***

Благодаря чистейшей силе души и глубоким запасам истинной сущности Линь Мин продержался весь день. Несколько раз он оказывался на грани полного изнеможения, но в пути совершенствования невозможно достичь прогресса, не преодолевая собственные пределы. Когда истинная сущность иссякала, Линь Мин, не скупясь, доставал Камень Истинной Сущности и входил в Пустотное боевое намерение. В этом состоянии энергия в его теле начинала циркулировать спонтанно, с огромной скоростью и по безупречным траекториям, что делало процесс восстановления невероятно быстрым.

Солнце клонилось к закату, в комнате начало темнеть. Ван Юйхань зажгла светильники. Глядя на медитирующего Линь Мина, она несколько раз порывалась что-то сказать, но сдерживалась. Лишь когда время перевалило за 21:00, она наконец не выдержала:

— Господин Линь... Э-э... Пора бы поужинать...

— А? Вот как? Ступай поешь, и принеси мне что-нибудь, если не трудно. Я почти восстановился, закончу сначала этот лист.

«Ещё один?» — Ван Юйхань лишилась дара речи. Это была уже седьмая работа. Семь сложнейших символов начертания за один день — даже великий магистр не выдержал бы такой нагрузки. Теперь она перестала сравнивать Линь Мина с собой, окончательно поставив его в один ряд с мастерами уровня её деда.

Покачав головой, она ушла ужинать. Когда девушка вернулась, Линь Мин уже работал над седьмым символом, выполнив почти половину. Поставив еду в сторону, Ван Юйхань замерла, вглядываясь в каждое его движение. Она старалась запомнить их, иногда даже неосознанно повторяя жесты рукой. И хотя она понимала, что без знания внутренней механики это бесполезно, она не могла оторваться.

Минуты складывались в часы. Она смотрела на переплетения сияющих линий, на пальцы Линь Мина, порхающие в танце, на его безупречный контроль энергии и на сосредоточенное лицо, покрытое мелкими каплями пота. Постепенно её взгляд затуманился. Сама того не замечая, она перестала следить за руками и засмотрелась на его профиль. В этот момент её глубоко тронула его предельная концентрация.

Спустя неопределенное время раздался тихий хлопок. Десятки знаков слились воедино, и от яркой вспышки Ван Юйхань вздрогнула. Она поспешно отвела взгляд, чувствуя, как краснеют щеки.

— Седьмой! — Линь Мин шумно выдохнул и буквально рухнул в кресло. Сейчас у него не было сил даже пошевелить пальцем.

— Э-э... Господин Линь, еда скоро остынет.

— А, да, — он с трудом приподнялся, взял поднос и принялся за еду с волчьим аппетитом. Ван Юйхань сидела рядом, чувствуя неловкость и не сводя глаз с песочных часов, в которых песчинка за песчинкой уходило время.

— В базовых узорах, когда рисуешь знак «Скала», лучше добавить один зигзагообразный излом, — внезапно произнес Линь Мин с набитым ртом.

Ван Юйхань вздрогнула, а затем её лицо озарилось радостью. Линь Мин учил её! Это была система начертания, совершенно отличная от принятой в их стране, и по своей изощренности она намного превосходила их школу.

Немного восстановив силы, Линь Мин прямо в воздухе начертил знак «Скала». На этот раз он двигался максимально медленно, чтобы Ван Юйхань могла уловить изменения силы души, особенно в том месте, где добавлялся новый изгиб. Линь Мин прекрасно понимал, зачем она вызвалась помогать. Девушка провела с ним весь день, очень выручила и сама порядком вымоталась, но при этом почти ничего не получила взамен. Быть любимой внучкой председателя Гильдии, «небесной девой» своего круга и при этом целый день прислуживать ему... Линь Мин чувствовал бы себя виноватым, если бы не отблагодарил её.

За то время, пока он ужинал, Линь Мин успел показать ей несколько базовых структур. Хотя знание одних лишь основ не давало возможности сразу применить их на практике, он верил, что с её талантом эти знания станут для неё мощным стимулом к дальнейшему росту.

— Благодарю вас, господин Линь, — искренне произнесла девушка.

— Это мне стоит тебя благодарить.

— Значит... завтра вы тоже придете?

— Завтра? Да, наверное, после полудня. Утром мне нужно тренироваться в академии.

В связи с аттестацией на статус Основного ученика Военная академия Семи Тайн выделила Линь Мину 10 полных дней для занятий в Семи великих убийственных массивах. Это время было слишком ценным, чтобы тратить его на начертание.

— Тогда завтра я снова могу быть вашим помощником? — с надеждой спросила Ван Юйхань.

— Конечно, — улыбнулся Линь Мин.

