Глава 8. (часть 4)

 

   Аркашу бросило в жар. Бухнувшись обратно на стул, она беспомощно огляделась, пытаясь сообразить, как выйти из щекотливого положения, но, поняв, что уже поздно, обреченно съежилась.

– Зефиринка! Зефиринка! – радостно вопил Роксан, размахивая обеими руками, видимо, удостоверяясь тем самым, что девушка его действительно заметит. – Помнишь меня? Помнишь?!

«Вот как такое забыть?!!»

Несмело улыбнувшись, Аркаша перевела опасливый взгляд на преподавательский стол и от увиденного ее затошнило. Пламя, прожигающее на расстоянии, охватило ее горло, пробираясь в легкие и превращая внутренности в угольки. Понадобилось несколько секунд, чтобы осознать, что ощущение было всего лишь иллюзией, созданной под впечатлением от убийственной ауры, исходящей от разозленного Ровена.

«Вот сейчас меня убьют», – промелькнула в голове паническая мысль.

– Хорош орать, Линси. – Грегори вцепился в воротник Роксана и, несмотря на явную разницу в росте и физической силе, легко удержал того на месте – парень-кот к тому времени уже успел встать в высокий старт, чтобы, как подозревала Аркаша, кинуться к ее столу.

– Ну, ну, ну, Кэп, ну пусти! – канючил Роксан, прижимая кошачьи уши к голове. – Там же Зефиринка!

– Давай-ка ты займешься ухаживаниями во внеурочное время. – Грегори с силой развернул парня-кота в сторону двери в соседнюю аудиторию, вручил в руки клетку с шишаком и кивком головы указал направление, в котором тому следовало удалиться.

Роксан обиженно надулся, словно дитя, которому понизили и без того малый лимит конфетной радости.

– Можно я буду с «Саламандрой» помогать?

– Нет.

– Ну, пожа-а-а-а-алуйста!!

– НЕТ.

«Он точно им как папка», – хмыкнул Маккин, наклоняясь к Аркаше.

«Ага». – Девушка сосредоточенно следила за тем, как Грегори выпихивает Роксана из помещения. Ее все еще мутило от того, что Ровен продолжал мрачно пялиться на нее. Все ее силы уходили на то, чтобы не смотреть на него в ответ.

– Эй, первогодки. Выберите-ка себе палочку. – Лакрисса, размахивая красным мешком, как счастливая Снегурка, стащившая у дедули заветный груз с подарками, принялась носиться по аудитории, заставляя каждого первокурсника засунуть руку в мешок и, не глядя, вытащить одну палочку. – Палочка с синим наконечником – группа, которая будет работать с шишаками. С красным – изучать «Саламандру». Потом поменяетесь.

Аркаше досталась палочка с красным наконечником. Не удержавшись, девушка посмотрела на демона. Тот вытянул вперед руку, сложил указательный и средний пальцы в форму «V», указал ими сначала на свои глаза, а затем ткнул указательным пальцем в девушку. Аркаша завертела головой, но никто не заметил этого угрожающего жеста – слишком были заняты жеребьевкой.

– Не очень ты ему по нраву, – донеслось сверху.

Аркаша оглянулась. Луми неспешно дожевывал последние кусочки льда. Все-таки кто-то заметил. Отчего-то слова снежного мальчика (а может, его безразличные интонации) усмирили гложущий страх, и девушка сумела немного отвлечься от боязни демонской мести.

– Буду учить «Саламандру». У тебя что, Макки?

Русал положил на стол свою палочку.

– Синяя, – разочарованно протянула Аркаша.

– Да, не повезло. – Маккин улыбнулся. – Придется начать обучение с искусства ладить с пернатыми крошками.

«Получается, я остаюсь один на один с демоном? Не фонтан. Какие еще варианты?»

– Снежок! – позвала девушка. – У тебя какой цвет? Снежок!!!

Луми поднял голову от стаканчика.

– Гав-гав.

– Упс. – Аркаша с извиняющейся улыбкой прижала ладошки друг к другу, старательно изображая молящуюся (и раскаявшуюся) деву. – Прости, прости, прости меня, бяку-закаляку! Больше никаких собачек. Так какой цвет?

Уголки губ Луми дернулись. Выдержав эффектную паузу, юноша плавным движением выставил перед собой палочку с синим наконечником.

– Ну во-о-от! – выдохнула Аркаша, роняя голову на парту.

– Не расстраивайся, – попытался приободрить ее Маккин. – В любом случае практиковаться в заклинаниях намного интереснее, чем мучить шишаков в попытках добыть волшебный порошок.

