В наше время человеку выжить непросто. И И Юнь прекрасно об этом знал. И всё же он ни за что не подумал бы, что однажды, находясь в самом расцвете сил, окажется на грани настоящей смерти.

Этим утром И Юнь отправился в горы с двумя друзьями, среди которых была симпатичная девушка — словом, отличный план для хорошего дня.

Молодым людям всегда хочется острых ощущений, и И Юнь не был исключением. Покорять обустроенные туристические маршруты им казалось скучным, поэтому они выбрали дикую, заброшенную гору, где редко ступала нога человека.

Добравшись до середины склона, они наткнулись на пещеру.

Девушка тут же загорелась любопытством и настояла на том, чтобы заглянуть внутрь. Но кто мог подумать, что этот шаг обернётся трагедией?

В глубине пещеры И Юнь обнаружил квадратный фиолетовый кристалл, похожий на кристаллическую карту из научно-фантастического фильма. Подумав, что наткнулся на редкий природный аметист, он из любопытства коснулся этой карты — и в тот же миг пещера содрогнулась, а затем обрушилась!

Сложно описать, что почувствовал И Юнь, когда на него устремились десятки тысяч тонн горной породы. Пожалуй, лучше всего это описывала одна мысль: только оказавшись на краю гибели, по-настоящему понимаешь, что такое смертельный ужас.

Он был так молод, вполне хорош собой, обладал отменным здоровьем... к тому же всё ещё оставался девственником...

Впереди его должно было ждать столько прекрасных моментов, но теперь всему этому пришёл конец.

Эта скорбь и безысходность просто перехватывали дыхание.

Каменные обвалы не раздавили И Юня, но полностью замуровали путь назад.

Оказавшись погребённым заживо в замкнутом пространстве внутри горы, без еды, воды и даже с ограниченным запасом воздуха, И Юнь прекрасно понимал: это место, скорее всего, станет его могилой.

И Юнь ошеломлённо смотрел на массивную каменную стену. В луче фонарика своего телефона шершавая скала казалась испещрённой жуткими физиономиями монстров и демонов, а леденящий холод от камня заставлял его сердце опускаться всё ниже и ниже.

Он не знал, куда делись его спутники. По идее, они шли буквально шаг в шаг за ним, и при обвале их должно было завалить вместе с ним, но... они исчезли.

Словно они вообще никогда не заходили в пещеру. Однако И Юнь отчётливо помнил, как всего за полминуты до обвала девушка испуганно спрашивала у него за спиной, не водятся ли здесь змеи.

Как два живых человека могли мгновенно испариться?

С чего вдруг пещера ни с того ни с сего обвалилась?

В пещере не было связи, судьба друзей оставалась неизвестной — ни помолиться, ни докричаться. Но И Юнь не хотел сидеть и ждать смерти. Он даже подумывал прорыть ход наружу. Если слой обрушившейся породы окажется небольшим, в раскапывании может теплиться хоть крошечный, ничтожный шанс.

Перед лицом неизбежной гибели в человеке просыпается невероятная воля к жизни и сокрушительная сила. И сколь бы призрачной ни казалась надежда, нужно было попробовать.

Сказано — сделано. Однако копать голыми руками бессмысленно, а никакого ножа или инструмента у него не было. И тут в голове И Юня мелькнула догадка: он вспомнил о той кристаллической карте.

Она немного походила на маленькую лопатку. Пусть миниатюрную и без рукояти, но это в любом случае лучше, чем ковырять камень пальцами.

Повернувшись к загадочной кристаллической карте, И Юнь почувствовал, как сердце ёкнуло. Если подумать, обвал произошёл ровно в тот момент, когда он к ней прикоснулся.

Откуда такая точность?

И самое непостижимое — его друзья просто испарились в воздухе.

Сложив воедино цепь этих невероятных событий, И Юнь неожиданно пришёл к странной мысли: а не была ли эта кристаллическая карта причиной всего произошедшего?

Он взглянул на пурпурную кристаллическую карту. Она тихо лежала на плоском, слегка выпуклом каменном выступе и испускала едва заметное свечение, словно порождение какого-то сна.

Помедлив, И Юнь выключил фонарик на телефоне и обнаружил, что в непроглядной тьме пещеры слабого свечения пурпурной карты вполне хватало, чтобы смутно различать силуэты.

И Юнь понимал: эта кристаллическая карта едва ли являлась простым аметистом. Кристаллы аметиста не светятся. В природе способностью испускать свет обладают разве что минералы с радиоактивными элементами.

