***

Те Фэн не ожидал, что мастер Му И отреагирует так бурно. Он поспешно добавил:

— Именно так, всего сто золотых таэлей. Лавочник на рынке сказал, что эти символы начертания сделал какой-то ученик...

— Ученик?! Боги! — Му И был поражен до глубины души. Однако, немного поразмыслив, он понял: ученик не мог создать нечто подобное. Скорее всего, владелец лавки совершил роковую ошибку в оценке. Но кто же этот безумец, решивший разбазаривать добро и выставивший символ уровня мастера, стоящий тысячи золотых, по цене пучка редиски?

— Немедленно веди меня туда!

— Слушаюсь, господин.

Му И вместе с Цинь Синсюань в сопровождении Те Фэна сели в карету и отправились на рыночную площадь.

В Городе Небесной Удачи мало кто не узнал бы карету поместья маршала. Четверка белоснежных драконьих коней стремительно мчалась по улицам, и прохожие почтительно замирали, провожая экипаж взглядами. Другие повозки спешили прижаться к обочине, уступая дорогу в знак глубокого уважения к маршалу Циню.

***

Летнее послеполуденное солнце, казалось, было пропитано ленью. Его лучи заставляли тело обмякнуть, лишая всякого желания двигаться. В торговом центре рыночной площади тот самый толстый лавочник, что когда-то принимал Линь Мина, вытащил кресло-качалку к дверям. Он развалился в нем, накрыв лицо веером из пальмовых листьев, и уже начал погружаться в дрему.

Торговля сегодня шла вяло, и толстяк подумывал, не закрыться ли ему пораньше. Но в этот момент звонкий топот копыт прервал его полуденный сон.

Он недовольно приоткрыл глаза, собираясь отчитать наглеца, решившего скакать верхом по рынку, ведь здесь это было запрещено. Однако, когда он увидел четверку идеально белых коней без единого пятнышка и герб с изображением золотого копья и рыцарского щита на карете, лавочник чуть не скатился со своего кресла.

— О небеса, карета маршальского поместья!

Толстяк мигом вскочил на ноги. Что могло привести экипаж маршала на обычный рынок?

Пока он терялся в догадках, карета, к его неописуемому ужасу, остановилась прямо перед дверями его лавки. «Пресветлые боги, неужели... неужели хозяева этого экипажа прибыли именно ко мне?»

Когда дверца кареты распахнулась и из нее вышли пожилой мужчина и прекрасная юная леди, у лавочника затряслись поджилки. Мастер Му И! Юная мисс Цинь! Двое живых божеств Города Небесной Удачи пожаловали в его скромную обитель.

— Это здесь? — спросила Цинь Синсюань у Те Фэна. Узнав, что символ начертания еще можно купить, она разволновалась не меньше учителя. Девушка с детства увлекалась искусством начертания, и после того как она увидела технику Те Фэна в бою против Ли Ци, она всем сердцем жаждала прикоснуться к этой тайне.

— Здесь, — подтвердил Те Фэн и, пройдя вперед, ввел гостей в лавку.

Толстый лавочник к этому времени вытянулся в струнку, боясь даже вздохнуть лишний раз.

— Послушай, почтенный, я вчера купил здесь символ начертания, помнишь меня?

Те Фэн обладал культивацией пятой ступени Закалки Тела, был сложен как железная башня и источал ауру закаленного воина. Лавочник запомнил его очень хорошо, поэтому закивал головой, как китайский болванчик:

— Помню, конечно помню! Тот символ уровня ученика... за сто... сто золотых...

Договорив, толстяк занервничал. А вдруг с этим «ученическим» символом что-то не так и эти важные люди пришли призвать его к ответу? «Проклятье, не стоило ради жалкой платы за аренду полки продавать всякую подозрительную дребедень. Хотя постойте... даже если символ был бракованным, не стали бы ради него беспокоить маршальское поместье. Что же происходит?»

— Где второй? — нетерпеливо прервал его раздумья Му И.

Лавочник дрожащей рукой указал на дальний угол витрины, где под стеклом лежал грубый, пожелтевший лист бумаги.

Му И в три шага преодолел расстояние до прилавка, буквально смахнул стекло и осторожно, почти благоговейно поднял символ. Почувствовав колебания Истинной сущности внутри него, мастер резко втянул воздух, а его лицо исказилось от потрясения.

— Что такое, учитель? — подошла поближе Цинь Синсюань.

— Этот символ... — Му И сделал несколько глубоких вдохов, чтобы унять дрожь в голосе, и произнес с полным недоверием: — Колебания Истинной сущности в этом начертании не превышают уровня третьей ступени Стадии Закалки Тела... А может, даже ниже!

Сердце Цинь Синсюань пропустило удар. Она перехватила символ, погрузила в него свою силу души и убедилась: это была правда!

Раньше, когда Те Фэн говорил, что это работа ученика, она не верила, но теперь всё указывало именно на это. Однако это было совершенно нелогично!

— Учитель, — предположила она, — может ли быть так, что некий великий мастер специально подавил свою энергию до уровня третьей ступени, чтобы создать этот символ?

— Истинная сущность мастера на Стадии Сгущения Пульса или уровня Хоутянь качественно отличается от энергии воина начальных ступеней, — покачал головой Му И. — Ее крайне трудно подавить так сильно. К тому же, даже если создатель владеет неким секретным методом сокрытия силы, в этом нет никакого смысла. Работа, созданная под таким ограничением, неизбежно потеряет в качестве. Я не вижу ни единой причины так поступать.

Слушая их разговор, толстый лавочник окончательно запутался. Сначала он думал, что символ принес проблемы, но теперь выходило, что эта бумажка — нечто невероятное.

Это ведь был сам мастер Му И! Один из трех величайших мастеров начертания во всей Стране Небесной Удачи! И если даже он в таком шоке, то какова же реальная цена этого символа?

От этой мысли лавочника прошиб холодный пот. Если бы он только знал, он бы сам выкупил всё сразу!

Но... как тот бедно выглядящий юноша мог раздобыть столь могущественную вещь?

— Почтенный, ты помнишь, кто принес этот символ? — обратился к нему Му И.

— Помню, помню, — зачастил толстяк. — Юноша лет 15–16, одет был просто. У меня и адрес его записан.

С этими словами лавочник бросился рыстаться в записях. В торговом центре всегда оставляли контакты на случай связи с продавцом.

15–16 лет... При этих словах сердце Цинь Синсюань дрогнуло. Первым, о ком она подумала, был Линь Мин — тот загадочный юноша, который так поразил ее в павильоне игры на цине. Неужели это он?

Культивация ниже третьей ступени Закалки Тела... ученик начертания... Неужели этот символ — дело его рук?

От этой догадки у девушки перехватило дыхание. Если это правда, то слово «гений» было слишком слабым для него. Он был настоящим чудовищем!

В это время лавочник, суетливо листая книгу учета, нашел нужную страницу. Сверившись с номером полки, он пролепетал:

— Да... Даминсюань. Юноша живет в Даминсюане. Он оставил товар 8 дней назад.

— Даминсюань? Едем, — скомандовал Му И.

Они быстро вернулись в карету. Цинь Синсюань с беспокойством произнесла:

— Прошло уже 8 дней. Не уверена, что он всё еще там. Такие места обычно не используют для долгого проживания.

Девушка решила, что Линь Мин был постояльцем. Даминсюань считался одним из самых роскошных заведений Города Небесной Удачи, там были и банкетные залы, и комнаты для отдыха, но обычно люди не жили в подобных трактирах неделями.