И Юнь размышлял, когда его взгляд неожиданно упал на одну фигуру.

Прорвавшись в Сферу Меридианов, он обрел невероятно острое чутье. В этой суматошной толпе он с первого взгляда заметил Цзян Сяожоу, которая стояла на самом краю и, приподнимаясь на цыпочках, обеспокоенно заглядывала внутрь.

— Сестра Сяожоу! — окликнул ее И Юнь.

— Юнь-эр! — обрадовалась Цзян Сяожоу, но, встретившись с ним взглядом, тут же с изумлением замерла: — Ой, Юнь-эр, что с тобой...

Сегодня ей внезапно показалось, что И Юнь изменился, но в чем именно заключалась эта перемена, она не могла объяснить словами.

Если раньше он производил впечатление забитого, робкого и беззащитного ребенка, то теперь перед ней стоял статный, благородный юноша с гордым взглядом. И даже ветхая, грубая одежда не могла скрыть его проявившейся стати.

Скрытая глубина...

Цзян Сяожоу вдруг вспомнила это выражение. Словно драгоценный меч, покоящийся в ножнах и скрывающий свою силу до того самого дня, когда лезвие вырвется наружу.

Именно такое чувство внушал ей сейчас И Юнь.

Впрочем, подобные перемены заметила лишь Цзян Сяожоу, проводившая с ним бок о бок день за днем и знавшая его лучше всех. Посторонний человек, даже почувствовав некую необъяснимую разницу, вряд ли обратил бы на это внимание — ведь в представлении окружающих И Юнь оставался ни на что не годным заморышем.

— Сестра Сяожоу, со мной все в порядке, — с улыбкой ответил И Юнь, прекрасно понимая, что причина этих изменений — его прорыв в Сферу Меридианов. — Пойдем ближе, посмотрим.

Он естественным жестом взял Цзян Сяожоу за руку и повел ее сквозь толпу. Теперь, достигнув Сферы Меридианов, И Юнь лишь легким движением руки мягко раздвигал людей — невидимая, но упругая сила расчищала им путь. Окружающие даже не успевали сообразить, что происходит, видя лишь, как мимо быстро скользит ребенок.

А когда до них доходило, они списывали все на щуплое телосложение И Юня — дескать, просто шмыгнул в щель между плечами.

***

В самом центре площади верхушка клана Лянь продолжала с глубоким почтением принимать мечника.

— Чэнъюй, отдай приказ! Забить быка и устроить пир! — взмахнул рукой старый вождь Лянь, хотя у самого в этот момент от боли сжалось сердце.

В клане держали нескольких пахотных быков, составлявших совместную собственность клана Лянь. Внешне эти быки походили на обычных коров с Земли, однако обладали несравнимо большей силой.

Земли Великой Пустоши сплошь состояли из камня, и большая его часть приходилась на черный железняк. Разработать хоть какую-то пашню здесь было невероятно трудно. Без пахотных быков клан Лянь оказался бы совершенно не способен выращивать собственное зерно, и тогда весь провиант пришлось бы закупать у Племени Тао.

Поэтому в клане Лянь одна голова пахотного скота ценилась выше десятка людских жизней. Это звучало печально и дико, но таковы были суровые реалии.

И все же сейчас в их клан прибыл воин Стражи Цзиньлун, и ему требовалось оказать достойный прием. Клан и без того затянул пояса ради выварки Астральной кости, никакой приличной еды не оставалось — приходилось пускать под нож пахотного быка.

Мужчина с мечом за спиной, разумеется, прекрасно знал, насколько тяжела жизнь малых племен Великой Пустоши.

— Быка забивать не нужно, — равнодушно отозвался он. — По пути сюда на меня напало несколько лютых зверей. Я убил их и вьюками сложил на спину гигантского носорога как провиант. Пошлите людей, пусть снимут туши и приготовят на огне.

