Глава 10. (часть 6)

 

* * *

 

   Здание, похожее на огромный стеклянный муравейник, наполнялось криками ужаса.

   Упиваясь раздираемой изнутри злостью на саму себя и свою бесполезность, Аркаша шла по тропинке, не замечая ничего вокруг. Только когда на ее пути выросло внушительное строение с поблескивающими рамами, обрамляющими каждый кусочек стекла, она очнулась, гоня прочь разрушительные думы.

   Приблизившись к табличке с надписью «бассейн», Аркаша настороженно прислушалась к воплям внутри здания и среагировала как раз вовремя, чтобы увернуться от широких вращающихся дверей, из которых внезапно начали выбегать студенты в купальниках и плавках.

   «Макки!»

   Аркаша сорвалась с места и ловко выцепила из толпы блондинистую девчонку, из всей оравы голосящую меньше всех.

– Что случилось?

– Ужас, ужас, ужас! – Девчонка бледнела, краснела и напоследок покрылась зелеными пятнышками. – Не ходи туда. Там ужас!

– Какой ужас?

– Русал с севера! НАСТОЯЩИЙ!   

– Неправда.

– Правда, правда!

   Аркаша отпустила девчонку и кинулась к дверям. Двигаться против течения – задача не из легких, а бежать против движения паникующей толпы – практически невозможно.

   Чертыхнувшись, Аркаша спрыгнула с плиток дорожки и побежала по траве, внимательно всматриваясь в мутные стеклянные стены. Уловив блеск водной глади, она затормозила и пошарила взглядом по стеклянным блокам. Заметив приоткрытую раму у самой земли, Аркаша пнула по ней ногой, но, не добившись никакого эффекта, уцепилась за верхний край рамы. Надавив на стекло подошвами кроссовок, девушка напряглась, пытаясь затолкнуть стеклянную пластину внутрь. В прыжке получилось лучше. Рама заскрипела, пластина открылась, Аркаша вкатилась в помещение и рухнула на мокрый пол, ушибив копчик.

   Вместо стойкого запаха хлорки, с которой неизменно ассоциировался любой бассейн, помещение с высоким потолком наполнял легкий аромат, будто источаемый самим морем. По водной глади скользили блики. Тишина отдавалась в ушах болезненным звоном.

   Всего в паре метров от нее бледный, как смерть, Маккин сидел на полу, прижимаясь спиной к стене и закрывая ладонями лицо. Сквозь его трясущиеся пальцы проглядывалась паутинка злосчастного клейма Седны.

   Скользя и ежесекундно шлепаясь коленями в лужицы, Аркаша добрела до русала и без сил опустилась рядом.

– Макки. Макки. Что же такое? Макки! – Девушка положила ладонь поверх пальцев юноши и вздрогнула: кожа была ледяной – почти как у Плюх Плюхича.

– Ты вовремя, сладкая. Хотя к самой эффектной части представления все-таки опоздала.

   На одной из стартовых тумб на краю бассейна сидел, согнув ноги и прижав пятки друг к другу, помощник старосты Денеба Томас Багро. Двигая согнутыми ногами вверх-вниз, словно бабочка крыльями, юноша качался на тумбе и, судя по широкой улыбке, пребывал в наипрекраснейшем расположении духа.

– Это ты. – Аркаша поднялась и, перешагнув через ноги Маккина, закрыла его собой.

– Это я! – закивал Томас, приподняв футболку и шумно почесав стройные бока.

– Из-за тебя они узнали о Маккине. – Аркаша почти захлебывалась от ярости.

   Не прошло и получаса, а она снова погрязла в пучине абсолютного бессилия.

– Несправедливое обвинение. – Томас хитро прищурился и, откинувшись назад, кувыркнулся с тумбы. – Я всего лишь пришел понаблюдать за занятиями в секции бассейна. Хобби у меня такое: наблюдать.

– Врешь!

