Глава 2

— И что ты задумал? — спросил я.

Вариант отправить Латта в далёкое грувакское путешествие, конечно, был хорош, но за наше не самое долгое общение этот образ успел показать себя крайне интересным партнёром. Он никогда бы не стал подставлять меня под удар, если бы в этом не было какой-то выгоды. Как для него, так и для того, кого он под этот удар подставляет.

— Так даже не интересно, — на лице Латта промелькнула улыбка и только сейчас до меня дошло, что образ, с которым я общался на Инвикте-Прайм, и образ, который прямо сейчас стоит на обзорном мостике «Малыша», отличаются как небо и земля. Там Латт больше походил на андроида или вообще робота, здесь же стояло вполне живое существо, умеющее пользоваться мимикой.

— Ты сейчас о чём? — я отвернулся от Латта, продолжая наблюдать за Агрисом.

— Любой нормальный человек сейчас бы начал обвинять меня во всех грехах, — пояснил Латт, встав рядом со мной. — Красиво. Но даже отсюда планета не выглядит столь же величественно, как из чистого космоса. Согласись?

— Ты уходишь от темы, — произнёс я, даже не поворачиваясь к Латту. — Что задумал и зачем тебе в этом деле я?

— Хорошо, давай говорить прямо, — согласился Латт. — Так получилось, что у меня с домом Лиардан крайне натянутые отношения. Их история уходит вглубь веков настолько глубоко, что мне придётся прочесть тебе хорошую лекцию, чего совсем не хочется. Но вот что мне точно хочется, чтобы Лиарданы немного пострадали. Их не нужно уничтожать. Это слишком просто и слишком быстро. Мне нужно, чтобы они долго, желательно с чувством и с расстановкой мучились. И ты мне в этом поможешь.

— Поэтому ты сделал так, чтобы отец Аларика меня пригласил? — понял я. — Ты же прекрасно понимаешь, что у меня нет подарка, поэтому согласиться я не смогу.

— Устроить войну между тобой и великим домом? — фыркнул Латт. — Это не интересно. Как я уже сказал, у меня нет желания уничтожить их всех разом. План другой. Собственно, поэтому я предлагаю тебе вот это.

Воздух пошёл рябью, после чего рядом с нами появился огромный кристалл. Он парил в воздухе, не касаясь пола, и медленно поворачивался вокруг своей оси. О том, как заискрил от преломляющегося света обзорный мостик, даже говорить не стоило.

— «Гроза», — произнёс я, стараясь не пялиться на кристалл, который мы с Латтом нашли на одной из планет-сокровищниц. — Мне казалось, что орканит для тебя представляет ценность. Ты всё же двадцать лет его искал. Неужели готов отдать его Лиарданам?

— Я уже много раз повторял, повторю ещё раз — деньги не имеют для меня ценности, — заявил Латт. — Это всего лишь средство для обеспечения моих потребностей. Орканит — такая же ценность, как кредиты. В нём нет ничего, кроме редкости и красоты. Но искать его было весело, тут соглашусь. Это был настоящий вызов.

— И? — я, наконец, повернулся к Латту. — Ты всё ещё не пояснил, что задумал. Может, явись я с орканитом в гости к Лиарданам, те сойдут с ума и начнут стрелять из всего, что у них есть? Для чего ты вытащил кристалл?

— Какой же ты осторожный, — вновь усмехнулся Латт. — Для чего здесь орканит? Разве не очевидно? Я хочу, чтобы ты подарил его Карину Лиардану. Я бы сделал это и сам, но, как уже было сказано, у меня несколько натянутые отношения с этим великим домом. Они вначале будут стрелять, потому смотреть, что я там кому принёс.

— Нет, Латт, так не пойдёт, — произнёс я. — Я не стану делать того, чего не понимаю. Объясняй, для чего всё это? Мне проще вызвать недовольство Лиарданов своей неявкой, чем подписываться под твою аферу.

