Родители Линь Мина надеялись, что сын унаследует семейное дело и станет управляющим в их трактире, но, видя его непоколебимую решимость идти по пути боевых искусств, они в конце концов сдались. Они отдали все свои сбережения, чтобы покупать Линь Мину лекарственные травы для лечения ран.

Сейчас эти накопления таяли на глазах, а Линь Мин всё ещё оставался на первой стадии Закалки Тела.

Стадия Закалки Тела — это первый этап на пути воина, когда он направляет истинную сущность на укрепление своего организма. Всего этот этап включал в себя шесть стадий: первая — Тренировка Силы, вторая — Закалка Плоти, третья — Закалка Внутренностей, четвертая — Изменение Сухожилий, пятая — Ковка Костей и шестая — Сгущение Пульса. Лишь после этого мастер мог перейти на следующий уровень — стадию Сбора Сущности.

Закончив смазывать раны соком железницы, Линь Мин отдыхал около получаса, позволяя лекарству полностью впитаться. Когда он уже поднялся, чтобы продолжить тренировку, из леса вышел полноватый юноша с изящным длинным мечом на поясе. Заметив Линь Мина, он широко улыбнулся:

— Брат Мин! Сегодня же день регистрации на вступительный экзамен в Военную академию Семи Тайн. Ты что, забыл? Всё ещё кулаками здесь машешь?

Этого юношу звали Линь Сяодун. Он был немного младше Линь Мина, они выросли вместе и были по-настоящему верными друзьями. Формально Сяодун считался прямым потомком семьи Линь, но даже среди основной ветви существовала своя иерархия. Сяодун принадлежал к самому её низу. Его родители тоже занимались торговлей и жили по соседству с семьей Линь Мина.

Линь Мин бросил взгляд на друга и снова повернулся к деревянному столбу.

— В самом начале будет слишком много народу, — спокойно ответил он. — Придётся стоять в очереди пару часов. Просто ждать там — пустая трата времени.

— Ох, ну ты даёшь! Ни минуты покоя себе не даёшь, — преувеличенно возмутился Линь Сяодун. Он подошёл ближе к столбу и, увидев на нём глубокие отпечатки кулаков и пятна крови, а затем взглянув на перебинтованные руки Линь Мина, со свистом втянул воздух. — Ты совсем с ума сошёл! Ты превратил железное дерево в щепки. С такими тренировками одной железницы не хватит. Ты же руки себе искалечишь, так и инвалидом стать недолго!

Линь Мин промолчал. Путь боевых искусств — это борьба с самой судьбой. С его талантом третьего ранга достичь шестой стадии Закалки Тела, стадии Сгущения Пульса, было невероятно трудно. Если не выкладываться на полную в молодости, надежды не останется вовсе. Конечно, такой фанатизм мог привести к скрытым травмам и увечьям, но был шанс успеть прорваться до того, как они станут фатальными. Стоило лишь достичь стадии Сгущения Пульса, как истинная сущность начнёт очищать тело, и все старые травмы исчезнут без следа.

Для Линь Мина это была битва, в которой некуда отступать, — рискованная ставка ценою в жизнь.

Линь Сяодун вздохнул и достал из-за пазухи сверток. Медленно разворачивая слой за слоем, он сказал:

— Брат Мин, это тебе.

Линь Мин обернулся и увидел ярко-красный, словно налитый кровью корень. Это был кровавый женьшень, судя по виду — как минимум столетний. Драгоценное лекарство для восстановления крови и заживления ран. Даже тонкого ломтика хватило бы для мощного эффекта, к тому же его действие было мягким, но глубоким. Стоимость такого корня составляла не менее 150 золотых лянов — годовой доход всей семьи Линь Мина.

Линь Мин на мгновение замер, а затем покачал головой:

— Я не могу это принять.

Дружба дружбой, но подарок был слишком дорогим. Семья Линь Сяодуна хоть и жила лучше, но их ресурсы тоже не были безграничными, особенно учитывая, что Сяодуну самому нужно было тренироваться.

Однако Линь Сяодун насильно всунул сверток ему в руки:

— Я купил это специально для тебя. Я-то тренируюсь через пень-колоду, мои царапины — сущий пустяк, тратить на них такое сокровище — только продукт переводить. Если ты не возьмёшь, значит, я зря деньги потратил. И не вздумай возвращать, это некрасиво. Честно говоря, мой старик от меня многого не требует. Хочет только, чтобы я сохранил статус прямого потомка семьи Линь и не опозорился перед следующим поколением.

