Леденящая энергия Морозного Питона, проникшая в тело, в сочетании с Пилюлей Кровавого Превращения, которая истощала жизненные силы человека, приводила к предсмертному состоянию, действительно очень похожему на то, что сейчас происходило с И Юнем.

Человек харкал черной кровью, его лицо приобретало мертвенно-серый оттенок. И хотя у И Юня кровь текла из всех семи отверстий на лице, что выглядело куда более пугающе, столь незначительные различия никого не удивляли — в конце концов, физическое состояние у всех разное.

К тому же, насколько помнил Лянь Чэнъюй, пусть И Юнь и обладал неплохим талантом к боевым искусствам, его тело оставалось крайне слабым. Его жизненных сил попросту не хватало, чтобы выдержать истощение от Пилюли Кровавого Превращения. Поэтому среди всех силачей, занятых вывариванием Астральных костей, И Юнь должен был сломаться первым.

— Этот мелкий раб так быстро сдался, — пробормотал Лянь Чэнъюй. — А я-то планировал поиграть с ним еще парочку дней. Жаль, слишком уж он хлипкий.

Лянь Чэнъюй ни на мгновение не сомневался, что И Юню не выжить.

Ведь леденящая энергия Кости Пустоты Морозного Питона была смертельным ядом, против которого не существовало противоядия. Для обычного человека она несла гарантированную гибель. Что там какой-то И Юнь — даже сам Лянь Чэнъюй не смог бы выдержать этот холод. Не зря же он жертвовал столькими соплеменниками, заставляя их впитывать морозный яд вместо себя.

Подобную леденящую энергию мог изгнать только Мастер Астральных Небес. Без его вмешательства даже воины Пурпурной Крови не рискнули бы принять эссенцию Кости Пустоты Морозного Питона!

И Юнь вот-возле испустит дух. Из-за этого Лянь Чэнъюй даже слегка забеспокоился: Чжан Юйсянь только-только ушел, и тут же умирает И Юнь — не покажется ли такое совпадение подозрительным бывшему здесь мастеру?

Впрочем, это беспокойство быстро улетучилось. В следующее мгновение Лянь Чэнъюй вернулся к тренировке.

Его движения оставались плавными, словно плывущие облака или текущая вода, безупречными и точными.

Закончив весь комплекс, он медленно завершил практику, тщательно выверяя каждое микродвижение.

Остановившись, Лянь Чэнъюй вдруг о чем-то подумал, и его губы тронула легкая усмешка. Произошедшее с И Юнем натолкнуло его на мысль.

— Ничего страшного. Умер так умер, лишь бы это не помешало вывариванию Астральных костей, — холодно произнес Лянь Чэнъюй.

— Ну что вы, процесс идет полным ходом, за это можете не беспокоиться! — подобострастно заискивая, ответил Чжао Течжу. — Я уже приказал этим недотепам возвращаться к работе. Вот только... что делать с телом этого маленького ублюдка? Может, мне взять ребят, подвесить его труп, высечь плетьми, а потом изрубить и скормить собакам?

Чжао Течжу ехидно ухмыльнулся. Смерть И Юня позволила ему наконец излить накопившуюся злобу. У него до сих пор все болело пониже спины, и он, не видя никакой нелепости в своих рассуждениях, винил в этой трагической участи исключительно И Юня.

Лянь Чэнъюй холодно фыркнул:

— Ты собрался выставить его труп на всеобщее обозрение и надругаться над ним? Хочешь, чтобы вся деревня это увидела? Тогда люди решат, что это мы погубили И Юня. И когда господин Чжан придет с расспросами, кто будет за это отвечать?

— Да, молодой господин Лянь совершенно прав, — Чжао Течжу отвесил себе легкую пощечину. — Ваш ничтожный слуга мыслит слишком примитивно. Молодой господин Лянь поистине мудр.

— Угу. Оттащите тело И Юня в дом Цзян Сяожоу. Если он подохнет прямо возле котлов для Закалки Костей, это принесет несчастье! И помни: когда потащите этого маленького ублюдка, обязательно убедитесь, что он действительно мертв... Впрочем, ладно, я сам все проверю.

То как И Юнь раз за разом умудрялся выкарабкиваться с того света, казалось Лянь Чэнъюю какой-то чертовщиной. И хотя на этот раз парень отравился морозным ядом Астральной кости и не имел ни единого шанса выжить, Лянь Чэнъюй все же хотел лично во всем убедиться для собственного спокойствия.

— К Цзян Сяожоу? Ха-ха! Интересно, как отреагирует девчонка, увидев своего братика в таком состоянии! — на лице Чжао Течжу отразилось злобное предвкушение.

Лянь Чэнъюй прекрасно знал, что при характере Цзян Сяожоу и ее безграничной любви к И Юню, увидев брата в таком виде, она, скорее всего, лишится чувств на месте.

Но он не собирался проявлять жалость или нежничать. Это была Великая Пустошь — место, пропитанное убийствами, жестокостью и трагедиями. Лянь Чэнъюй хотел, чтобы Цзян Сяожоу уяснила раз и навсегда, какова реальность Великой Пустоши.

Он не станет баловать ни одну женщину, даже ту, которая ему нравится.

Он — будущий владыка, правитель. И его женщины должны понимать: именно он, Лянь Чэнъюй, вытащил их из бездны страданий, даровал им пропитание и кров.

