***

Символ «Осколок льда» по сложности не уступал «Ледяному стражу». Если бы не стремительный прогресс Линь Мина в искусстве начертания за последние дни, он вряд ли решился бы гарантировать успех.

— Кристалл холодного льда — раздробить, добавить тяжелую воду первозданного единства, тщательно перемешать и отфильтровать осадок… — Линь Мин начал отдавать распоряжения Ван Юйхань по подготовке материалов.

Благодаря совместной работе последних дней между ними возникло особое взаимопонимание. Стоило Линь Мину отдать приказ, как девушка быстро и безупречно подготавливала всё необходимое. Её тонкие пальцы порхали, словно эльфы, мгновенно справляясь с каждой порцией ингредиентов. Линь Мин тоже не медлил: принимая материалы, он сразу задействовал Технику души Тай-и и приступал к работе.

Один за другим в воздухе возникали символы. Одни были крупными, как полная луна, другие — крошечными, словно жемчужины. Все они сияли призрачным светом и ритмично пульсировали, будто живые существа. Процент успеха у Линь Мина был невероятно высок. Поначалу неудач почти не случалось, но позже, когда его духовная сила и истинная сущность начали истощаться, сияющие знаки иногда внезапно рассыпались. Они превращались в мириады искр, которые кружили в воздухе, напоминая танцующих в ночном небе светлячков.

В этом нереальном, прекрасном сиянии сосредоточенное лицо Линь Мина и его глаза, подобные черным самоцветам, не отрываясь следящие за великолепным узором, создавали образ, способный мгновенно заворожить. Сердце Ван Юйхань предательски забилось быстрее. Она украдкой поглядывала на его профиль, на четкие линии лица в ореоле света, и её щеки залил легкий румянец. Ей всегда казалось, что Линь Мин, погруженный в процесс начертания, выглядит наиболее притягательно. Только в такие моменты она могла не бояться, что он заметит её взгляд, и любовалась им в открытую.

Работа продолжалась долго. Солнце уже скрылось за горой Дачжоу, и в мастерской начали сгущаться сумерки. Свет от символов становился всё ярче и очаровательнее. На этот раз Линь Мин создавал крайне сложную структуру: он уже вывел более ста пятидесяти знаков. Слой за слоем ледяное голубое сияние сплеталось в длинное полотно, похожее на россыпь звезд на ночном небосклоне. В школах начертания Страны Небесной Удачи подобных зрелищ никогда не видели. Даже обычно беспечная Мужун Цзы, глядя на этот свет, невольно замерла, завороженная неописуемой красотой.

Прошло еще около четверти часа. Линь Мин был уже на пределе сил. Стиснув зубы, он начертил последний знак и резко свел ладони. В то же мгновение бесчисленные синие огни слились воедино, превращаясь в лазурную мечту. Он взял Меч Бирюзовой Воды, принадлежавший Бай Цзинъюнь, и быстрым жестом направил ледяной символ на его белоснежное лезвие. Раздалось негромкое шипение, и на клинке расцвело пламя лазурного цвета. Холодный свет стремительно распространился от центра, за считанные секунды охватив весь меч.

Послышался треск замерзающей влаги, и лезвие покрылось слоем инея. Казалось, оружие поглощает тепло из окружающего пространства — температура в комнате резко упала на несколько градусов. Мужун Цзы во все глаза смотрела, как слой изморози на мече становится всё толще.

— Это… — Бай Цзинъюнь сглотнула, лихорадочно глядя на свой меч, и на мгновение даже засомневалась, стоит ли протягивать к нему руку.

Линь Мин немного перевел дух, восстановил часть истинной сущности и направил её в символ. Он небрежно взмахнул оружием, и от клинка отделилась видимая глазу полумесячная волна синего света. Тонкая, как лист бумаги, она врезалась в каменный постамент мастерской и исчезла в нем. В следующее мгновение в месте удара образовался идеально ровный срез. Верхняя часть камня уже готова была соскользнуть, но внезапно возникший слой льда намертво сковал её, сохранив первоначальный вид постамента.

— Техника начертания?! — вскрикнула Ван Юйхань, увидев этот луч.

Техника начертания позволяла мастеру через изменение массивов внутри символа преобразовывать поток истинной сущности в сокровище, превращая её в активный навык, который можно использовать для поражения врага подобно боевому искусству! Это фактически давало мастеру боевых искусств еще одну дополнительную технику. В Стране Небесной Удачи подобные методы были практически утрачены. Мастера соседних стран тоже не владели ими; возможно, лишь некоторые великие магистры Королевства Холо Ро могли знать нечто подобное.

От этой мысли дыхание Ван Юйхань участилось. Для неё, одержимой искусством начертания, не было ничего более волнующего, чем видеть наяву то, о чем раньше она читала лишь в древних свитках.

Когда Линь Мин впервые создавал «Символ Силы», он тоже наделил его техникой начертания — «Неистовым Ударом». Когда воин вливал истинную сущность в оружие, массивы символа поглощали её, сжимали до предела и мгновенно выбрасывали наружу, создавая сокрушительную мощь в ближнем бою. Именно благодаря этому навыку Те Фэн на плацу Шицзи победил своего противника Ли Ци, сотворив сенсацию и привлекши внимание Му И. Благодаря тому случаю Линь Мин и познакомился с мастером Му.

