая щитки на голени. - Анджелина, Алисия и Кэти, охотницы. Близнецов ты знаешь. Поттер - наш ловец. А это Дурсль, запасной загонщик.
- Это который Крэбб с Гойл с мётел снёс? - Анджелина, высокая темнокожая девушка с кучей тонких косичек, натянула через голову алую футболку. - Обеих сразу?
- Обеих, - гордо подтвердила Фред. - Это мы его научили.
Герта влетела в раздевалку последней, с «Нимбусом» наперевес, и вся команда замерла. Кэти, самая младшая, даже уронила наколенник.
- «Нимбус-2000»... - простонала Алисия. - Можно потрогать?
- Потрогаете на поле, - отрезала Вуд и встала посреди раздевалки, уперев руки в бока. - Так! В этом году кубок наш. Без вариантов. У нас лучшие загонщицы в школе, - близнецы скромно поклонились, - лучшие охотницы, - Анджелина, Алисия и Кэти дружно кивнули, - и теперь у нас наконец-то есть ловец. - Вуд посмотрела на Герту так, что та покраснела. - И запасной, - добавила она, вспомнив про меня. - На всякий случай.
- Спасибо, капитан, - сказал я. - Очень вдохновляет.
На поле Вуд притащила здоровенный деревянный ящик и откинула крышку. Внутри лежали большой красный мяч, два чёрных поменьше, которые бились о ремни и рвались наружу, и маленький золотой шарик размером с грецкий орех, с тонкими серебристыми крылышками.
- Значит, так, Поттер, Дурсль, - начала Вуд. - Это квоффл, его охотницы забрасывают в кольца, каждое попадание - десять очков. Это бладжеры, они носятся по полю и пытаются сбить всех с мётел, а загонщицы отбивают их битами. А это, - она осторожно взяла золотой шарик двумя пальцами, - снитч. Поймаешь его - сто пятьдесят очков и конец игры.
Если подумать, в этой игре все, кроме ловца, просто разогревают публику. Но вслух я этого, конечно, не сказал - Вуд бы меня за такое закопала прямо под кольцами.
Пока Вуд объясняла Герте правила, близнецы взялись за меня.
- Биту держишь двумя руками, ближе к концу, - Джордж встала у меня за спиной и положила свои руки поверх моих. Грудью она плотно прижалась к моей спине, и учебный процесс сразу стал гораздо интереснее. - Не машешь от плеча, бьёшь всем корпусом.
- Как в боксе, - сказал я. - Корпус, разворот, бедро.
- Не знаю, что у вас там в боксе, - сказала Фред, - но если промажешь, бладжер прилетит тебе в челюсть, но может быть и да, типа как в боксе.
Потом надо было взлететь.
Школьная метла под мной скрипела и кряхтела на все лады. Я поднялся метра на три, и меня сразу повело влево. Выровнялся - повело вправо. Подался вперёд - метла клюнула носом, и я чуть не съехал с неё.
- ДУРСЛЬ! - заорала Вуд с колец. - РОВНЕЕ! ТЫ НЕ НА ДИВАНЕ СИДИШЬ!
- Я в курсе!
- ТОГДА ЛЕТИ РОВНО!
Фред отстегнула один бладжер, и чёрный мяч, вырвавшись из ящика, взмыл в воздух, сделал круг над полем и с гудением понёсся прямо на меня.
Думать было некогда. Я перехватил биту, развернулся корпусом, как учили - в последний момент, когда бладжер был уже в метре, - и врезал.
БАМ!
Отдача прошла по рукам до самых плеч. Бладжер со свистом ушёл в сторону трибун, врезался в скамейку во втором ряду, проломил её насквозь и застрял в досках.
А в двух метрах от этой скамейки сидела Рона. Пришла, видимо, посмотреть, как Герта летает. Рыжая взвизгнула и нырнула под соседнюю скамейку так быстро, что я даже не успел испугаться.
- ДА-А-А!!! - Фред подлетела ко мне и повисла у меня на шее. - Ты видела?! Ронни, ты видела?!
- Насквозь! - Джордж повисла с другой стороны. - Вуд, он скамейку насквозь пробил!
Школьная метла под тремя нашими тушами подумала, тяжело вздохнула и начала медленно, с достоинством снижаться, пока не уткнулась прутьями в траву. Близнецы так с меня и не слезли.
Рона вылезла из-под скамейки, посмотрела на нас - на меня и на сестёр, которые висели у меня на шее, - отряхнула мантию и молча ушла с трибуны. Даже не оглянулась.
Блин, вот капец...
Вуд спланировала с колец и приземлилась рядом с нами.