Они обязаны благоговеть перед ним, знать свое место и прислуживать в страхе и трепете. Его редкая благосклонность — величайшая милость, а суровость или даже жестокость — закономерная данность, ведь без него все эти женщины давно бы сгнили в Великой Пустоши!

Подобный деспотичный характер и мания величия сформировались у Лянь Чэнъюя из-за укоренившихся глубоко в душе комплексов, а также жгучей ненависти к этому несправедливому миру. Он жаждал стать повелителем, вершащим судьбы каждого, кто его окружал.

***

После того как с И Юнем стряслась беда, все занятые вывариванием Астральной кости мужчины уверились, что в парня вселился злой дух. Никто из них не желал даже приближаться к нему.

Шутка ли! Если И Юнь испустит дух, этот призрак ведь может найти себе новую жертву и вселиться в кого-то из них!

И если бы они не боялись бросить котлы с кипящими костями, то давно бы уже разбежались кто куда.

Тем временем И Юнь лежал бледный как полотно, а из его носа все еще сочилась кровь.

«Да уж, сегодня я явно перегнул палку... Умудрился в один присест поглотить всю энергию из Астральной кости!»

Стоило благодарить небо за то, что его тонкие, неокрепшие Меридианы выдержали столь мощный напор энергии и не разорвались на куски.

Заметив, что один из мужчин уже убежал докладывать руководству, И Юнь понял, что оставаться здесь нельзя. В таком состоянии возвращаться в деревню было самоубийством. У него не было привычки доверять свою жизнь чужакам, а попади он сейчас в руки Лянь Чэнъюя — пиши пропало, ведь защитить себя он не сможет.

«Нужно отыскать тихое местечко и как можно скорее усмирить бушующую в теле энергию».

С этой мыслью И Юнь превозмог слабость, поднялся на ноги и заковылял в сторону ущелья, находившегося неподалеку от места вываривания Астральных костей.

На дне этого ущелья протекала Восточная река, принадлежащая клану Лянь.

Ее бурные, стремительные воды текли дальше, и глубокая заводь под водопадом, где И Юнь раньше тренировался, была лишь частью этой самой реки.

— Парень... ты... ты чего удумал? — испуганно забормотали мужчины у котлов.

Заметив, что И Юнь бредет прямо к обрыву и, судя по всему, собирается броситься вниз, они побледнели от ужаса.

— Бес попутал! Точно бес попутал! — в панике закричал отец Датоу. Взгляд у И Юня был затуманенным, и казалось, парень вообще не соображает, куда идет, не видя перед собой пропасти.

Сорвавшись оттуда, выжить было невозможно!

К тому же, по течению Восточной реки ниже находился огромный водопад — падение туда гарантировало верную смерть.

— Может... может, остановим его? — робко предложил один из мужчин, сглотнув слюну.

Однако его призыв повис в воздухе. Своя шкура всегда ближе к телу.

Что, если они дотронутся до него и злой дух переселится в них?

— Братец, ты и так весь искалечен, все равно не жилец. Уж лучше быстрая смерть, чем долгие мучения. Прыгай, так оно спокойнее будет... Мы провожать тебя не станем, легкой тебе дороги на тот свет. И чур, после смерти на нас зла не держать! — бормотал отец Датоу, пытаясь успокоить совесть и одновременно задобрить будущего призрака И Юня, дабы тот потом не явился мстить.

Между тем И Юнь уже подошел к самому краю ущелья. На самом деле к нему частично вернулись силы, однако бушующая внутри энергия текла хаотично, дикие потоки жара метались по телу, причиняя невыносимую боль.

И Юнь вовсе не был слаб — напротив, его так и распирало от избытка сил. Прыжок в бурные воды ущелья и борьба со стремительным течением как раз могли помочь выплеснуть лишнюю энергию.

К тому же это был идеальный путь для побега.

Без малейших колебаний И Юнь сделал шаг в пустоту и полетел вниз с обрыва.

Силачи у котлов разом шумно втянули воздух. Рухнуть в ущелье, когда у тебя кровь идет горлом и носом — тут даже девяти жизней не хватит, чтобы уцелеть!

Раздался громкий всплеск.

И Юнь ушел под воду. Высота ущелья составляла не менее 40–50 метров, и при ударе о водную гладь все его тело отозвалось острой болью, пусть даже он и достиг четвертого ранга Смертной Крови. Физическое состояние парня сейчас оставляло желать лучшего.

Стояла глубокая зима, и вода в реке была ледяной — она не замерзала лишь благодаря бешеному течению.

Несясь по воле волн, И Юнь чувствовал, как неистовая энергия разрывает его Меридианы изнутри. Все его тело словно охватил невидимый пожар.

Задержав дыхание, он изо всех сил поплыл, яростно борясь с течением.

И Юнь понимал: он оказался в таком плачевном состоянии из-за того, что поглотил слишком много силы. И теперь ее нужно во что бы то ни стало израсходовать, иначе она действительно разорвет его каналы!

Борьба со стихией была отличным способом сжечь излишки энергии. И Юнь терпел невыносимую боль, заставляя себя двигаться.

Стоит только снизить концентрацию бушующей силы до приемлемого уровня, и тело постепенно начнет восстанавливаться.

По его расчетам, меньше чем через полчаса бурное течение вынесет его прямо к той глубокой заводи под водопадом, где он привык тренироваться!

http://tl.rulate.ru/book/47/23534871