Но в сей момент И Юню было плевать на радиацию и вред для здоровья. Он взял пурпурную кристаллическую карту, желая изучить её получше. Если именно она спровоцировала обвал, не могла ли она стать его ключом к спасению?

Пусть шанс был ничтожно мал, но перед лицом смерти хватаешься за любую соломинку.

Пурпурная кристаллическая карта оказалась ледяной на ощупь — эта прохлада, казалось, растекалась по венам прямо к сердцу. По размеру она лишь немного превосходила взрослую ладонь, а по толщине была даже чуть тоньше.

Пурпурная кристаллическая карта была сплошь покрыта загадочными узорами. Эти узоры явно не были результатом природного происхождения — они выглядели так, словно их вырезала чья-то рука.

Кто мог их выгравировать? Были ли эти узоры древним тотемом или, быть может, таинственным письменным языком?

Или вообще... она попала сюда из-за пределов Земли и принадлежала инопланетной цивилизации?

Столкнувшись с такой чертовщиной, И Юнь дал волю фантазии. Он был твёрдо убеждён: обвал пещеры связан именно с пурпурной кристаллической картой. Иначе с чего бы естественной пещере обрушиться без всякого землетрясения?

Держа карту в руках, И Юнь заметил, что её края были острыми, как лезвия. В его душе вспыхнула надежда: по крайней мере, раскапывать завал ею будет куда проще.

Больше не сомневаясь, И Юнь с кристаллической картой в руках подошёл к стене из земли и камней неопределимой толщины.

Сжав края пурпурной карты обеими руками, он со всей силы всадил её в завал. И тут произошло невероятное: твердолобая порода под этой картой размером с ладонь поддалась так легко, словно была сделана из мягкого тофу! От неожиданности И Юнь, вложивший слишком много сил, потерял равновесие и врезался лбом прямо в скалу.

И Юнь обомлел. Пренебрегая ссадиной на лбу, он ошеломлённо уставился на пурпурную кристаллическую карту в своих руках. Шок мгновенно сменился бурной радостью.

«Да это же настоящий лазерный резак из фантастических фильмов!»

Сейчас у него не было времени раздумывать, почему эта штука настолько острая — все его мысли были сосредоточены лишь на том, чтобы выкопать ход наружу.

Крепко сжав пурпурную кристаллическую карту двумя руками, И Юнь, подобно кроту, начал неистово прорывать туннель. Карта рассекала всё без разбора: даже твердокаменный гранит поддавался ей с одного касания.

Сердце И Юня трепетало от восторга: он чувствовал, что наткнулся на сокровище невероятной ценности!

Если ему удастся выбраться живым, эта вещь способна кардинально изменить его судьбу! Кто знает, вдруг в ней заключены технологии инопланетного разума?

И Юнь потерял счёт времени. Он не знал, было ли это иллюзией, но каждый раз, когда силы окончательно покидали его, от пурпурной кристаллической карты в руках шла едва уловимая волна прохлады. Она словно подпитывала его, возвращая толику энергии и позволяя упорно, без устали копать дальше.

В подземелье не существовало дня и ночи. И Юнь копал без сна и отдыха — инстинкт выживания подгонял его двигаться только вперёд и только вперёд.

Телефон давно разрядился, лишив его единственного ориентира во времени. Прошло три дня? Пять? Неделя?

И Юнь не знал. Он не съел ни крошки, не сделал ни глотка воды, но чудом оставался жив. Казалось, таинственная сила, исходившая от кристаллической карты, поддерживала в нём угасающую жизнь.

Оглянись кто-нибудь на прорытый им путь, он изумился бы его жуткой протяжённости. Но сам И Юнь ничего этого уже не замечал — его зрение затуманилось.

Он не видел ни дороги перед собой, ни породы вокруг, ощущая лишь леденящую прохладу, исходившую от пурпурной кристаллической карты в руках.

Похоже, он постепенно угасал, двигаясь лишь на остатках воли и тупом упрямстве. Но в какой-то момент перед его глазами будто вспыхнул слабый свет — тонкий лучик пробился сквозь щель в грунте и коснулся его лица.

Словно на человека в бессознательном состоянии выплеснули ушат ледяной воды, И Юнь вздрогнул и мгновенно пришёл в себя!

Свет! Там свет!

И Юнь никогда не думал, что свет может быть настолько прекрасен. Слёзы сами потекли по его щекам. Потерянные, казалось бы, силы вновь вернулись в тело, и, стиснув зубы, он принялся копать с удвоенной яростью.