— Нужны причины? — задумался Латт. — Что же, можно и их рассмотреть. Причём с позиции каждого конкретного участника моего плана. Начнём, пожалуй, с тебя. Да, Каэль, ты тоже есть в моих планах. Так вот, рассмотрим причину моего подарка со стороны владельца вольного отряда наёмников. Карина Лиардана невозможно удивить в принципе. Когда ты его увидишь, поймёшь, о чём я говорю. Всё, что может сделать обычный человек — немного его заинтересовать. Заставить проявить хоть какую-то эмоцию.

— Он человек? — прервал я Латта. Увидев, как нахмурился образ, уточнил свой вопрос: — Карин Лиардан человек или доживший до наших дней предтеча?

— Разве это имеет какое-то значение? — Латт вопросительно поднял бровь.

— Огромное, — пояснил я. — Ты с первого взгляда понял, что у меня с Зориной есть броня предтеч. Если подобное поймёт и глава великого дома Лиардан, выпустит ли он нас на свободу? Не возникнет ли у него желание прибрать к рукам не только орканит, но и нашу броню?

— Именно по этой причине я даровал вам кубы для создания анализаторов, — заявил Латт, посчитав это ответом. Он не назвал Карина Лиардана предтечей, но этого уже и не требовалось. Значит, все подарки, которые делал образ, он делал с какой-то определённой целью. Нужно пересмотреть всё наше предыдущее общение. — Когда вы находитесь в образе, то я не могу сказать, что на вас броня предтеч. Не сможет и Карин Лиардан. Такой ответ тебя устроит?

— Вполне, — кивнул я. — Но ты продолжай. Предположим, мне удастся заинтересовать главу великого дома. Что дальше?

— Нужно объяснять очевидное? — уточнил Латт, но, увидев мой взгляд, согласился. — Хорошо, давай объясню. О тебе начнут говорить. Причём не только среди Лиарданов, но и далеко за пределами этого великого дома. Полагаю, известность среди высшей знати наёмникам твоего уровня крайне необходима.

— Допустим, — кивнул я. — Это причина с позиции меня. Ты сказал, есть другие.

— Рассмотрим со стороны Лиарданов, — кивнул Латт. — Они станут владельцами сразу двух орканитов. Такого в истории империи Тирис ещё не было. Это уважение и почёт. Статус, как бы высокопарно это слово не звучало. Но если рассмотреть эту же ситуацию со стороны других великих домов, то получится, что неожиданно для всех Лиарданы стали владельцами двух невероятных сокровищ. Многие, а я сделаю так, чтобы практически все, начнут думать о том, что нужно поделиться. Людская зависть не знает границ, а я собираюсь её использовать. Каждый дом захочет себе если не орканит, то хотя бы компенсацию за то, что Лиарданы вдруг так обогатились. Начнётся грызня, полетят обвинения, кто-то не стерпит, и дело кончится войной. А в войне, как тебе известно, всегда кто-то страдает. И я постараюсь сделать так, чтобы страдали именно Лиарданы. Вот это уже мой интерес. Ещё есть сторона империи. Как бы я ни относился к Соларионам, сейчас в открытую с ними конфликтовать мне ни с руки. Поэтому они получат одну из величайших утраченных ценностей. Легенда снова становится явью, торжества, повод для очередной гордости. Все рады и довольны, и никто не понимает, что «Гроза» является идеальной миной замедленного действия, которую я подложил под Лиарданов.

Латт замолчал, явно довольный собой. Я смотрел на «Грозу» и понимал, что меня снова пытаются использовать в своих целях.

— Знаешь, пока я тебя слушал, чуть не уснул, — произнёс я. — Войны секторов, страдающие Лиарданы, завистливые дома, возвращённые легенды. Я большей чуши с момента рождения не слышал. Может, ты всё же нормально объяснишь, что конкретно тебе нужно?

— Мне нужно, чтобы камень был у Лиарданов, — после паузы ответил Латт. Причём никакой былой весёлости у него уже не было. — Но от меня они подобный подарок не примут. Я, конечно, могу найти курьера, который доставит орканит Карину Лиардану, но в этом случае я не увижу его реакцию. А мне это нужно.

— Зачем? — продолжил наседать я. — И давай ты не будешь ссылаться на то, что это ваши внутренние тёрки. Ты пришёл ко мне с просьбой, так будь добр поясни свои мотивы.

