Глава 6

Я поднялся еще до рассвета, когда на земле лежали капли росы, а мир, казалось, спал.

Конечно же, никто не спал: улитка ползала, словно для нее эта выпавшая роса была самой лучшей едой. Жужальщики просыпались, а смолопряд уже вылез из выеденной им же норки в черном древе — скоро начнет оставлять смоляные капли. У меня уже накопилось их больше, чем получилось тратить. Впрочем, запас никогда лишним не бывает, и если припрет, можно часть продать — они даже окончательно затвердевшие чего-то да стоят.

Только дремлики в дупле терпеливо ждали, когда выйдет солнце и прогреет воздух. Эти существа любили тепло и комфорт.

Воздух был влажным и свежим, и неплохо так бодрил. Особенно если учесть, что я вышел из дома босиком. Подумал было, что встал первый, но нет. Грэм уже сидел и медитировал на крыльце. Продолжал «распрямлять» свои каналы. Вчера он сидел весь вечер, занимаясь ими, и я дважды передавал ему живу. Сейчас сделал то же самое. Осторожно передал живу и пошел в центр сада.

Думаю, несколько дней — и он вернется в норму.

Я прошел в самый центр нашего разрастающегося сада, опустился на землю и закрыл глаза. Привычная утренняя медитация. Времени занимает немного, а чувство жизни растет, и ощущения обостряются в этой утренней тишине. Нужно почаще прочищать мозг от всех ненужных и суетных мыслей. Правда, отпускают они ненадолго.

Иногда как подумаю, сколько дел и забот предстоит, сколько улучшить, сварить, открыть каналов, собрать растений и вылечить людей, так и не представляю, как это всё успеть. Благо, в последнее время решения для большинства задач уже есть. Нужно просто время, чтобы довести качество до предела.

И я был этому рад: лучше много работы, много задач и много целей, чем ни одной. Только так я ощущал, что живу по-настоящему.

[Навык: Чувство жизни +2% (17.5%)]

Приятное тепло разлилось по телу.

Я сидел и размышлял о том, что ждет меня впереди. Особенно меня волновал «архив узла». Что вообще должен хранить этот архив? Каково его назначение? Что именно Строители могли назвать архивом?

Название вначале меня обнадежило, но если подумать разумно, то назначение резервного узла — принимать послания от Скитальцев и собирать информацию. Вот только какую именно? Насколько я понимаю, задачи Скитальца — он должен искать богатые на живу места. Вот только как много Скитальцев «стыковались» за века к этому узлу? Может, именно к этой информации мне и откроется доступ? Может архив это нечто вроде журнала посещений, где фиксировались подключения Скитальцев и их путь по Кромке? Но если фиксировался путь, то должна быть и карта всех этих мест? Как будто логично. В любом случае, я точно узнаю что-то новое.

Я потянулся сознанием к своей сети, раскинувшейся возле узла. Благодаря мощному притоку энергии она заметно подросла. Вчерашняя подпитка пошла ей на пользу. Как и корню, который за ночь стал еще толще и плотнее. Это хорошо: чем он толще, тем больше его «пропускная способность». Вдобавок корень, идущий к Узлу, тоже рос и удлинялся. Сейчас своими обостренным утренним восприятием я чувствовал каждый корешок, каждый молодой побег.

Жаль, конечно, что я не могу просто взять и состыковать корни старого дерева с корнями моей сети, чтобы она высасывала из него живу напрямую. Без меня в роли своеобразного «фильтра» этот процесс становился нестабильным. Более того, была реальная опасность: воля старого, древнего древа была куда сильнее воли моих молодых саженцев. Оставь их наедине — и старое дерево попросту выпьет мою молодую сеть.

Потом я дотянулся до железных дубов-узлов, ненадолго окунувшись в их мощные потоки-сознания. Дальше несколько минут посмотреть на мир через пятиядерного душильника. Вопрос с его ядрами нужно решать. Даже сейчас, в спокойном и подчиненном состоянии, они конфликтовали. И я понимал, что сознательно оттягиваю этот момент, ведь мне предстоит скормить четыре ядра одному. Молодые душильники вокруг Хрустального Лога, которые я вчера высадил, росли и пока пищи им хватало. Удобно, конечно, иметь в разных частях леса симбионтов. Это мои глаза. Пока что мне приходилось концентрироваться на каждой из этих связей, чтобы «видеть» ими, это не был фоновый режим. Зато если они ощущали опасность или замечали необычную тварь, я получал сигнал. Пока, правда, таких ситуаций не было.

[Навык: Чувство жизни +1.5% (19%)]

Я открыл глаза и поднялся на ноги.

Достаточно.