Мечник произнес это столь буднично и легко, словно речь шла о пустяке, однако старейшины клана Лянь про себя содрогнулись.

В Пустоши Юнь опасных для человека тварей разделяли на три категории: дикие звери, лютые звери и астральные звери!

Дикие звери являлись самыми обычными хищниками, вроде земных тигров или леопардов. Опытные охотники, даже не владея боевыми искусствами, могли отловить их с помощью хитроумных ловушек.

Лютые звери были куда могущественнее. Сильнейшие из них не уступали воинам Сферы Пурпурной Крови!

В Пустоши Юнь лютые звери водились в превеликом множестве. В действительности именно они представляли наибольшую угрозу для охотничьих отрядов.

Астральные звери хоть и обладали чудовищной силой, но большей частью залегали в глубинах Пустоши, где Сила Пустоши достигала максимальной концентрации. Если держаться подальше от тех опасных земель, столкновения с ними удавалось избегать.

А вот лютые звери бродили повсюду, и укрыться от них было практически невозможно!

Лишь мастера Сферы Пурпурной Крови могли смело выходить на охоту, ибо способны были одолеть большинства лютых зверей. А если встречался непобедимый противник, они могли без труда сбежать.

А этот мечник, перешагнув через Великую Пустошь, мимоходом разделался с несколькими лютыми зверями, да еще и сделал это шутя. Подобное могущество невольно вызвало у окружающих глубочайшую зависть!

Лянь Чэнъюй глубоко вдохнул и крепко сжал кулаки, глядя на раздутые вьюки на спине гигантского носорога — очевидно, убитые лютые звери покоились именно в этих огромных мешках.

«Настанет день, и я овладею такой же силой! И даже превзойду этот уровень!» — мысленно поклялся Лянь Чэнъюй.

Услышав, что быка резать не придется, старый вождь Лянь ликовал в душе, но на словах продолжал причитать:

— Ну как же так можно, господин! Разве гоже, чтобы гость сам обеспечивал себя провиантом? Наш клан Лянь хоть и беден, но...

— Хватит, довольно пустых речей. Я прибыл сюда по делу, — отрегулировал его мечник. Он привык действовать решительно и быстро, и эта пустая клановая вежливость его ничуть не интересовала.

— Извольте говорить, посланник! Наш клан Лянь пусть и пришел в упадок, но насчитывает свыше 1000 дворов. Если вам потребуется наша помощь — лишь прикажите! — со всей покорностью в голосе отозвался старый вождь Лянь.

Его ничуть не задело, что его перебили. Он прекрасно понимал: столь высокий воин из Стражи Цзиньлун не стал бы тратить время на визит в их глухой уголок без веской причины.

— В последнее время в Пустоши Юнь произошло несколько крупных событий, — произнес мечник. — И клан Лянь находится аккурат в зоне этих происшествий. Стража Цзиньлун прибыла именно ради этого.

Едва мечник договорил, как лицо старого вождя изменилось. Крупные события в Пустоши Юнь?

Судя по тону воина, Стража Цзиньлун отправила целый отряд, а он — лишь один из них.

Дела, способные привлечь внимание самой Стражи Цзиньлун, находились за гранью его разумения. И то, что их клан Лянь оказался в самом эпицентре этих событий — неизвестно, благо это или страшная беда.

Если их затянет в подобный водоворот, клан Лянь сметут, словно песчинку. Они исчезнут, как крошечная всплеснувшая волна в бескрайнем океане, не оставив даже пузырей на воде.

Заметив перемену в лице вождя, мечник равнодушно добавил:

— Вас это напрямую затронуть не должно. Однако в ближайшие дни возле земель клана Лянь может проходить немало чужаков. Среди них окажутся и весьма могущественные фигуры — смотрите, не оскорбите их невзначай.

— Да-да, посланник абсолютно прав! Старик всё запомнит и передаст людям! — закивал вождь, словно заведенный.

