***

Любимая женщина, отнятая врагом и лишенная целомудрия ради парного совершенствования методом поглощения; сокрушительное поражение на глазах у огромной толпы от того самого соперника, что увел её; тяжелые раны, на восстановление которых ушло полгода, и, как следствие, проваленный отбор в основные ученики Военной академии Семи Тайн...

Столько ударов судьбы, обрушившихся один за другим — как это вынесет Линь Мин? Сможет ли он сохранить спокойствие духа? Устоит ли его Сердце Пути Воина?

Чжан Гуаньюй задал себе эти вопросы и признал: окажись он в такой ситуации, он бы просто сошел с ума от ярости! Когда внутренний дух подорван, прогресс в самосовершенствовании останавливается. С древних времен история знала немало гениев, чей путь оборвался после единственной неудачи. У всех них была общая черта: до своего рокового падения они шли по жизни легко, не зная преград.

«Сейчас твое будущее кажется безграничным, но всё это лишь благодаря твоей воле. Без неё ты — никто! Сначала я заберу девственность девушки, которую ты когда-то любил, растопчу твою решимость, а затем искалечу тебя и навсегда перечеркну твое будущее!»

Предвкушая падение Линь Мина, Чжан Гуаньюй едва сдерживал торжествующий смех. Он бросил взгляд на лавку, где работала Лань Юньюэ, и, криво ухмыльнувшись, перешагнул порог.

— Почтенные господа, желаете что-нибудь приобрести? — Лань Юньюэ приветливо улыбнулась вошедшим. Хоть она и училась в Военной академии Семи Тайн одновременно с Чжан Гуаньюем, тот редко показывался на людях, и она не знала его в лицо.

Однако, когда она подошла ближе, её улыбка застыла. Молодой человек в расшитых одеждах с веером в руке явно не был простым обывателем. Дело было даже не в дорогом шелке, а в нефритовой подвеске на его поясе — куске чистейшего «овечьего жира» с кровавыми прожилками. Один этот аксессуар стоил не меньше 5 000 золотых таэлей. Лань Юньюэ помнила, что даже у Чжу Яня не было подобных украшений. Стоимость любой вещи на этом юноше равнялась цене хорошего артефакта. Его происхождение было пугающе высоким.

Она не могла определить уровень его силы, но слуга, следовавший за ним, определенно находился на стадии Закалки Внутренностей. Если даже прислуга обладает такой мощью, то кто же тогда хозяин? И главное — зачем таким богачам приходить в её скромную лавку за тканью? Её товар был неплох, но едва ли мог сравниться с шелком и снежным атласом, к которым привыкли в знатных домах. К тому же ткань обычно покупали женщины. Зачем она двум взрослым мужчинам?

В голове Лань Юньюэ промелькнуло множество догадок, и она невольно напряглась.

Чжан Гуаньюй, разглядывая девушку, про себя отметил: «А она и впрямь хороша. Чистая, нежная красота, которую не может скрыть даже грубое платье. Неудивительно, что и Линь Мин, и Чжу Янь были от неё без ума. И что еще лучше — она всё еще девственна. Идеально. Заберу её в поместье, опою порошком экстаза и наслажусь сполна».

В Стране Небесной Удачи по обычаю молодые люди не делили ложе до свадьбы. Конечно, это не касалось наложниц или служанок, для которых церемонии не требовались.

— Вы ведь госпожа Лань? — прямо спросил Чжан Гуаньюй.

Сердце Лань Юньюэ екнуло. Значит, они пришли именно за ней. Если они нашли её здесь, то наверняка заранее всё разузнали.

— Да, это я. Чем могу быть полезна? — кивнула она.

— Ха-ха, я уже видел вас однажды. Признаться, с первой же встречи я был очарован. Ваша внешность и грация просто пленительны!

Лань Юньюэ инстинктивно отступила на полшага, увеличивая дистанцию. Тревога внутри неё нарастала. Чжан Гуаньюй, заметив это, поспешно сделал шаг назад в знак уважения и произнес:

— Простите, я был слишком порывист и напугал вас. У меня нет дурных намерений. Я искренне восхищаюсь вами, но раньше вы были помолвлены, и мне оставалось лишь сожалеть о поздней встрече. Недавно я узнал, что помолвка расторгнута, поэтому и осмелился нанести визит. Надеюсь, вы не сердитесь.

Видя его вежливость, Лань Юньюэ немного успокоилась и ответила ровным голосом:

— Помолвка не была расторгнута. Меня отвергли.

— О, госпожа Лань, вы слишком строги к себе. Я слышал, что этого Чжу Яня выгнали из семьи, он недостоин вас. Не понимаю только, почему вы открыли эту крошечную лавку в такой глуши. Если не побрезгуете, не согласитесь ли вы зайти ко мне в поместье? У меня есть для вас подарки.

Лань Юньюэ лихорадочно соображала. Этот юноша говорил складно, мягко улыбался и выглядел как благородный муж, не вызывающий подозрений. Однако она чувствовала подвох. Её положение было слишком двусмысленным. Она — бывшая возлюбленная Линь Мина. Одного этого факта было достаточно, чтобы любой здравомыслящий отпрыск знатного рода держался от неё подальше. Даже если бы кто-то в неё влюбился, он бы не посмел претендовать на неё, чтобы не навлекать на себя гнев Линь Мина. Аристократы народ осторожный.