– Правда? – Девушка чуть приподняла голову, а затем резко уронила, слегка ударившись лбом о гладкую поверхность. Бум-бум-бум. Повторила еще раз.

В последний экзекуционный заход лоб наткнулся на что-то мягкое. Ладонь Маккина.

– Правда, – убежденно проговорил юноша.

Аркаша для порядка еще раз боднула лбом подставленную ладонь русала и, вяло улыбнувшись в ответ, откинулась назад.

«Макки и Снежок уйдут в соседнюю аудиторию. Если буду одна, окончательно разнервничаюсь под взглядом этого красноглазого. Надо бы затеряться в толпе. И к кому же мне сесть на хвост?»

Вспомнив кое о ком, Аркаша подпрыгнула, но тут же морально увяла, увидев, как вместе с остальными владельцами палочек с синим наконечником в соседнюю аудиторию уходит и девушка-жабонька Анис.

«Что-то у меня плохое предчувствие».

Пропустив вперед последнего студента из своей группы, Грегори поманил Константина.

– Ты со мной. Лакрисса остается здесь. Пришлю сюда еще парочку магов. – Проходя мимо преподавательского стола, староста бросил: – Без глупостей, Шарора. Надеюсь на тебя.

– Вали уже, Кэп. Котяра тебя заждался.

– Спокойствие, Шарора. Агрессия излишня.

– Обойдусь без нравоучений. Иди и почеши у Линси за ушком. Он это любит.

– Да всего раз было! – взвыл за стеной Роксан. – Всего раз попросил у тебя!!

Едва за группой Грегори закрылась дверь, Ровен вновь расслабленно закинул ноги на стол.

– Эй, демоненыш, а подсобить? – Лакрисса нависла над ним, уперев руки в бока.

– Я руковожу процессом, – отозвался Ровен, лениво зевнув.

– Оставь его, Лакрисса, – посоветовал один из магов-добровольцев, которого Грегори прислал ей в помощь. – Больше мешать будет.

– Да от него, Данил, вообще никакой… ай! – Девушка отступила, удивленно оглядывая препятствие, на которое только что наткнулась. – Кюнехелм, ты с нами, что ли?

Рыжий исполин быстро кивнул.

– А теперь скажи, что от него будет больше пользы, чем от меня, – с издевательскими интонациями предложил Ровен.

– Без комментариев. – Лакрисса с гордым видом обошла неподвижно стоящего нефилима. – У вас своя атмосфера, у нас своя.

Пару минут ушло на то, чтобы расставить на столах свечи. За это время оставшиеся первокурсники сбились в небольшие группки, и только Аркаша так и не решилась к кому-либо примкнуть. Нервно теребя кудряшки, девушка сосредоточила все свое внимание на красном огнетушителе, прислоненном к стене аккурат напротив ее стола.

«Не забывают о безопасности. Это радует».

Пока Аркаша мысленно нахваливала неплохую организацию работы, маги-второкурсники успели выбрать себе по группке и теперь с энтузиазмом что-то объясняли первогодкам.

«Так, Теньковская, не спать!»

Наметив себе целью группку, возглавляемую энергичной Лакриссой, Аркаша встала и тут же едва не споткнулась.

«Опять он пялится на меня!»

Ровен безотрывно следил за ней. Прищуренные глаза, казалось, запоминали каждое ее движение, следовали попятам за каждым вздохом, дерганьем плеч, встряхиванием кистей рук. Жуткое чувство.

– Кюнехелм, гляди, одна малявка осталась не у дел. – Демон закинул руки за голову, непонятно каким чудом удерживаясь на стуле, вновь качающемся на двух ножках. – Займись ею.

«ВОТ ЖЕ ГАД!»

С испугу Аркаша рухнула обратно на стул. Угрюмого гиганта Джадина не решилась позвать себе в наставники ни одна группа первогодок. И не мудрено. Даже от звука его шагов, сотрясающих пол, пока он поднимался по лестнице, веяло зловещей опасностью.

По спине девушки побежали мурашки, а подбородок начал бессовестно трястись от ужаса. Внушительная живая громадина нависла над Аркашей, словно вынырнувшая из океанских глубин косатка над зазевавшимся пингвином.

Джадин, не утруждая себя лишними словами, бухнулся на стул Маккина. Аркаша невольно глянула на пол: не пробили ли ножки стула поверхность? Пронесло.

– Привет.

От голоса нефилима срочно захотелось метнуться в норку, а от выражения лица – испустить дух тут же на месте.

– Привет, – повторил Джадин и чуть наклонил голову к плечу. Густые рыжие брови злобными гусеницами двинулись навстречу друг другу, складываясь в угрожающий тупой угол.

