— Вторая палочка почти догорела, — пробормотал Ли Те. У него и Ван Мана лица стали мрачнее тучи. В свое время они не смогли продержаться так долго. Это означало, что Линь Мин уже твердо обошел их и, скорее всего, вошел в число 150 лучших.

— Брат, этот Линь Мин всё еще держится... — губы Ли Те нервно дрогнули. Он не ожидал, что они с братом уступят новичку не только в таланте, но и в реальном бою. Это было крайне унизительно.

— Да... Мы недооценили юных талантов академии. Линь Мин либо скрывал свою истинную силу во время боя с Ван Яньфэном, либо прогрессирует с пугающей скоростью.

В этот момент массив вспыхнул, и из него выбросило первого участника. Однако это был не Линь Мин, а старый ученик из Земного зала. Его итоговый результат соответствовал 147-му месту.

— 147-е место! Ну и дела... Этот Линь Мин в свои 15 лет действительно пробился в топ-150! Такой же результат в его возрасте показывали только Лин Сэнь, Току и Чжан Гуанюй!

При упоминании этих имен многие невольно содрогнулись. Эта троица была незыблемым оплотом Камня рангов, их сила на голову превосходила тех, кто занимал четвертое и пятое места. То, что Линь Мин встал в один ряд с ними — будь то благодаря редким снадобьям или детским приключениям — означало одно: его слава теперь прогремит на всю академию.

— Не спешите с выводами. То, что он продержался столько времени, еще ничего не значит. Если Линь Мин не убивал врагов, а просто бегал и уворачивался, он мог и не набрать даже 200 очков.

— Верно, время не всегда эквивалентно баллам. Тем более тот ученик, что вышел только что, занял лишь 147-е место, едва попав в топ-150. Давайте подождем.

***

В Массиве Десяти Тысяч Убийств невозможно было просто вечно убегать — количество врагов постоянно росло. Даже самому сильному воину приходилось сражаться, иначе его бы просто задавили числом. Исключением могли стать разве что мастера стадии Сяньтянь, способные разрушить массив изнутри, но это был совсем другой случай.

Линь Мин и не думал тратить время на бессмысленные уклонения. С самого начала испытания он не останавливался ни на секунду. Он убивал, убивал и снова убивал.

Канон Хаотического Звездного Ковша сам по себе был техникой закалки тела, полной неукротимой мужской энергии Ян. Его приемы требовали идти только вперед, не допуская затяжных маневров или отступлений. Кулаки Линь Мина уже давно были в крови.

За каждым убитым врагом следовал более сильный. Сначала это были новички третьей стадии Закалки Тела, затем мастера на пике Закалки Внутренностей и, наконец, противники на четвертой стадии — стадии Изменения Сухожилий.

Когда на него нападали двое или трое мастеров стадии Изменения Сухожилий при поддержке бойцов стадии Закалки Внутренностей, даже Линь Мину становилось тяжело. Спасало лишь то, что его Канон Истинной Сущности Хаоса достиг мастерства первого яруса. Истинная сущность в его теле была густой и восстанавливалась непрерывно. Его выносливости мог позавидовать даже мастер на пике стадии Закалки Внутренностей, достигший состояния «дыхания, подобного змеям».

Враги становились всё свирепее. Когда появилась Алмазная паучиха — свирепый зверь второго уровня, соответствующий четвертой стадии Закалки Тела, Линь Мин ощутил огромное давление. Ее панцирь был невероятно прочным, его трудно было пробить даже мечом. К тому же она могла стрелять паутиной, которая была крепкой, словно стальной трос. Если в пылу сражения запутаться в такой сети — это верная смерть.

«Эта паучиха — настоящая проблема!» — Линь Мин нахмурился. В поединке один на один он бы рано или поздно измотал ее, но в условиях хаотичной битвы с толпой врагов это было почти невозможно. Уворачиваясь от атак многочисленных противников и одновременно следя за выстрелами паутины, Линь Мин оказался в крайне опасном положении.

Свист!

Яркий луч меча прорезал воздух. Линь Мин резко отпрянул. Лезвие скользнуло у самой груди, обдав его ледяным холодом ци меча, от которого волосы на теле встали дыбом. Он начал осознавать, что одних только кулаков ему уже не хватает.

