***

Внезапная догадка заставила Хун Си замереть на месте. Он когда-то читал «Кулак Сокрушающих Костей» и теперь отчетливо вспомнил, что суть этой техники заключалась в одном... в вибрации!

Вибрация! Боги, этот парень!

Кадык Хун Си судорожно дернулся. Неужели этот юнец действительно смог освоить «Кулак Сокрушающих Костей»?

«Нет... невозможно. В описании техники упоминалась вибрация Истинной сущности, но там не было ни слова о том, как этого добиться. Отсутствовала самая важная, вводная часть! При том, что техника была повреждена на 70%, да еще и относилась к Земному рангу — тут даже божество было бы бессильно!»

Если Линь Мин действительно постиг это, слово «гений» по отношению к нему звучало бы жалко. Он был просто воплощением бога или демона!

— Парень, где ты научился этому приему с вибрацией? — голос Хун Си слегка дрожал; было очевидно, что он глубоко потрясен. В такой ситуации невозможно сохранять спокойствие: это означало, что под его началом оказался ученик с Сердцем Пути Воина высшего ранга, постигший собственное Боевое намерение и обладающий поистине немыслимой проницательностью! Для такого чудовищного таланта любые врожденные показатели отходили на второй план. Что значило появление такого дарования в его руках? Хун Си даже боялся об этом думать.

Линь Мин ответил честно:

— Я почерпнул эту технику из нефритового свитка «Кулака Сокрушающих Костей».

Он и не собирался этого скрывать. На самом деле это было невозможно: рано или поздно правда бы открылась, если только он не перестал бы использовать этот прием. К тому же, в раскрытии правды не было ничего опасного. Боевые искусства нельзя передать без нефритовых свитков; многие вещи можно лишь осознать, но нельзя выразить словами. А писать свитки могут лишь те, кто довел технику до совершенства. Поэтому Линь Мин не боялся, что кто-то позарится на его знания. Рассказ о «Кулаке Сокрушающих Костей» лишь поднимет его значимость в глазах Военной академии Семи Тайн и наследного принца, обеспечив ему еще большую защиту и безопасность.

Получив подтверждение, Хун Си долго не мог вымолвить ни слова. Сейчас он смотрел на Линь Мина как на какое-то ископаемое чудовище. Кто теперь посмеет заикнуться о его посредственном таланте? Да Линь Мин — самый безумный монстр, которого Военная академия Семи Тайн видела за последние сто лет! Разве что Цинь Синсюань могла бы с ним сравниться, да и то не факт.

— Невероятное чудовище... — пробормотал Хун Си спустя долгое время, наконец вынося свой вердикт. — Линь Мин, ты — мастер с лучшим врожденным пониманием Пути Воина из всех, кого я встречал в своей жизни! Пусть твой талант всего лишь третьего ранга среднего уровня, но скорость развития можно компенсировать Боевым намерением Эфирной Пустоты. Будь это всё, ты бы просто стоял в одном ряду с гениями четвертого или пятого рангов и не привлек бы особого внимания Секты Семи Тайн. Но твоя проницательность... она пугает. Ты осваиваешь техники в разы быстрее других. А с твоим Сердцем Пути Воина ты, чего доброго, постигнешь и второе Боевое намерение. Если так пойдет и дальше, даже Секта Семи Тайн станет для тебя тесна! Ты станешь одним из величайших мастеров молодого поколения на всем Континенте Тяньянь!

Хун Си продолжил:

— Твое будущее безгранично, и я могу научить тебя лишь малому. Сейчас я просто твой наставник. Я планировал передать тебе свои наработки по технике копья, но теперь вижу, что в этом нет нужды. У тебя будет собственное понимание копья, и я боюсь, что мои идеи могут лишь помешать твоему пути. Всё, что я могу дать тебе сейчас — это основы владения копьем и методы тренировки!