Дрожь распространилась по всему телу. Даже в сидячем положении нефилим занимал слишком много пространства. Аркаша прикинула, что если сейчас встанет рядом, то со своим ростом, возможно, достанет до его макушки.

– Эй…

Ему бы работать в службе доставки гробиков. «Ваш гроб, сэр. Ах вы еще живы? Непорядочек. Извольте, сэр, залечь на дно, а то я зря, что ли, махину такую пер? Ложитесь, ложитесь. Сейчас крышочку-то сверху приколотим гвоздиками – уно моменто».

Аркаша решила, что если Джадин и дальше будет давить на нее этим своим леденящим кровь взглядом, то она добровольно ляжет в любой предложенный им гробик.

– О, это же ты. – Джадин наморщил лоб. – Таракашка.

Обида хлестнула по заморозившемуся от ужаса разуму не хуже мокрой плетки.

– Таракашка с волосами цвета апельсиновой корки, – добавил Джадин. На мрачном лице появилось выражение, отдаленно напоминающее любопытство.

«На себя бы посмотрел. Вот у кого волосы оттенка корки апельсина!»

– Эй, Таракашка, ты меня слышишь?

– Я Аркаша!

– Таракаша?

– АРКАША!

– Понял, Каша, не ори.

«Чума! – Аркаша отшатнулась. – Я и правда на него орала?»

До слуха донеслось издевательское хихиканье. Ровен вовсю веселился.

– Вообще-то, Каша, я плох в заклинаниях, – признался вдруг Джадин. Аркаша приоткрыла рот, наблюдая, как его щеки смущенно порозовели. Не ожидавшая от него подобной реакции, она еще больше напугалась. – На игре еле-еле Стопроцентные создаю, и Наложение хромает. Короче, плохой из меня учитель.

«Чтоб тебя, Момо! – Аркаша послала ухмыляющемуся демону гневный взгляд. – Я ж ни одного заклинания без магии не осилю. А если не будет результатов, вдруг эта ходячая глыба с расстройства меня прихлопнуть решит?!»

– Ну что, детки, попрактикуемся? – Лакрисса нетерпеливо потерла друг о друга ладошки. – Демоненыш, будь добр, организуй нам свечки на тортик.

– Не давите на меня, первый помощник старосты.

– Моя б воля, я б на тебя бульдозер сбросила, – с любезной улыбкой сообщила демону девушка. – Да боюсь, Грегори меня за это в угол поставит.

Ровен картинно схватился за сердце и, качнувшись, откинулся на спинку стула. Аркаша понадеялась, что он завалится назад и ушибет себе что-нибудь – желательно, что-нибудь нужное. Но тот, к сожалению, удержался. И прямо в полете щелкнул пальцами. Воздух в помещении на долю секунды стал теплым, а затем пламя занялось на фитиле сразу всех имеющихся на столах свечей. Первокурсники, не удержавшись, синхронно ахнули.

– Фокус отменный. – Лакрисса передвинула свечку своей группы на середину стола. – Но я все равно тебя терпеть не могу.

– По этому поводу я обязательно подепрессую, – пообещал Ровен, возвращаясь к прежнему ленивому состоянию. – Позже. Скажем, в промежуток между сорок третьей и сорок четвертой секундой третьего часа дня.

«В этот раз я не ощутила никакого давления. – Аркаша отодвинула от себя горящую свечу. – Сейчас было по-другому, а не как на станции Бездны. Может, потому что его силы теперь частично запечатаны? Но даже с «Базовым Держателем» уровень его умений поражает. Отлично, Теньковская, а твое единственное умение – это, видимо, наживать себе врагов среди самых опасных здесь созданий. Надо было с самого начала придерживаться обычной своей тактики – быть скромной, тихой, покладистой и со всем соглашаться. А теперь – сиди, не трепыхайся и жди, пока тебе соизволят надавать по шее!»

– Пробовала когда-нибудь воссоздать «Саламандру»?

Лицо Джадина совершенно неожиданно оказалось рядом – он нагнулся над столом, требуя внимания. Аркаша, глухо икнув, попыталась кувыркнуться со стула, но попытка провались. Огромная рука – вполне возможно, что если бы у Джадина возникло желание, он бы легко раздавил девичью голову, как какой-нибудь подгнивший орех – легла на Аркашино плечо и удержала от спонтанного буйства.

«Только не убивай, только не убивай!»

– Так пробовала?

– Что? – Аркаша очень старалась не запищать, чтобы не раздражить ненароком рыжую громадину.