— Это я пришёл к тебе с просьбой? — опешил Латт. — Каэль, я здесь для того, чтобы тебе помочь! Это ты должен умолять меня о помощи!

— Встреча через два дня, — напомнил я. — Я сейчас отправлюсь к Станису Солариону и попрошу у него какое-нибудь особо важное задание. Ни один глава ни одного великого дома не посмеет меня обвинить в том, что мне пришлось отказаться от приглашения в связи с таким поручением. Кем бы ни был Карин Лиардан, ссориться с императором он не станет. Значит, с этой стороны я подстрахован. Так, может, перестанем ломать комедию? Зачем тебе нужно передать орканит главе Лиарданов?

— Он потеряет контроль, — после паузы ответил Латт. — Сейчас часть его сознания блокирует мне доступ в одну крайне интересную локацию. Увидев «Грозу», Карин утратит контроль. Чем я планирую воспользоваться. Это не уничтожит Лиарданов, но сделает их жизнь чуточку хуже. Но о том, что я планирую сделать, рассказывать не стану. У каждого должны быть свои секреты, ведь так, уничтожитель пиратов? Расскажешь, как ты связан с ксорхианцами?

— Ты сейчас о чём? — с помощью Эхо я изобразил искреннее удивление.

— Ладно, проехали, — Латт вновь улыбнулся. — Я хотел сказать, что мои мотивы лежат вне зоны твоих интересов. И ты никак не можешь на них повлиять. И да, мне нужна именно внезапность. Если Карин будет знать о «Грозе», он не замешкается. Поэтому для этой цели подходишь только ты. У меня больше нет людей с официально выданным контейнером предтеч. Который, к слову, нужно будет сделать видимым. Как и боевой меч. Поработай над этим. Всё, что тебе официально выдали, должно быть засвечено. Показывая частность, ты прячешь общее.

Я задумался. Допытываться дальше? А что мне это даст? Да и смысла я, на самом деле, не видел. Уходить в глубокие дебри отношений с Латтом я не собирался. Предтечу нужно уничтожить — это факт. И чем глубже мы будем взаимодействовать, тем сложнее мне будет это сделать в будущем.

— Что же, наверно, стоит озвучить и последнюю причину, почему я делаю тебя обязанным мне, — после паузы произнёс Латт. — Мне нужно, чтобы ты прошёл обследование. Ты четвёртый человек за всю известную мне историю, способный активировать универсальные кубы предтеч. Само по себе это могло бы стать просто любопытным фактом, если бы не одно «но». Так получилось, что те трое, которые тоже умеют работать с кубами, действуют спонтанно. Нужный результат появляется с весьма большой погрешностью. Ты понятия не имел о том, что такое анализатор, но сумел создать его не только себе, но и своей жене. Мне нужно понять, как ты это делаешь и что в тебе есть такого, чего нет в прочих. Поэтому тебя обследуют, а ты, как послушный мальчик, не будешь этому мешать.

— А если буду? — поинтересовался я.

— Тогда тебя просто обследуют против твоей воли, — буднично ответил Латт. — Ты же прекрасно понимаешь, что помешать мне не в состоянии? Даже если ты весь обвешаешься блокираторами, которые тебе подарят Соларионы, я всё равно найду способ, как до тебя добраться. Но зачем портить отношения там, где можно договориться, верно? Поэтому «Гроза» здесь и крутится. Это мой вклад в твоё доброе расположение.

Вот теперь всё встало на свои места. Я даже начал уважать этого гада. Одним подарком решить так много своих вопросов.

— Кто будет меня обследовать? — спросил я, прекрасно зная ответ.

— Орвейны, — ответил Латт. — Не ожидал от тебя такого вопроса, если честно. Ты же сам всё прекрасно понимаешь.

— Что же, если ты хочешь меня обследовать, то за это нужно заплатить, — произнёс я, снова возвращаясь к наблюдению за Агрисом. — Полагаю, одиннадцать кубов предтеч будут в самый раз.

