***

На самом деле Линь Мин отложил воспоминания о начертании не потому, что собирался от них отказаться. Просто жажда боевых искусств в нём была слишком велика, а процесс слияния с чужой памятью оказался изнурительным и тяжёлым трудом. Это можно было сравнить с чтением толстенных фолиантов за невероятно короткий срок — такая нагрузка на сознание была колоссальной. У Линь Мина попросту не оставалось сил на изучение магических массивов и символов одновременно с тренировками. Но теперь он изменил своё решение. Ему пришлось взяться за наследие мастеров начертания, и причина была проста — ему отчаянно не хватало денег!

Для закалки тела не существовало «лучших» лекарств, только те, что были ещё дороже и эффективнее. Те целебные средства, что он использовал сейчас, считались дешёвыми. Существовали снадобья, способные напрямую повышать уровень культивации или помогать в преодолении узких мест, но цены на них были заоблачными. Кроме того, оружие, боевые навыки, гибкая броня — всё это требовало золота. Тысячи лянов, которыми сейчас владел Линь Мин, едва ли хватило бы, чтобы поддерживать его до стадии Сгущения Пульса.

Ему нужно было зарабатывать, и путь мастера начертания подходил для этого идеально. Линь Мин немедленно арендовал комнату для отдыха и приступил к поглощению оставшихся фрагментов памяти бесхозной души.

Эта часть воспоминаний была самой обширной и при этом невероятно сложной для понимания. Слияние заняло несколько часов. Пока Линь Мин был погружён в себя, Линь Сяодун в одиночестве бродил по торговой ярмарке, то и дело ворча про себя: «Прийти на ярмарку, чтобы заняться медитацией? Совсем парень переутомился».

Лишь к вечеру Линь Мин открыл глаза. Голова раскалывалась от невыносимой боли, но во взгляде светился неописуемый восторг.

Техника начертания из Божественного Царства по своей утончённости и сложности не шла ни в какое сравнение с тем, что существовало в низших мирах! Как оказалось, она могла не только усиливать снаряжение, но и повышать эффективность алхимических пилюль. Более того, достигнув вершин мастерства, можно было наносить символы прямо на человеческое тело, многократно ускоряя скорость культивации!

Это был результат кропотливых исследований и накопленного опыта бесчисленных великих мастеров Божественного Царства за миллионы лет. Наследие же мастеров начертания в низших мирах едва ли насчитывало несколько тысячелетий, в лучшем случае — десять тысяч лет. К тому же множество ценных знаний было безвозвратно утеряно вместе с павшими сектами. Техники континента Тяньянь могли лишь незначительно улучшать оружие, и даже в этом они уступали методам Божественного Царства как небо и земля.

Линь Мин попытался подняться, опираясь руками о пол, но почувствовал резкое головокружение. Огромный поток информации, хлынувший в сознание, давал о себе знать. За три часа он успел усвоить лишь половину, но общую суть того, что нужно делать, он уже уяснил.

Прежде всего — покупка материалов. Нужно начинать практиковаться с самых основ. Он обязан был овладеть этим искусством, особенно его манили перспективы усиления пилюль и нанесения символов на тело. Некоторые редкие травы нельзя было купить ни за какие деньги, и если с помощью техники начертания одна порция лекарства могла заменить две, это сулило невероятную выгоду. А про татуировки на теле, повышающие талант к культивации, и говорить не стоило — это фактически означало качественный скачок в его потенциале.

Однако едва он подумал о материалах, как восторг сменился горькой усмешкой. Его восемьсот с лишним золотых лянов, которые он только что получил, исчезнут быстрее, чем успеют согреть карман!

Сок травы Небесного ветра, кровь свирепого зверя третьего ранга, сброшенная кожа длиннохвостой цикады, усики ледяной креветки... Линь Мин начал лихорадочно скупать всё необходимое. Многие ингредиенты из памяти Божественного Царства найти было невозможно — вероятно, они были уникальны для того мира. Другие, если и существовали на континенте Тяньянь, могли отсутствовать в Стране Небесной Удачи.

