***

Вскоре Ван Сюаньцзи заметил, что многие техники начертания, которые использовал юноша, не принадлежали ни к одной из школ Страны Небесной Удачи. Некоторые из его приемов казались невероятно сложными, но при этом выполнялись на редкость плавно.

— Учителя этого юноши явно не из наших краев, — негромко произнес мужчина средних лет, стоявший рядом.

— Согласен. Более того, их школа, скорее всего, ушла далеко вперед по сравнению с нашей, — кивнул Ван Сюаньцзи.

В воздухе одна за другой вспыхивали разноцветные искры. Переплетающиеся траектории световых линий оставляли на сетчатке глаз яркие послеобразы. Ван Юйхань, затаив дыхание, сосредоточила всю свою духовную силу на появляющихся символах, внимательно отслеживая каждое малейшее изменение энергии внутри них.

В технике начертания труднее всего контролировать тончайшие перепады плотности энергии. Малейшая ошибка — и все труды прахом. Однако в руках этого юноши подобные изменения происходили с инстинктивной точностью. Сложные и великолепные символы начертания ложились на полотно, словно цветы или птицы под кистью мастера, готовые в любой момент сорваться с места и улететь.

Если поначалу Ван Юйхань втайне опасалась, что этот юноша превзойдет ее, и даже надеялась на его провал, то теперь она была окончательно покорена. В ее сердце зародилось желание, чтобы это совершенство продолжалось как можно дольше, без единого изъяна.

Такое состояние было сродни тому, как музыкант жаждет услышать божественную мелодию, а художник мечтает увидеть шедевр на все времена. Только такое отношение позволяет отбросить все посторонние мысли и стремиться к абсолютному пределу в своей области.

Глядя на сосредоточенного и предельно серьезного юношу, Ван Юйхань внезапно осознала, почему ее успехи в технике начертания в последнее время замедлились. Она слишком сильно беспокоилась о Цинь Синсюань, боясь, что эта девочка, которая была на полгода младше нее, нагонит ее.

Но теперь, видя безупречную работу Линь Мина, она прозрела. Этот континент безграничен, а талантов на нем больше, чем песчинок в Ганге. Беспокоиться о том, обгонит ли тебя Цинь Синсюань ради суетной славы «первого гения начертания Страны Небесной Удачи», не имело никакого смысла.

Ей нужно было стремиться не к тому, чтобы оставить Цинь Синсюань позади, а к тому, чтобы превзойти саму себя. Ее целью должен был стать не титул, а сам предел мастерства.

Время шло. Перед Линь Мином скапливалось все больше символов. Сложенные слоями, они мерцали в воздухе, пульсируя в ритме живого дыхания. Для него создание Символа Силы давно стало привычным делом, а пик второй стадии Закалки Тела обеспечивал достаточный запас истинной сущности, чтобы поддерживать весь процесс от начала до конца без прежнего надрыва.

Сегодня Линь Мин работал на редкость гладко. Он полностью погрузился в процесс, почти забыв, что находится на экзамене. Когда последний штрих был нанесен, десятки ярких символов по очереди вспыхнули и под управлением его духовной силы идеально слились воедино, превратившись в огненный знак размером около 3 см.

В этот раз Линь Мин не стал использовать бумагу для начертания. Он взял со стола длинный меч и указал на него пальцем. Символ начертания, подобно печати, тяжело опустился на клинок. Раздалось шипение, и на стали проступил таинственный древний узор, напоминающий бушующее пламя.

Работа была завершена.

Глядя на меч в руках Линь Мина, Ван Сюаньцзи невольно восхитился. Огненный узор на клинке излучал естественную мощь. Стоило погрузиться в него духовной силой, как можно было почувствовать, как истинная сущность циркулирует внутри него, словно живое дыхание.

Ван Сюаньцзи был уверен: это безупречный символ. Однако он был создан с помощью истинной сущности второй стадии Закалки Тела, и оставалось неясным, какой именно прирост силы он даст.

Символы начертания на сокровищах увеличивают не остроту клинка, а эффективность циркуляции энергии внутри него. Если символ нанесен на бумагу, трудно определить точный прирост, но если он уже начертан на оружии, опытный мастер может влить в него истинную сущность и, контролируя ее поток, почувствовать разницу.

Ван Сюаньцзи взял меч, наполнил его энергией и закрыл глаза, прислушиваясь к ощущениям. Спустя мгновение он распахнул их, и, хотя он был готов к многому, увиденное его потрясло.

Прирост составил 32%. Это был уровень настоящего мастера!

— 32% усиления истинной сущности… — пробормотал Ван Сюаньцзи в изумлении.

— О? — Мужчина средних лет удивленно вскинул брови и перехватил меч. Обычно для младшего мастера начертания достичь 20% прироста — уже достижение, а этот юноша смог выдать 32%. Стоит знать, что после 20% каждый последующий процент дается с огромным трудом.