Не спеша прошелся вокруг сада, не закрывая глаз. Пытался не потерять чувство жизни даже с открытыми глазами. Получилось! Даже отошел на двадцать шагов от сада и все еще чувствовал каждое растение в саду. Все они связаны со мной. Интересно, возможна ли передача живы на расстоянии? Пока никто ни разу не говорил о подобной возможности. Но может на каком-то уровне развития Дара и подобное возможно?

Я продолжил идти и вернулся в сад, прямо к мутировавшему дубу. Вчера я не успел наладить с ним контакт: после того, как я вынырнул из кости Стража, меня вырубило минут через десять, и сил на ментальное сражение не было. Кость истощала. И я понимал, что хранить ее дома нельзя, просто потому, что в лесу она создавала вокруг себя мертвую зону, а значит и тут она будет высасывать энергию. Те два первых небольших куска кости довольствовались тем, что незаметно подтягивали мою живу, и я, похоже, этого не замечал, но этот был здоровый!

Интересно, у Клыка при использовании этих костей должен быть повышенный расход живы? Я об этом как-то его не спрашивал. И чем больше кусков Стража он к себе присоединит, тем больше будет расход?

Ничего, скоро узнаю.

Я тряхнул головой. Потом о кости подумаю. Сейчас надо закончить с мутировавшим дубом.

Внешне он почти не изменился, разве что кора приобрела темный оттенок. Я осторожно положил ладонь на ствол. Тоненькие веточки тут же дернулись, попытавшись агрессивно «обнять» мою руку, но силенок у них пока не хватало.

[Объект: Дуб-мутант (мелкий).

Статус: Формирование ядра первичной воли [100%. Завершено].

Особенность: Сверхчувствительность корней. Ядовитый сок (слабый).]

Честно говоря, я ожидал чего-то более впечатляющего. Но, с другой стороны, это был лишь первый эксперимент с деревьями. Однако мой внутренний взор зацепился за другое: я четко видел, где именно в стволе дуба сформировалось ядро воли. Небольшое, размером с абрикосину, оно редко, но пульсировало. Скорее всего потом дерево нарастит плотный защитный слой вокруг ядра, — самого уязвимого своего места, — пока же этого не произошло.

Ладно, пока что само дерево бесполезно и особых идей как его использовать у меня нет. Но что насчет ядра? Что если к сети обычных, не мутировавших мелких дубков того же вида «подключить» или внедрить такое извлеченное ядро? Станет ли оно просто управляющим центром для всей сети? Или же его природа начнет менять остальные деревья, превращая их в подобие себя? В теории не должно, потому что для мутации деревьям нужен огромный переизбыток энергии, которым ядро не обладает. Доносить сложные мысленные команды до обычной сети деревьев было тяжело, а вот общаться с ядром мутанта — легко. Если подсаживать такие управляющие ядра к обычным сетям, это позволило бы мне контролировать огромные массивы леса, даже не подключая их к себе кровью. Точнее, если с помощью ядра получится контролировать сеть, которую я не привязал кровью, вот тогда использование таких ядер имеет смысл.

Мысль была заманчивой и ее нужно было обязательно испытать. Нужно только взять совсем небольшие сети, или даже создать их, переплетая корни. Конечно, то же самое я могу проверить на душильниках, но это не показатель — слишком разные размеры и объемы. Вдобавок, еще вопрос в том, как долго сможет прожить «извлеченное» ядро вне тела своего родного мутанта, прежде чем угаснет, и переживет ли оно пересадку?

Одно волевое усилие — и через несколько мгновений между мной и дубом возникла новая связь, которая далась на удивление легко. Сегодня попробую «раскачку» через обрыв связей и создание новых, а затем вновь подключение старых. Лимиты нужно продолжать расширять и старые темпы меня уже не устраивают.

Однако уже через пару мгновений всё мое внимание поглотил дуб и его ощущения. Описание «сверхчувствительность корней» не было преувеличением: в радиусе своей корневой системы этот мелкий дубок ощущал в земле абсолютно всё — от легчайших вибраций проползающих корнечервей до мертвых семян, спящих глубоко в почве. Четкость и понятность этих ощущений были невероятными, не чета тому, что я чувствовал через обычную сеть или симбионтов.

Я представил себе большую сеть таких дубов-мутантов. Да она буквально будет контролировать каждый миллиметр земли! Вернее, ощущать. О контроле пока говорить не приходилось.

Правда, тут же возник вопрос практического применения. Сверхчувствительность нужна там, где нужно что-то найти. Но для поиска мне пока гораздо удобнее использовать Рыхлого с его червями — они перекопают всё, что угодно. Да и мои собственные корнечерви отлично справлялись с локальными задачами. И тем не менее, пусть пока растет.

