***

В северо-западном углу горы Дачжоу находилась природная долина. Вход в неё, обращённый на север, достигал в ширину почти тысячи чжанов. Но чем глубже она уходила в недра горного массива, тем сильнее сужалась. Долина напоминала гигантскую воронку, пронзавшую гору насквозь — в самой глубокой её точке ширина составляла лишь около одного чжана.

Когда с севера дули сильные ветры, гора Дачжоу становилась для них преградой, создавая колоссальное давление. Воздушные потоки устремлялись в эту воронку, и чем уже становилась теснина, тем выше поднималось давление и тем безумнее становилась скорость ветра!

В первые годы после основания Военной академии Семи Тайн это место назвали Долиной Великого Ветра. Потоки воздуха там были настолько мощными, что перекатывали по земле огромные валуны; ни человек, ни домашний скот не могли даже устоять на ногах.

Позже, когда академия окончательно обосновалась на этих землях, мастера стадии Сяньтянь использовали это место для создания великого массива. Они не только увеличили скорость ветра, но и сделали его направление непредсказуемым: повсюду возникали скрытые течения и даже опасные астральные ветры, способные ранить плоть.

Так появилось одно из семи великих тренировочных мест — Массив Ветра, известный как Пещера Яростных Ветров.

В основном ученики использовали Пещеру Яростных Ветров для тренировки устойчивости и силы ног. Для любого мастера боевых искусств крепкая опора — это фундамент. Путь воина всегда начинается с умения твердо стоять на земле. Даже Линь Мин, не имевший в начале своего пути формального образования, начинал тренировки с отработки ударов в низкой стойке мабу.

Однако сегодня Линь Мин пришёл в Пещеру Яростных Ветров не ради устойчивости. Его целью была техника движений.

Обычному ученику тренировка техники движений в таком месте показалась бы безумием. Какой бы высокой ни была скорость воина, он не сможет уклониться от ветра. Каким бы искусным ни было его мастерство, в Пещере Яростных Ветров он всегда будет зависеть от стихии: встречный поток станет непреодолимой преградой, а попутный — придаст неуправляемое ускорение.

Обычно для отработки движений ученики выбирали Склон Хаотичных Камней, другой из семи массивов. Там в воздухе постоянно летали бесчисленные обломки скал, позволяя воинам тренировать реакцию и уклонение. Линь Мин уже бывал там раньше и признал, что это отличное место, но оно совершенно не подходило для практики техники «Золотой Рух, сокрушающий пустоту».

Склон Хаотичных Камней развивал в первую очередь скорость нейронных реакций, силу, контроль истинной сущности и координацию тела. Если довести эти аспекты до совершенства, мастер приобретал и высокую скорость, и исключительную гибкость.

Обычные техники движений редко сочетали в себе оба этих качества. Например, такие техники, как «Падающее перо лебедя», «Лестница в небо» или «Облачный трос», делали упор на чистую скорость и легкость — «легкость ласточки». Вдохнув истинную сущность, мастер мог одним прыжком преодолеть десятки чжанов в высоту, легко ловя птиц на лету. Такие техники идеальны для преодоления больших расстояний.

С другой стороны, техники вроде «Облаков семи звезд», «Шагов затерянного следа», «Шестифутовых шагов» или «Шагов Семи Пределов» фокусировались на маневренности и уклонении. К примеру, в технике «Облака семи звезд» мастер, достигнув успеха, мог сделать семь шагов одновременно так быстро, что его следы появлялись на земле в одно мгновение. В радиусе этих семи шагов его скорость становилась запредельной. Подобные техники незаменимы в ближнем бою.

Любая техника, дающая преимущество хотя бы в одном из этих аспектов, уже считалась высокоранговой. Те же, что сочетали оба направления, были редчайшими сокровищами и в Секте Семи Тайн обычно передавались только основным ученикам.

Однако, прочитав общее вступление к «Золотому Руху, сокрушающему пустоту», Линь Мин понял: даже техники, доведенные до совершенства в обоих аспектах, остаются заурядными. Истинное, запредельное мастерство движений требует не только скорости и гибкости, но и, что самое важное, слияния с Концепцией и Законами.

Техника, способная идеально воплотить в себе Концепцию, была бы невероятно ценной даже в Божественном Царстве. А «Золотой Рух, сокрушающий пустоту» из памяти того могущественного существа объединял в себе сразу две: Концепцию Ветра и Концепцию Пустоты.

Золотокрылый Рух, также известный как Куньпэн Девяти Небес, — божественный зверь атрибута ветра, предок всех ветров. Легенды гласили, что Золотокрылый Рух питается драконами-цзяо, а по силе равен Истинным Драконам и Фениксам. Концепция Ветра, заключенная в таком существе, несомненно, была вершиной мастерства.

Что касается Концепции Пустоты, то её постиг создатель техники в тот миг, когда увидел, как Золотокрылый Рух прорывается сквозь само пространство в пустоту. Концепция Пустоты была слишком туманной и недостижимой для нынешнего Линь Мина, но Концепция Ветра была тем, к чему он мог прикоснуться уже сейчас.

И лучшим местом для этого, вне всяких сомнений, была Пещера Яростных Ветров.

— Что?! Младший брат Линь хочет установить седьмой уровень сложности? — Старший ученик-распорядитель, охранявший вход, вытаращил глаза, решив, что ослышался.

Пещера была разделена на двенадцать зон, сложность в каждой из которых настраивалась индивидуально. Седьмой уровень обычно предназначался для средних учеников Земного Зала, занимавших места за пределами первой сотни Таблицы Рангов. Линь Мин же теперь входил в элиту Небесной Обители. По логике вещей, ему следовало выбирать как минимум десятый уровень.