— Чего?! — кажется, мне удалось сделать невозможное — пробить пласт безразличия предтечи.

— Того, — спокойно ответил я. — «Грозу» я передам Лиарданам для того, чтобы ты получил то, что желаешь. Но ты хочешь ещё и меня под аппаратуру подложить. Значит, будь добр за это заплатить. Тебе же нужно не безвольное тело, верно? Хочется моего активного участия в исследовании? Тогда готовь кубы.

— И зачем тебе так много? — Латт не удержался от вопроса.

— Семь уйдут на Аларика, — ответил я. — Мой новый командор обязан быть облачён в лучшее, что есть в нашем мире. Сделаю ему броню предтеч. Ещё четыре заберём мы с Зориной. Мне пришла в голову великолепная мысль, как улучшить броню, нужны ресурсы. А ты, как я знаю, лучший их поставщик по всей галактике.

— Ресурсы, значит, — хмыкнул Латт. — Так, значит, ты меня воспринимаешь? Как источник ресурсов?

— Не богом же мне тебя считать? — удивился я. Судя по тому, как сузились глаза Латта, что-то подобное он на полном серьёзе рассматривал. — Так что обследование только после кубов.

— Мне проще будет предоставить Аларику готовую броню, чем тратить на неё семь кубов, — после паузы ответил Латт. — Это нерациональное использование ценнейших устройств.

«Какой наивный предтеча», — усмехнулся Эхо. — «Это он ещё не знает, на что собрался тратить эти кубы!»

— Можно и целиком броню, — согласился я. — Тогда нужны только четыре куба.

Латт думал долго. Либо пытался понять глубину моей наглости, либо универсальные кубы на самом деле являлись чем-то редким и дорогим, что расставаться даже с четырьмя из них было накладно. И это при том, что на планете-лаборатории Соларионов этих кубов было несметное количество!

Наконец, воздух вновь дрогнул и в руках образа появились четыре матовых серых куба. Латт ничего не произнёс, молча протянув их в мою сторону. Так же молча я их забрал и, не думая прятать, связался с женой по общему каналу:

— Зорина, поднимись на обзорный мостик, — попросил я. — Ты нужна.

Пять минут мы с Латтом стояли в полной тишине. Когда дверь открылась, Зорина вошла на мостик походкой высокородной дамы. Металлические глаза скользнули по каюте, по парящему орканиту, по четырём кубам, после чего остановились на мне, демонстративно пропустив Латта.

— Какая красивая ёлочная игрушка, — произнесла Зорина, подойдя к парящему орканиту. — Дорогая?

— Обычная безделушка, — заверил я. — Стой смирно, сейчас сделаю тебе кое-что куда интересней этой стекляшки.

Эхо смутно представлял, что нужно делать. Впрочем, как и всегда. Пока Зорина к нам шла, я крутил один из кубов и так, и сяк, пытаясь создать из него устройство связи. Не получалось. Единственное, до чего мы с Эхо дошли — раз связь двусторонняя, то нужна вторая сторона. И сейчас, не придумав ничего лучшего, я объединил два куба и, прижавшись к Зорине, разместил их между нашими животами. Выглядело, конечно, глупо, но ничего иного предложить я не мог.

Эхо не сдавался и экспериментировал, тыкаясь туда-сюда, и неожиданно кубы начали вплавляться в броню. Пришлось идти друг другу навстречу, пока наши животы не соединились.

— Проверка связи, — послышался новый голос. — Как слышно?

— Хорошо слышно, — ответил Эхо. Причём на этот раз я его слышал ушами, а не мысленно. — Как сам? Передаю пакет данных для проверки.

— Принял, — отчитался первый голос. Видимо, это и был Ласк. — Отправляю встречный пакет.

— Принял, — вновь Эхо. — Данные передаются!

«А давайте вы будете сами с собой говорить?», — мысленно попросил я.

«Понял-принял!», — ответил Эхо и переговоры между матрицами действительно исчезли. Точнее, перешли на новый пласт, недоступный нам с Зориной.

