***

До начала поединка оставалось ещё 2 четверти часа, и руководство племени Тао решило использовать это время для проведения ритуала окропления Священного оружия предков.

На землю рухнул забитый бык. Вперед вышли два шамана, чьи лица были измазаны ритуальными узорами из свежей бычьей крови. Бубня под нос заклинания, они закружились в диком танец прямо посреди толпы. Один из шаманов с поклоном извлёк Женский меч — Священное оружие предков племени Тао — и омыл его клинок в бычьей крови.

Таков был незыблемый обряд племени Тао. Использовать артефакт для тренировок или показательных выступлений можно было без церемоний, но если оружию предстояло пролить кровь врага, требовалось задобрить обитающие в нём духи предков.

Вскоре произошло нечто жуткое. Как только Женский меч погрузили в бронзовый таз, до краёв наполненный бычьей кровью, густая алая жидкость закипела. На поверхности забурлили и стали лопаться кровавые пузыри, и спустя пару мгновений огромный таз оказался абсолютно сухим — казалось, будто клинок с жадностью выпил всю кровь до последней капли!

«А этот меч... отдает чертовщиной...» — И Юнь слегка нахмурился.

Сперва он полагал, что подобные молитвенные ритуалы — лишь суеверные бредни дикарей, не несущие никакой реальной пользы. Однако Женский меч племени Тао действительно поглотил кровь без остатка.

Осушив таз, Женский меч налился ещё более алым, зловещим светом. Вокруг его лезвия заплясала едва видимая глазу полупрозрачная дымка. Похоже, Священное оружие предков племени Тао действительно обладало неординарной природой.

После того как клинок испил крови, шаманы заботливо протёрли его и с глубоким почтением вручили Тао Юньсяо. Юноша опустился на одно колено и, подняв обе руки над головой, принял реликвию.

Сжав рукоять Женского меча, Тао Юньсяо ощутил, как его тело наполняет невероятная мощь. Он устремил на И Юня взгляд, в котором пылал яркий огонь боевого азарта.

— И Юнь! Выходи! — выкрикнул Тао Юньсяо и одним махом взлетел на помост.

И Юнь бросил долгий взгляд на алый Женский меч и спокойно поднялся на арену.

Над бескрайней Великой Пустошью догорало солнце. Яркие алые лучи заката окрасили западную часть неба в багровые тона.

И Юнь и Тао Юньсяо стояли друг напротив друга на расстоянии 10 чжанов. Десятки тысяч зрителей вокруг затаили дыхание, боясь упустить хотя бы одно мгновение предстоящего сражения. Ведь в этом бою в ход шло Священное оружие предков племени Тао!

Эта реликвия считалась невероятным сокровищем. Многие из соплеменников Тао за всю свою жизнь ни разу не видели её вживую и даже не представляли, как она выглядит. Затаив дыхание в предвкушении демонстрации невероятной силы предков, они ощутили, как закипает их кровь.

— Молодой господин Юньсяо непременно победит! Да здравствует племя Тао! — раздался чей-то громкий крик из толпы, мгновенно подхваченный сотнями глоток. Волна кликушества с каждой секундой нарастала.

И для И Юня, и для Тао Юньсяо этот поединок решал всё.

И Юнь стремился стать Государственным мужем. Он знал, что лучшие из них получают возможность отправиться в императорскую столицу Божественного Царства, пользоваться богатейшими ресурсами страны и изучать легендарную *Священную Технику Тайа*! Этот ранг был важнейшим шагом на его пути боевых искусств.

К тому же статус Государственного мужа даровал личные земли. И Юнь сможет забрать сестру Цзян Сяожоу в Срединные Земли, чтобы она жила в покое и безопасности. Он намеревался забрат с собой и тех людей из клана Лянь, что были к нему добры: Тетушку Ван, Дядюшку Чжоу и кроткую Чжоу Сяокэ, навсегда избавив их от нищеты и постоянной угрозы гибели в Пустоши Юнь.

