***

— Развязывать? Да ты, придурок, и не надейся, что тебя когда-нибудь развяжут! — Ван Игао, услышав столь дерзкие слова Линь Мина, не удержался от глумливого хохота. Но тут же спохватился: «жертве» не подобало так радоваться, да и в его словах прозвучал явный намек на то, что Линь Мин живым из тюрьмы не выйдет.

Ван Игао обернулся и заметил, что Чжао Миншань смотрит на него с явным недовольством. Он кашлянул и неловко добавил:

— Брат Чжао, ты делай своё дело, а я просто не сдержался. Уж больно этот щенок заносчив!

Линь Мин тем временем спокойно отряхнул одежду от пыли и обратился к Чжао Миншаню:

— Вы отвечаете за порядок во время экзамена в Военную академию Семи Тайн. Когда кто-то нёсся на лошади по тракту и размахивал копьём, калеча людей, вас не было. Когда тот же человек подговорил толпу напасть на меня, вас тоже не было. Но стоило мне дать отпор, как вы тут как тут. И, не спросив ни единого прохожего, сразу объявили меня виновным. Весьма «проницательно» с вашей стороны!

Линь Мин говорил не спеша, но каждое его слово било точно в цель. Даже видавший виды Чжао Миншань почувствовал, как на душе стало неспокойно. Спокойствие юноши его пугало. «На что он опирается, ведя себя так уверенно?» — пронеслось в голове у стражника.

Решив, что медлить нельзя, Чжао Миншань рявкнул:

— Не тебе судить о моих действиях! Связать его!

По его приказу на шею Линь Мина накинули петлю. Юноша не сопротивлялся: он понимал, что против Чжао Миншаня, достигшего четвертой стадии Закалки Тела, его сил пока недостаточно.

В этот момент из толпы раздался крик:

— А ну расступись! Проваливайте с дороги!

Линь Мин поднял голову и увидел пухлого подростка, который, забавно переваливаясь, проталкивался сквозь зевак с коробкой для завтрака в руках. Это был Линь Сяодун. Пока Линь Мин медитировал, он отлучился за едой и только что вернулся.

Увидев верёвку на шее друга, Линь Сяодун мгновенно вскипел:

— Твою мать! С какой стати вы его вяжете?!

Чжао Миншань уже хотел было приказать прогнать наглого толстяка, но вдруг краем глаза заметил яркую вспышку. Он обернулся и увидел, как в руке Линь Мина угасает огонёк.

Талисман передачи звука?!

Сердце Чжао Миншаня ёкнуло. Этот талисман мог записывать голос и передавать его точно адресату. Очевидно, юноша только что втайне записал их разговор и отправил запись.

«Этот парень...» — Чжао Миншань почувствовал холодок за спиной. Если он сегодня перейдёт ему дорогу, мести не миновать. В голову пришла мрачная мысль: «Может, и вправду позволить Ван Игао прикончить его в тюрьме, чтобы не было лишних проблем?»

Но главный вопрос не давал покоя: кому он отправил сообщение?

Линь Мин связался с Му И. Когда-то он просил старика сохранить в тайне его мастерство в надписях, и тогда Му И заверил, что под крылом поместья Маршала Линь Мину в Городе Небесной Удачи ничего не грозит. Му И даже оставил ему печать своего талисмана на случай беды.

Линь Мин был смелым человеком, но не безрассудным. Прежде чем ударить Ван Игао, он всё просчитал. Он не собирался позволять какому-то выскочке сломить свою волю. А долг перед Му И можно будет вернуть позже.

Получив запись, Му И мгновенно понял суть дела. Он холодно хмыкнул. Старик всегда презирал придворных лизоблюдов и продажных чиновников. Даже если бы Линь Мин не был его другом и учеником таинственного мастера, он всё равно вмешался бы из чувства справедливости.

Му И почти не общался с придворной элитой, поэтому первым, кто пришёл ему на ум, был его ученик — наследный принц Ян Линь.

Талисман улетел к принцу. Ян Линь, искренне уважавший своего учителя, тут же взялся за дело и отправил сообщение главному советнику Управления правопорядка.

Император и наследный принц использовали особые талисманы пурпурно-золотого цвета. Когда этот советник, развлекавшийся в тот момент со своей наложницей, увидел вспышку пурпурного света, он едва не свалился с кресла.

Сообщение от самого принца!

Узнав причину, советник схватился за голову. Фраза «плохо подбираешь кадры и не контролируешь подчинённых» заставила его сердце пропустить удар. Он прекрасно знал, кто такой Чжао Миншань, и понимал, как тот поступит в конфликте между сыном военачальника и безвестным юношей. Но этот юноша оказался человеком принца!