— Интересное решение, — протянул Латт и подошёл ближе. Настолько, что даже смог коснуться моего доспеха. — Двусторонняя связь через ноль-пространство. Позволь проверить одно предположение…

С этими словами в руках Латта появилось огромное полотно биосети ксорхов. Недолго думая, Латт накинул полотно на меня, обрезая контакт с внешним миром.

«Сканер не работает», — тут же начал отчитываться Эхо. — «Но связь в порядке!»

— Муж, эта обезумевшая грувака хочет, чтобы ты поднял правую руку, — произнесла Зорина, используя новое устройство. Учитывая, что сеть прекрасно пропускала звуковые волны, общался Латт с Зориной через канал связи. Иначе я бы слышал требование.

Я перевёл взгляд на Латта, после чего поднял правую руку. Вот кто мы для него! Крысы подопытные! Латт тут же сорвал биосеть и засунул её в свой контейнер.

— Неплохое решение, — произнёс он. — Работает даже под блокиратором из биосети. Это хорошее вложение двух кубов. Но ты взял четыре. Зачем?

— Для этого, — с улыбкой ответил я.

«В общем, мы с Ласком провели полную ревизию функций доспеха», — объявил Эхо. — «Функции автоматического парикмахера в нём нет. Учитывая внешность Мозга, предтечи вообще не страдали от лишней растительности на теле. Пришлось нам изобретать подобную функцию самим. И мы это сделали! Нужен только механизм, который займётся контролем растительности».

Продолжая улыбаться, я приложил один универсальный куб к своей груди, второй к Зорине. Творения предтеч тут же растаяли, впитавшись в доспех и я ощутил, как с волосами что-то происходит. Они… Скажем так, стало заметно свободней.

Стоит отдать должное Латту — он никак не прокомментировал моё новое творение. Хотя прекрасно понял, что я сделал. Да и по Зорине это было видно — её волосы приобрели такой невероятный блеск, словно моя жена только что вышла из салона красоты.

— На этом всё? — спросил он и не удержался от сарказма: — Или у тебя есть ещё какие-то требования?

Зря он так! Вроде нормально же общались. Естественно, что у меня ещё есть целая куча новых требований! Как им не быть?

— Можно сказать, что последнее, но тоже очень важное, — ответил я. — Ты хочешь, чтобы мы явились к Лиарданам и вручили главе дома орканит. Не вопрос, так и поступим. Мы заявимся на «Малыше» в их систему, заставим всех сжать всё, что они могут себе сжать, а потом сядем в свой транспортник и, как сказал бы один из моих инструкторов, знатно обосрёмся. Потому что в качестве транспортника у меня выступает старое десантное корыто, на которое уже заплатки некуда ставить. Ситуация будет не самой компетентной. Подари мы после такого хоть весь орканит мира Лиарданам, они запомнят не это, а убогое корыто, на котором мы спустились на планету. Хочешь, чтобы с нами работали великие дома? Тогда будь добр, предоставь достойную яхту представительского класса. С гипердвигателями, такую, чтобы на ней не стыдно было подкатить даже к парадному крыльцу Лиарданов. И, как любят говорить Вейраны, яхта нужна ещё позавчера.

— Разумно, но это уже выходит за рамки моего поручения, — заявил Латт. — Яхты есть, но предоставить их тебе я могу только по сходной цене. Собственно, мы к ней сейчас и подходим. Как я тебе уже говорил, мне нужны пятнадцать координат сокровищниц пиратов. Считай это платой за яхту.

— У тебя яхта из предтеч создана, что ли? — удивился я. — Откуда пятнадцать сокровищниц могут взяться? Максимум, что я могу тебе отдать — одну. Да и то из-за хорошего к тебе отношения.

— То есть ты не отрицаешь, что у тебя есть ещё координаты? — усмехнулся Латт.

— Какие координаты? — показушно удивился я. — Не было ничего.

— Каэль, давай начистоту, — заявил Латт. — Я же прекрасно понимаю, откуда у тебя появились координаты всех сокровищниц, в которых мы побывали. Их можно было взять только в одном месте и в одно время. Во время бойни у Кхатар-Прайма, которую сами пираты теперь называют не иначе как «Судный день». Тогда было уничтожено больше сотни крейсеров и линкоров «Чёрного норка».

