***

Ощущения, безусловно, были приятными. Долгое время вся семья Линь находилась под гнетом семьи Чжу, а их молодое поколение — в тени Чжу Яня. Теперь же Линь Мин позволил им наконец вздохнуть полной грудью. Более того, он направил остриё своего копья прямо на Чжу Яня, намереваясь сокрушить эту гору, вечно давившую на молодежь семьи Линь. Разве могло это не радовать?

Той же ночью в небо взмыли сразу двенадцать талисманов передачи звука. Послания одно за другим летели в филиал семьи Линь в Городе Небесной Удачи. Указание главы семьи было предельно ясным: «Поддержать Линь Мина любой ценой. Обеспечить ему лучшие условия и сделать всё необходимое, чтобы через месяц он одержал победу над Чжу Янем».

Именно поэтому сегодня Линь У, следуя приказу главы, принёс ресурсы для поддержки Линь Мина.

— Это... — Линь Мин завороженно смотрел на маленький фарфоровый флакон и нефритовую шкатулку в руках Линь У.

— Глава семьи отправил двенадцать срочных талисманов, чтобы филиал передал это тебе. Тебе нужно усердно тренироваться и во что бы то ни стало победить Чжу Яня через месяц.

Линь Мин открыл флакон и шкатулку. Внутри флакона лежали десять пилюль: они сияли кристальным блеском и источали тонкий, изысканный аромат. С первого взгляда было ясно — это лекарство высшего сорта.

— Старшая пилюля сбора сущности?

Основным компонентом обычной Пилюли Сбора Сущности был столетний плод сбора сущности, чья ценность не уступала столетнему Кровавому Линчжи. Но для Старшей пилюли сбора сущности требовался плод возрастом в триста лет. Её стоимость была в шесть-семь раз выше обычной, и найти её в продаже было крайне непросто!

Сами по себе эти пилюли не увеличивали силу воина напрямую, но они ускоряли процесс конденсации истинной сущности и повышали скорость культивации. Хотя прогресс от них был постепенным, они не имели побочных эффектов, и их можно было принимать без опасений. Именно поэтому среди всех лекарств, используемых воинами, Пилюли Сбора Сущности расходовались быстрее всего. Флакон, присланный семьей Линь, стоил почти двадцать тысяч золотых таэлей.

На этот раз семья действительно не поскупилась.

Линь Мин бросил взгляд на Линь У и взял нефритовую шкатулку. Открыв её, он увидел два ровных ряда прозрачных, словно лед, камней — это были Камни Истинной Сущности! Скользнув взглядом, Линь Мин понял, что здесь их не меньше тридцати!

Тридцать Камней Истинной Сущности — тоже немалая сумма. К тому же эти камни казались чище тех, что выдавали в Военной академии Семи Тайн. Эта партия камней стоила целое состояние!

Глядя на эти дары, Линь Мин понимал: приняв их, он тем самым даст молчаливое согласие стать частью основной ветви семьи Линь.

Заметив перемену в лице Линь Мина, Линь У догадался о его мыслях и с некоторым смущением произнес:

— Брат, я знаю, что «добавлять цветы на парчу» — совсем не то же самое, что «подносить уголь в снежную бурю». Когда ты был в нужде, семьи и след простыл. А теперь, когда ты стал драконом среди людей, они шлют и лекарства, и Камни Истинной Сущности. Это действительно выглядит не слишком красиво. Но по-другому никак — ресурсы семьи ограничены, а учеников слишком много. Если бы имущество делили поровну в каждом поколении, семья Линь давно бы перестала существовать.

Линь Мин прекрасно понимал, о чем говорит Линь У. Его прабабушка была третьей женой позапрошлого главы семьи — к его поколению родство стало слишком далеким. В больших семьях у каждого мужчины часто было по нескольку жен, потомство росло в геометрической прогрессии, а состояние должно было оставаться сосредоточенным, чтобы сохранить величие рода.

То, что семья доверяла побочным ветвям управление делами и выплачивала им жалованье, уже считалось милостью. На самом деле этих денег было немало, и если бы Линь Мин не занимался боевыми искусствами, его семья жила бы в достатке и процветании.

К главной ветви семьи Линь он чувствовал лишь слабую благодарность, но никакой привязанности. Однако он знал, насколько традиционны взгляды его родителей. Больше всего на свете они мечтали однажды вернуться в лоно семьи. В их глазах признание предками было единственным верным путем.

Благодаря ему статус родителей в семье взлетит до небес, их будет уважать и почитать сам глава! Для них это станет величайшей честью. И то, что эта честь придет к ним благодаря успехам их сына — именно то, на что они надеялись. Какие родители не мечтают, чтобы их ребенок добился успеха и вернулся домой в славе? Тем более сейчас, когда над Линь Мином сиял ореол гения, подобного которому в Академии Семи Тайн не видели сотню лет — этого было достаточно, чтобы прославить предков и обеспечить будущее потомкам.

С этими мыслями Линь Мин принял пилюли и камни.

— Поблагодари от меня главу семьи, — сказал он Линь У.

— Брат, ты преувеличиваешь. Это семья Линь должна благодарить тебя за то, что ты вернул нам гордость, — Линь У облегченно выдохнул, увидев, что Линь Мин принял подношения. Он всерьез опасался, что тот затаил обиду за былое безразличие семьи.