- Летаешь на ноль, - сказала она, глядя на меня сверху вниз. - Бьёшь на десять. Будем работать. И да, скамейку придётся починить.
Скамейку я починил после тренировки, когда все ушли в раздевалку. Залез на трибуну, вытащил из досок бладжер, который тут же попытался улететь, и шепнул над дырой «Репаро». Доски срослись, кривовато, с небольшой ступенькой посередине, но сидеть было можно. С сознанием выполненного дела я гордо пошёл засовывать бладжер обратно в ящик.
А Герта в это время носилась над полем на своём «Нимбусе» так, что я за ней глазами еле успевал следить, и Вуд, забыв про меня, бегала под ней с открытым ртом. Вираж, пике у самой травы, свечка вверх, потом петля и рывок к кольцам - ну что творит, а! И это девочка, которая недавно первый раз села на метлу.
Я стоял внизу с битой на плече и, если честно, гордился ею до невозможности. Хотя учил я её только Лапифорсу, и то, не особо долго...
***
К Филчу я опоздал на семь минут.
Две из них ушли на скамейку, остальные - на Рону. Я догнал её во дворе, по дороге к замку - она шла быстро, сунув руки в карманы мантии, и не оборачивалась.
- Рон! Рона, стой! Ты чего ушла?
- Ничего. - Рона даже шаг не сбавила. - Иди к своим... загонщицам.
- Это твои сёстры вообще-то.
- Вот именно! - Рона развернулась так резко, что коса хлестнула её по плечу. - Вот именно, что мои сёстры! А висят на тебе, как... как...
Она так и не придумала, как кто, махнула рукой и ушла в замок.
Я постоял посреди двора, пытаясь понять, что сейчас было. Ничего не понял, посмотрел на часы и побежал.
Бежал через весь холл, по лестнице, через коридор, но всё равно опоздал. Филч стоял у дверей зала наград с фонарём и сиял. Я ему, можно сказать, подарок принёс.
- Опоздал, Дурсль, - сказал он. - Плюс день.
- Мистер Филч, у меня тренировка была...
- Плюс день, - повторил Филч с удовольствием. - Не нравится - могу добавить два.
Я заткнулся.
Работа на сегодня заключалась в кубках. Зал наград оказался тесным, весь заставленным стеклянными витринами, в которых стояли кубки, щиты и медали, и всё это было покрыто пылью. Филч выдал мне банку вонючей жидкости и тряпку.
- Чтоб блестело. Без магии.
Я со вздохом принялся мыть старые кубки.
На третьей витрине я наткнулся на старый квиддичный щит гриффиндорской команды. На щите столбиком были выбиты фамилии игроков с позициями, и посередине значилось: «Дж. Поттер - ловец».
Я протёр табличку рукавом, чтобы точно.
Ловец. Всё-таки ловец! Спор книги и фильма в этом мире решился в пользу кино. Надо будет показать Герте.
А через две витрины я наткнулся на другую табличку. Небольшую, золотую, начищенную и без меня.
«Т. М. Реддл. За особые заслуги перед школой».
Я застыл с тряпкой в руке.
За особые заслуги. Ага. Открыл Тайную комнату, натравил змею на девчонку в туалете, свалил всё на Хагрид, которую из-за этого выгнали из школы и сломали ей палочку, - и получил медальку. Заслуги действительно особые, ничего не
скажешь.
Тереть эту табличку я не стал. Пусть тускнеет.
Из стены над витриной высунулась голова Пивза в обгоревшей шляпе. Пивз оглядел зал, увидел меня с тряпкой, на всякий случай схватился за поля шляпы и втянулся обратно в стену, не сказав ни слова. Филч проводил его ошарашенным взглядом. Такого Пивза он, похоже, не видел за все свои годы в этом замке.
- Дурсль! - Филч возник у меня за спиной, и я чуть не выронил банку. - Это что, пятно на Реддле?! Тереть!
Пришлось тереть. Тёр я старательно, от души, и мысленно желал Тому Реддлу всего самого плохого, что знал.
Ближе к десяти Филч ушёл к себе и вернулся с картонной коробкой. Знакомой такой коробкой: бечёвка, кривая надпись «УИЗЛИ. КОНФИСКОВАНО» и запах тухлых яиц из щелей.
- Уизли, - процедил Филч. - Четвёртая. Ничего-ничего, всё конфискую!
- Давайте я донесу, мистер Филч, - сказал я и уже взялся за коробку. - у вас же ноги не казённые.
Филч посмотрел на меня подозрительно, но, видимо, ноги у него в этот вечер и правда болели.
- Неси. Только ничего не трогай.