Поздним вечером Линь Мин вернулся в академию и начал осмысливать итоги дня. За семь часов он создал семь символов начертания. Каждый из них требовал баснословно дорогих материалов. В процессе случались ошибки и порча сырья, но ни разу дело не дошло до критического сбоя или взрыва. Незначительный брак в таких делах был вполне допустим.

По правилам Гильдии, материалы, предоставляемые клиентом в качестве оплаты, должны вдвое превышать стоимость тех, что пошли на работу. Остатки делились между приглашенным мастером и Гильдией в пропорции 60 на 40. Линь Мин оставил себе то, что могло пригодиться лично ему, а остальное обменял на очки вклада Гильдии.

«Такими темпами мне понадобится еще дней десять, чтобы накопить достаточно очков для покупки необходимых компонентов. А самые редкие из них я смогу достать, только когда моё мастерство вырастет ещё сильнее. Собрать всё нужное для двух Символов начертания на тело — задача не из легких».

«Впрочем, этот заработок — тоже часть моей тренировки. Постоянная работа с ценными материалами помогает не только в начертании: растет сила души, совершенствуется Канон Истинной Сущности Хаоса. Я уже близок ко второй стадии малого успеха. Удивительно, как я раньше не додумался до такого способа».

«Вот только Камни Истинной Сущности тают на глазах — по 3 камня в день. Настоящее разорение».

В Стране Небесной Удачи один Камень Истинной Сущности, в зависимости от чистоты, стоил от 500 до 1000 золотых лянов. Те, что выдавали в академии бесплатно, относились к низшей категории по 500 лянов. Однако те, что подарил наследный принц, были высшего качества — чистые и прозрачные, ценой в 1000 лянов за штуку. Такие камни в стране были в дефиците, и купить их в большом количестве было крайне сложно.

Обратная конвертация тоже была затруднена: мало кто из даже богатых наследников мог позволить себе тратить по 4–5 камней, что по стоимости равнялось хорошему артефакту. Мало кто во всем Городе Небесной Удачи мог, подобно Линь Мину, имеющему в запасе более 200 камней, ежедневно поглощать их как леденцы.

«За пару месяцев они закончатся. Попрошу наследного принца помочь с закупкой, в конце концов, я заплачу свои деньги». Став приглашенным мастером, Линь Мин нашел идеальный способ совмещать заработок и развитие.

Он прикинул, что в месяц сможет зарабатывать около 150–200 тысяч золотых лянов — разумеется, если найдется достаточно богатых клиентов. Обычные приглашенные мастера выполняли один-два заказа в день, опасаясь, что из-за усталости качество работ упадет, а репутация пострадает. Работая дней по двадцать в месяц, они получали по 20–30 тысяч золотых. Линь Мин же, делающий по 7–8 заходов в день без выходных, был настоящим исключением из правил.

Наскоро приняв ванну, он прямо в воде вошел в состояние Пустотного боевого намерения, позволяя истинной сущности течь по идеальным меридианам. Так он просидел два часа. От бешеной циркуляции энергии вода в бочке нагрелась, наполнив ванную густым паром. Линь Мин сделал выдох, и воздух в комнате закрутился маленьким вихрем.

Лишь к полуночи он очнулся. Каждая клетка его тела завибрировала, выбрасывая волну истинной сущности наружу. Клубы пара мгновенно рассеялись. Однако из-за долгой медитации в комнате стало очень влажно, и одежда Линь Мина намокла.

Встав из бочки, он случайно бросил взгляд на Пурпурно-золотую мягкую броню — подарок наследного принца. И тут же замер от неожиданности.

Линь Мин схватил доспех и развернул его. Его сердце тревожно сжалось: куда делись кровавые руны, начертанные мастером пика стадии Хоутянь с помощью собственной эссенции крови?!

Сегодня он надел эту броню в Гильдию для подстраховки. Когда он уходил, всё было в порядке, а после ванны руны исчезли! Точнее, большая их часть пропала, остались лишь жалкие ошметки по краям, да и те были размыты. Ощущение было такое, будто тушь попала под воду и расплылась.

Неужели пар от ванны смог уничтожить кровавые руны мастера Хоутянь? Если так, то этот мастер был слишком жалок. Или же наследного принца обманули, и доспех — подделка? Нет, когда Линь Мин принимал дар, он просканировал его силой души: там определенно была мощная эссенция крови сильного мастера, искусно вписанная в структуру артефакта. Кровавые знаки должны были стать частью доспеха, как линии начертания. Их невозможно удалить без специальных методов алхимии или такого мастерства, как Сила, подобная шёлковой нити. Так что же на самом деле произошло?

***