Глава 3

В Дальнюю мы ехали через Вертихвостово.

Отпускать союзников без сопровождения я не собирался. Ещё не хватало, чтобы на ослабленный отряд по дороге наткнулась какая-нибудь новая шайка гоблинов.

Но главное было в другом. Кристина до сих пор не знала о судьбе своих людей. Не знала она и о виновнике всего случившегося. И моим долгом как лидера Альянса было рассказать ей обо всём лично.

Гордей почти всю дорогу ехал на одной из своих телег рядом с возницей и хмуро молчал. Лишь когда впереди показались сторожевые вышки Вертихвостово, он спрыгнул на землю, догнал мою телегу и пошёл рядом, придерживая раненую руку.

— Господин, позвольте мне самому сказать госпоже о судьбе наших жителей, — попросил он, глядя куда-то перед собой в пространство. — Это были мои товарищи, мне и говорить.

Подумав какое-то время, я кивнул.

— Хорошо, скажешь об этом сам, это справедливо. А про стойбище и гоблинов расскажу уже я.

В ответ Гордей коротко мне поклонился и больше до самой деревни не проронил ни слова.

Вертихвостово появилось перед нами внезапно. Наш отряд вынырнул из перелеска, и впереди развернулась открытая равнина. А у самого леса теснились избы с наблюдателями на сторожевых вышках.

За прошедшее время тут мало что изменилось. Разве что волшебный плетень заметно подрос. Того и гляди деревня окажется в сердце непроходимых зарослей.

Клюворезов я ещё на подходе отправил кружить в вышине. Кристина видела мою стаю не раз, а вот пугать ее впечатлительных крестьян хищными мутантами над головой мне совсем не хотелось.

Заметили нас достаточно быстро. Караван только начал втягиваться на главную улицу, а из терема уже выбежала Кристина.

Выглядела блондинка неважно. Лицо ее осунулось, а под серыми глазами залегли тени. Похоже, все эти дни хозяйка Вертихвостово почти не спала.

Кристина быстро окинула взглядом телеги, табун степных лошадок и моих бойцов в доспехах ее же работы. А потом увидела Гордея с рукой на перевязи и заметно сбавила шаг.

— Владимир, — тихо произнесла она, остановившись в паре шагов от меня. — Ты нашёл тех, кто напал на мой обоз?

— Нашёл и разбил, — ответил я, спрыгнув с телеги. — Давай поговорим в тереме, Кристина. Разговор у нас будет непростой.

Блондинка хотела спросить что-то ещё, но посмотрела на Гордея, на то, как он мнёт в здоровой руке шапку, и молча повела нас в дом.

Своих людей я оставил под присмотром Сергея. Раненых Гордея передали на руки здешнему лекарю, и Василиса пошла за ним, чтобы помочь по возможности.

В тереме Кристина отослала прислугу и сама разлила нам по кружкам горячий травяной взвар. Гордей не стал садиться за стол и остался стоять у двери.

Рассказывал я долго и обстоятельно, начиная с налёта на наш отряд на третьи сутки пути и заканчивая штурмом стойбища на закате. Не забыл я и про шамана, который наводил на нас порчу песнопениями и топил в земле по пояс. Впрочем, ничего из этого ему не помогло, и шаман сейчас сам оказался под поверхностью земли, как и вся его шайка.

Кристина слушала не перебивая и к кружке так и не притронулась. Только когда я назвал налётчиков гоблинами-кочевниками из Зелёной Орды, она подняла на меня глаза.

— Выходит, и те сожжённые караваны, о которых я тебе рассказывала, тоже их рук дело? — глухо спросила она. — А я-то была уверена, что это кто-то из Стратегов пакостит соседям.

— Похоже на то, — ответил я. — Я нашёл в юрте шамана карту, и кресты на ней стоят как раз там, где, по твоим рассказам, жгли отряды.