— Когда мы только что обменивались ударами, я заметил, что твое копье уже очень устойчиво. Можно сказать, ты достиг уровня, когда «копье непоколебимо, словно отлитое из чугуна». Но тебе не хватает скорости! На мои два выпада ты ответил лишь одним. С такой скоростью тебе не догнать Чжу Яня. Каким бы устойчивым ни было копье, оно бесполезно, если ты не можешь угнаться за тенью врага! Линь Мин, смотри внимательно!

Хун Си внезапно ударил кулаком по стволу дерева. Осенние листья, уже начавшие желтеть, градом посыпались вниз. В глазах Хун Си вспыхнул холодный блеск, и его копье, подобно ядовитой змее, метнулось вперед.

В воздухе замелькало бесчисленное множество теней!

Даже с его острым зрением Линь Мин не мог уловить кончик копья Хун Си. Ему пришлось задействовать силу души, чтобы проследить за движениями наставника. При каждом выпаде наконечник копья касался падающего листа, мгновенно втягивался и наносил следующий удар. Листья один за другим оказывались нанизанными на острие. Среди вихря призрачных ударов количество падающих листьев стремительно уменьшалось. Всего за несколько вдохов на копье Хун Си образовалась плотная стопка листвы. В итоге ни один из сорвавшихся листков так и не коснулся земли.

Линь Мин не мог не восхититься этой техникой! Наконечник копья Хун Си был довольно широким — в четыре пальца шириной. Падающие листья имели овальную форму, и только их длинная ось превышала эти четыре пальца, тогда как короткая была меньше двух. Это означало, что только если лезвие копья входило строго параллельно длинной оси листа, тот оставался на острие. Малейшее отклонение — и лист был бы просто разрезан пополам!

Линь Мин посмотрел на копье Хун Си: действительно, все несколько десятков листьев были нанизаны в одном и том же направлении, словно их сложили вручную! Некоторые листки были совсем мелкими, едва достигали четырех пальцев в длину, но Хун Си умудрялся пробивать их точно по центру, не повреждая краев. Такой контроль силы привел Линь Мина в истинное изумление. Копье Хун Си было не только быстрым и точным, оно подчинялось ему беспрекословно, словно было продолжением руки.

Как говорится: «Месяц на палку, год на кулак, а на копье — вся жизнь!» Овладеть копьем так трудно именно потому, что из-за его длины сложно добиться идеальной точности и контроля силы. Если бы Хун Си проделывал это с мечом, задача была бы куда проще. Меч маневреннее и точнее, но мощь копья несравнима с мечом. Перед Линь Мином открылись новые горизонты.

— С твоим нынешним уровнем развития, — заговорил Хун Си, — тебе нужно дойти до того, чтобы наносить десятки ударов за несколько секунд. И это не должны быть беспорядочные тычки. Каждый выпад должен быть точным, а контроль силы — абсолютным. Тренировка на падающих листьях подходит для этого лучше всего. Лист очень хрупок: чуть промахнешься, и его разрежет. Если сможешь нанизать несколько десятков листьев, не дав им упасть на землю, значит, твоя техника достигла начального уровня мастерства. Но не надейся освоить это за месяц. «Вся жизнь на копье» — это не пустые слова. Сейчас не гонись за контролем силы, сосредоточься на скорости удара, чтобы ты мог противостоять мечу Чжу Яня!

— Я понял.

Общение с Хун Си принесло Линь Мину огромную пользу.

— Ладно, тренируйся сам. Этого упражнения тебе хватит надолго, а позже я приду и обучу тебя следующему приему.

— Благодарю вас, наставник Хун.

— Хех, не стоит. Я учу тебя сейчас, пока могу. Боюсь, в будущем к тебе в ученики выстроится такая очередь, что мне там места не найдется, — Хун Си рассмеялся и, применив технику движения, мгновенно исчез в густой лесной чаще.

Оставшись один, Линь Мин посмотрел на усыпанное желтой листвой дерево и крепче сжал в руках Копьё «Пронзающее Радугу». Скорость его выпадов действительно оставляла желать лучшего. Каким бы сокрушительным ни был удар, в нем нет смысла, если он не достигает цели.