– Воссоздать. «Саламандру», – с расстановкой повторил Джадин. Насчет эмоциональной нестабильности временной ученицы он не сказал ни слова. То ли не заметил крайнюю степень паники девушки, то ли просто-напросто привык, что на него так реагируют.

– Не… не пробовала.

– Ага… Ясно. – Джадин тяжело вздохнул и растерянно уставился на их свечку. Помолчав пару секунд, постучал пальцем по подсвечнику, угрюмо глянул на второкурсников, уже вовсю дающих практические советы жадно внимающим первогодкам, посмотрел на съежившуюся Аркашу и досадливо крякнул. – Чертятище… Ладно, объясню на пальцах.

«Только не бей!»

Схватив подсвечник, юноша поднес его к лицу Аркаши.

«Только не волосы!»

– Вот это, Каша, огонь.

«Да ты что!» – Слава небесам, что саркастическое восклицание подскочило лишь на мысленном трамплине.

– Заклинание «Саламандра» – одно из основных… э-э-э… с огнем, короче, связано. Название от духа огня. Это еще из алхимии пришло… да, оттуда, оттуда. Огонь испускает огненная мелочь, вот и назвали так заклинание. Чтобы воссоздать любое заклинание, нужно использовать… этот… ну, чертятище такое… Проводник! Ага, то самое. Обычно проводником служит всякая ересь типа колец, талисманов и еще веточек, точнее, палочек волшебных. Все маги с этими палочками не расстаются. Но прям щас ты про эту чертятищу забудь! В Блэк-джеке нам не разрешено использовать ничего, кроме своих собственных сущности и тела. Поэтому… зри в сущность!

– А? – Аркаша боязливо отодвинула свой стул от стола.

– В сущность, Каша, говорю, зри! Надо тебе огненное заклинание, обращайся к своей сущности. Сущность – она… так… она основа? Не… Источник! Вот. А тело – уже настоящий проводник. Как бы представь себе огонь, мысленно отщипни кроху от своей сущности, как кусок от пирога, и бабах! Создавай! Заклинание. И вслух не забудь сказать. Когда говоришь вслух, тело-проводник пропускает энергию наружу... Фух. Тяжеловато изображать препода. Ну что, уяснила?

«Как бы мне поделикатнее ответить? И так, чтобы мне не вломили за ответ?»

– Как насчет демонстрации? – Аркаша шумно вдохнула, чтобы успокоиться. – Для… наглядности.

– Я ж сказал тебе, Каша, что плох в заклинаниях, – ворчливо напомнил Джадин.

«Сейчас вломит!»

– Ладно уж. Попробую. Может, и со Стопроцентными потом фортанет.

– Фортанет! – убежденно вякнула Аркаша и сразу же втянула голову в плечи.

Джадин хмыкнул, громко хрустнул пальцами и выставил руку, удерживая ее всего в паре сантиметров от свечи.

– Вообще-то, «Саламандра» применяется для создания огня. Но на практике вместо внутреннего источника используются внешние. Типа этой свечки. Эльблюм в прошлом году говорил, что, если научимся работать с внешним источником, порождать огонь внутренней сущностью будет легко. Так вот – ни черта! У меня даже с внешним всего пару раз вышло!

Аркаша нервно почесала запястье со сдерживающей меткой. У нефилима хотя бы пару раз получилось удачно, а вот что ей делать с ее отсутствием так называемого «источника»?

– «Саламандра»! – рявкнул Джадин так, что пол-аудитории повернулось к их столу. – Чертятище! Не вышло. Еще раз!

На четвертом разе Аркаша почти оглохла, а нефилим вошел в раж.

– «Саламандра»!

Свечка начала чадить, а мгновение спустя едва видимая частичка пламени вспорхнула ввысь, а затем плавно скользнула прямо на кончик указательного пальца Джадина.

– Надо же. Получилось! – восторжествовал нефилим. – Я и забыл, что жар при этом совсем не чувствуется. Эй, Шарора, глянь!

Ровен, который, похоже, от нечего делать успел задремать, открыл один глаз и недовольно глянул на Джадина и его огонек. Подняв руку, сложенную в кулак, демон выставил большой палец, но, вместо того, чтобы указать им ввысь, ткнул в пол.

– Отстой.

– Ах ты, демонская скотина!

«Только бы мне не попало», – молила Аркаша, вновь отодвигаясь от стола и таща за собой все еще горящую свечку.

– Давай. – Раздраженный донельзя Джадин положил руку на стол, продолжая удерживать огонек на кончике пальца. По всей видимости, желал как можно дольше сохранить столь редкое для него ощущение. – Твоя очередь.