– Отнюдь.

   Порыв ветра смахнул лежащие на плечах Аркаши локоны. Томас вмиг оказался рядом и повалил девушку на пол.

– Закончим то, что начали ранее? – Демон уселся на ее ноги и поставил локти по обе стороны от ее шеи.

   Приторно сладкий запах. Гадко, гадко, гадко.

   Аркаша переместила голову в сторону и впилась зубами в мягкую демонскую плоть у самого локтевого сгиба.

– Больно же. Какая шалунья. – Томас весело хмыкнул и ткнул указательным пальцем в Аркашин лоб, фиксируя ее голову на месте. Влага с пола начала впитываться в футболку, утяжелять волосы, холодить затылок.  

– По-моему, Багро, ты оседлал учащегося не своего факультета.

   Что бы ни случилось ранее, голос Грегори в звенящей влажной тишине показался Аркаше хором тысячи небесных ангелов.

– Рюпей! – деланно радостно вскричал Томас, вскакивая с Аркаши. – Не ожидал, что сюда явятся так скоро. Ах да, – искры злобы скользнули по краю алой радужки, – как же я не подумал. Спортзал Сириуса расположен ближе всех к зданию бассейна. О, Шарора, и ты тут.

   Ровен, стоящий прямо позади Грегори, окинул Томаса мрачным взглядом с головы до ног, как будто примериваясь к объемному мусорному мешку, который следует как можно быстрее выкинуть.

– Багро, о чем ты думал, устраивая кипиш?

– Полагаешь, вина лежит на мне? – удивился Томас. – Не от меня все бежали, совсе-е-ем не от моей симпапулечной персоны.

   Грегори быстро глянул на тихого Маккина.

– Вот именно. – Томас прищелкнул пальцами. – Русал с севера. Знал, что в ряды Сириуса затесался паразит?

– Нет, – вынужден был признать староста.

– Беда, – посочувствовал демон. – Как будешь выкручиваться?

   «Выкручиваться? Я тебе покажу, как я буду выкручиваться!»

   Аркаша, продолжавшая лежать на холодном полу, притянула колени к груди и в следующий миг выбросила ноги вперед, врезав Томасу чуть пониже колен.

   Томас изумленно вытаращил глаза и, взмахнув руками, пошатнулся. А Аркаша, вскочив, отвела ногу назад, особо не целясь и надеясь лишь, что удар придет по какой-нибудь очень чувствительной части демонского тела.

– Ополоумела?!

   Руки Грегори крепко вцепились в ее талию, предотвращая удар. Приподняв Аркашу, юноша скинул ее в воду.

   Оттолкнувшись ногами от дна, девушка немедленно всплыла и, барахтаясь и отплевываясь, уцепилась за край бассейна.

– Суровые у тебя методы, господин староста. – Томас потер ушибы.

– Избегаю конфликтов. Тебе тоже советую. Не думаю, что Владлену захочется объясняться за твое поведение перед Великой Верхушкой.

– Я безвинен, Рюпей. Чище меня лишь только что выпихнутые из утробы младенцы.

– Так я тебе и поверил.

– Не груби, Рюпей. И насчет Великой Верхушки, объясняться, полагаю, придется тебе. Русал – твоя забота.

– Вкусим сладость этой чести вместе. – Грегори, не обращая внимания на убийственные взгляды Аркаши, сделал приглашающий жест в сторону выхода. – Давай, Багро, продемонстрируем руководству нашу взаимную приязнь.

   Томас кисло улыбнулся и нехотя потащился за Грегори. Проходя мимо странновато тихого Ровена, он поинтересовался:

– Передать от тебя что-нибудь Владлену? Он будет счастлив получить пару ласковых от братика.

– Передай ему мои обычные «ласковые» пожелания.  

– Ты такой неприветливый, Ровен. На первом курсе был совсем другим. Зря оставил Денеб. Сириус тебя ослабляет.

