***

Последнее время Линь Мин не прекращал практиковаться в разделке туш обухом ножа. На половину из тех 95 лянов золота, что он недавно получил, юноша накупил лекарств, так что теперь он не боялся, что запасы истощатся в самый неподходящий момент. Сейчас его удар по Железному дереву оставлял вмятину глубиной в 7 цуней, в которую предплечье уходило почти до середины. Такая мощь уже не уступала силе в 1500 цзиней.

Однако он всё ещё не достиг состояния «силы, подобной шёлковой нити», описанного в «Каноне Хаотического Небесного Закала». Это понятие подразумевало абсолютный контроль над мощью удара. Тот, кто достигал мастерства в этой технике, мог ударить по Железному дереву так, что снаружи оно оставалось целым, в то время как древесина внутри превращалась в труху. Линь Мин же пока даже не нащупал порог этой ступени.

Осушив чашу со свежесваренным лечебным отваром, Линь Мин скинул верхнюю одежду и приступил к ежедневной разделке туш. Этим способом он пытался постичь тонкости управления внутренней силой.

На кухне стояла жара, а использование обуха вместо лезвия увеличивало расход сил в разы. Линь Мин раз за разом наносил удары, одновременно циркулируя энергию согласно «Искусству Хаотической Истинной Сущности». Вскоре пот градом катился по его телу. В тот момент он, разумеется, и не подозревал, какую бурю в городе вызвали проданные им символы.

...

— Господин Му И, госпожа Цинь, простите, что не встретила вас подобающим образом! Пожалуйста, поднимемся наверх, для вас уже приготовлен отдельный кабинет.

Сестрица Лань заранее получила известие и ждала гостей у главного входа. В заведениях высокого уровня, таких как Павильон Дамин, всегда держали несколько роскошных комнат для высокопоставленных особ Города Небесной Удачи. Эти кабинеты обычно пустовали, чтобы знатные гости никогда не сталкивались с отсутствием мест.

— Сяо Лянь, завари лучший чай «Весенняя Изумрудная Зелень» и передай на кухню, чтобы они выложились на полную! — распорядилась хозяйка. Хотя в Павильоне Дамин часто бывали важные персоны, люди уровня Му И и Цинь Синсюань заходили редко. В резиденции маршала или в императорском дворце личные повара готовили не хуже, а то и лучше, чем здесь, так что нужды посещать рестораны у них не было.

— Не стоит, — отозвалась Цинь Синсюань. — Мы с учителем пришли сюда, чтобы найти одного человека.

— О? Найти человека?

— Да. Нет ли среди ваших постояльцев юноши 15–16 лет, примерно такого роста, по фамилии Линь? — Цинь Синсюань жестом показала рост и назвала только фамилию, понимая, что при регистрации гости часто указывают лишь её. Она предполагала, что Линь Мин мог остановиться здесь вместе со своим наставником, и в таком случае в списках значилась бы фамилия старшего.

— Пятнадцатилетний юноша... — Сестрица Лань задумалась и обернулась к помощнице: — Сяо Лянь, у нас в последнее время селился кто-то подобный?

— Не припоминаю, — покачала головой та. — Я схожу к управляющему номерами и проверю записи.

Пока Сяо Лянь отсутствовала, сестрица Лань усадила гостей. Вскоре девушка вернулась.

— Я всё проверила. За последние десять дней юноши к нам не заселялись.

В Павильоне Дамин обычно останавливались чиновники или купцы, приехавшие по делам, и они редко брали с собой детей, так что подростков здесь почти не бывало.

Му И слегка нахмурился:

— Совсем никого за десять дней? Как же так? Восемь дней назад тот юноша точно должен был быть здесь.

Сестрица Лань на мгновение задумалась и неуверенно произнесла:

— В нашем павильоне редко живут дети или подростки. Но если говорить о юноше по фамилии Линь... У нас на кухне есть один такой, работает уже месяц. Но... вряд ли это тот, кого ищет госпожа Цинь.

Лань была уверена, что такие высокие гости ищут молодого господина из знатной семьи. Линь Мин с кухни хоть и обладал некоторыми талантами, был обычного происхождения, а его уровень культивации был невысок. Трудно было представить, что у него могут быть общие дела с резиденцией маршала.

— На кухне? — Цинь Синсюань была искренне удивлена.

— Да, он раздельщик туш... Ну, то есть занимается нарезкой мяса, — пояснила сестрица Лань, заметив замешательство на лице девушки.

— Мясник? Тогда это точно не он, — Му И мгновенно потерял интерес. Мастер начертания ни за что не стал бы заниматься разделкой мяса.

Однако Цинь Синсюань не сдавалась:

— Как его полное имя?