— А мои люди? — Кристина подалась вперёд. — Ты сказал, что в стойбище никого не осталось. Но ведь пленных гоблины могли держать отдельно?

Я посмотрел на Гордея. Тот подошёл к столу и остановился перед своей госпожой.

— Пленных там не было, госпожа, — произнёс он. — Ни у кочевников, ни где-то в округе. Господин Новиков обыскал каждую юрту, и никого из наших там не нашли. Раз пленных у гоблинов не было, значит, Прошка и остальные, скорее всего, погибли ещё на дороге вместе с обозом.

Кристина закрыла глаза. Пальцы ее так сжали кружку, что побелели костяшки.

В тереме воцарилась гнетущая тишина. Где-то снаружи перекликались мои бойцы, всхрапывали лошадки, а я молчал, давая Кристине время.

— Это ведь я их туда отправила, — наконец прошептала Кристина. — Не дождалась союзного каравана, захотела заработать побольше. А они…

— А они везли заказ союзнику по нашей же земле, — перебил я ее. — На войну ты их не посылала. Убили их гоблины, Кристина, и за это гоблины уже заплатили сполна.

Кристина ничего не сказала в ответ, поэтому я продолжил.

— Что касается твоих тюков, то мы доставили их Басманову. Егор долго не мог поверить, что товар не пропал вместе с остальным добром. Он обещал рассчитаться с тобой до последней копейки.

Кристина удивлённо посмотрела на меня.

— Ты отвёз мой товар заказчику? Пока я здесь сидела и сходила с ума?

— Нам всё равно было по пути, — пожал я плечами. — Гордею с ранеными я велел дожидаться меня в деревне Егора, поэтому и завёз ему твой заказ. Да и Егору ещё зиму со своими загонщиками пережить надо.

Уголки ее губ дрогнули в подобии улыбки.

— Что любопытно, у Егора я встретил неожиданную гостью, — продолжил я. — Регину Рурскую, помнишь ее?

Кристина громко фыркнула, скрестив руки под грудью.

— Как тут такую забыть? И что же понадобилось у Егора правой руке Беляева?

— Звала его в Круг. Зачем ещё она могла приехать? Заодно попробовала позвать и меня, раз уж я так удачно подвернулся. Вася, видишь ли, хочет видеть южан под собой. Впрочем, здесь он, увы, запоздал. Я рассказал ей про Альянс.

— Что ей ответил Егор?

— Егор ей отказал, — усмехнулся я. — И я тоже, чтоб ты знала.

— В тебе-то я не сомневалась, — ответила она.

Блондинка резко отставила кружку, и взвар плеснул через край.

— Подожди, ты раскрыл ей существование Альянса? Разве мы не хотели держать его в тайне?

— Хотели, но когда Регина уже сидит у Егора за столом и пьёт его квас, прятать существование Альянса как-то поздно, не находишь? — ответил я. — Круг ездит по нашим деревням и обхаживает каждого из нас по отдельности. Ничего хорошего из этого точно не выйдет. Пусть лучше знают, что поодиночке нас уже не взять.

Кристина долго смотрела на меня, а потом медленно кивнула. Довод она приняла, хотя и без особого воодушевления.

— Значит, гоблины жгут обозы на нашей земле, а Круг в это время ездит по гостям и пытается загрести всех под себя, — проговорила она, и голос ее с каждым словом становился всё твёрже. — А чем тогда занят воевода? Разве он не обещал защищать Рубеж от Орды?

Кристина поднялась из-за стола. Щёки ее горели, а в серых глазах уже не было ни капли растерянности.

— Я еду к воеводе, Владимир, — отчеканила она. — Сегодня же!

***

— Сядь, пожалуйста, Кристина, и давай всё обдумаем, — попросил я.

Хозяйка терема не села. Так и стояла у стола, вцепившись пальцами в спинку стула и глядя на меня сверху вниз.