И вот наконец проход поддался! Завал перед ним обрушился, и яркие, ослепительные лучи хлынули на него, заставив сощурить глаза.

Он выбрался из подземелья на поверхность!

— У меня получилось! Я выжил!

Ему хотелось закричать во всё горло. Не познав тьмы, не оценишь свет; не заглянув в лицо смерти, не поймёшь истинной ценности жизни.

И Юнь упал на землю, жадно ловя воздух ртом. Он смотрел на лазурное небо и неторопливо плывущие облака — никогда ещё синева небес не казалась ему настолько восхитительной.

Хотя тело было на пределе от изнеможения, голода и жажды, И Юнь не стал долго отдыхать. Стиснув зубы, он поднялся — нужно было срочно связаться с друзьями.

Он вырвался из лап смерти, но понятия не имел, что стало с его спутниками.

Вот только... телефон разрядился.

И Юнь огляделся по сторонам в надежде заметить хоть какие-то следы жилья, но, присмотревшись, остолбенел.

«Как... как такое возможно?»

И Юнь отчётливо помнил, что его завалило в пещере на середине горного склона. Следовательно, выбраться он должен был где-то на той же высоте.

Однако сейчас он стоял посреди огромной, бескрайней равнины. Горы виднелись вдалеке, но расстояние до них было так велико, что загоняешь не одну лошадь. И Юнь ни за что не поверил бы, что прорыл под землёй столь гигантский туннель.

Вокруг него возвышалось несколько земляных холмиков. Перед каждым из них была небрежно воткнута деревяшка с топорно выведенными углём странными знаками...

Неужели это... могилы?

И Юнь замер. Как он оказался посреди могильных холмов? Пережив смертельную опасность, его нервы закалились, поэтому даже перед лицом столь абсурдной картины он сумел взять себя в руки и внимательно осмотреть эти захоронения.

Эти могилы совсем не походили на современные кладбища. В городах кладбища застроены мраморными или гранитными плитами, расставленными стройными рядами.

А эти курганы... Да даже в самых глухих деревенских затворках могилы выглядели опрятнее!

Погодите...

И Юнь кое-что заметил и опустил взгляд. Выход из подземного лаза, откуда он только что выбрался, находился прямо перед одним из земляных холмиков. А рядом с этим холмиком стояла точно такая же деревянная дощечка, служившая надгробием.

На дощечке были выведены те же странные письмена. Но почему-то в голове И Юня будто что-то щёлкнуло, и он внезапно смог разобрать написанное.

Там было выведено: «Могила любимого младшего брата, И Юня».

А рядом ещё пять знаков: «Старшая сестра Цзян Сяожоу».

«Могила... И Юня?!»

И Юнь окончательно обомлел. Что за мистика здесь происходит? Его всего лишь завалило в пещере на дикой горе, а выбрался он из могилы, причём из своей собственной!

«Что за дичь?!»

К тому же эти символы — не китайские иероглифы и не английские буквы. С какого перепугу он вообще их понимает?

«Я наверняка сплю...»

«Точно, это просто сон. Хотя какой-то слишком реалистичный...» — И Юнь снова огляделся, и на душе у него стало неуютно. Уж больно всё настоящим казалось!

Он изо всех сил ущипнул себя за руку. Больно.

Ущипнул ещё раз — снова больно!

— Не сон? Блин, это реально не сон?!

В голове И Юня пронеслась буря недоумения и ругательств. Кто-нибудь может объяснить, что за чертовщина происходит?!

Он уже готовил целую тираду из проклятий.

Неужели он умер в той заваленной пещере, после чего его выкопали и похоронили, а вся эта эпопея с рытьём туннеля была лишь агонизирующей галлюцинацией?

Но что тогда означают слова «любимый младший брат»? У него ведь никогда не было родной сестры! Если уж придираться, где-то в другом городе жила троюродная сестра, с которой они толком не общались и виделись пару раз в жизни — уж она-то точно не стала бы ставить ему надгробие!

Предположить, что умерший на надгробии — просто тёзка, другой человек по имени И Юнь? Тоже бред. Каковы шансы вылезти из-под земли ровно в могиле своего полного тёзки?

И Юнь чувствовал, что запутался окончательно. И в этот момент он внезапно замер, ошарашенно уставившись вдаль: по раскисшей деревенской тропке, держа за спиной плетёную бамбуковую корзину, к нему шла маленькая девочка в одежде из грубой ткани...

http://tl.rulate.ru/book/47/23534352