Кулак — грозное оружие, но его радиус поражения слишком мал. В дуэли это не критично, но в массовой схватке он чувствовал себя скованным. Ему приходилось подходить к каждому врагу вплотную, что подставляло его под удары других противников.

«Может, мне всё-таки стоит выбрать оружие? Но какое?» — мысли Линь Мина лихорадочно работали.

Меч? В Стране Небесной Удачи девять из десяти воинов выбирали меч. Он был гибким, маневренным и наносил быстрые раны. Хотя достичь истинного мастерства в фехтовании было сложно, освоить основы не составляло труда. Меч — универсальное оружие, благородный «господин среди оружия». Но Линь Мин чувствовал, что это не его путь. Его Канон Хаотического Звездного Ковша был мощным и прямолинейным, его суть — сокрушать богов и демонов, идя напролом. Путь меча с его хитроумными финтами и коварными выпадами не вязался с этой энергией.

Сабля? Те, кто не выбирал меч, чаще всего брали саблю. В маневренности она уступала мечу, но превосходила его в разрушительной мощи. Она идеально подходила физически сильным воинам, позволяя сражаться широко и яростно. Саблю называли «тираном среди оружия». Однако и сабля не совсем устраивала Линь Мина. Она была мощной, но ей не хватало той пронзающей остроты, которая была необходима для его стиля.

И тут Линь Мин вспомнил лекцию старейшины, которую он посетил вместе с Лань Юньюэ несколько дней назад. Старейшина рассказывал о копье. В Стране Небесной Удачи копье использовали редко. Не потому, что оно было слабым — наоборот, мощь копья была колоссальной. Просто в нем было невероятно трудно достичь мастерства, и даже основы давались с большим трудом.

Как говорили мастера: «Месяц на шест, год на кулак, но копье учат всю жизнь». Копьем можно было рубить, колоть, резать, отражать удары, вращать его, создавая смертоносные зоны. Его дух — это неукротимое движение вперед, сметающее всё на своем пути. Лишь копье могло по-настоящему «выкашивать тысячи врагов». Копье по праву называли Королем сотни видов оружия.

Однако копье было не только трудно освоить, но и крайне сложно изготовить. Создать хорошее копье в разы труднее, чем выковать отличный меч или саблю. Для меча главное — качественная сталь. Но для копья... Наконечник сделать просто, а вот древко — задача почти невыполнимая даже для великих мастеров-кузнецов. Оно должно быть одновременно невероятно жестким и при этом гибким. Обычная сталь лишена гибкости, а дерево или бамбук, хоть и гибкие, слишком легкие и хрупкие — их легко перерубить в бою. Поэтому качественное копье, наделенное рангом сокровища, стоило в пять-шесть раз дороже аналогичного меча, и найти его было огромной удачей.

Линь Мин обдумывал это прямо во время боя. Но в такой напряженной схватке любая заминка была фатальной. Как только он принял решение, паутина, словно стрела, метнулась к нему. Линь Мин кувыркнулся в воздухе, едва избежав ловушки, но в этот миг вражеский меч под коварным углом полоснул его по спине. Брызнула кровь.

— Он ранен!

Вне Массива Десяти Тысяч Убийств тело Линь Мина вздрогнуло. Он глухо застонал, а его лицо мертвенно побледнело.

— Наконец-то этот парень выдохся! — кто-то из учеников облегченно вздохнул. Многим было неприятно видеть чужой триумф. Трех гениев академии им было более чем достаточно, и видеть четвертого над собой никому не хотелось.

— Он и так уже показал себя монстром. Прошло две палочки благовоний. Если бы он продержался дольше, это было бы уже против всех законов природы.

— Даже если он сейчас вылетит, его результат наверняка позволит ему войти в топ-150.

Даже Чжан Цан, сохранявший до этого спокойствие, теперь выглядел серьезным. Хотя текущий ранг Линь Мина для него ничего не значил, этот первый результат был показателем потенциала. Пятнадцатилетний юноша в топ-150 — такое заставляло нервничать даже обладателей высоких талантов.

«Наверняка он достиг этого только благодаря Пилюле алого дракона и Пилюле из желчи змеи. Это сила, дарованная лекарствами, но... его всё равно нельзя недооценивать», — Чжан Цан невольно сжал кулаки, впервые почувствовав давление со стороны новичка.