— Не уговаривай меня, Владимир. Я приеду к Загорному и скажу ему прямо в лицо всё, что думаю. Он обещал защищать Рубеж, а тела моих людей лежат где-то в лесу, и никто их даже не похоронил по-людски! Пусть объяснит, где были его патрули и его хвалёные заставы, пока гоблины жгли наши обозы!

— И что он тебе ответит?

Кристина поджала губы.

— Он ответит, что Рубеж большой, а людей у него не так много, чтобы охватить каждую лощину. А потом он спросит, почему ты отправила обоз одна, да без охраны. Как ты помнишь, у него на всё один ответ. Если Стратег не может справиться со своими проблемами, то сможет ли он стать Князем? И вот ты уже не требуешь ответа, а сама оправдываешься перед ним.

— Тогда что ты предлагаешь? — Кристина наконец опустилась на стул. — Сидеть и ждать, пока гоблины не начнут стучать к нам в дверь? А если одной шайкой дело не ограничится? А если к нам в следующий раз придёт вся Орда, а воевода этого не заметит, нам тогда сражаться со всеми ними в одиночку?

— Я такого не предлагал. Поступим иначе. Я поеду к воеводе не с обвинениями, а с новостями, — ответил я. — Наша задача сейчас не найти виноватого, а рассказать, что на юге Рубежа появились гоблины. Пока Загорный об этом не знает, он ничего и не сможет сделать.

Я достал из походной сумки карту и развернул ее на столе, придавив края кружками.

Кристина склонилась над шкурой. Я видел, как она скользит взглядом по выжженным дорогам и крестам, запоминая каждую деталь.

— Это всё они? — тихо спросила она.

— Похоже, что за каждым крестом стоит налёт кочевников, — кивнул я. — Ты только посмотри, Кристина. Гоблины знают наши дороги и знают, где стоят наши деревни. Одна шайка уже прошла через заставы, и никто ее даже не заметил. Значит, пройдёт и следующая. Война гоблинов с людьми серьёзнее нашего спора с Кругом и даже всего Испытания Стратегов. Согласись, решать эту проблему должен тот, кто отвечает за весь Рубеж, а никак не пара Стратегов?

— А кто гоблинам вообще эту карту преподнёс? — Кристина подняла на меня глаза. — Не сами же они ее нарисовали?

— Не знаю, — честно ответил я. — Пусть с этим разбирается воевода, у него на то есть люди и полномочия. Я привезу ему лишь факты, а догадки оставлю при себе.

Моя союзница долго молчала, не отрывая взгляда от карты и выжженных на ней крестов.

— Хорошо, — наконец произнесла она. — Тогда поедем вместе. Это мои люди погибли, Владимир, и я имею право спросить с воеводы за то, что он это допустил.

— Право у тебя есть, — не стал я спорить. — Но подумай вот о чём. Вертихвостово вновь останется без хозяйки. Если шайка была не одна, следующая может прийти сюда, и кто тогда будет держать деревню, если ты уедешь в острог? Гордей? Он сейчас не в состоянии с его-то рукой. Я поеду от всего Альянса, а ты останешься и проследишь, не появятся ли у наших дорог новые отряды кочевников. Зачем ехать к воеводе всем вместе?

Блондинка поджала губы и побарабанила пальцами по краю карты. Но спорить больше не стала.

— Ладно, — вздохнула она. — Но тогда возьми мою карету. На своих волах ты до острога будешь тащиться целую вечность, а моя четвёрка домчит тебя куда быстрее.

— От кареты не откажусь, — улыбнулся я и свернул карту.

Уехать сразу у меня, впрочем, не вышло.

Сначала требовалось определить, кто и куда отправится. Сергея я разыскал во дворе, где он вместе с Ростиславом проверял упряжь на наших волах. Ухо его так до конца и не зажило, и Сергей то и дело трогал повязку, сам того не замечая.