– Пошел ты.

– Уже топаю. В процессе, так сказать. – Отсалютовав Ровену и послав Аркаше воздушный поцелуй, Томас нырнул в темноту коридора.

   Выбравшись из бассейна, Аркаша вернулась к Маккину, присела подле него и уткнулась лбом в его плечо.

   «Что же теперь будет?»

– Эй, Шмакодявка.

   Аркаша открыла глаза и с ненавистью уставилась на Ровена, посмевшего приблизиться к ней и к Маккину.

– Знаешь, кто он?

– Русал с севера.

– Знаешь, что это значит?

– Что все ошибаются насчет него.

– Тебе не страшно держать в объятиях убийцу?

– Мы все звери. – Аркаша обвила руками безвольную руку русала в попытке передать ему хоть капельку тепла. – Мы все чего-то недостойны. Нас всех стоит опасаться. Нет большей жестокости, чем искать жестокость в других.

   В полной тишине прошла минута, вторая. А Ровен все стоял и смотрел на нее. Его лицо не выражало абсолютно ничего, поэтому Аркаша тоже смотрела на него в ответ, постепенно погружаясь в усталую дрему.

   Когда она совсем расслабилась, на ее мокрую голову опустилась ладонь, пальцы грубо нырнули вглубь, пробираясь сквозь спутанные влажные пряди. Аркаша зашипела от боли.

   «Сколько можно?! Прекратите!»

– Тихо ты. – Ровен свободной рукой ухватил ее за горло, чтобы она особо не трепыхалась.

   Мгновенный жар, а затем демон без предупреждения отпустил ее и быстрым шагом устремился к выходу.

   Аркаша потрогала волосы. Сухие. Посиди она с мокрыми волосами еще с полчасика и наверняка подхватила бы простуду.

   «Момо грешит альтруизмом? Где-то сдохнет что-то вечное».     

– Аркаш… – Русал издал тихий стон.

– Тсс… не двигайся. – Она осторожно погладила Маккина по волосам.

– Они знают. Аркаш, они знают…

   Аркаша куснула губу и отвернулась.

   Минут через десять в здание бассейна явился сам Евгеник Скальный. Попросив Аркашу подождать в холле, директор, пугая непривычным для него суровым молчанием и не показывая ни намека на страх, помог русалу встать и отправил его в раздевалку.

   Аркаша караулила у выхода и, когда Скальный и Маккин показались в холле, бросилась к ним.

– Подожди, – Маккин перехватил ее, не давая добраться до директора, – выслушай меня.

– Макки…

– Мне так жаль. – Русал положил руку на ее затылок и на мгновение прижал ее к себе. – Мне очень понравилось быть с тобой. Жаль, что это была мимолетная радость.  

   Юноша снял с себя кофту и накинул на плечи продрогшей Аркаши.

– Прощай.

   Она так и не нашла слов, а лишь смотрела, как Маккин, опустив голову, словно прокаженный, следует за Скальным.

   В комнате к Аркаше подскочил Гуча, у которого шерсть стояла дыбом от расстройства и беспрестанного беспокойства.

– Ты знала?

   Кивок.

– Ну что же ты. – Скунс удрученно вздохнул. – Это было очень опасно.

– Он безобидный. Был.

   Аркаша упала на кровать и заорала в подушку. Это был плохой день. Плохой мир, плохие нелюди, плохая, ни на что негодная она.  

   Никто из них не пошел на ужин. Аркаша лежала на кровати и говорила без передыха. Гуча, примостившись у ее щеки и положив лапки на ее голову, просто слушал. А девушка, захлебываясь собственным прерывистым дыханием, рассказывала ему о своем прошлом: о жизни с тетей Олей, о своих хитростях и стратегиях, о разочарованиях и постоянной тихой злобе, живущей где-то глубоко внутри.

   А потом, вцепившись зубами в наволочку, Аркаша погрузилась в тревожный сон.