Я дал ему живу и продолжил привычный утренний обход сада. Мята и трава вновь начали отращивать листья, причем даже быстрее чем, в прошлый раз. Но мой интерес сейчас вызвала грядка с регенерирующими травами. Из трех десятков одинаковых кустиков один явно выделялся. Его листья стали шире, приобрели желтоватый отлив, а стебель уплотнился и в нем появились янтарные прожилки. Пока что совсем тоненькие. Похоже, пыльца дремликов, которые в последнее время летали над этой зоной, даже за такой короткий срок вместе с моей подпиткой сумели вызывать эволюцию.

Анализ.

[Объект: Желтый Живолист (1-я Эволюция)]

Редкость: Редкая.

Свойства: Клеточная регенерация (усиленная). Ускорение общей регенерации тела (слабое). Подавление воспаления (Среднее)

Что ж, Анализ лишь подтверждал очевидное: свойства растения улучшились, регенеративный потенциал возрос. Но уже на примере мяты я знал, это не предел. В теории подобные растения могут пройти еще две эволюции прежде чем упрутся в потолок. Пока же растение повысило редкость с обычной, до редкой, что очевидный шаг вперед. Ну а ускорение общей регенерации в обычном варианте было вообще незначительное. Но самое главное, эволюционировал этот живолист невероятно быстро, ни одно другое регенерирующее растение не показало эволюции. А значит, можно перекопать еще с полсотни кустиков и пересадить домой.

Вообще, я уже сегодня собирался заняться дистилляцией живолиста, но, похоже, придется чуть отложить этот процесс — нет смысла переводить ценный материал. Нужно дождаться, пока эволюционируют остальные двадцать девять кустов. В теории, при моей подпитке и наличии пыльцы это должно произойти в течение сегодняшнего дня. Мне хотелось показать Могильщику какие-то «промежуточные», результаты. Потому что еще вопрос, как долго будет проходить вторая и третья эволюции. Впрочем, для них я оставлю несколько экземпляров растений нетронутыми.

После подпитал кусты паслена. Они были уже готовы к дистилляции. Листья были мясистыми и широкими, значит первую эссенцию паслена я получу уже сегодня. А это во-первых эликсир Морне, а во-вторых проверка на Измененном влияния этой самой эссенции.

Дальше я проверил оба золотых женьшеня. Они окончательно зарастили раны от срезов и теперь пошли в стремительный рост. Вот только Скиталец, который и питал этих двух прожор, требовал всё больше энергии. Я прислушался к нему и, недолго думая, отправил его погулять по Кромке. Пусть напитается живой, а то он близок к истощению. Эти золотые женьшени — самые прожорливые растения из всех, что у меня были.

Вернувшись на крыльцо, я достал старую карту, которую мне отдал Грэм. Пусть она покрывала далеко не всю Кромку, но сейчас была крайне полезна. Кусочком угля я отметил наш дом, нарисовав крупную точку (обозначающую кость Стража), а затем поставил точку там, где находился Клык. Затем я попытался наложить на эту карту те расстояния и направления, которые видел внутренним взором, находясь в контакте с осколком. Всё это было очень примерно, но направления были указаны верные. Но сейчас, когда я разметил точки, то понял, что кости разбросаны гораздо дальше, чем мне казалось. Пять костей находились в пределах нескольких дней пути от Янтарного, а вот то пугающее скопление из двенадцати красных точек располагалось, предположительно, в неделе пути на север.

Остальные точки даже некуда было проставить — карта не позволяла. Но даже так, она пригодилась. Жаль только, что на ней нет ни Глубин, ни Хмари, ни Колыбели… Только крайняя часть Кромки, Янтарный и приграничье. Этого недостаточно.

Я вздохнул, еще раз взглянул на карту и спрятал ее. Мне нужна карта всего Зеленого Моря, но, скорее всего, такая была только у Гильдий, у обычных же охотников были, скорее всего, как у Грэма — лишь те части, что они сами обследовали или где жили.

Пора было заняться рутиной. Во-первых, я «дозакалил» двух оставшихся симбионтов-лоз. Затем провел закалку Виа соком железного дуба — теперь ее уровень эволюции достиг 89%. Закалка ей была нужна: в боях она получала раны именно из-за того, что сначала я создавал у нее иммунитет к огненной живе, затем к черной хвори, а до закалки дело так и не дошло. Но теперь, когда не нужно поглощать ошметки черной хвори, — самое время. А уж как-нибудь потом можно и закончить взращивание устойчивости к огненной живе.

После этого я приступил к закалке едким соком той лозы-симбионта, которой еще вчера завершил закалку железным дубом. Как и ожидалось, за один подход я смог обработать чуть больше половины лозы, и это потребовало немалых затрат энергии. Вернее, вдвое больших, чем во время первой закалки.