— Отряд поведёшь в Дальнюю ты, — сказал я ему. — Трофеи, табун, раненые, всё на тебе. Ростислав с охотниками пойдёт впереди, а Клюворезы будут смотреть сверху, чтобы никто не налетел внезапно на вас. В деревне передашь Любе и остальным, что я поехал в острог к воеводе.

— А вы сами как поедете, господин Стратег?

— А я возьму с собой трёх бойцов и поеду в карете Хищновой.

Сергей недовольно нахмурился.

— Троих мало, господин. Возьмите хотя бы десяток. Мало ли кто ещё бродит по дорогам.

— Тут ты прав, вот только всех их усадить в карету у меня не получится, — признал я. — Тройка бойцов — это тот максимум, который я могу с собой взять, не считая возницы. Да и в Дальней сейчас каждый боец на счету. Мы пока не знаем, сколько еще гоблинов гуляет по Рубежу. На карете да с разведкой от Крохи я от них всегда успею уехать, а вот деревня от них никуда не уедет.

Сергей хотел возразить, но в последний момент сдержался.

— Может, тогда хоть сабли возьмёте? — подал голос Ростислав. — Покажете их воеводе, пусть посмотрит, какая сталь водится у кочевников.

Я на миг задумался и согласно кивнул — лишними точно не будут.

— Хорошо, возьму их и шапку шамана. Думаю, воеводу заинтересует, откуда у зеленокожих сабли. Прочие же гоблинские вещи, да и само стойбище, он сможет увидеть, когда пришлёт своих людей на проверку.

Ещё какое-то время ушло на дела Альянса. Обсуждали мы расчёт с Басмановым, охрану для союзного каравана, без которой его теперь водить нельзя, и Круг, который уже сейчас начал скалить нам клыки. Потом пришлось собираться в дорогу. Так что Вертихвостово я покидал уже на следующий день.

Отряд Сергея выступил в Дальнюю чуть раньше меня. Сначала ушёл вперёд Ростислав с охотниками, затем потянулись телеги с трофеями, а следом и табун степных лошадок. Над ними кружили Клюворезы, все, кроме Крохи. Его я всё же решил взять с собой.

Кристина вышла проводить нас на крыльцо. Она уже переоделась и выглядела куда собраннее, чем при нашем приезде.

— Береги себя, Владимир, — произнесла она. — И передай Загорному, что Вертихвостово своих людей не забудет.

— Передам ему слово в слово, — пообещал я.

Неожиданно Кристина подошла ко мне и осторожно обняла.

— Спасибо, Владимир. И вообще… Доброй дороги, — едва слышно прошептала она.

Я улыбнулся, успокаивающе погладил ее по спине и отстранился.

На козлы сел один из моих бойцов, на пару с возницей от Кристины, второй и третий забрались внутрь, напротив меня. Я откинулся на мягкую спинку сиденья и удовлетворённо похлопал по походной сумке, где лежала карта.

— Трогай, едем к воеводе! — скомандовал я.

***

Дорога до острога заняла несколько дней, и всё это время я готовил доклад.

Раз за разом я прогонял в голове, что я скажу Загорному первым делом. На юге Рубежа ходят гоблины-кочевники из Зелёной Орды. Одну их шайку Альянс уже разгромил своими силами. И у шайки при себе была карта наших дорог и деревень, которой у зеленокожих быть просто не могло.

Всё прочее, от погони по следу до штурма стойбища, воевода услышит, если сам об этом спросит.

А спросить он должен был непременно. Я хорошо помнил, как на Собрании Загорный обвёл тяжёлым взглядом весь зал и бросил Стратегам, что кое-кто шлёт ему гонцов из-за волчьей стаи. Тут же дело было в разы серьёзнее. И речь шла даже не о каком-то могучем мутанте. Тот же Ледошкур мог бы угрожать моей деревне, но никак не всему югу Рубежа. Чего не скажешь о кочевниках…

Быть может, надо было и вовсе привезти воеводе голову шамана или ещё какого гоблина. Да, звучит дико и даже по-варварски, но это бы наверняка подтвердило, что гоблины на Рубеже есть. Но я посчитал это чрезмерным. При желании воевода всегда может послать людей на место стойбища. Ну, или посмотреть на погремушки, которые мы добыли.