— Так ты поэтому решил, что у меня есть какая-то связь с ксорхианцами? — догадался я. — Думал, раз сердцевик уничтожил всех пиратов, значит, в этом наверняка замешан я?

— Заметь, про сердцевик я ничего не говорил, — произнёс Латт.

— Это же очевидно, — я только что не отмахнулся. — Да, я был во время этой бойни неподалёку. Да, я видел, как ксорхи уничтожали корабль за кораблём. В какой-то момент я даже хотел присоединиться к ксорхам, чтобы потрепать пиратов, но тут вспомнил один весьма показательный инцидент с пиратом, именующим себя Ирмал. Мы захватили его корабль и, покопавшись в базе данных, нашли странные координаты, где оказалась тайная база. Собственно, когда я увидел, что ксорхи творят с кораблями пиратов, решение пришло само собой. Мы не забирали координаты сокровищниц. Их нигде не существует. Всё, что мне удалось сделать — скачать с уничтоженных крейсеров и линкоров их навигационные базы. Потом «Малыши» их обработали и обнаружили пятьдесят подозрительных мест. То есть примерно с половины всех баз, что мы скачали. Не нужно приписывать мне нечто невероятное. Мне просто повезло оказаться в нужном месте в нужное время.

— Значит, у тебя осталось семь координат, — задумчиво произнёс Латт. — Они мне нужны.

— С чего вдруг? — я даже удивился. — Хочешь оставить меня с голой задницей? Ты вообще представляешь, во сколько обходится содержание такого линкора? Экипаж нужно кормить, поить, одевать, лечить, платить им жалованье, а ещё топливо, запчасти, ремонт, модернизация. Линкор поглощает мои кредиты быстрее, чем я успеваю их зарабатывать. Вон, только за еду мне пришлось десять миллионов на Агрисе оставить! А ты хочешь забрать у меня последнее средство существования!

— Ты знал, на что идёшь, когда брал корабль, — невозмутимо заметил Латт. — Хотел линкор — получил линкор со всеми его проблемами.

— Поэтому теперь буду цепляться за каждый кредит зубами, когтями и всем, что найдётся, — заявил я.

Как всё так закрутилось, объяснить не могу. В какой-то момент я осознал, что активно торгуюсь с древним существом как заправский рыночный барыга. Латт давил, намекал на то, что гнев его страшен. Я упирался, напоминал, что добровольный партнёр, которого обобрали до нитки, очень быстро превращается в партнёра обиженного и бесполезного. Я ссылался на линкор и его содержание, Латт на «Грозу» и яхту, я на обследование, на которое согласился не брыкаясь, он на то, что и так отвалил мне кубов на целое состояние. В общем, славно провели время.

Сошлись где-то посередине. Семь баз останутся при мне, но Латт везде побывает. То, что баз значительно больше, я умолчал. Нечего моему не самому надёжному партнёру об этом знать. Однако одна мысль меня всё же зацепила. То, как торговался Латт и то, с каким нажимом он желал попасть на базы пиратов, совершенно не укладывалось в логику его происхождения. Решив, что терять мне всё равно нечего, я решил прямо спросить:

— Ответишь на один вопрос? — попросил я. — Откуда у существа, которому несколько десятков тысяч лет, которое видело взлёт и падение сотен миров, такой интерес к сокровищам? Да ещё и к чужим? По всем правилам тебе всё это должно казаться какой-то пылью, а ты ведёшь себя как жадная грувака, которой максимум сотня лет.

Латт вначале на меня странно посмотрел, а потом улыбнулся.

— А кто тебе сказал, что мне десятки тысяч лет? — спросил он. — С чего ты вообще взял, что тот Латт, который когда-то нанял тебя на работу, и тот Латт, который стоит сейчас перед тобой, это одно и то же существо? Подумай над этим на досуге, Каэль, думаю, ответ тебе понравится. Хотя, пожалуй, вру. Не понравится совершенно. Яхта будет у тебя через пять часов. Не опоздай к Лиарданам, парикмахер!