Скоро у этих хищных лоз будет двойная закалка и они уже станут крепче, чем Виа и душильник. Но мне нужно пойти еще дальше и сделать потом усиленную закалку эссенцией едкого сока и железного. Какая из них подойдет, я еще не знал. Вчера я набрал достаточное количество и этого, и того сока, но дистилляцию пока не проводил. Представляю, какая там будет вонь.

Я взглянул на вставшее солнце и вспомнил расстояние до ближайшего осколка Стража. В теории, мы с Клыком до ближайшего осколка можем дойти за полдня или чуть быстрее, главное — выйти прям рано-рано. Но это, скорее всего, не сегодня. Ему бы сначала освоиться с управлением костяными конструктами.

Я мысленно потянулся к Черношипу у дома Морны. Никто из костяных тварей за ночь не пытался вырваться, Клык держал их под контролем. Однако я решил пока не отпускать страховку. Через изгородь я попытался нащупать присутствие Морны или остальных, но никого, кроме Клыка и Лорика, не ощутил. Все же изгородь считывала лишь тех людей, которые были в непосредственной близости. Ту же Шуршу или Орлу через изгородь не ощущал ни разу — слишком далеко они находились. Вот поэтому сеть Черношипа нужно раскидывать еще дальше, чтобы никто от меня не укрылся.

На сегодня же планы были другими: добыть костей для выращивания костяного цветка (семена которого дал мне Тран) и прочих костяных растений, и сходить на Костяную Тропу для пересадки кость-травы. Чтобы начать закалку костей, сначала нужно подготовить всё для этого. И не помешает захватить Клыка: мне дома, чтобы выращивать подобные растения, понадобятся кости животных, а найти их может только Клык. Ну и заодно, пожалуй, пора набрать кристаллического лишайника для следующей ступени закалки моей собственной кожи. Пора провести первую пробную закалку, оценить больше и посмотреть как сильно помогают те регенерирующие пасты и отвары, которые у меня есть.

Но прежде я решил провести один алхимический эксперимент: меня давно интересовало, можно ли варить отвары прямо на Огненном Пальце Первородного. Температура у него была стабильной, мощной и не требовала дров. Постоянный жар там был гарантирован.

Я установил котелок на импровизированную подставку над камнем, накрывающим палец, залил воду и начал делать простейший отвар восстановления — тот, который уже и с закрытыми глазами сделал бы.

И… потерпел сокрушительную неудачу!

И очень скоро причина этой неудачи мне стала ясна. Всё дело оказалось в огненной живе, которую излучал палец Первородного. Эта жива проникала через котелок и влияла на алхимические процессы в нем, влияла на травы и разрушала их.

Неприятно. Не то, чтобы не мелькала мысль, но я как-то подумал, что воздействие будет не таким уж сильным. Но нет. Если он так влиял на простой отвар восстановления, то более тонкая и требовательная алхимия точно будет под угрозой. Вывод напрашивался один — никакой алхимии кроме той, где требовалось присутствие стихийной огненной живы, я на этом Пальце не сварю.

А что на счет перегонки? Огненная жива тоже будет мешать, наполняя эссенции примесями и портя их свойства? Попробую на чем-то простом — на том, чего не жалко. Но, скорее всего, она будет мешать. Возможно существуют специальные котелки с защитными рунами, которые не пропускают внутрь огненную живу, но это точно не мой. И еще вопрос, сколько стоят подобные котелки? Раз есть оружие, значит должны быть и такие дорогие алхимические инструменты. Вот только другой вопрос, есть ли они в свободной продаже? Или их делают кузнецы на заказ?

Ладно, подумаешь, небольшая неудача. Я пошел в дом и вернулся с янтарем, который вчера выменял у мурлык. Вот что меня волновало больше.

Сначала я попытался достать его механическим путем, — расколоть янтарь, — но он был крепкий. Тогда в дело пошел обычный огонь. И вновь ничего. Да, я уже знал, что та же живица от огня лишь крепче становится, но мало ли?..

В итоге надел перчатку из кожи саламандры, взял янтарь щипцами и поднес прямо к Огненному Пальцу. И вот это сработало, к моему удивлению. Мощный поток огненной живы начал плавить древнюю смолу, причем очень быстро. Янтарь потек густыми каплями, с шипением падая на камень. Я же ждал. Мне сейчас не обязательно было освобождать от янтаря то, что внутри. Мне нужен обнаженный кусочек, к которому я смогу прикоснуться и применить Анализ.

Едва такой появился, я убрал янтарь от Огненного Пальца.

Анализ.

[Застывший громовой янтарь (сгусток концентрированной громовой живы).

Редкость: Уникальное.

Свойства: Неизвестны]

— Вот как… — прошептал я, глядя на избавленный от оков янтаря тускло мерцающий камень.