Тем не менее Линь Мину удалось собрать компоненты для нескольких видов низкоуровневых символьных талисманов. Теперь ему было на чём тренироваться. Искусство начертания пожирало деньги с пугающей скоростью. Он был обязан создать хотя бы несколько удачных работ и продать их, иначе на продолжение обучения средств просто не останется.

Пока Линь Мин подсчитывал расходы, вернулся Линь Сяодун. Увидев перед другом целую гору странных материалов, он едва не выронил челюсть.

— Дружище, ты это... что задумал?

Линь Мин замялся, не зная, как лучше объяснить, и в итоге ответил как есть:

— Я хочу изучить технику начертания.

— Изучить... что? — маленькие глазки Линь Сяодуна округлились, став похожими на два куриных яйца. Он отказывался верить своим ушам.

— Технику начертания, — стойко повторил Линь Мин.

— Мать твое Дао! Братишка, родной мой, тебе что, утром голову отбили? Ты хочешь лезть в начертание, имея меньше тысячи золотых? Да ещё и без учителя!

— У меня есть руководство, — Линь Мин виновато указал на лежащую на столе книгу «Основы техники начертания». Он купил её просто для того, чтобы иметь представление о местных стандартах и сравнить их со своими знаниями.

Глядя на это пособие, которое больше походило на дешёвую подделку, Линь Сяодун чуть не сплюнул кровью. Он уже не знал, что сказать, и горько пожалел, что хвастался перед Линь Мином крутостью мастеров начертания. Дохвалился — парень явно сошёл с ума. Глядя на кучу купленного добра, Сяодун чувствовал, как его сердце обливается кровью. Не желая знать правды, он всё же спросил дрожащим голосом:

— И сколько... сколько ты выложил за всё это?

— Семьдесят золотых лянов... — нехотя ответил Линь Мин.

Линь Сяодун с облегчением выдохнул. Семьдесят золотых — это ещё можно пережить. Но не успел он до конца выпустить воздух из легких, как следующая фраза Линь Мина едва не отправила его в глубокий обморок.

— Это всё, что у меня осталось.

У Линь Сяодуна потемнело в глазах, и он пошатнулся.

***

— Молодой господин, взгляните! Отличный символьный талисман, работа мастера Бай Хуна! Если нанести его на боевое сокровище, мощь оружия возрастёт минимум на двадцать процентов!

Во внутреннем торговом зале ярмарки нарядно одетый распорядитель расхваливал товар перед отпрыском влиятельного клана. Обычно начертанные знаки переносились на специальную бумагу, превращаясь в талисманы. При использовании достаточно было активировать такой свиток, и символ сам запечатлевался на оружии, что было крайне удобно.

Попасть во внутренний зал было непросто — вход стоил пять золотых лянов. Для рядового бойца это была огромная сумма, на которую можно было закупаться целебными травами полмесяца. Линь Мин заплатил эти деньги только для того, чтобы увидеть всё своими глазами и расширить кругозор. К этому моменту в его кошельке осталось всего шестьдесят пять золотых лянов. Входя в зал, он ступал осторожно, боясь ненароком задеть какую-нибудь вазу или склянку — если разобьёт, придётся продавать себя в рабство, чтобы расплатиться.

Линь Мин хотел знать, насколько на самом деле прибыльно это ремесло, а изделия мастеров начертания выставлялись только здесь.

— Работа мастера Бай Хуна? — богатый юноша замедлил шаг, явно привлечённый громким именем. — Есть сертификат?

— Разумеется. Вот подтверждение от Ассоциации мастеров начертания. Будьте спокойны, в нашем зале только подлинники, мы гарантируем десятикратную компенсацию в случае подделки.

— И сколько просите?

— Полторы тысячи золотых лянов. Если у вас есть карта почетного гостя, сделаем скидку в десять процентов.

— Хм... дайте подумать... — юноша погрузился в раздумья. Даже для его нескромного состояния полторы тысячи золотых были весомой суммой.

Линь Мин, хоть и был готов к высоким ценам, всё равно вздрогнул. Полторы тысячи за один листочек! Это же настоящий грабёж среди бела дня! Однако... если он сам овладеет этим искусством, то сможет грести золото лопатой! При этой мысли его охватило нетерпение. Ему хотелось как можно скорее вернуться и приступить к практике.