— Э-э... — И Юнь опешил. — Мы правда будем драться?

Не может быть. До этого из-за того, что Старик Су подлил масла в огонь, он уже сразился с Линь Синьтун один раз, но И Юнь видел, что на самом деле она вовсе не хотела с ним биться.

Где её уровень культивации и где его? Силы были совершенно несопоставимы, это всё равно что взрослый стал бы обижать ребёнка. Впрочем, Линь Синьтун была лишена высокомерия и, вероятно, не считала зазорным отбросить статус, чтобы дать ему пару наставлений, поэтому тот бой ещё имел смысл.

Но сегодня-то зачем?

И Юнь в недоумении спросил:

— Линь-гунян, вы ведь шутите над младшим? Какой смысл нам сражаться?

Линь Синьтун покачала головой:

— Я не люблю шутить. Что касается причины... это касается одного моего секрета.

«Секрет?»

В И Юне тут же проснулось любопытство. Какой секрет может быть у этой гордой избранницы небес? Стоит признать, что как современный пользователь интернета, он был не прочь послушать сплетни, но раз она сама не сказала, расспрашивать было бы некрасиво.

— Тот... Я немного проголодался, на сегодня силы закончились, — И Юнь погладил живот с горькой усмешкой.

Линь Синьтун плавно спустилась с вековой сосны и замерла перед ним. Щелчком пальцев она пустила в его сторону луч света. И Юнь подсознательно поймал предмет и, раскрыв ладонь, увидел красный кристалл размером с арахисовое зерно. Он был прозрачным, словно застывшая свежая кровь, и от него исходила мощная энергетическая аура.

— Это... неужели это... Шарира из Кости Пустоты?! — разволновался И Юнь.

Легендарная Шарира из Кости Пустоты, созданная руками Мастера Астральных Небес путём переплавки астральных костей, стоила баснословных денег. Позволить себе такое могли только гении из великих кланов.

— Нет, — покачала головой Линь Синьтун. — С твоей силой, съешь ты Шариру из Кости Пустоты, твоё тело просто взорвётся. То, что у тебя в руках — шарира из лютого зверя, которую я изготовила сама. На самом деле дети из больших семей только говорят, что тренируются на Шарирах из Кости Пустоты. В большинстве случаев они используют именно такие шариры из лютых зверей, как эта.

— Шарира из лютого зверя... — И Юнь замер, и в его душе наступило озарение.

Верно, лютых зверей в тысячи и десятки тысяч раз больше, чем астральных. Во всей Пустоши Юнь за пределами земель Расы Людей повсюду кишат лютые звери. Они обладают способностью поглощать энергию Юань небес и земли, за счёт чего растут и становятся невероятно сильными. Убив такого зверя, тоже можно создать шариру. Естественно, такое огромное количество ресурсов поглощалось великими кланами.

Однако слова Линь Синьтун о том, что она сама изготовила эту шариру, заставили сердце И Юня дрогнуть. Он и не догадывался, что эта девушка ещё и Мастер Астральных Небес или, по крайней мере, почти достигла этого звания.

Сравнение было не в его пользу и вызывало досаду. Мало того, что она благородного происхождения и обладает огромной силой, так ещё и Мастер Астральных Небес. Добиться таких успехов в подростковом возрасте — другим после такого и жить-то не захочется.

— Твоя сила поднялась до Сферы Привлечения Ци. Я повышу свою силу закалки тела на один уровень — то есть подавлю её до четвертого уровня Смертной Крови и буду сражаться с тобой. Я по-прежнему буду использовать Кулак Драконьей Жилы и Тигриной Кости. Тебе лучше быть осторожным. В прошлый раз я не была серьезна и по определённым причинам отвлекалась во время боя. В этот раз такого не будет.

Голос Линь Синьтун звучал ровно. В прошлый раз она отвлеклась из-за аномалии в меридианах, которая случилась как раз во время применения техники Кулака Драконьей Жилы и Тигриной Кости. Поэтому и сейчас она решила использовать именно её.

— Спасибо за предупреждение, Линь-гунян, я буду осторожен, — И Юнь вертел в руках шариру, чувствуя исходящий от неё соблазнительный аромат, словно от самого изысканного деликатеса.