Значит, каким-то образом внутрь обычного янтаря попала мощная громовая жива и преобразовала его вокруг себя в нечто совершенно иное. Любопытно. По сути, янтарь «законсервировал» живу. Прямо как кристалл. Вот только, как я вижу, с извлечением этой «законсервированной» живы будут определенные трудности. С другой стороны, может это воздействие молнии или чего-то подобного, что и создало камень? А вот если я, к примеру, попытаюсь свою симбиотическую живу каким-то образом заключить в застывающий янтарь, то у меня подобное получится, или нет? Или нужны какие-то особые условия.

То есть, я не сомневался, что нужны. Вот только какими они должны быть? В принципе получается, что янтарь, а значит и живица, обладают куда большим спектром возможностей, чем я изначально думал. А ведь у меня в запасах лежал еще кусок янтаря Каменного Древа, который, как я знал, полностью блокирует любые проявления живы. Его ведь тоже можно расплавить? И его там, у нового дома гнилодарцев, просто куча.

Я сгонял в дом и вернулся с кусочком янтаря, взятого у каменного древа. Поднес его щипцами и в перчатке прямо к Огненному Пальцу (предварительно убрав защитную каменную плитку) и стал ждать.

Минута…другая…третья…

Я уж подумал, что ничего не выйдет, но и этот янтарь начал плавиться под напором Первородной живы. А если использовать янтарь на котелке то он не будет пропускать огненную живу от Пальца внутрь, а вот температуру сохранит? К примеру, если внутри покрыть янтарем, то через слой железа, скорее всего, он скорее всего не расплавится, особенно если держать над каменной подставкой, а не под прямым воздействием пальца. По сути этот древний янтарь расплавило только когда я убрал защиту у пальца и он воздействовал напрямую. А значит можно будет проверить на небольшом котелке.

Тогда мне в голову пришла другая безумная мысль. Я ведь давно думал, как можно покрыть вещи этим янтарем, чтобы они защищали от магии? Что если расплавить его над Пальцем и покрыть тонким слоем мою куртку из ржавозуба?

И сам же себе ответил — глупость! Тонкий слой застывшего янтаря просто треснет при первом же движении. Я даже руку в локте не согну. Напыление — единственный вариант.

Вздохнув, я убрал янтарь, громовой янтарь и подошел к пню с дремликами. Пень преобразился до неузнаваемости. Он обильно расцвел, покрывшись десятками крошечных янтарных цветков, а вся его внутренность заросла особым изумрудным мхом. И всё это за полтора дня.

Да и сами дремлики стали заметно крупнее, напитавшись моей живой и смесью гидролатов. И судя по тому, как стремительно они росли, Матка похоже, действительно искусственно ограничивала их рост и развитие.

Это хорошо, значит возможно они сами могут стать Матками, если будут всё увеличиваться и увеличиваться в размерах.

Рассветница уже бодро перебегала с камня на камень, а две ящерицы (бронированная и трехглазая), которых Кирос погружал в ванночки, похоже, закончили закалку. Во всяком случае, их чешуя уже не выглядела набухшей, даже как будто стала плотнее и ярче. Я применил на обоих ящерицах анализ, однако оказалось, что мои выводы были преждевременны. Система показала, что закалка продолжалась и еще не завершена. После этого я несколько минут понаблюдал за остальными ящерицами и отошел подальше.

Грэм тем временем закончил свою утреннюю медитацию и перешел к активным тренировкам. Их он проводил сейчас за пределами двора, чтобы случайно ничего не разнести. Я слышал свист рассекаемого воздуха — дед отрабатывал Рывки, Усиления и связки ударов с секирой.

И всё это на феноменальной для моего глаза скорости. Там, где он совершал Рывки, оставались глубокие следы на земле. Честно говоря, я залюбовался тренировкой. Если раньше это была именно что тренировка с оружием, сейчас это была чистая тренировка навыков. Не знаю, о какой задержке перед применением навыков говорил Грэм — я ее не видел. Настолько у него всё было отработано до автоматизма.

Я представил старика в бою против обычного Одаренного. Дай ему подобраться на расстояние удара — и никаких шансов ни у кого не будет. Понятно теперь, почему Рывок у охотников — один из основных навыков. С другой стороны, если условный Гнус засядет где-то далеко, за километры от охотника, и начнет насылать ядовитых тварей, то тому придется туго.

Я сам тоже провел быструю тренировку и, обмывшись холодной водой, обсох и после натянул одежду. Мне надо было заглянуть к Хабену. Давненько я не приходил к нему. Захватил еще денег — немного, но столько, чтоб хватило у гончара Берга заказать еще несколько перегонных аппаратов и прочего. Я уверен, что когда буду перегонять едкий сок и прочую дрянь, то даже глазурованная глина не спасет. Он въестся очень глубоко, а значит повторно использовать эти перегонные аппараты можно будет только для едких веществ.

