***

Все верно, Линь Мин практиковал «Канон Хаотической Боевой Силы», и его самым мощным оружием были не кинжалы, а кулаки!

Сейчас его удар был настолько силен, что мог оставить вмятину глубиной в полчи за в железном дереве. По прочности оно не уступало стали, а если бы на его месте оказался обычный камень, он бы разлетелся вдребезги!

Линь Мин, не отрывая взгляда от Ван Игао, прицелился точно в его грудь. Рывок, удар! Раздался глухой хлопок, и Ван Игао, харкая кровью, отлетел назад. Даже защита мягкой брони и достигнутая им вторая стадия Закалки Тела — Стадия Закалки Мышц, сделавшая его плоть невероятно прочной, — не помогли ему выдержать сверхтяжелый удар Линь Мина.

Глядя на Ван Игао, который свалился на землю, словно дохлая свинья, толпа зевак лишилась дара речи. Тот хвастался, что одолеет Линь Мина за три хода, но всё вышло с точностью до наоборот: Линь Мин разгромил его за три приема! В каждом столкновении преимущество Линь Мина было подавляющим. Если бы не мягкая броня, Ван Игао проиграл бы гораздо раньше. Со стороны это вовсе не походило на бой практика первой стадии против практика второй — скорее наоборот!

— Старейшина Лю, как вы это объясните? — спросил кто-то из толпы.

В середине поединка на площади появился пожилой мужчина. В молодости он достиг пятой стадии Закалки Тела — Стадии Закалки Костей, и до Сгущения Пульса ему оставался всего один шаг. Однако он так и не смог преодолеть этот барьер. Срок жизни воина на этой стадии не отличается от обычного человека, и его тело не смогло противостоять разрушительному воздействию времени. Сейчас старейшине Лю было за семьдесят, он утратил боевую мощь, но его проницательность осталась при нем.

Немного подумав, старец ответил:

— У этого юноши врожденная божественная сила!

Когда говорят о таланте первого или второго ранга, обычно имеют в виду скорость и легкость, с которой тело поглощает истинную сущность. Чем быстрее этот процесс, тем выше ранг. Однако физическая мощь самого воина не учитывается в этой градации талантов, так как у большинства людей до начала занятий боевыми искусствами силы примерно равны, и все стартуют с одной линии. Но встречаются исключения — люди, обладающие врожденной силой, которая может быть в десять, а то и в двадцать раз больше, чем у обычного человека. Обладая такой мощью, они обычно и двигаются быстрее, что дает им огромное преимущество в бою.

Впрочем, таких воинов крайне мало, и они не всегда достигают великих высот. Ведь чем дальше идешь по пути боевых искусств, тем важнее становится истинная сущность, и значение физической силы постепенно уменьшается.

— Вот оно что... — окружающие согласно закивали. Такое объяснение казалось вполне логичным.

Линь Мин подобрал кинжал и шаг за шагом подошел к Ван Игао. Тот выглядел жалко: одежда превратилась в лохмотья, рот в крови, лицо в пыли. В этот момент Ван Игао готов был провалиться сквозь землю от позора — он станет посмешищем для всех прожигателей жизни в Городе Небесной Удачи.

— Ты сам сказал: тысяча золотых. Плати, — произнес Линь Мин.

«Черт!» — при этих словах Ван Игао едва снова не выплюнул кровь. Какого дьявола он сдуру ляпнул про тысячу золотых вместо восьмисот! Хоть он и был выходцем из знатной семьи, тысяча золотых была для него огромной суммой.

Это был самый позорный и незабываемый день в его жизни. При таком количестве свидетелей он не мог отказаться от своих слов. К тому же это был официальный поединок, и любые попытки открыто отомстить в будущем сделают его объектом насмешек, разве что действовать втайне.

— Деньги! Живо несите деньги! — прохрипел Ван Игао своим прихвостням. Сегодня он признал поражение, но это еще не конец. Он поклялся, что сотрет Линь Мина в порошок.

Его банда была ошеломлена силой парня. Они не были уверены, что справятся с ним, даже если нападут вшестером. Неужели он действительно на первой стадии Закалки Тела?

— Сяодун, принимай оплату, — скомандовал Линь Мин.

Тысяча золотых — сумма немалая. У Ван Игао не было столько наличными, поэтому пришлось собирать по крупицам у всех своих людей. Линь Сяодун с того момента, как Ван Игао отлетел, сплевывая кровь, находился в состоянии ступора. Только когда Линь Мин окликнул его, он пришел в себя. «Твою же мать, это правда? Он победил?»