Однако «Неистовый Удар» был довольно примитивным навыком, сопоставимым лишь с обычными техниками низшего сорта Человеческого уровня. Его ценность была невелика — в конце концов, себестоимость «Символа Силы» тогда составляла всего сто золотых. В руках Те Фэна он сработал лишь потому, что тот был выходцем из бедной семьи военных и не имел доступа к качественным техникам. Для него даже низший сорт Человеческого уровня был драгоценностью, способной поднять боевую мощь на новый уровень.

Поэтому предложенная Му И цена в три тысячи золотых за такой символ была вполне оправданной. Проще говоря, те, кто нуждался в «Неистовом Ударе», вроде Те Фэна, не могли себе его позволить, а богачи вроде Бай Цзинъюнь или Мужун Цзы в нем не нуждались — он был для них бесполезен. Но техника начертания в «Осколке льда» была совсем иного толка. Она соответствовала среднему сорту Человеческого уровня, причем была одной из лучших в своем классе!

— Как называется эта техника? — голос Ван Юйхань дрожал от волнения.

— Ледяной разрез. Сестра Цзинъюнь может попробовать сама. Нужно просто направить истинную сущность в символ, и техника активируется, — ответил Линь Мин, протягивая меч владелице.

Бай Цзинъюнь глубоко вздохнула и осторожно взяла оружие. Как только рукоять коснулась ладони, она почувствовала прохладу, которая потекла по руке в тело. Возникло ощущение, будто меч стал продолжением её крови. Она слегка подстегнула свою энергию, и истинная сущность беспрепятственно влилась в клинок — без малейших потерь, невероятно плавно!

«Эффект усиления истинной сущности вырос как минимум на сорок процентов!» — изумилась про себя девушка. Насколько ей было известно, даже Ван Сюаньцзи едва достигал такого уровня, а ведь здесь еще была встроена особая техника.

Следуя указаниям Линь Мина, она сконцентрировала энергию в символе и почувствовала, как её сила чудесным образом преобразуется в ледяную стужу. По мере того как она вливала всё больше истинной сущности, холод в Мече Бирюзовой Воды становился всё более пугающим. Наконец, клинок издал восторженный звон и начал мелко дрожать. Бай Цзинъюнь не сомневалась: взмахни она сейчас мечом, и сможет разрубить всю мастерскую насквозь.

— Этот «Ледяной разрез» даже мощнее тех двух техник среднего сорта Человеческого уровня, что я выбирала в библиотеке Военной академии Семи Тайн! — сделала она вывод, даже не совершая удара.

Услышав такую оценку, Ван Юйхань, несмотря на всю свою подготовку, была поражена. Библиотека академии считалась хранилищем лучших техник в стране. Огромное количество воинов вообще не могли попасть в академию, а те, кто попадал, часто не добирались до Небесной Обители и не имели права выбирать техники среднего сорта. Но даже гении из Небесной Обители из-за своего рейтинга часто довольствовались лишь заурядными вариантами. Бай Цзинъюнь занимала двадцать второе место, и её выбор был весьма неплох, но даже её навыки уступали «Ледяному разрезу». Как тут было не удивиться?

Можно было только представить, какую бурю вызовет появление таких символов среди воинов Страны Небесной Удачи. Наверняка выстроится очередь из мастеров стадии Сгущения Пульса и даже Хоутянь. По прикидкам Ван Юйхань, даже при цене в двадцать или тридцать тысяч золотых спрос будет превышать предложение. Выше цена вряд ли поднимется, ведь такой символ подходит только для артефактов среднего сорта Человеческого уровня. Вместе с оружием цена составит более пятидесяти тысяч золотых — сумму, неподъемную для большинства воинов Сгущения Пульса.

Тем не менее, за вычетом расходов, один символ приносил около двадцати тысяч чистой прибыли. Хотя работа требовала колоссальных затрат сил, с невероятной скоростью восстановления Линь Мина он мог создавать по два в день. Два символа — сорок тысяч. При наличии достаточного количества клиентов это миллион двести тысяч золотых в месяц! Это было сродни грабежу. В стране точно нашлось бы больше сотни воинов, способных выложить такую сумму. Линь Мин мог заработать миллионы на одном лишь этом символе.

Линь Мин, разумеется, понимал это не хуже неё. Его нынешнего уровня развития на пике третьей стадии Закалки Тела в сочетании с неистовыми тренировками последних дней едва хватало для создания такого начертания. Сейчас ему были нужны не деньги, а материалы. Многие редкие ингредиенты невозможно купить за золото. Поэтому Линь Мин решил: он будет обменивать символы на редкие материалы. Если кто-то хочет получить его услуги — пусть сам готовит всё необходимое. Он верил, что, задействовав силы всех воинов страны, сможет в кратчайшие сроки собрать компоненты для Символа Закалки Тела.

***

Новость о том, что Линь Мин обменивает начертания высшего качества на редкие материалы, разлетелась по Городу Небесной Удачи подобно разорвавшейся бомбе. Символ с коэффициентом усиления в сорок процентов и встроенной техникой высшего уровня стал настоящим эксклюзивом. Даже Ван Сюаньцзи не мог создать ничего подобного, ведь искусство техник начертания в их краях считалось утраченным.