— Дед, — вышел я за калитку, — Я к Хабену, а потом к Бергу загляну.

Грэм, тяжело дыша, остановился и недовольно кивнул, утирая пот со лба. Всё же он устал. Даже без болячки постоянные Рывки и Усиления его истощали.

— Ну давай. — кинул он мне. — Я пока подготовлю всё к выходу в Кромку.

— Хорошо.

В принципе в поселке все равно встают, так что не думаю, что Хабен закрыт. Вон сколько людей туда-сюда уже по своим делам ходят.

Добрался до лавки Хабена я быстро. Лавка была открыта.

Я постучал и медленно открыл дверь. Заглянул и вошел.

Пахло тут, как обычно, травами и эликсирами. Приятный и теперь почти родной запах.

Секунд на двадцать я просто стал и осматривался в лавке, и даже не сразу заметил хозяина.

А Хабен просто спал, уронив голову на прилавок. Впервые вижу его таким.

Я подошел ближе, осторожно тронул его за плечо и, одновременно, повинуясь какому-то внутреннему чутью, применил Анализ.

На миг голову сдавило болью, чуть шатнуло и система выдала информацию.

Мне хотелось знать, на какой ступени Хабен и вообще, что еще я увижу нового о нем.

А новое было. И весьма неожиданное. Вот только подумать об этом я не успел: Хабен вздрогнул и резко проснулся, озираясь мутными глазами.

— А, это ты, Элиас… — пробормотал Хабен, успокаиваясь и протирая лицо руками.

— Выглядишь не очень, — осторожно заметил я.

— Тяжелый день… тяжелая ночь, — Хабен покачал головой и в его голосе слышалась глубокая усталость. — Ты это… пришел на урок? Или чего другого хотел?

— На урок, — кивнул я.

— Ну да, — мотнул головой Хабен, — Не смотреть же на мою заспанную морду. Урок…что ж, извини, Элиас, сегодня я, как видишь, немножко не в том состоянии, чтобы вообще разговаривать.

Хоть Хабен уже и проснулся, выглядел он так, будто пил всю ночь, а потом еще и прошел по лесу несколько часов.

Я посмотрел на ровные ряды бутылочек на полках, затем на осунувшееся лицо травника и кивнул. Пожалуй, он прав — сейчас он действительно выглядит плохо.

— А что так? — всё же спросил я, — Заболел?

— Да так, — отмахнулся он, — Не будем об этом.

Я кивнул. Ладно, не хочет, так не хочет.

— И еще… — Хабен поднял на меня усталый взгляд. — Кое-что изменилось.

— В плане? — напрягся я. — Ты больше не будешь меня учить?

— Буду, — вздохнул он. — Но недолго.

Он привстал и сделал шаг вдоль прилавка, придерживаясь за него.

— Мне… мне придется согласиться на предложение Эйны, Элиас. Так уж вышло.

Вот оно как… А я уж думал, что кого-кого, а Хабена она точно не захомутает. И вот как вышло. Что ж, неприятно. Я надеялся, что Хабен останется «свободным». Однако то, что я увидел во время его Анализа уже заставляет задуматься.

— Значит, она тебя всё-таки продавила? — уточнил я.

Хабен отвел взгляд и нервно сглотнул.

— Не будем об этом говорить, Элиас. Всё, что нужно, я сказал. Просто я стану частью…кхм… Гильдии.

Пока он молчал, я прокрутил в голове то, что показал Анализ. И теперь его недомолвки становились понятны.

[Объект: Хабен

Статус: Сильное энергетическое истощение. Подавление воли.

Тип Дара: Травнический (слабый)

Ступень Дара: 2-я

Особенности организма: Хроническое токсичное отравление (в энергетических каналах осел плотный осадок от длительной работы с токсичными алхимическими компонентами и ядами (сильно снижает общую пропускную способность живы).

Активное воздействие: Кровавая Клятва (Сила воздействия клятвы: Средняя).

Побочный эффект: Постоянно вытягивает незначительную часть жизненной силы для функционирования.]

При чем система описала как работает клятва, но не описала за что именно она отвечает. Но оно и понятно — откуда ей знать, кому и как давал клятву Хабен и каких вещей она касалась?

Меня же волновало другое. Я хоть много разговаривал о Дарах с Рыхлым, Морной, Грэмом, Гнусом и даже с Могильщиком (пусть и немного) — всё равно впервые о подобном слышал. Они не знали о таких Клятвах? Или просто к слову не пришлось?

— Понял, — спокойно сказал я. — Не хочешь говорить, значит, есть причины.

