Гигантский зверь бежал невероятно быстро, и вскоре деревня клана Лянь скрылась из виду. Провожающие люди исчезли за горизонтом, и И Юнь лишь с грустью покачал головой. Жители Великой Пустоши были слишком наивны, их было так легко обмануть.

Они были простыми, но их нельзя было назвать добрыми в полной мере. Напротив, в них уживались самые разные пороки и уродливые черты характера. Наверное, такова человеческая природа...

И Юнь отогнал эти мысли. Он смотрел на проносящиеся мимо пейзажи, чувствуя свист ветра, и невольно прошептал про себя: «Великая Пустошь, я иду!»

Это был первый раз, когда И Юнь покинул пределы земель клана Лянь. Ему предстояло своими глазами увидеть, как на самом деле выглядит настоящая Великая Пустошь за пределами защищенных духовных угодий!

Скорость зверя поражала. С каждым прыжком он оставлял на земле глубокий след. Такое существо могло преодолевать по несколько тысяч ли в день. Тряска на его спине была настолько сильной, что человек без должной подготовки рисковал к концу дня почувствовать, как его кости рассыпаются в прах. Даже бойцам из подготовительного лагеря приходилось несладко, они с трудом сдерживали стоны.

И Юнь же, ухватившись за поводья, поднялся на ноги прямо на спине зверя и принялся жадно осматривать окрестности. Как только они покинули территорию клана, перед ним предстала истинная Пустошь.

Пустошь Юнь была бескрайней и почти безлюдной. Повсюду раскинулись леса, а ландшафт сохранил свой первозданный, дикий облик. На самом деле И Юнь даже не знал, можно ли называть это лесом. Здешние чащи разительно отличались от тропических джунглей Земли.

Леса на Земле были влажными и душными, заваленными гнилой листвой и валежником, с непролазными зарослями кустарника под сенью деревьев. Там даже человеку пройти было трудно, не говоря уже о беге гигантского зверя. Здесь же деревья росли на значительном удалении друг от друга, позволяя зверю нестись во весь опор. Сами деревья были невероятно высокими — более 100 метров, а порой и несколько сотен, их кроны буквально пронзали облака!

Удивительно, но эти гиганты росли на крайне скудной почве. Земля Великой Пустоши состояла из огромных валунов, горных цепей и каменистых пустошей. Некоторые деревья и вовсе пускали корни прямо в черный железняк! Вид величественного древа, растущего из монолитной скалы, завораживал.

И такая картина не была редкостью — подобные пейзажи встречались на каждом шагу. Плодородного слоя было мало, поверхность почти повсеместно была покрыта камнем, поэтому более 90% растительности было вынуждено бороться за жизнь среди скал. Местные горы были суровыми и неприступными, изобилуя отвесными кручами, на которые не взобралась бы и обезьяна.

Горные пики то взмывали в небо одинокими иглами, то тянулись на десятки тысяч ли. Вершины высотой в несколько тысяч метров считались здесь лишь холмами; не редкостью были и пики в 10 000 метров, укрытые вечными снегами и льдом, прочным, как сталь. А между ними зияли бездонные пропасти, невидимые глазу ущелья и каньоны, конца которым не было видно...

Такова была Великая Пустошь. Даже если не брать в расчет астральных зверей, способных проглотить воина одним махом, обычный человек никогда не смог бы пересечь эти земли просто из-за рельефа. Преодолеть отвесные скалы, перепрыгнуть через пропасти, выжить в снежных бурях и не провалиться в ледяные расщелины — задача почти невыполнимая. Даже воинам Сферы Пурпурной Крови пришлось бы трижды подумать, прежде чем пускаться в такой путь.

Однако гигантский зверь Стражи Цзиньлун, несмотря на свои размеры, мчался по каменистым тропам так легко, словно по равнине. Он бежал по дну глубокого каньона, который служил единственным путем, соединяющим Племя Тао и клан Лянь.

Миновав два горных перевала, И Юнь наконец увидел Племя Тао. Поселение поражало масштабами: бесконечные ряды домов, оживленные улицы, толпы народа и процветающие лавки. В центре Племени Тао возвышались даже многоэтажные каменные здания и высокие башни. В этом мире право жить в таких башнях имели только воины Пурпурной Крови — защитники и боги-покровители племени.