В лунном свете шарира казалась алой и прозрачной, подобно рубину. Настоящее произведение искусства. То, что Линь Синьтун могла создавать такую красоту, вызывало зависть. Впрочем, какой бы красивой она ни была, её нужно было съесть — И Юнь был действительно голоден.

Словно орешек, он закинул шариру в рот. И Юнь впервые пробовал нечто столь высокоуровневое. Он обнаружил, что шарира вовсе не твердая, как камень, как он думал раньше, а довольно упругая и легко раскусывается. Стоило ему разжевать её, как во рту разлился вкус, напоминающий хорошее вино.

«Вкусно! Действительно вкусно! Так вот какова на вкус шарира из лютого зверя. Если есть такое постоянно, можно и пристраститься. Хотя она всё же не заменит обычную еду, это совсем другое удовольствие, нежели поедание курицы в соли».

Наслаждение едой — одно, вином — другое, курением — третье. Эти вещи сложно сравнивать, и одно не заменяет другое.

Шарира провалилась в желудок и медленно превратилась в горячий поток, растёкшийся по всему телу. Пустой желудок И Юня мгновенно наполнился, и он почувствовал, как этот жар мечется внутри него, требуя немедленного выхода.

Сейчас ему нестерпимо хотелось сразиться — в полную силу, до седьмого пота!

И Юнь посмотрел на Линь Синьтун, и его глаза вспыхнули азартом. Он сыт, доволен, а тут ещё и такой высококлассный спарринг-партнёр подвернулся — как тут не радоваться?

Хотя его культивация достигла пика Сферы Привлечения Ци и его личный потенциал был велик, у него оставался один существенный изъян — слишком мало боевого опыта. В этом он уступал даже Лянь Чэнъюю. Тот каждый день тренировался с Яо Юанем, который когда-то был воином Пурпурной Крови и вел жизнь на острие ножа, поэтому боевой опыт, переданный им, был исключительным.

И Юнь же не знал боевых техник и стилей, пройдя лишь два реальных боя. С одним лишь телом совершенства закалки тела его боевая мощь сильно снижалась. Теперь же возможность помериться силами с таким мастером, как Линь Синьтун, позволяла восполнить этот пробел.

От переизбытка воодушевления И Юнь невольно поманил Линь Синьтун рукой, едва не крикнув: «Давай, нападай!» Однако он быстро понял, что нельзя терять голову от радости, иначе придётся пожалеть.

Едва он сделал этот жест, как Линь Синьтун исчезла из его поля зрения. В следующее мгновение она, словно телепортировавшись, возникла прямо перед ним. В глазах у И Юня поплыло, а затем в грудь словно ударили огромным молотом.

— Бам!

Линь Синьтун нанесла удар ладонью. И Юню показалось, что его кости деформировались, а внутренности перевернулись. Какая боль! Эта девушка, выглядевшая такой хрупкой и утонченной, на деле оказалась настоящим человекоподобным тираннозавром!

— Грох!

И Юнь тяжело врезался в дерево, переломив его пополам. Перед глазами посыпались искры. Он с трудом попытался подняться. К счастью, он съел шариру, а не курицу в соли, иначе от такого удара его бы точно вывернуло наизнанку.

Линь Синьтун тем временем не смотрела на И Юня. Она разглядывала свою руку. Того самого загадочного ощущения от этого удара не возникло...

«Неужели это всё-таки была иллюзия?»

Линь Синьтун почувствовала легкое разочарование. Она повернула голову к И Юню и холодно произнесла:

— Ты слишком неосторожен. Настоящий воин перед лицом врага сужает зрачки и намертво фиксирует каждое движение противника. За мгновение до того, как я атаковала, ты смотрел на меня, но не следил за всем телом, а пялился мне в лицо.

И Юнь покраснел. Эта девчонка была чертовски проницательна. «Поняла и поняла, зачем же вслух говорить?»

Он сухо кашлянул, настроился и начал внимательно следить за каждым движением Линь Синьтун. В прошлый раз он действительно проявил беспечность, но взгляд на лицо был бессознательным действием. Он ведь не был ветераном сотен сражений, чтобы с самого начала боя, как советовала она, сужать зрачки и фиксировать каждое мимолётное движение. Линь Синьтун была красива, и хотя они были едва знакомы, симпатия у него была, но не до такой степени, чтобы строить какие-то планы.

http://tl.rulate.ru/book/47/23535510