— Чжао Миншань, ты, сволочь недоделанная! Какую же ты мне свинью подложил! — взревел советник.

***

— Эй! С какого перепугу вы его вяжете?! — продолжал бушевать Линь Сяодун.

Чжао Миншань, пребывая в полном смятении, раздражённо махнул рукой:

— Препятствие правосудию, оскорбление должностного лица! Взять и его!

Двое стражников навалились на Линь Сяодуна. Эти люди были на второй стадии Закалки Тела, и в отличие от прихвостней Вана, имели крепкую базу. Линь Сяодун, будучи лишь на первой стадии, не смог сопротивляться, но продолжал выкрикивать угрозы:

— Рискнули связать меня? Ну, запомните этот день! Вы у меня кровью умоетесь!

— Заткните ему рот! — Чжао Миншань был на взводе. Один из стражников запихал Линь Сяодуну в рот какой-то тряп в, и тот смог лишь невнятно мычать.

— Увозим! — скомандовал начальник. Линь Мина и Линь Сяодуна забросили на лошадей и отряд галопом проскакал несколько ли.

В этот момент Ван Игао, ехавший рядом, гаденько усмехнулся:

— Брат Чжао, а спусти-ка их на землю. Пусть за лошадьми на верёвках побегают, а?

Он хотел посмотреть, как заключённые будут волочиться по пыли. Но не успел Чжао Миншань ответить, как прямо перед ним вспыхнул красный огонек — пришёл талисман.

Голос отправителя слышал только адресат, прямо в своем сознании. В голове Чжао Миншаня раздался яростный рев его начальника, советника Управления правопорядка:

— Ты, идиот, немедленно отпусти парня! Ты хоть представляешь, кто за ним стоит? Наследный принц! Ты что, восстание решил поднять?! Руки потянул к человеку принца, смерти ищешь?! Если хочешь подохнуть, меня за собой не тяни! Чжао Миншань, клянусь, если ты создашь мне проблемы, я лично с тебя шкуру спущу!

От этой тирады Чжао Миншань словно оцепенел. В голове загудело, а мысли спутались. Принц... Наследный принц?!

Он резко натянул поводья и, разинув рот, уставился на Линь Мина. Юноша смотрел на него всё тем же взглядом: спокойным, холодным и насмешливым, словно взирал на дешёвого клоуна. Чжао Миншань вспомнил тот талисман, что Линь Мин выпустил ранее. Неужели он был адресован самому принцу?!

Наследный принц... Для простого начальника стражи это слово было чем-то запредельным, из разряда легенд. Теперь он понял истинное значение взгляда Линь Мина.

— Ну что, брат Чжао, пускай бегут за нами? Всё равно свидетелей нет, — хохотнул Ван Игао. — Ничего, они крепкие, не сдохнут.

«Твою мать за ногу!» — Чжао Миншаню хотелось выхватить клинок и изрубить этого кретина на куски. Если бы не эта глупая прихоть Ван Игао, он бы никогда не влип в такую историю!

— Всем спешиться! Освободить их немедленно! — выкрикнул Чжао Миншань, взмахнув рукой. Его люди замерли в недоумении. Ван Игао тоже опешил.

Отпустить?

Ван Игао был не глуп и сразу подумал про талисман. Неужели сообщение было настолько важным? Однако резкая смена настроения Чжао Миншаня его задела. Он хотел было возразить, но в этот момент перед его собственным лицом вспыхнул огонёк талисмана. Услышав голос, Ван Игао чуть не свалился с коня. Это был его отец, и он произнёс всего одну фразу: «Живо домой, негодяй!»

Ван Игао почувствовал в этом ледяном тоне такую ярость, что не сомневался: на этот раз отец с него живого кожу снимет.

Раз дело касалось принца и военачальника Вана, советник из Управления правопорядка счёл нужным известить и самого военачальника. Тот был вне себя от гнева. В период борьбы за престол его бестолковый сын умудрился задеть человека принца! И пусть это был лишь мелкий соратник Ян Линя, в политике даже такой пустяк мог стать причиной, по которой принц вычеркнет военачальника из своего круга доверия. Он готов был собственноручно прибить этого никчёмного отпрыска.

Чжао Миншань, видя реакцию Ван Игао, окончательно всё понял. Заметив, что стражники медлят, он взорвался:

— Что встали как вкопанные?! Живо развязать их!

Стражники в суматохе бросились исполнять приказ, но когда они потянулись к узлам, Линь Мин холодно усмехнулся:

— Думаете, можно вот так просто хватать и отпускать? Я же предупреждал: если свяжете — развязывать замучаетесь.