— Мой визит в ваш клан Лянь — лишь попутное дело, — продолжал мечник. — Высшее руководство приказало мне преподать вам кое-какие наставления. Это делается в преддверии скорого Великого отбора воинов Божественного Царства!

С этими словами мечник повернулся к собравшимся членам клана. Его громкий, раскатистый голос разнесся на десятки ли вокруг.

Шумная толпа мгновенно смолкла. На площади воцарилась тишина.

— Меня зовут Чжан Юйсянь. Запомните это имя. Я прибыл в клан Лянь, чтобы отобрать 30 молодых людей моложе 28 лет. Вы станете моими временными учениками, и я обучу вас технике кулачного боя и методам культивации!

— Я пробуду здесь всего 3–5 дней. Учитесь усердно! Все, что я вам преподам, войдет в программу Великого отбора воинов Божественного Царства!

Едва Чжан Юйсянь договорил, у членов клана Лянь перехватило дыхание.

Великий отбор воинов Божественного Царства!

Ведь это касалось судьбы каждого из них! Весь клан поставил на кон всё, что имел, лишь бы Лянь Чэнъюй прошел Великий отбор воинов!

Особенно взволновались члены подготовительного лагеря воинов — их дыхание участилось, а сердца забились как бешеные.

Мастер из Стражи Цзиньлун лично явился в их клан, чтобы обучить их боевым искусствам и техникам! Какая невиданная удача!

Они не питали иллюзий насчет того, чтобы пройти сам отбор Божественного Царства, но если им удастся получить наставления Чжан Юйсяня и перенять глубокие техники Стражи Цзиньлун, это принесет огромную пользу их будущему развитию!

В будущем, когда Лянь Чэнъюй пройдет отбор и переберется в город, они, став сильнее, смогут добиться для себя куда больше богатства и почета!

— Всех 30 человек я выберу лично, — продолжил Чжан Юйсянь. — И кандидаты на участие в Великом отборе воинов Божественного Царства будут набираться исключительно из этой группы в 30 человек! Иными словами, те, кого я не выберу, даже не получат права участвовать в отборе!

Услышав это, И Юнь мгновенно все понял. Оказывается, Чжан Юйсянь являлся, по сути, первым экзаменатором Великого отбора.

Великий отбор Божественного Царства Тайа проходил в Пустоши Юнь крайне редко — раз в много лет. Ресурсов в Пустоши не хватало, средний уровень воинов оставался низким, а поселения располагались на огромных расстояниях друг от друга. Проводить полноценные испытания для всех подряд требовало бы колоссальных затрат сил и средств.

Поэтому первичный отсев с помощью опытных элитных бойцов Стражи Цзиньлун, таких как Чжан Юйсянь, позволял сберечь уйму времени!

— А теперь пусть шагнут вперед все, кто желает стать моими временными учениками, пройти трехдневные сборы и в будущем участвовать в Великом отборе воинов Божественного Царства! Из вас я и отоберу 30 человек!

Едва Чжан Юйсянь произнес эти слова, толпа пришла в движение.

Особенно распалились члены подготовительного лагеря воинов — расталкивая окружающих локтями, они с покрасневшими от возбуждения лицами рванули вперед.

Те, кто умел держать нос по ветру — вроде Чжао Течжу, — сначала метнули быстрый взгляд на Лянь Чэнъюя. Убедившись, что тот не против, Чжао Течжу первым пробился к Чжан Юйсяню.

В считанные мгновения выстроился почти весь подготовительный лагерь воинов.

Всего в лагере насчитывалось около 60 человек, и 40 с лишним из них еще не исполнилось 28 лет.

Чжан Юйсянь назовет лишь 30 имен. Это означало, что больше 10 человек останутся за бортом!

Слабые члены лагеря занервничали, до смерти боясь не пройти отбор Чжан Юйсяня.

http://tl.rulate.ru/book/47/23534677