В любом случае воевода должен будет отреагировать на мои слова, даже если лично он мне не поверит. Почему? Потому что цена ошибки слишком велика.

Кроха всю дорогу держался в небе над лесом, в стороне от дороги, и спускался к карете только на ночёвках. Бойцы дремали напротив меня, обняв гладиусы, непривычные к такому комфорту в дороге.

Примерно за день до приезда в острог нам навстречу попался патруль. То были трое всадников в красных мундирах. Старший придержал коня и спросил, чья карета и куда направляется. Услышав моё имя, он переглянулся с товарищами, коротко кивнул и предложил сопроводить нас до острога.

— Понимаете, господин Стратег, сейчас на Рубеже неспокойно. Позвольте нам составить вам компанию. Для вашей же безопасности.

Я заметил напряжение, которое он пытался скрыть, и активировал Взор Стратега.

Имя: Никифор Мячин

Отношение: опаска (готов к агрессии с вашей стороны)

Талант: Всадник

Потенциал: гонец, стрелок

Мне это не понравилось. С каких это пор к Стратегам вдруг относятся с опаской? Впрочем, спорить с подчинёнными воеводы я не стал. Всё равно нам было ехать в одну сторону.

— Не вижу в этом ничего зазорного, — ответил я мужчине, и мы поехали дальше.

На последней ночёвке я велел Крохе больше к карете не спускаться и кружить в стороне. Прятать мутантов от чужих глаз давно вошло у меня в привычку, а въезжать в острог с Клюворезом над головой было бы верхом беспечности. Птица обиженно клекотнула, но послушалась и ушла в серое осеннее небо.

К полудню лес наконец отступил, и впереди показался знакомый холм.

Острог всё так же возвышался над диким краем, единственный островок спокойствия на десятки километров вокруг. Всё так же стояли крепкие стены и сторожевые башни, над ними реяли знамёна, а по стенам ходили многочисленные стражники в красных мундирах. Казалось, с прошлого раза их стало только больше. Только у ворот на этот раз не толпились экипажи Стратегов.

Карета остановилась перед воротами, и я выбрался наружу, разминая затёкшие ноги.

Навстречу мне из караульной тут же выскочил уже знакомый служащий, Корнелий Ухов собственной персоной.

— Господин Новиков? Что вы здесь делаете? — склонив голову, осторожно спросил он, глядя куда-то мне за плечо, как раз в сторону сопровождавших меня солдат.

— Доброго дня, Корнелий. Скажи, господин воевода у себя? Мне нужно срочно его увидеть, я привёз важное донесение.

Корнелий кивнул, но с места так и не сдвинулся, и это вновь натолкнуло меня на нехорошие мысли. Краем глаза я заметил, как от ворот к нам чуть ли не бегом двинулись четверо солдат. Ещё двое встали по бокам кареты, рядом с моими бойцами. Последний, Никифор, как раз занял место за моим правым плечом.

Я активировал Взор Стратега.

Имя: Корнелий Ухов

Отношение: страх (боится ослушаться приказа)

Талант: Бюрократ

Потенциал: крючкотворец, писарь

Боится ослушаться приказа? Какого ещё приказа?

Ответа, впрочем, дожидаться мне не пришлось. Корнелий резко развернул бумагу, которую до сих пор держал за спиной, откашлялся и наконец посмотрел мне прямо в глаза.

— Стратег Владимир Новиков, — произнёс он, подавляя волнение. — Приказом воеводы вы арестованы вместе с вашими людьми. Просим вас сдаться и не оказывать сопротивления.

Авторитет -300!