Хабен с облегчением кивнул — видимо был рад, что я не стал допытываться. Ну, он ведь не знает, что я увидел. Кстати, меня удивил довольно невысокий уровень Дара Хабена — всего лишь второй. И это, тем не менее, не мешало ему варить неплохие зелья и эликсиры. Еще один показатель, что конкретные знания в случае алхимиков важнее силы Дара. Ну об отравлении компонентами варки, скорее всего, Хабен и так знает.

— Когда это произойдет? — спросил я. — Ну, вступление в Гильдию.

— Примерно неделя, — тихо ответил травник, облокотившись о прилавок. — Я знаю, у Эйны уже полностью подготовлен список новых членов Гильдии. Там будут травники из поселка, я уже с некоторыми перекинулся парой слов, и еще там будет парочка… черных алхимиков. Причем двоих она притащила аж из других поселков.

— Чтобы точно получить численный перевес при голосовании? — прищурился я.

— Именно, — кивнул Хабен. — Перестраховывается на случай, если кто-то даст заднюю.

— Понятно.

— И через неделю Марта будет обязана принять этот список на рассмотрение, а потом Эйна потребует провести новое голосование. И всё.

— А Марта разве не может просто отказаться принимать этот новый список? Ну там сказать, что и так для такого поселка достаточно людей, а остальные — лишние.

Хабен покачал головой.

— Если бы такой вариант был возможен, Эйна бы никого не собирала и не обрабатывала этих травников. Нет, наверху всё согласовано, и Марта это понимает. Возможно сейчас у Марты один вариант — выторговать местечко получше и где ее не будут трогать. Думаю на это, — на то, чтобы пойти навстречу, — ее мозгов хватит.

Я вспомнил Марту и что-то не был уверен, что эта упертая женщина будет вести себя разумно, когда ее придавят. Случай со мной яркий тому пример.

А ведь я так и не дал Эйне окончательного ответа на ее «щедрое предложение». А отказ придется дать. Причем судя по тому, что Эйна закончила «приготовления», дать его придется очень скоро.

Она-то не понимает, что я физически не могу войти в Гильдию из-за камня определения.

— Ясно, — кивнул я.

— А ты? — прищурился Хабен.

— Что я?

— У тебя ничего не изменилось? Она на тебя ничем не давила? — Хабен пристально посмотрел в мои глаза.

Я же лишь покачал головой. Давить? Давила, да, только сейчас это уже не важно, да и детали Хабену знать не стоит.

— На меня сложно теперь давить, — ответил я, — Учитывая, что за моей спиной стоит дед.

— Что толку от старого больного охотника? Да, я знаю, что ему стало лучше, но это может быть временным эффектом.

— Дед здоров. — коротко ответил я.

И увидел, как глаза Хабена округлились от искреннего удивления.

— В смысле «здоров»? А черная хворь?

— Здоров полностью, Хабен. Никакой черной хвори.

— Но…как? — удивленно выдохнул он и задумался, а секунд через двадцать спросил, — Дело в гнилодарцах, да? У них появился какой-то способ ее лечить?

Я только улыбнулся, но не ответил.

Хабен рассмеялся.

— Понял, не хочешь говорить.

Он постучал пальцами по стеклу прилавка

— Что ж, Элиас, это хорошие новости, очень хорошие. Рад за твоего деда. Хоть характер у него не подарок, но все же охотник он сильный. Был… то есть, есть.

Мы какое-то время молчали. Говорить было уже вроде как не о чем, и я уже собрался уходить.

— Да, — вдруг сказал он, когда я уже стоял у двери, — Будь осторожен, Элиас.

Я вопросительно приподнял бровь.

— С Эйной, с новыми людьми, да и просто в Кромке. Да, и особенно с новыми людьми, которые появятся в поселке. Следи за ними, и старику своему передай тоже, чтобы глядел в оба глаза за каждым пришлым. И помни, что у Эйны скоро будет много власти. Надеюсь только, что это продлится недолго.

Предупреждение было странным, но я кивнул. Особенно меня напрягли последние слова Хабена, но вряд ли он пояснит, что именно имел в виду.

— Хорошо, передам. Ладно, Хабен, выздоравливай. Завтра зайду. Может, принести трав каких восстанавливающих? Все-таки мы по Кромке с дедом ходим, может что нужно?

Хабен слабо рассмеялся:

— Какие там травы, Элиас, иди. Всё у меня есть. Просто не успел выпить отварчику бодрящего. Всё нормально.

Я кивнул ему и вышел из лавки на залитую солнцем улицу и пошел к Бергу.

Подумать было о чем. Значит, власть в местном отделении алхимиков скоро сменится, и быстрее, чем я ожидал. Эйна не стала тянуть. Тихо провернула свои дела и всё.

Берг был на месте и раскладывал свой товар. Я быстро обрисовал, что мне нужно, он кивнул и сказал приходить через два дня. Мол, заказов сейчас вновь немного, так что может и успеет за это время.