Линь Мин с силой ударил кулаком по дереву. Листья вихрем посыпались вниз. Сосредоточив взгляд на падающих мишенях, он начал стремительно наносить удары.

Один за другим листья разлетались в клочья под ударами его копья. Нанизать лист, сохранив его края целыми, было невероятно трудно. Падая, листья вращались и переворачивались в воздухе. Только в тот краткий миг, когда лист оказывался точно перпендикулярен копью, можно было пробить его центр вдоль длинной оси. Линь Мину до такого мастерства было еще далеко.

Из нескольких десятков листьев Линь Мин изрезал половину, а остальные просто упали на землю. На его копье осталось лишь несколько штук.

«Возможно, не стоит начинать с таких маленьких овальных листьев...» — подумал он. Это было слишком сложно для начала. Он выбрал другое дерево, с сердцевидными листьями размером с ладонь взрослого человека. Такой лист, под каким бы углом он ни падал, при попадании в центр почти наверняка остался бы на копье.

«Это дерево подойдет. Буду тренироваться здесь».

***

День за днем Линь Мин проводил по заведенному графику: по утрам он закалял тело под ледяным водопадом, испытывая Боевое намерение Эфирной Пустоты на девятом уровне сложности, на пределе физических возможностей. Весь день он посвящал практике копья, а по вечерам постигал тонкости Силы, подобной шёлковой нити, и совершенствовался в Каноне Истинной Сущности Хаоса.

Пролетело десять дней. Состояние Боевого намерения Эфирной Пустоты становилось всё более стабильным. Поначалу ему приходилось доводить тело до изнеможения и полагаться на помощь высокоранговых Пилюль Сбора Сущности и Камней Истинной Сущности, чтобы войти в этот режим. Теперь же Линь Мину достаточно было недолго помедитировать в ледяной воде водопада, чтобы сознание само погрузилось в Эфирную Пустоту.

Благодаря долгим часам практики в этом состоянии, его Канон Истинной Сущности Хаоса наконец перешел на второй уровень. Истинная сущность стала плотнее, а сила и скорость Линь Мина заметно возросли.

В этот вечер Линь Мин долго сидел в своей комнате, приводя разум в состояние абсолютного покоя. Затем он медленно достал награду за первое место на вступительных экзаменах — Пилюлю костного мозга алого золотого дракона!

Эта пилюля была изготовлена из костного мозга Алого золотого дракона с добавлением множества редких лекарственных трав. Костный мозг такого дракона был невероятной редкостью, да и остальные ингредиенты стоили целое состояние. Но главное — для её создания требовался мастер-алхимик высочайшего уровня! Такие мастера обычно принадлежали к великим сектам, и обычные люди не могли их даже увидеть, не говоря уже о том, чтобы просить о работе. Даже если бы они согласились, цена их услуг была бы астрономической. Поэтому в Стране Небесной Удачи такие пилюли не производились — их не могла достать даже императорская семья. Цену этого сокровища невозможно было измерить золотом.

Линь Мин осторожно держал Пилюлю костного мозга алого золотого дракона на ладони. Размером с виноградину, густо-красного цвета, на первый взгляд она казалась невзрачной.

Затем он вытащил заранее подготовленный Символ лекарственной эссенции низкого ранга. Он потратил полмесяца упорного труда, чтобы создать всего два таких символа. Один он уже использовал для Пилюли из желчи золотой змеи, а второй берег для этого момента.

Обычный воин усваивает лишь малую часть целебной силы пилюль, большая же часть энергии просто рассеивается. Но Символ начертания, наложенный Линь Мином, мог удерживать и направлять энергию лекарства. С его помощью можно было заставить убегающую силу вернуться в тело, увеличив эффективность пилюли в несколько раз!

Линь Мин раздавил символ, и тот превратился в поток алого света, впитавшийся в драконью пилюлю. Спустя несколько мгновений в самом центре лекарственной жемчужины проступил огненный знак начертания.

(Конец главы)