— И Юнь, между нами нет вражды, но мечи и копья не имеют глаз. Если я случайно раню тебя — не обессудь. И дам тебе совет: с Женским мечом в руках моя сила возрастает как минимум вдвое! — скрестив руки на груди и сжимая Женский меч, с гордым видом произнёс Тао Юньсяо.

— Пустые разговоры. Нападай, — ответил И Юнь и опустил руки.

Он собирался вступить в бой против Священного оружия предков с пустыми руками!

В тот же миг над ареной порывисто засвистел степной ветер, трепля брезентовую одежду И Юня. Его аура сжалась до предела, а сам образ юноши глубоко отпечатался в памяти тысяч зрителей.

Некоторые девушки из племени Тао, глядя на И Юня, ощутили, как в их сердцах просыпаются неведомые прежде чувства. Девушки Великой Пустоши всегда восхищались героями, а стоящий перед ними юнец сейчас выглядел истинным героем. Невероятный гений с великим будущим, он без тени страха выходит с пустыми руками против смертоносного клинка!

Эта гордая непоколебимость заставляла сердца юных девушек трепетать. Некогда ярые поклонницы Ху Я и Тао Юньсяо теперь смотрели на И Юня с пылающими щеками и учащённым пульсом. Им казалось, что если И Юнь одержит победу и они смогут привлечь его благосклонный взгляд, отправившись с ним в Срединные Земли в качестве служанок, это станет лучшей долей, о которой только можно мечтать.

Тао Юньсяо пока не догадывался о мыслях девушек своего племени — иначе он просто лопнул бы от злости. Ощутив, как нарастает внутреннее напряжение соперника, он лишь холодно хмыкнул, и Женский меч в его руках с резким звоном выскочил из ножен.

«Дзинь!»

Женский меч, словно живой, лёг в ладонь Тао Юньсяо. Юноше не терпелось как можно скорее раздавить И Юня.

Время словно замерло. Под взорами десятков тысяч зрителей Тао Юньсяо нанёс первый удар!

Его тело мгновенно расплылось в веренице призрачных теней. Зрители слышали лишь частый топот ног да свист рассекаемого воздухом клинка!

«Вшш!»

Женский меч разрезал ветер. Вспышка клинка была настолько стремительной, что людские глаза не успевали следить за ней.

— Какая быстрая сталь!

— Меч молодого господина Юньсяо даже разглядеть невозможно! Как от такого уклониться?

Использование меча в бою по сравнению с голыми кулаками не только увеличивало дистанцию и разрушительную силу атаки, но и кардинально повышало скорость. Выпад мечом и удар кулаком совершались на совершенно разной скорости.

«Шуух!»

Сделав стремительный шаг вперед, Тао Юньсяо мгновенно оказался перед И Юнем, направляя остриё Женского меча прямо ему в горло!

Если бы этот выпад достиг цели, дыхательное горло И Юня оказалось бы перерезано, и даже дежурившие неподалёку лекари Стражи Цзиньлун вряд ли успели бы спасти ему жизнь.

Толпа поражённо ахнула, но И Юнь в этот момент сохранял абсолютное хладнокровие.

Он уже видел технику *Девять Мечей Небесной Тайны*! Всю прошлую ночь он внимательно наблюдал за тем, как её демонстрирует Линь Синьтун. По сравнению с изящными движениями девушки, фехтование Тао Юньсяо не стоило и гроша. И хотя И Юнь пока не мог полностью адаптироваться к стилю Линь Синьтун, читать незамысловатые выпады Тао Юньсяо для него не составляло ни малейшего труда.

В то самое мгновение, когда смертоносное остриё уже готов был коснуться кожи на шее, И Юнь плавно подался назад. Он уклонился с точностью до доли миллиметра — остриё меча пронеслось менее чем в дюйме от его горла!

— Что?!

Увидев, что его первый выпад так легко отражён, а на лице И Юня не отразилось и тени паники, Тао Юньсяо разъярился и тут же нанёс второй удар.