Кабинет у Филча оказался тесной каморкой без окон, на первом этаже. На стене висели те самые цепи - и, надо сказать, действительно были смазаны, блестели в свете фонаря. Вдоль стен стояли шкафы с ящиками, подписанными аккуратным почерком - фамилия, проступок, дата. Один ящик в углу был подписан крупнее остальных:
Конфисковано. Крайне опасно.А на дверце соседнего шкафа было выцарапано одно слово:
УИЗЛИ.Персональный шкаф близнецов в этом замке был забит уже наполовину.
- Сюда ставь, - Филч открыл дверцу. - И выметайся.
Я поставил коробку на верхнюю полку и, пока Филч запирал шкаф, ещё раз посмотрел на тот ящик в углу. Где-то там, если верить книге, когда-то лежала Карта Мародёров. Пока близнецы не стащили её на первом курсе. А раз они водили меня в Хогсмид тайным ходом, значит, стащили. Значит, ящик этот теперь просто ящик, и лезть в него смысла нет.
А вот личный шкаф близнецов - другое дело.
- Завтра в восемь, - сказал Филч, выпроваживая меня за дверь. - И не опаздывай, а то я тебе ещё день добавлю, понял? И делать это я могу до бесконечности!
***
В субботу в шесть утра Вуд подняла на тренировку всю команду - и запасного меня тоже.
- Суббота - лучший день для тренировки! - кричала она, бегая перед строем зевающих девчонок. - Пока все спят, мы работаем!
В книге Вуд, помнится, тоже обожала тренировки на рассвете, и Гарри с Роном её за это тихо ненавидели. Хоть что-то в этом мире не поменялось.
Вообще-то в субботу у нас с близнецами были совсем другие планы. Вечером в Хогсмиде нас ждал носатый: он забирал у близнецов первую большую партию бомб-вонючек по той самой цене, которую я выторговал, и с этой партии мне причитались мои десять процентов. Я уже прикидывал, на что их потрачу. Близнецы со вчерашнего дня ходили довольные и называли меня папочкой даже за завтраком, так что Рона перестала с нами здороваться.
Перед тренировкой Вуд ещё и нарисовала мелом на доске в раздевалке схему розыгрыша, и стрелочек в этой схеме было штук сорок. Я честно смотрел на неё минуты две, нашёл свою стрелочку - маленькую, сбоку, с подписью «запасной, НЕ ЛЕЗТЬ» - и успокоился.
Над полем висел такой туман, что колец с середины поля было не видно. Сверху сеялась мелкая морось. Кэти спала стоя, привалившись к Алисии, а Фред тихо материлась в шарф.
Сначала Вуд гоняла охотниц, потом занялась Гертой. Притащила мешочек с мячиками для гольфа и принялась швырять их в небо, во все стороны, один за другим, а Герта носилась за ними на «Нимбусе» сквозь туман и ловила все до единого.
Я же в это время учился разворачиваться на метле, не падая с неё. Получалось через раз. Один раз я развернулся так удачно, что метла сделала полный оборот вокруг своей оси, и несколько секунд я висел вниз головой, вцепившись в ручку руками и ногами, а Джордж ржала так, что сама чуть не свалилась.
Минут через сорок из тумана вынырнула сова и спланировала прямо к Фред. Фред отвязала письмо, прочитала - и лицо у неё вытянулось. Она подлетела к сестре, сунула ей письмо, и теперь вытянулись уже оба лица.
- Уизли! - заорала Вуд. - Почту потом читать будете! Бладжеры!
Под конец Вуд построила нас на траве, похвалила Герту, похвалила охотниц, наорала на близнецов за письмо, а потом повернулась ко мне.
- Дурсль. К следующей тренировке - сто разворотов, и без падений!
После тренировки девчонки ушли в душ, а я остался сидеть на скамейке в раздевалке, мокрый, грязный и слегка счастливый, что хотя бы остался жив. Душ тут был один, общий, и, как объяснила мне Кэти, парней в команде не было лет двадцать, так что отдельного для меня никто не построил. Мыться мне полагалось после всех.
Буду честен, в этом деле могли и забыть о стеснении! А то переодеваться, значит, можно при парнях, а когда я с ними в душ попросился - ни-ни! Нечестно.
За стенкой шумела вода, кто-то из девчонок пел, а я сидел и прикидывал, сколько раз за эту неделю успею опоздать к Филчу.
Близнецы вышли из душа первыми. В полотенцах. Коротких. Вода с них капала прямо на пол, а они, не говоря ни слова, встали с двух сторон от меня, так что деваться мне было некуда.
- Здоровяк, - сказала Фред, - письмо помнишь же?
- Ну?
- У нас огромная проблема - сделка походу не состоится!
***
