***

Ба-бах!

Порыв ветра от удара ладонью Оуян Дихуа обрушился на каменный столб у края тренировочного поля, разрывая его на куски. В тот же миг Линь Мин, словно телепортировавшись, оказался рядом с Чжан Гуаньюем. Его рука взметнулась и без малейшей жалости опустилась на спину противника, прямо в область сердца.

Рука, Прерывающая Меридианы!

Истинная сущность Линь Мина хлынула в тело Чжан Гуаньюя. Поскольку тот полностью утратил способность к сопротивлению, энергия беспрепятственно и стремительно распространилась по его каналам. Ранее заблокированные меридианы были вдребезги разорваны яростным потоком, а многочисленные акупунктурные точки на них — полностью уничтожены.

Чжан Гуаньюй издал приглушенный стон и мгновенно лишился чувств.

От этой внезапной перемены все присутствующие судорожно вдохнули холодный воздух. Линь Мин не просто проигнорировал приказ Оуян Дихуа — он сумел прорваться сквозь его заслон и нанести удар. Означало ли это, что скорость Линь Мина была выше, чем у Оуян Дихуа?

— Даже Оуян Дихуа не смог его остановить... Линь Мин просто страшен!

— Оуян Дихуа — личный ученик старейшины, он далеко не обычный мастер стадии Сгущения Пульса. А Линь Мин всего лишь на стадии Изменения Сухожилий...

Люди вполголоса переговаривались, передавая сообщения с помощью истинной сущности. Теперь они смотрели на силуэт Линь Мина с благоговением, смешанным с подлинным страхом.

Устранив угрозу одним ударом, Линь Мин не спеша подобрал лежащую рядом с Чжан Гуаньюем Зловещую Жемчужину Громового Пламени. Хотя он видел эту вещицу впервые, он легко догадался о её назначении — это было смертоносное скрытое оружие.

Держа жемчужину в руках, Линь Мин почувствовал, как за его спиной чей-то взгляд, подобно острому наконечнику стрелы, вонзился ему в спину. Он спокойно обернулся и встретился глазами с Оуян Дихуа, лицо которого потемнело от ярости.

Оуян Дихуа еще никогда не был в таком гневе. Тот факт, что Линь Мин проигнорировал его приказ, уже разжег в нем пламя злобы, но больше всего его уязвляло другое: он нанес удар в полную силу, пытаясь остановить юношу, а тот просто ускользнул, заставив его промахнуться. Это был сокрушительный удар по его репутации!

Он — мастер стадии Сгущения Пульса, ему 24 года, и он личный ученик старейшины Секты Семи Тайн. Линь Мин же — всего лишь кандидат в основные ученики, ему 15 лет, а его уровень развития едва достиг начального этапа стадии Изменения Сухожилий. И при этом Оуян Дихуа потерпел неудачу, ударив в пустоту и беспомощно наблюдая, как этот мальчишка наносит тяжкое увечье Чжан Гуаньюю прямо у него под носом. Выходило, что девять лет разницы в возрасте он прожил зря! Где теперь его авторитет?

Его талант и так не считался выдающимся; он стал личным учеником старейшины лишь благодаря родству с Третьим Старейшиной. Больше всего на свете он ненавидел слухи о том, что «этот Оуян Дихуа стал основным учеником только по связям, а сам из себя ничего не представляет».

— Хорошо! Очень хорошо! — Оуян Дихуа сжал кулаки, его взгляд обещал Линь Мину мучительную смерть. — Ты посмел ослушаться моего приказа и нанес тяжелый удар Чжан Гуаньюю, когда тот уже не мог сопротивляться! Только за это я имею право искалечить тебя!

Линь Мин остался беспристрастным. Он подбросил на ладони Зловещую Жемчужину Громового Пламени и уверенно произнес:

— Господин Посланник Семи Тайн, полагаю, вы узнаете эту вещь. Чжан Гуаньюй собирался использовать её против меня. Не знаю, позволяют ли правила поединка такое оружие, но предположим, что да. Эта штука явно изготовлена крупной сектой, и можно только догадываться о её мощи. Это и есть то, что вы называете «утратой способности к сопротивлению»?