Он применил приём Цветение Груши под Проливным Дождем из стиля *Девять Мечей Небесной Тайны*. На пике мастерства эта техника позволяла совершать до сотни выпадов за один вдох! Тао Юньсяо пока не достиг такого совершенства, но выдать несколько десятков ударов в секунду ему было под силу. Издали казалось, будто его клинок превратился в сплошную снежную бурю.

Настоящий мастер техники *Девять Мечей Небесной Тайны* мог создать вокруг себя непроницаемый купол из стали и Ци меча. Тао Юньсяо пока лишь прикоснулся к этой вершине, но даже так его атака выглядела впечатляюще.

Однако когда эта плотная завеса из стальных вспышек накрыла И Юня, его тело размылось в цепочке неуловимых остаточных изображений.

Это напоминало демонстрацию техники *Искусство Пожирания Слона*, которую ранее показывал Чжан Юйсянь. Зрители не могли разобрать движений И Юня — они видели лишь хаос из теней и вспышек света!

Вспышки меча, призрачные тени — у людей рябило в глазах! Но одно было очевидно: ни один из ударов Тао Юньсяо не достиг цели!

Один обрушивал град атак с оружием в руках, другой уклонялся с пустыми ладонями — превосходство было очевидным.

— Как это возможно?!

Лицо Тао Юньсяо залила краска стыда и гнева. Он знал, что И Юнь — сильный соперник, и именно поэтому прибег к помощи реликвии, но не ожидал, что тот окажется настолько неуязвим. Годы упорных тренировок, когда меч становился продолжением руки, не позволили ему задеть даже край одежды противника!

«Юньсяо, не теряй контроля над собой!» — раздался в его голове строгий голос отца.

Отец Тао Юньсяо сразу заметил, что сын начинает терять душевное равновесие из-за неуловимости врага.

«Я знаю, отец! Раз он обладает такой силой, мне придётся выжать из реликвии всё!»

При всей своей заносчивости Тао Юньсяо не был законченным дураком. Он понимал, что в бою с Лянь Чэнъюем И Юнь скрывал свою настоящую силу. Тем не менее юноша верил в свою победу, ведь на его стороне была сила предков!

«Юньсяо, ты уверен?..» — встревоженно спросил отец. Активация истинной мощи артефакта влекла за собой суровые последствия.

Тао Юньсяо не стал отвечать. Вместо этого он с силой обрушил собственный кулак себе на грудь.

«Кха!»

Из его рта выплеснулся сгусток свежей крови, попавший прямо на Женский меч.

И клинок, точно так же как ранее с бычьей кровью, моментально впитал кровь своего хозяина. В то же мгновение Женский меч вспыхнул ещё более алым, зловещим светом.

От этой сцены десятки тысяч зрителей онемели. Они знали о существовании артефакта племени Тао, но никто не догадывался о его истинных свойствах.

«Кровавое жертвоприношение... Юньсяо решил идти до конца», — Великий старейшина нахмурился.

Священное оружие племени Тао несло в себе темное начало. Сам по себе клинок был просто невероятно острым мечом, но чтобы раскрыть его скрытый потенциал, требовалась кровь. И сильнее всего оружие отзывалось на кровь своего владельца.

Однако подобный обряд наносил тяжелейший удар по энергии Юань самого бойца. После такого Кровавого жертвоприношения Тао Юньсяо потребуется не менее полугода на восстановление, а для юного воина полгода простоя были огромной потерей. Тао Юньсяо поставил на карту всё. И если он проиграет, этот удар окончательно сломает его.

«Гу-у-ум... гу-у-ум...»

Напившись хозяйской крови, Женский меч издал тоскливый, низкий гул, эхом прокатившийся по всей арене. Жители племени Тао застыли в оцепенении: они и помыслить не могли, что их священная реликвия способна на такое.

Пусть окроплённый кровью меч выглядел зловеще, его выросшая мощь не вызывала сомнений — об этом свидетельствовал один лишь гул, от которого мороз шёл по коже.

http://tl.rulate.ru/book/47/23548676