Линь Мин некоторое время молчал, но в итоге убрал кровавый женьшень.

— Хорошо, я принимаю. Ради этого женьшеня я просто обязан прорваться на стадию Сгущения Пульса.

— Ха-ха! Вот это я понимаю, вот это по-нашему! Ты не только должен прорваться, но и утереть нос этому Чжу Яню. Сукин сын, он мне давно поперёк горла стоит!

«Чжу Янь...» — Линь Мин тихо выдохнул. Его собственный талант был неплох, но способности Чжу Яня считались выдающимися. Тот уже был зачислен в Военную академию Семи Тайн и являлся элитным учеником Небесной Обители. Его сила достигла пика третьей стадии Закалки Тела. Несмотря на это, Линь Мин поставил себе цель превзойти его. И дело было не только в Лань Юньюэ. Путь боевых искусств — это преодоление одного порога за другим, покорение одной вершины за другой. Даже если на то, чтобы догнать Чжу Яня, уйдут годы или десятилетия, он не отступит.

***

У подножия горы Дачжоу раскинулся комплекс зданий, растянувшийся почти на 10 км. Здесь располагались Военная академия Семи Тайн и Военная академия Небесной Удачи. На площади перед главными воротами академии Семи Тайн сегодня собралась огромная толпа — все пришли подавать заявки.

Линь Мин и Линь Сяодун специально пришли попозже, но, оказавшись на месте, поняли, что всё равно недооценили количество желающих. Очереди растянулись на десятки метров, и стоять в них предстояло не меньше часа.

— Что ж, будем ждать, — вздохнул Линь Сяодун, пристраиваясь в хвост одной из колонн.

— Придётся, — кивнул Линь Мин.

— О, гляди-ка, а там почти никого нет, — Сяодун указал на небольшие ворота в стороне, где стояли лишь несколько человек, а на земле лежала красная ковровая дорожка.

— Это зона для аристократов... — заметил Линь Мин, прочитав надпись на табличке.

Поскольку Военная академия Семи Тайн находилась в Стране Небесной Удачи и использовала её ресурсы и земли, она была вынуждена идти на уступки правящей элите. Многие административные вопросы, включая сегодняшнюю регистрацию, часто курировались знатными семьями.

— Тьфу, — недовольно буркнул Линь Сяодун. Титул аристократа жаловался императорской семьёй и передавался по наследству. Семья Линь была богата, но благородного титула не имела.

Сяодун уже собирался выдать порцию ругательств в адрес «аристократических бездельников», как вдруг двери открылись. Оттуда вышли двое молодых людей. Один из них, в синих одеждах с изысканным мечом на поясе и золотым венцом в волосах, был поразительно красив.

Линь Мин нахмурился. Это был Чжу Янь.

Дочь семьи Чжу вышла замуж в императорскую семью и стала любимой наложницей императора. Благодаря этому семья Чжу стала бесспорно первым кланом в Городе Цинсан и получила аристократический титул. Именно поэтому у Чжу Яня была возможность устроить Лань Юньюэ в академию без очереди.

— Вот чёрт, сегодня явно неудачный день для прогулок, раз мы встретили этого покойника, — прошипел Линь Сяодун.

Чжу Янь шёл плечом к плечу со своим спутником, за ними следовало несколько слуг, ожидавших в зоне для знати. Судя по всему, Чжу Янь просто сопровождал приятеля. Они направлялись прямо в сторону Линь Мина, и столкновение было неизбежно.

Учитывая разницу в статусе и силе, Линь Мин мог оказаться в невыгодном положении, но он не стал уходить с пути. Он спокойно смотрел на приближающегося Чжу Яня.

Тот замедлил шаг, заметив Линь Мина и Сяодуна. Сначала на его лице промелькнуло удивление, которое тут же сменилось раздражением. Вид Линь Мина вызывал у него острую неприязнь. Хотя он и увел у него Лань Юньюэ, девушка отказывалась от любых проявлений близости до свадьбы. Было очевидно, что в её сердце всё ещё жил Линь Мин и чувство вины перед ним. Она выбрала Чжу Яня только ради поступления в академию. Ни один мужчина не потерпел бы, чтобы его будущая жена грезила о другом, и Чжу Янь не был исключением.

— Тебя ведь зовут Линь Мин? Не ожидал, что ты дотащишься сюда. С твоим-то жалким первым уровнем Закалки Тела ты надеешься поступить в Военную академию Семи Тайн?

В голосе Чжу Яня сквозила неприкрытая ирония. Он не мог допустить, чтобы Линь Мин попал в академию. Пусть сила этого парня была для него ничтожной, но пока он маячил перед глазами, Лань Юньюэ никогда его не забудет.

