— Шестьдесят второе?!

— Боги мои!

На глазах у всех имя Линь Мина, высеченное простыми штрихами, вклинилось в список мастеров. И выглядело оно там ослепительно ярко.

Шестьдесят второе место! Всего лишь вторая проверка, а он уже пробился в число первых семидесяти двух! Поскольку в Небесной Обители числится именно семьдесят два человека, это означало, что Линь Мин по своей силе уже достиг уровня элиты академии.

Пятнадцать лет, чуть больше месяца обучения в Военной академии Семи Тайн, начальный этап третьей стадии Закалки Тела — и он в Небесной Обители! За последние сто лет лишь три или четыре воина умудрялись попасть в первую сотню на второй проверке, но чтобы сходу занять место в Небесной Обители — такого не случалось никогда.

Все участники испытания и шпионы принцев во все глаза смотрели на Камень Рангов. Мужун Цзы в изумлении прикрыла рот ладошкой, а разведчики в шоке даже забыли вовремя зажечь талисманы передачи звука.

Это было нечто за гранью возможного! Перед ними предстал гений, чей талант затмевал Лин Сэня, То Ку и Чжан Гуаньюя.

— Не может быть... — пробормотал один из воинов Небесной Обители, занимавший место в седьмом десятке. — Он ведь продержался чуть больше четырех палочек. По логике, это должен был быть конец первой сотни. Как он мог подняться так высоко?

Взлет Линь Мина означал, что кто-то из них может быть вытеснен из Небесной Обители.

— Может, Камень Рангов Массива Десяти Тысяч Убийств ошибся?

— Исключено. Этот массив создан мастером стадии Сяньтянь.

— Даже мастера Сяньтянь могут ошибаться... — не унимались недовольные. Никому не хотелось терять свое место.

— Всем замолчать. Камень Рангов не ошибается. Линь Мин пробился на шестьдесят второе место за четыре палочки благовоний только потому, что скорость, с которой он уничтожал врагов, во много раз превышала скорость воинов его уровня!

Заговорил распорядитель, отвечающий за Массив Десяти Тысяч Убийств. Он сам был выпускником академии и уже достиг стадии Сгущения Пульса. В академии он занимал должность распорядителя и наставника.

Во много раз быстрее? Услышав вердикт мастера, окружающие невольно вздрогнули. В Массиве Десяти Тысяч Убийств враги нападают бесконечными волнами, каждая из которых сильнее предыдущей. Испытуемые обычно едва успевают перевести дух и стараются убивать как можно медленнее, чтобы потянуть время и восстановить Истинную сущность. Поэтому скорость зачистки у большинства примерно одинакова, и ранг обычно определяют по времени пребывания в массиве. Метод Линь Мина требовал колоссальных затрат сил и вел к быстрой гибели.

Настоящий монстр!

Мужун Цзы долго не могла прийти в себя. Наконец она повернулась к Бай Цзинъюнь:

— Сестра Цзинъюнь, ты была права. Этот Линь Мин — просто животное. Не знаю, на каком подножном корму он вырос...

Она прекрасно понимала значение этого результата. Из тех, кто стоял в рейтинге выше Линь Мина, около десятка учеников должны были выпуститься в конце года. Это значило, что даже если Линь Мин не сделает ни шага вперед, к концу года он автоматически войдет в первую пятидесятку. А топ-50 — это совершенно иной уровень. Но разве Линь Мин станет стоять на месте? Возможно, к концу года он уже ворвется в тридцатку лучших и станет ее прямым конкурентом!

Бай Цзинъюнь прыснула со смеху:

— Девочка, следи за языком. Ты просто ему завидуешь.

— Хм, с чего бы мне ему завидовать? — Мужун Цзы воинственно сжала кулачки. — Похоже, мне тоже пора взяться за дело всерьез. Я не позволю ему себя обойти!

Раньше она частенько отлынивала от тренировок, и даже испытание Сердца Пути Воина прошла с огромным трудом, на самой грани.

— Твою мать, чего застыли?! — предводитель людей наследного принца, человек в сером, отвесил затрещину своему подчиненному, который тупо пялился на Камень Рангов. — Живо доложите Его Высочеству! Черт возьми, я глазам своим не верю!

— Да-да, сейчас, — засуетился подчиненный. Он торопливо продиктовал сообщение и поджег талисман передачи звука.

В то же самое время люди десятого принца тоже активировали свои талисманы. Их лидер с пренебрежением посмотрел в сторону конкурентов из Восточного дворца.

«Идиоты. Все еще пытаются бороться, хотя это бесполезно. В этот раз победа точно будет за нашим господином. Что может предложить этот наследный принц? Его Высочество специально приготовил для Линь Мина руководство по технике среднего ранга Людей и сокровище высшего качества!»

В это время в Восточном дворце наследный принц Ян Линь играл в шахматы с великим наставником Му И.

— Ха-ха, о чем вы задумались, Ваше Высочество? — Му И с улыбкой сделал ход. Эта фигура превратила левый нижний угол доски в ловушку для Ян Линя, суля ему тяжелые потери.

Ян Линь со смехом покачал головой:

— Учитель, я еще ни разу не выигрывал у вас. Проиграю я чуть раньше или чуть позже — разница невелика.

— Ха-ха, не стоит так говорить. Даже если сил недостаточно, нельзя терять твердость духа и волю к победе. Шахматная доска — это поле боя. Если ты погиб в сражении с превосходящим противником, ты герой. Но если ты сдался и был убит в плену — это позор.

— Учитель прав, — кротко ответил Ян Линь.

В общении с Му И принц не проявлял ни капли высокомерия. В Стране Небесной Удачи даже сам император относился бы с почтением к мастеру середины стадии Хоутянь, тем более в нынешние неспокойные времена, когда Му И был главной опорой принца.

— Рассказывайте, что у вас на душе? — Му И отложил фигуры.

— Сегодня я навещал отца, — признался Ян Линь. — Его здоровье, кажется, снова ухудшилось...

Му И промолчал. Он понимал опасения принца. Смена власти была близка, а старый император из-за немощи терял былое влияние. Теперь все зависело от способностей самих принцев. Десятый принц, князь Юнь, был амбициозен и вряд ли согласился бы на роль простого родственника при дворе. А Ян Линь по личной силе и подконтрольным ресурсам заметно ему уступал. Если начнется открытая борьба, он может и не выстоять.

В борьбе за трон поражение означает смерть. Ян Линь уже стал наследным принцем, и у него не было иного пути, кроме как сражаться за свою жизнь. Последнее время он постоянно пребывал в тревоге, которую старался не показывать подчиненным.

— Ваше Высочество, — мягко произнес Му И. — Я уже говорил: нельзя терять волю. Если вы дадите слабину, ваши подданные тоже задрожат от страха. Смена правителя — это смена всего двора. Эти люди доверили вам свои жизни и жизни своих семей. Если вы проиграете, князь Юнь, учитывая его жестокость, не побрезгует устроить кровавую чистку. И тогда...

Му И не стал продолжать. С древних времен смена императоров сопровождалась резней, где семейные узы и дружба становились лишь пустым звуком.

Ян Линь вздохнул:

— Я понимаю. Поэтому все эти годы я держусь изо всех сил. Речь ведь не только о моих сторонниках. Жизни моей матери и сестры тоже связаны с моей. Матери почти пятьдесят, сестре — всего шестнадцать. Если я паду, страшно представить, какая горькая участь их ждет...