До конца года оставалось всего несколько месяцев. Линь Мин прикинул, что на праздники в Военной академии Семи Тайн будут каникулы, и все ученики разъедутся по домам. Ему тоже стоило воспользоваться случаем и навестить родителей. Старики трудились всю жизнь и заслужили спокойную, обеспеченную старость.

Попрощавшись с Линь У, Линь Мин убрал лекарства и камни, закинул за спину Копьё Гуаньхун и снова отправился к Великому массиву Ледяного водопада.

— Младший брат Линь! — старший брат-распорядитель, отвечающий за водопад, завидев Линь Мина, тут же расплылся в улыбке и поспешил навстречу. — Ну и шуму же ты наделал, младший брат! Шестьдесят второе место на Камне рангов — невероятно, просто невероятно! Неслыханное достижение!

Линь Мин лишь вежливо улыбнулся. За последние два дня он слышал слишком много подобных льстивых речей.

— Какой уровень сложности выберешь на этот раз?

— Девятый!

Максимальная сложность Ледяного водопада составляла двенадцать уровней. Чем выше уровень, тем резче возрастала сложность. На двенадцатом уровне даже Лин Сэнь едва выдерживал время горения одной ароматической палочки, после чего ему требовалось выйти и медитировать, чтобы восстановить силы. Поэтому даже он обычно тренировался на одиннадцатом.

То, что Линь Мин за месяц перескочил сразу через две ступени, поднявшись с седьмого уровня до девятого, казалось невероятным. Однако его место в рейтинге говорило само за себя.

— Хорошо, — распорядитель без лишних слов активировал девятый уровень сложности.

Проглотив одну Старшую пилюлю сбора сущности для ускорения культивации и взяв Копьё Гуаньхун, Линь Мин прыгнул в холодные воды.

Как только он оказался в озере, его вновь пронзил холод, подобный тысячам игл. Сложность действительно вышла на новый этап!

Среди ресурсов Военной академии Семи Тайн пилюли и даже Камни Истинной Сущности не были самыми ценными. По-настоящему бесценным было время в Семью Великих Массивах Убийства — нельзя было терять ни секунды!

У него было всего два часа. Линь Мин встал на огромный камень под водопадом, вытянув перед собой копье. Ударная мощь потока на девятом уровне сложности возросла колоссально. Едва он поднял Копьё Гуаньхун длиной в восемь чи и восемь цуней, как почувствовал, что чудовищная сила воды едва не вырывает ему руки.

Под таким водопадом, усиленным массивом, было трудно даже просто устоять на ногах. Ледяная вода непрерывно высасывала тепло из тела, а зажатое в руках копье весом в 820 цзиней делало задачу почти невыполнимой. Без плотной истинной сущности и невероятной физической силы здесь нельзя было продержаться и мгновения! Даже Линь Мину приходилось непрерывно поглощать энергию из Камней Истинной Сущности, чтобы не упасть.

«Хм? Скорость поглощения истинной сущности увеличилась почти наполовину!» — Линь Мин был слегка удивлен, но тут же понял, что это действие Старшей пилюли сбора сущности.

Одна такая пилюля стоимостью почти в две тысячи золотых — это больше половины цены духовного сокровища. Столь дорогое лекарство действительно оправдывало свою цену!

Благодаря действию пилюли и нещадному использованию камней Линь Мин умудрялся держаться в этих экстремальных условиях. Изначально он полагал, что две четверти часа станут его пределом. Но сейчас, когда силы, казалось, были на исходе, подпитка от пилюли и камней вовремя восполняла резервы, позволяя ему стоять.

Несмотря на нестерпимую боль, Линь Мин оставался непоколебим. Пребывание в таком состоянии приносило огромную пользу: не только стремительно совершенствовалось мастерство владения копьем, но и шло закаливание тела истинной сущностью. Каждая мышца, каждый внутренний орган инстинктивно впитывали энергию, чтобы противостоять холоду. Обычно, как бы усердно воин ни тренировался, всегда оставались «слепые зоны», до которых трудно было дотянуться. Но когда каждая клеточка тела сама тянется к энергии, таких зон не остается.

Линь Мин продержался в таком темпе полтора часа! Из-за пронизывающего холода температура его тела упала до критической отметки. Если бы он сейчас выдохнул, воздух тут же превратился бы в иней. Обычный человек давно бы погиб, но воин, защищенный истинной сущностью, сохранял в себе искру жизни.

От долгого пребывания на пределе сознание Линь Мина начало отделяться от тела. Постепенно грохот водопада, подобный раскатам грома, исчез. Линь Мин словно погрузился в абсолютно безмолвное иное пространство. Здесь он отчетливо чувствовал каждый удар водяных струй, слышал свое замедленное, почти замерзшее сердцебиение — каждый удар отдавался четким ритмичным пульсом.

В этот миг Линь Мин снова ощутил то состояние духовной пустоты, когда из разума исчезают все лишние мысли. Лишенная контроля воли, истинная сущность во всем теле начала циркулировать по инерции, повинуясь лишь инстинктам. И этот путь циркуляции был куда совершеннее того, которым Линь Мин управлял сознательно!

Сам Линь Мин еще не понимал, что это состояние — зачаток Боевого намерения.