— Вы будете жить здесь, — объявили прибывшим.

Племя Тао подготовило специальные помещения для участников отбора из всех окрестных малых кланов. Вокруг Племени Тао располагались десятки таких поселений, от каждого прибыло по 10 человек, так что в сумме набралось несколько сотен гостей. Если прибавить к ним собственных талантливых юношей Племени Тао, которых было больше, чем во всех малых кланах вместе взятых, общее число участников достигало тысячи.

Жилой сектор был разделен на три зоны, разительно отличавшиеся по качеству. Первая зона состояла из отдельных изящных домиков, напоминавших И Юню виллы из его прошлой жизни. Вторая зона — добротные кирпичные дома, не такие роскошные, как виллы, но вполне уютные и крепкие. И, наконец, третья зона представляла собой наспех сколоченные деревянные лачуги, в которых из мебели были лишь стол да четыре кровати. Четыре человека на одну комнату — настоящий студенческий хостел.

Первая зона предназначалась исключительно для прямой ветви Племени Тао. Каждый знатный отпрыск занимал отдельный домик. Вторая зона была выделена для лидеров малых кланов, таких как Лянь Чэнъюй — им полагалось по отдельной комнате в кирпичных домах.

Ну а в третьей зоне ютилось большинство — «сопровождающие», вроде И Юня и парней из подготовительного лагеря. Лидеры малых кланов, пользуясь правом на 10 мест, привозили с собой свиту. В глазах окружающих эти люди были не более чем слугами, и хотя они тоже формально участвовали в Великом отборе, разница в статусе между господином и слугой была огромной. Никто и не думал селить их вместе. В этом мире понятия о сословиях и рангах были столь же незыблемы, как в древнем Китае.

Зайдя в свою лачугу, И Юнь познакомился с тремя соседями. Им было по четырнадцать-пятнадцать лет, ненамного старше его самого. Судя по их одежде из грубой пеньки, хоть и новой, сшитой специально к отбору, они тоже были выходцами из бедных слоев. В Великой Пустоши нуждающихся было подавляющее большинство.

«Надо выйти и посмотреть, как выглядят гении из других племен», — подумал И Юнь и покинул хижину.

Племя Тао было огромным. Участок, где они находились, обычно использовался для внутренних клановых состязаний, но Великий отбор, организованный Божественным Царством Тайа, не был простым турниром на помостах. Экзаменаторы устанавливали различные испытания для проверки всех качеств участников, и точные задания пока оставались тайной.

На площади перед жилой зоной И Юнь заметил знакомую фигуру — Лянь Чэнъюя. Тот в компании других молодых талантов стоял вокруг белолицего юноши в светлых одеждах. На вид юноше было не больше четырнадцати-пятнадцати лет, кожа у него была белая и нежная, как у девушки, а черты лица — необычайно изящными.

Всегда высокомерный Лянь Чэнъюй сейчас застыл в позе почтительного смирения и о чем-то беседовал с этим юношей, обсуждая выдающихся молодых людей Пустоши Юнь.

— Лянь Чэнъюй, те люди, о которых ты говоришь, не стоят и упоминания, — тон мальчишки был запредельно высокомерным. — Говорят, в Великом отборе участвует больше тысячи человек, но на деле девять из десяти — это просто массовка из слуг и рабов. Если отбросить этот сброд, сколько останется? Едва ли сотня тех, кто хоть чего-то стоит.

— И эта сотня кажется сильной лишь в глазах обывателей. Для меня же даже эти тщательно взлелеянные наследники малых кланов — не более чем жалкие ничтожества! Ты еще куда ни шло, со скрипом сойдешь для массовки. По правде говоря, этот отбор — скука смертная!

Слова этого мальчишки были невероятно дерзкими. И Юнь даже опешил: что это за фрукт такой? Говорить подобные вещи, да еще так громко, чтобы слышали все вокруг! Почти каждого присутствующего он только что смешал с грязью, назвав либо рабом, либо ничтожеством.

— Твою мать, что это еще за наглая выскочка? — один из здоровяков в толпе вспылил и уже хотел было броситься к белолицему юноше, чтобы проучить его, но товарищ вовремя схватил его за руку.

— Жить надоело?! Это же Тао Юньсяо, третий молодой господин Племени Тао!

http://tl.rulate.ru/book/47/23535215