Линь Мин слегка прищурился и продолжил:

— Господин Посланник намекает, что я должен был просто подставить шею под удар? Ждать, пока Чжан Гуаньюй нанесет мне тяжелую рану, и только потом отвечать? Простите, я не настолько благороден. К тому же здесь собралось столько важных особ, а эта жемчужина так опасна — если бы он её бросил, мог пострадать кто угодно. Верно?

— Чтобы использовать подобный артефакт, не нужно много истинной сущности. Пока у Чжан Гуаньюя оставался хоть один вздох, он мог в любой момент пустить её в ход. Поэтому я был обязан лишить его сознания. Это был всего лишь обморок, мой удар не был слишком сильным. Что касается того, что я случайно раздробил руку господина Чжана ранее — приношу свои глубочайшие извинения, обстоятельства вынудили меня.

— И наконец, даже если бы я превысил меру, мы с господином Чжаном заранее подписали контракт жизни и смерти. Оттиски пальцев поставлены, никто не несет ответственности за смерть или увечья. Господин Оуян, вы ведь не забыли об этом?

После этой тирады, произнесенной четко и аргументировано, Оуян Дихуа затрясся от ярости. Удар не был сильным? Оуян Дихуа не знал всех тонкостей техники Линь Мина, но был уверен: учитывая решительность и безжалостность этого парня, Чжан Гуаньюю досталось по полной программе.

Прибавьте к этому правую руку, превращенную в месиво из плоти и осколков костей — без редчайших небесных сокровищ, способных восстанавливать конечности, исцелить её невозможно. Путь воина для Чжан Гуаньюя, скорее всего, был окончен. Такие люди, как он, слишком горды, чтобы смириться с поражением, тем более с таким сокрушительным! Его Сердце Пути Воина наверняка будет разбито, и он уже никогда не оправится. Чжан Гуаньюй как личность и как мастер был уничтожен.

Но самое обидное для Оуян Дихуа заключалось в том, что Линь Мин, нанеся такой урон, формально был прав. Чжан Гуаньюй напал первым, желая смерти противнику, и Зловещая Жемчужина Громового Пламени была тому доказательством. Согласно правилам Военной академии Семи Тайн, наказание полагается за убийство в бою или преднамеренное калечение того, кто уже не может сопротивляться.

Линь Мин же никого не убил и действовал в рамках самообороны, пока противник представлял угрозу. Он не нарушил ни одного правила, и это доводило Оуян Дихуа до исступления. К тому же, контракт жизни и смерти лишал его любых легальных зацепок.

Он не мог напасть на Линь Мина открыто. Ему 24, Линь Мину 15 — если он воспользуется своим уровнем развития, чтобы задавить младшего без веской причины, это будет выглядеть жалко. К тому же, вспоминая невероятную скорость юноши, Оуян Дихуа не был до конца уверен в успехе. Если он не сможет подавить его в несколько ходов, это будет окончательный позор. Девять лет форы — и не справиться? Проще было бы сразу убиться об стену.

Однако он не мог просто уйти, иначе его авторитет будет растоптан в грязь.

Атмосфера на поле накалилась до предела. Все видели искры, летящие между Оуян Дихуа и Линь Мином — столкновение нынешнего Посланника Семи Тайн и того, кто наверняка станет им в будущем. Конечно, сейчас Линь Мин выглядел слабой стороной.

— Линь Мину грозит беда... Оуян Дихуа не из тех, с кем стоит ссориться. Даже глава Военной академии Семи Тайн относится к нему с почтением.

— Молодежь нынче смелая. Линь Мин еще не окреп, а уже нажил такого врага. Боюсь, жизнь у него теперь будет несладкой.

— Не стоит недооценивать Линь Мина. Посмотрите на его врагов: Чжан Цан, Чжу Янь, Чжан Гуаньюй... Где они теперь? Линь Мин всех их убрал. Чжан Цан и Чжу Янь были слабоваты, но Чжан Гуаньюй? Его база и личная сила были на самом верху.