Уже после этого я двинулся домой.

Грэм уже сидел собранный на крыльце. Корзина стояла рядом, а в руках он держал обычный топор, который неспеша и с удовольствием точил. На его плече спал Седой. Тоже готов к выходу.

— Что-то ты быстро сегодня, — заметил он.

— Хабен сегодня немного приболел, — ответил я.

— А что с ним? — нахмурился старик.

— Не знаю точно. Он не сказал, но выглядит он очень ослабевшим. Да и по всему видно, что ночь у него была явно неспокойная.

Он кивнул.

— Ладно, собирайся да пошли. Потом расскажешь, о чем поговорили. Вижу, есть что сказать.

Мои сборы много времени не заняли. Я даже успел глотнуть остывшего чаю, который заварил мне Грэм. Хищных лоз оставил дома. Они пока слишком малы и слабы, чтобы участвовать в боях.

Кироса, как и Трана, не было видно. Ну и хорошо. Они, кстати, еще не знали, что Грэм здоров полностью. Выходит, Хабен узнал раньше всех. Но как раз в нем я не сомневался — он не из болтливых.

Только когда мы отошли на достаточное расстояние от поселка, Грэм спросил:

— Ну так что ты там узнал такого у Хабена? Вижу же, глаза горят поделиться.

Я улыбнулся.

— Ну…есть пара новостей. Во-первых, он согласился на предложение Эйны. Похоже, она его таки продавила.

— Вот как? — искренне удивился Грэм. — А я-то думал, что как раз такой скользкий уж, как Хабен, обязательно соскочит.

— Еще Хабен сказал, что Эйна уже приготовила список новых членов Гильдии. Подаст его, а через неделю проведет голосование и Марта всё.

— Быстро она, — прищурился старик. — Прыткая девка. А Марта…что ж, поделом.

— А еще, дед… — я спросил уже чуть тише, — Что ты знаешь про Клятву Крови?

Грэм резко остановился.

— Мерзкая штука, Хабен рассказал? — прищурился он.

— Не совсем. — покачал я головой, — Скажем так…я узнал, что такая клятва сейчас висит на Хабене. Почувствовал ее.

Грэм не стал уточнять как именно, и хорошо, что не стал. Объяснить я бы этого толком не смог, а вот знать, чего ожидать от Хабена под такой Клятвой стоило. А в том, что там есть подводные камни я не сомневался.

— Вот как…на Хабене…значит, он хорошо так вляпался, раз она на нем, — Грэм шумно выдохнул и посмотрел вперед. — А по поводу того, что я знаю. Я точно знаю, что такие вещи строго-настрого запрещены. А еще я знаю, что Одаренных с Даром Крови отлавливает Надзор.

— Как Симбионтов? — уточнил я.

— Как Симбионтов, — мрачно подтвердил Грэм.

— И тем не менее, есть кто-то, кто поставил на Хабена такую штуку, — уточнил я, — Значит, не очень-то и запрещены такие вещи.

— Ты думаешь это Эйна? — прищурился Грэм.

— Не знаю, но он ведь согласился там, где собирался отказываться.

Грэм почесал бороду.

— Если это так, то от этой девчонки надо держаться подальше. Как и от Хабена.

— Только из-за Клятвы? — уточнил я.

Мне были еще нужны уроки Хабена. Хотя бы три-четыре, где он бы рассказал то, что знает и умеет. И вроде как от этого он не отказался.

— Это в том числе.

— Что значит эта клятва ты так и не объяснил, это что-то вроде нерушимой клятвы?

— Честно скажу, Элиас, как именно это работает — я не знаю. Никогда особо не интересовался ни такими Дарами, ни такими вещами. Мне было достаточно знать, что они опасны и запрещены, и не вникать в подробности. Но ты уже и сам понимаешь, если что-то запрещено, то запрещено оно не зря.

Я посмотрел на свои руки. Как сказать…как сказать. Пока опасностей от меня миру меньше, чем от потерявшего контроль охотника.

— Представь, — сказал Грэм, — Одаренного с силой Крови. Ты ведь понимаешь, что сначала он контролирует свою кровь, а потом…

— Чужую? — прищурился. я

— Именно, — ответил Грэм. — Чужую. Насколько ему легко убить другого Одаренного?

Я застыл, как-то в этом аспекте я не думал.

— По щелчку пальцев. — сказал я.

Была только одна странность: Хабен говорил об Эйне спокойно, предупреждал о ней. Наверное, клятва подобное должна запрещать? Или же Клятва касается чего-то другого?

Но я знаю одного человека, кто точно знает про такие Клятвы — Кирос. Этот человек знал и про Дар Разума отца Элиаса, и, похоже, знал много интересного. И очень хорошо, что у нас сейчас с ним хорошие отношения.