— Поступлю я или нет — это моё дело. Я здесь не ради кого-то, а ради собственного пути боевых искусств.

— Путь боевых искусств? Жалкий выскочка с посредственным талантом смеет рассуждать о Пути? Какая наглость! — Чжу Янь хрустнул костяшками пальцев, и в тот же миг меч у него на поясе, словно живой, выскочил из ножен.

Чжу Янь взмахнул мечом в воздухе. Раздался резкий свист, и видимая глазу призрачная волна энергии прочертила воздух, срезав верхушку дерева неподалеку. Ветви с шумом посыпались на землю. Окружающие в изумлении замерли. Большинство из них были ровесниками Чжу Яня, но его уровень мастерства казался им недосягаемым.

Этот выпад был призван запугать Линь Мина, показать ему бездонную пропасть между ними.

— У меня талант четвёртого ранга. Я занимаюсь боевыми искусствами с двенадцати лет, поглотил бесчисленное множество эликсиров и снадобий. Сейчас я лучший ученик Секты Меча в Небесной Обители, моя сила на пике третьей стадии Закалки Тела, и даже я считаю, что лишь слегка приоткрыл дверь на Путь. А ты, со своим первым уровнем, смеешь разглагольствовать о боевом искусстве!

Тон Чжу Яня был невыносимо высокомерным, и Линь Сяодун не выдержал:

— Эй ты, Чжу! Ты просто родился на два года раньше нас, чего задираешь нос? Будь мы одного возраста, я бы тебя одной левой уложил!

Чжу Янь нахмурился и сделал шаг к Сяодуну. От него пахнуло мощной истинной сущностью.

— Ты кто такой?

— Я... — Сяодун, подавленный аурой противника, запнулся. Он отступил на шаг, сглотнул и, хлопнув себя по груди, выдавил: — Я Линь Сяодун, запомни хорошенько!

— Линь Сяодун? Хм, в семье Линь достойных людей можно пересчитать по пальцам одной руки. Какое право имеет такой клоун, как ты, обращаться ко мне? И ты, Линь Мин, если бы не Лань Юньюэ, ты бы даже стоять рядом со мной не заслуживал. Дам тебе совет: знай своё место. Лань Юньюэ тебе не пара.

В Городе Цинсан девушек с талантом третьего ранга и достойной внешностью было крайне мало, и почти все они принадлежали к великим кланам. Между кланами шла жесткая борьба за интересы, и выдающихся невест редко отдавали в другие семьи, чтобы не укреплять чужую кровь — чаще мужей заставляли входить в семью жены. Именно поэтому Чжу Янь был так уверен в своих словах.

— Вот тебе 1000 золотых. Возьми и больше не попадайся мне на глаза! — С этими словами Чжу Янь достал из рукава пачку золотых билетов.

Толпа ахнула. 1000 золотых лянов — баснословная сумма. На эти деньги мастер стадии Закалки Тела мог пару лет ни в чём себе не отказывать, покупая лучшие травы.

— 1000 золотых? Ты за кого нас принимаешь, за нищих?! — Линь Сяодун оттолкнул руку с деньгами. На самом деле он просто храбрился — для него это тоже было целое состояние.

Чжу Янь слегка встряхнул рукой, и мощная отдача отбросила Сяодуна назад. Он холодно посмотрел на Линь Мина, ожидая ответа.

Линь Мин глубоко вздохнул и произнес медленно и веско:

— Чжу Янь, возможно, талантом и происхождением я уступаю тебе. Но в боевых искусствах важны не только способности и деньги. Есть кое-что поважнее — Сердце Воина. Ты совершенствуешься ради богатства, статуса и тщеславия. Я же стремлюсь к истинным вершинам мастерства. Путь боевых искусств принадлежит не тем, кто одарен или богат, а тем, чьё сердце предано этому Пути без остатка. Наступит день, и я превзойду тебя!

Последние слова Линь Мин выделил особо. Его голос звучал чисто и звонко, так что все вокруг отчетливо его слышали.

«Талант третьего ранга хочет обойти четвёртый при такой пропасти в ресурсах? Он точно сумасшедший!» — зашептались в толпе.

Чжу Янь на мгновение опешил, а затем расхохотался:

— Хорошо, просто замечательно! Я буду ждать этого дня!

Он убрал деньги. С тихим звоном меч вернулся в ножны. Чжу Янь пристально посмотрел на Линь Мина и, развернувшись, ушёл.