Был еще один враг, чье имя побоялись произносить вслух — десятый принц Ян Чжэнь. Ян Чжэнь тоже был подавлен Линь Мином и теперь лишь заискивающе улыбался ему, не решаясь на открытый конфликт. Глядя на участь тех, кто пошел против Линь Мина, принц вел себя мудро, предпочитая выжидать.

Настроения в толпе были разными: кто-то сочувствовал Линь Мину, но большинство злорадствовало, предвкушая, как Оуян Дихуа изведет дерзкого юнца. Линь Мин велик, но за спиной Оуян Дихуа стоит настоящий старейшина Секты Семи Тайн — легендарная личность. Один приказ такого человека может сменить правящую династию в стране. Даже если Линь Мин достигнет стадии Сгущения Пульса, он не посмеет тронуть Оуян Дихуа, если не хочет покончить с собой.

Пока толпа судачила, Бай Цзинъюнь, закусив губу, молча смотрела на Линь Мина. В её взгляде читалась целая гамма сложных чувств.

Осталось еще полгода... Полгода до окончания трехлетнего траура по отцу. Когда срок выйдет, настанет день, когда Оуян Дихуа придет свататься. Она не надеялась, что её дед, для которого интересы клана превыше всего, найдет в себе смелость отказать. И она не надеялась, что Оуян Дихуа забудет о ней. Хотя на сегодняшнем банкете он не перемолвился с ней и словом, это было лишь из-за неподходящего момента. Бай Цзинъюнь отчетливо видела вспышки похоти и жадности в его глазах, когда он смотрел на неё.

Она уже смирилась со своей участью, но теперь увидела, как Линь Мин бросил вызов Оуян Дихуа. Её сердце сжалось. Возможно ли... есть ли хотя бы один шанс из ста, что Линь Мин сможет вытащить её из этой огненной ямы?

Тем временем на тренировочном поле Оуян Дихуа начал медленно приближаться к Линь Мину. С каждым его шагом аура вокруг него становилась всё мощнее. Казалось, его шаги попадали в такт биения сердец окружающих, вызывая болезненный резонанс.

«Раз я не могу ударить, я заставлю тебя склониться!» — свирепо думал Оуян Дихуа.

Внезапно его мощь выплеснулась наружу во всей полноте. Он решил использовать давление своего духа и ауры, чтобы сломить волю Линь Мина и заставить его подчиниться!

Божественное Искусство Радостного Союза Оуян Дихуа уже достигло пика третьего уровня, до четвертого оставался лишь шаг. Его аура была во много раз мощнее, чем у Чжан Гуаньюя. С каждым движением на Линь Мина накатывали волны хаотичных иллюзий. Стоявшие неподалеку люди начали поспешно отступать. Это давление было крайне странным и пугающим: даже отголоски этой силы вызывали перед глазами видения, заставляя терять контроль над собой.

— Господин, осторожнее! — закричал один из охранников, заметив, что его хозяин застыл с идиотским выражением лица и пускает слюни. Он попытался привести его в чувство, но безуспешно, и ему пришлось просто взвалить господина на плечи и унести подальше от зоны действия ауры Оуян Дихуа.

Многие аристократы имели слабое развитие или не имели его вовсе, поэтому они не могли противостоять такому давлению. Даже мастерам на стадиях Закалки Плоти и Закалки Внутренностей приходилось несладко — они были вынуждены задействовать всю свою истинную сущность. Те, кто был слабее, отбросив гордость, просто бежали прочь.

Мастер стадии Сгущения Пульса из Секты Семи Тайн был действительно пугающе силен!

Если те, кого аура задела лишь краем, чувствовали себя так плохо, то на Линь Мина, находящегося в самом центре, должно было обрушиться невыносимое давление. Однако, когда люди наконец совладали со своим сознанием и посмотрели на юношу, они застыли в изумлении.

Линь Мин стоял как ни в чем не бывало. Он скрестил руки на груди, прижимая к себе Копье Тяжелого Глубинного Мягкого Серебра, и с интересом наблюдал за Оуян Дихуа. По его лицу казалось, будто он смотрит на забавное выступление обезьянки в цирке.