Стоит вспомнить, что Чжу Янь тренировался именно на десятом, а лучшие десять учеников Небесной Обители часто использовали одиннадцатый уровень сложности. Что же касается двенадцатого, максимального, то там никто не мог продержаться долго — даже Лин Сэнь выдерживал там от силы время горения одной ароматической палочки.

Если бы сегодня Линь Мин попросил десятый или даже одиннадцатый уровень, распорядитель не был бы так удивлен. Кто такой Линь Мин? Это человек, бросивший вызов Лин Сэню, То Ку и Чжан Гуаньюю, фактически — кандидат в основные ученики. И вдруг — седьмой уровень.

— Младший брат Линь, седьмой уровень обычно выбирают ученики низших рангов. Ты ведь не шутишь со мной? — в недоумении спросил распорядитель.

Линь Мин улыбнулся:

— Я уверен. Седьмой уровень, и это не шутка.

— Ну, хорошо, — распорядитель пожал плечами и активировал массив на седьмом уровне сложности. В конце концов, это было личное время Линь Мина, и он волен тратить его как угодно. К тому же низкая сложность экономила Камни Истинной Сущности.

Как только массив заработал, Линь Мин вошёл внутрь. Сразу же его уши наполнил громоподобный гул. В соседней зоне, видимо, кто-то тренировался на уровне выше десятого: ветер там ревел, словно разъяренный океан или топот тысяч коней. Один только звук позволял представить, какой ужас творится внутри.

Зона Линь Мина с седьмым уровнем была куда спокойнее. Обладая его уровнем культивации, он мог без труда перемещаться в этом потоке. Линь Мин дошёл примерно до середины пещеры, где скорость ветра была умеренной, остановился, закрыл глаза и сосредоточился, всем существом ощущая ледяные прикосновения горного ветра.

Слово «Концепция» звучало призрачно и неопределенно. Если бы обычному воину Страны Небесной Удачи предложили постичь «Концепцию Ветра», он бы не знал, с чего начать. Что это вообще такое?

Но Линь Мин после поглощения осколка души получил ясное представление о том, что такое Концепция. Конечно, понимать теорию — это одно, а постичь её самому — совсем другое. Концепция — это по сути Закон, суть силы. Постичь её — значит овладеть ядром этой силы.

У всего в мире есть свои незыблемые законы. Например, вода течёт вниз, огонь стремится вверх, инь и ян порождают и подавляют друг друга, человек рождается, стареет и умирает. Это базовые законы. Когда понимание этих законов расширяется и проникает в глубины души, позволяя контролировать первооснову вещей, это и становится Концепцией.

Чтобы постичь Концепцию Ветра, Линь Мин не должен был сопротивляться его силе. Напротив, ему нужно было слиться с ним, прочувствовать его. Если бы Линь Мин использовал истинную сущность, свою чудовищную физическую мощь и опору копья Радужного Пронзателя, он легко выдержал бы десятый и даже одиннадцатый уровень. Но в этом не было смысла.

Он выбрал седьмой уровень. Твердо встав на ноги, Линь Мин внезапно полностью прекратил сопротивление, позволяя телу расслабиться. И в ту же секунду его, разумеется, снесло шквальным потоком.

В воздухе Линь Мин отчаянно пытался менять положение тела, подстраиваясь под ветер, стараясь использовать его силу, но поначалу ничего не выходило.

Бам! Линь Мин со всей силы врезался в скалу. Несмотря на крепкое тело и защиту истинной сущности, удар был такой силы, что кровь внутри него забурлила, а в голове помутилось.

Он поднялся, снова доверился ветру и снова был отброшен на каменную стену. Попытка за попыткой. Удар за ударом. Линь Мин потерял счёт падениям. Его тело покрылось синяками и ссадинами, лицо было расцарапано, а одежда превратилась в жалкие лохмотья.

Сегодня он предупредил Ван Юйхань, что не придёт в Гильдию Мастеров Начертания. Он забронировал пещеру сразу на восемь часов, намереваясь посвятить их все постижению силы ветра. Это был метод тренировки, граничащий с самоистязанием. Несмотря на наличие лучших лекарств, Линь Мин выглядел крайне изнуренным.

«Какая неосмотрительность... я и не подумал, что превращу одежду в тряпьё. Сменную-то я не взял», — горько усмехнулся Линь Мин. Ему пришлось просить распорядителя помочь достать новую одежду.

Близился вечер. Распорядитель от скуки медитировал, время от времени поглядывая на зону Линь Мина. Восемь часов... от рассвета до глубокой ночи. И всё это время на седьмом уровне сложности. О чём думает этот младший брат Линь? Неужели он там просто играет?

«Мальчишество? Нет... судя по характеру, он совсем не похож на обычного пятнадцатилетнего юношу. Что же он там делает?» — распорядитель долго гадал, но так и не нашёл ответа.

«Тяжело живётся важным персонам. Время в семи великих массивах стоит огромных денег. Многие воины копят по несколько дней, чтобы заглянуть сюда хоть раз, приходят группами, скидываются и делят час на троих. А младший брат Линь может тренироваться по десять полных дней в месяц, вот и не ценит. Забронировать восемь часов на седьмом уровне... Как же несправедлив мир».

Пока распорядитель предавался раздумьям, Линь Мин вышел из пещеры.

— Прошу прощения, старший брат, не могли бы вы подготовить для меня запасной комплект одежды?

Линь Мин выглядел так, что едва прикрывал наготу. В таком виде он не смог бы даже дойти до своего жилища.

Увидев внезапно появившегося Линя Мина — покрытого ранами, грязного, в рваном тряпье — распорядитель впал в ступор. Его рот открылся так широко, что туда могло бы поместиться яйцо. Ему потребовалось несколько секунд, чтобы узнать в этом похожем на нищего человеке того самого гения! Это... как же так?..