Более того, они заработали тысячу золотых! Целую тысячу! Всё состояние Линь Сяодуна не превышало двухсот золотых, и большая часть ушла на покупку кровавого женьшеня. Видя, как в его руки перекочевывают золотые билеты разного достоинства, Линь Сяодун сменил выражение лица с шокированного на восторженное, а затем и вовсе расплылся в ехидной ухмылке. Его и без того маленькие глазки превратились в узкие щелочки.

— Ха-ха, разбогатели! Какая щедрость, какая любезность! Что я могу сказать? Огромное спасибо всем вам за доброту. Знали ведь, что у нас туго с деньгами, и не поленились прийти издалека, чтобы подкинуть нам деньжат на расходы. Спасибочки! Особенно тебе, брат И-Гао-Ван, которому восьмисот показалось мало, и он настоял на тысяче. От лица всего народа благодарю тебя за этот жест.

Услышав издевательства Линь Сяодуна, и особенно исковерканное имя «И-Гао-Ван», Ван Игао почувствовал, как к горлу подступила новая порция крови. Он ведь сам обещал, что если не прикончит Линь Мина за три хода, то его имя будут читать задом наперед.

«Твою мать!» — Ван Игао скрипел зубами от ярости. Остальные тоже помрачнели. А Сяодун, будучи мастером доводить людей до белого каления, демонстративно послюнявил палец и принялся пересчитывать золотые билеты.

— Двадцать, тридцать, пятьдесят, сто, сто пятьдесят, сто семьдесят...

Пересчитав внушительную стопку трижды, он с сияющей улыбкой заявил:

— Тут восемьсот пятьдесят золотых. Не хватает еще ста пятидесяти. Слушайте, вы же все богатые люди, неужели не можете наскрести такую мелочь?

Ван Игао потемнел лицом. Резким движением правой руки он отбросил в сторону меч. Со звонким лязгом клинок вонзился в плитку площади.

— Это Меч Синего Острия. В любой лавке его купят за двести золотых. Уходим!

Шестеро парней пришли за местью, а в итоге оставили всё свое имущество, включая личное оружие. Ван Игао еще никогда не чувствовал себя таким ничтожеством.

Линь Сяодун тут же схватил Меч Синего Острия. Он немного разбирался в оружии и видел, что этот клинок — вещь незаурядная, в разы лучше его собственного меча.

— Нравится? Забирай себе, — предложил Линь Мин.

— Как так, брат Мин? У тебя же самого нет оружия.

— Мне хватает кулаков, оружие пока не нужно. Позже я подберу себе что-нибудь подходящее. Этот меч хоть и острый, но слишком легкий для меня.

Линь Сяодун вспомнил тот сокрушительный удар кулаком и кивнул — действительно, такой легкий клинок в руках Линь Мина будет смотреться несолидно.

— Ладно, тогда я его заберу. Но слушай, брат Мин, ну ты и зверь! Я и не знал.

С тех пор как Линь Мин начал серьезно тренироваться, Сяодун не видел его в деле и не подозревал, что тот стал настолько силен. Он искренне верил, что это результат упорного труда друга.

— У Ван Игао слабая база, — спокойно ответил Линь Мин. — Он только недавно вступил на вторую стадию Закалки Тела, причем его уровень, скорее всего, держится на эликсирах. Его боевые навыки тоже не впечатляют, так что в победе над ним нет ничего выдающегося. Моя главная цель — Чжу Янь.

Чжу Янь разительно отличался от Ван Игао. Он был по-настоящему силен, обладал прочным фундаментом и талантом четвертого ранга, который нельзя было недооценивать. К тому же он был усерден в тренировках. Сейчас Линь Мин понимал, что еще не готов противостоять ему.

Линь Мин взял пачку золотых билетов, отделил часть, даже не считая, и протянул Сяодуну:

— Это тебе. Возьми на расходы.

— Зачем? Ты их заработал. Меч я взял, а золото мне ни к чему. С моим уровнем культивации десяти золотых в месяц хватает за глаза.

Линь Мин немного помолчал, но настаивать не стал и убрал деньги за пазуху. Между ними действительно не было нужды в формальностях.

— Ладно, идем на торговую ярмарку.

— Точно! Ха-ха, чуть не забыл! Ярмарка! Теперь у нас есть капитал. Целая тысяча золотых! Твою же дивизию, я в жизни не видел столько денег разом. Сейчас мы там развернемся!