— Вот этого не знаю. Он молчалив, мы знаем только, что его фамилия Линь. В это время он как раз должен работать. Желаете взглянуть?

— Да, отведите меня к нему, — Цинь Синсюань решительно поднялась.

В сопровождении хозяйки они направились на кухню. Стоило им войти, как в лицо ударил жар. Конец лета и без того был знойным, а на кухне, где постоянно горели очаги, духота была почти невыносимой. Цинь Синсюань пустила по телу Истинную сущность, чтобы разогнать жар, и пошла следом за Лань. Повара и подмастерья провожали их ошеломлёнными взглядами, а у некоторых парней и вовсе отвисли челюсти.

Работники Павильона Дамин повидали немало знати, и многие сразу узнали Цинь Синсюань. В их головах не укладывалось: что здесь делает признанная жемчужина Города Небесной Удачи?

В этот момент сестрица Лань указала на отдельное помещение в углу кухни:

— Он там...

Кухня была огромной, и для работы Линь Мина выделили отдельную комнату, откуда разделанное мясо сразу отправлялось в ледник.

Дверь была открыта. Заглянув внутрь, Цинь Синсюань увидела юношу в простых синих штанах с обнажённым торсом. В руках он сжимал обычный нож для костей и сосредоточенно кромсал гору свирепого вида костей.

Юноша стоял спиной к ним. Его мышцы были на диво гармоничными и рельефными, а кожа отливала здоровым блеском от постоянных тренировок на солнце. От жара и физического напряжения по его спине стекали капли пота, подчёркивая пугающую и в то же время завораживающую эстетику силы.

«Это Линь Мин?»

Цинь Синсюань не была уверена. Сделав несколько шагов ближе, она увидела его профиль — юное, но полное решимости лицо. На первый взгляд в нём не было ничего выдающегося, но если присмотреться, в изгибе его бровей и очертаниях губ читалась скрытая гордость и острота, которую невозможно было игнорировать.

Даже видя его лишь в профиль, девушка почувствовала его невероятно сосредоточенный и пронзительный взгляд. Этот взгляд в точности совпадал с тем, что она видела тогда в поместье Цинь, и почему-то сердце её дрогнуло.

Она не могла вообразить, как в одном человеке уживаются две столь противоположные грани: тончайшее искусство начертания, требующее ювелирного контроля духовной энергии, и грубый, почти первобытный труд мясника. Этот контраст между сложной эстетикой и простой мощью на мгновение заставил её забыться.

В этот момент Линь Мин обернулся. На кухне постоянно кто-то сновал, и во время практики он обычно не обращал внимания на шум, но сейчас он почувствовал на себе пристальный взгляд, направленный именно на него.

Увидев Цинь Синсюань, Линь Мин замер. «Цинь Синсюань? Что она делает в Павильоне Дамин? Ищет меня?»

Тут внимание Цинь Синсюань привлёк нож в его руках. Обычный костяной нож длиной меньше фута, черного цвета. Но что её поразило до глубины души — Линь Мин держал его обратным хватом. Это означало, что всё это время он дробил кости обухом!

Она перевела взгляд на разделанное мясо и кости. Все куски были одинакового размера, ровные и аккуратные. Неужели всё это сделано тупой стороной ножа?

— Госпожа Цинь, вы искали меня? — Линь Мин заговорил и тут же заметил старика, стоявшего позади неё. Сердце юноши сжалось. От этого старца исходила такая мощь, что у Линь Мина перехватило дыхание. Это был самый сильный человек, которого он встречал в своей жизни — возможно, мастер Ступени Пульса или даже редкий эксперт стадии Хоутянь.

— Юноша, так ты и есть Линь Мин? — спросил старец, мягко улыбаясь.

Линь Мин кивнул. Скрываться не было смысла. Он сразу догадался, что его Огненные символы привлекли внимание этого человека. Линь Мин ожидал этого, но не думал, что всё произойдёт так быстро.

Такая ситуация могла обернуться как удачей, так и бедой. Удачей — потому что цена на его символы теперь взлетит, и он получит уйму золота для культивации. Бедой — потому что его личная сила сейчас была несоизмерима с мастерством начертания. Как носорога убивают ради его ценного рога, так и Линь Мин, не имея возможности защитить себя, мог стать мишенью для кланов, которые захотели бы запереть его и заставить работать на себя.

Линь Мин обдумывал это ещё до того, как отправиться на аукцион. Он думал о маскировке, но он не владел искусством изменения внешности, а в 15 лет любая подделка была бы видна экспертам как на ладони. К тому же великие силы Города Небесной Удачи, если бы захотели, легко бы раскрыли личность простого юноши на первой стадии Закалки Тела без всякого покровительства. Маскировка была бы лишь пустой мечтой.

Поэтому Линь Мин решил не прятаться. У него был другой план.