Этот мужчина много лет был экзаменатором и оценивал работы точнее Ван Сюаньцзи. Вскоре он выдал вердикт:

— Между 32% и 33%.

Положив меч на стол, он снова окинул Линь Мина внимательным взглядом. Откуда взялся этот малец? Неужели из какой-то крупной секты? Но если так, зачем ему приходить в филиал Гильдии Мастеров Начертания в таком захолустье, как Город Небесной Удачи?

— Поздравляю, Линь Мин. Ты успешно прошел аттестацию, — объявил Ван Сюаньцзи.

— Благодарю, господин председатель.

— Скажи, не желаешь ли ты присоединиться к нашей Гильдии Мастеров Начертания Города Небесной Удачи? — Ван Сюаньцзи спросил это скорее для проформы. Он полагал, что ученик великого мастера вряд ли захочет связывать себя с местным отделением и, скорее всего, вежливо откажется. Однако Линь Мин, к его удивлению, кивнул:

— Желаю.

— Вот как? — Ван Сюаньцзи приподнял бровь. — Ты действительно хочешь вступить к нам?

— Да. Собственно, ради этого я и пришел на экзамен.

— Понятно… — Председатель все еще недоумевал, не понимая мотивов Линь Мина.

— Не стану скрывать, — продолжил Линь Мин, — я вступаю в гильдию, потому что хочу заработать очки вклада для покупки материалов.

Покупка материалов? Материалы, требующие очков вклада, несомненно, были редкими и ценными. Техники, в которых они используются, обычно крайне сложны. Но кто будет их использовать — сам юноша или его наставник?

Его учитель наверняка выдающийся мастер. Стал бы такой человек искать материалы в маленьком филиале вроде нашего?

Ван Сюаньцзи на мгновение задумался, а затем произнес:

— Если ты продашь этот меч гильдии, я готов предложить за него три тысячи очков вклада.

Линь Мин оторопел, а затем обрадовался. Он как раз ломал голову, как быстрее набрать очки, а тут Ван Сюаньцзи сам предложил три тысячи за один меч. Он уже видел цены на редкие лекарственные травы: три тысячи — сумма немалая. Этого вполне хватит, чтобы купить все необходимое для Символа духовного лекарства.

«Старик, вероятно, хочет изучить мой символ. Но техники начертания настолько сложны, что их трудно освоить, даже когда тебя учат лично. Пытаться разгадать секреты по уже готовому символу — задача почти невыполнимая. Вряд ли он сможет что-то из этого почерпнуть», — подумал Линь Мин и ответил: — Большое спасибо, господин председатель. Мне как раз очень нужны очки.

— Не стоит благодарности. Если твой наставник когда-нибудь посетит Город Небесной Удачи, будем рады видеть его в нашей гильдии в качестве гостя.

Предлагая такие щедрые условия, Ван Сюаньцзи преследовал две цели: во-первых, изучить меч, а во-вторых, задобрить Линь Мина в надежде когда-нибудь познакомиться с его таинственным учителем.

***

— Кровь свирепого зверя четвертого ранга, 50 г — одна тысяча сто золотых и 150 очков вклада.

— Семена Лазурного цветка, 12 штук — шестьсот золотых и 80 очков вклада.

— Сок Травы Драконьей Крови, 50 г — шестьсот золотых и 60 очков вклада.

Ответственной за продажу редких материалов была женщина лет сорока пяти. Она сверялась со списком, который составил Линь Мин, называя цену за каждую позицию и бросая на юношу любопытные взгляды. «Зачем этому мальчишке столько редких диковин?» — гадала она.

В списке Линь Мина было несколько десятков наименований. Некоторые из них стоили целое состояние. Например, за крошечный флакон крови свирепого зверя четвертого ранга просили столько же, сколько за неплохое оружие. Если покупать такое на обычном рынке, пришлось бы выложить не меньше трех тысяч золотых, и то не факт, что найдешь.

Полгода назад Линь Мин о таком даже мечтать не смел.

Сумма в золоте быстро перевалила за десять тысяч, а очков вклада ушло почти две тысячи. Линь Сяодун, наблюдая за растущими цифрами и слушая сухой щелк счетов, сначала пребывал в ужасе, а потом просто впал в ступор. Теперь он воочию увидел, что значит сорить деньгами.

— Итого двенадцать тысяч золотых и две тысячи сто очков вклада. Подтверждаете покупку? — Женщина отложила счеты и еще раз посмотрела на Линь Мина. Даже почтенные мастера начертания редко закупали столько ценностей за один раз. Откуда у этого паренька столько очков?

— Да, подтверждаю, — Линь Мин достал золотые билеты и карту очков вклада.

— Хорошо…