Но этот человек действовал открыто и дерзко. Либо он глуп, либо он — враг Линь Мина! От этой мысли у неё по спине пробежал холодок. Неужели её хотят похитить, чтобы шантажировать Линь Мина?

Она понимала, что не справится с ним, а старый слуга за его спиной лишал её всякой надежды на побег.

Чжан Гуаньюй, заметив её настороженность, усмехнулся:

— Я слышал, вы покинули Военную академию Семи Тайн. Какая жалость. С вашим талантом и при поддержке качественных эликсиров вы вполне могли бы достичь Стадии Сгущения Пульса. А это, между прочим, продлевает молодость на десятки лет. Неужели вам это не интересно?

Он слегка кашлянул. Стоящий позади мужчина тут же подал шкатулку. Внутри оказались два флакона. Чжан Гуаньюй открыл один, и комнату наполнил густой аромат лекарств. Было ясно, что это первоклассный товар.

— Пилюля Сбора Сущности высшего качества, — он протянул флакон девушке. — Скромный знак моего внимания. Пожалуйста, не отказывайтесь. Это лишь малая часть. В будущем я дам вам всё, что пожелаете. Мой статус более чем достойный, я вас не опозорю. Ну как?

Чжан Гуаньюй изучил прошлое Лань Юньюэ. Он знал, к чему она стремилась. Теперь, когда её выставили из семьи Чжу, путь в высшее общество для неё был закрыт. Он не верил, что она устоит перед его щедростью и перспективой достичь Стадии Сгущения Пульса.

К его удивлению, Лань Юньюэ даже не коснулась флакона.

— Я ценю вашу доброту, господин, но вынуждена отказаться. Я больше не хочу идти путем боевых искусств. Мне по душе жизнь простого человека. Благодарю за предложение, но вам лучше уйти.

— Вот как, значит... — Улыбка на лице Чжан Гуаньюя медленно растаяла. От него начала исходить пугающая аура, а его слуга сделал шаг вперед, перекрывая путь к черному ходу лавки.

Лань Юньюэ побледнела:

— Вы... что вы собираетесь делать?

Чжан Гуаньюй вздохнул:

— Какая досада. Кажется, визит в моё поместье вас не прельщает. Но я уверен, как только мы там окажемся, я найду способ пробудить в вас самый... глубокий интерес.

Он выделил слово «интерес» с таким непристойным подтекстом, что Лань Юньюэ похолодела. Этот человек... он собирается взять её силой? Он безумен? Неужели он совершенно не боится мести Линь Мина? Она знала: пусть между ними всё кончено, Линь Мин никогда не оставит безнаказанным подобное надругательство.

Покрывшись холодным потом, она незаметно покосилась на ножницы, лежавшие на прилавке...

— Хе-хе, такая молодая и красивая девушка не должна совершать глупостей, — осклабился Чжан Гуаньюй.

Он сделал шаг вперед, концентрируя Истинную сущность для броска, но в этот момент от дверей раздался звонкий, уверенный смех:

— Ха-ха-ха! Неужели это господин Чжан? Как же тесен Город Небесной Удачи, раз мы столкнулись в таком месте!

Чжан Гуаньюй нахмурился и обернулся. В лавку вошел широкоплечий мужчина с густыми бровями. С каждым его шагом в помещении нарастало давление мощной ауры.

Ляо Веньюань!

Чжан Гуаньюй мгновенно узнал его. Единственный мастер на Стадии Сгущения Пульса в подчинении наследного принца, причем достигший уже среднего этапа. Даже четверо или пятеро таких, как Чжан Гуаньюй, не смогли бы ему противостоять.

Неужели наследный принц приставил Ляо Веньюаня охранять Лань Юньюэ? Нет, скорее всего, здесь повсюду были соглядатаи, которые, завидев его, тут же использовали талисман передачи звука. Мастеру такого уровня не составило труда добраться сюда за считанные мгновения. Проклятье!

— Господин Ляо, какая встреча, — Чжан Гуаньюй сложил руки в приветствии.

— И впрямь, какая встреча, — ответил Ляо Веньюань, отвечая на жест, а затем как ни в чем не бывало спросил: — Господин Чжан тоже пришел прикупить ткани?

— Ха, именно так. Скоро зима, в поместье нужно обновить гардероб.

— Ха-ха! И я с той же целью. Зима в этом году обещает быть ранней. Но чтобы господин Чжан лично выбирал отрезы... Какое рвение! Может, подберем что-нибудь вместе?

— Хе-хе... — Чжан Гуаньюй сухо рассмеялся, и в его глазах блеснула жажда убийства. — Не стоит утруждаться, господин Ляо. Выбирайте сами. Зима и впрямь будет холодной, смотрите, не замерзните!

Сложив веер, Чжан Гуаньюй резко развернулся и покинул лавку. Ляо Веньюань лишь усмехнулся вслед его угрозам. Будучи мастером на Стадии Сгущения Пульса и верным человеком наследного принца, он не боялся ни Объединенной Торговой Палаты, ни самого Чжан Гуаньюя.