Глава 5. Аут для бездарных (часть 1)

 

Позволь мне громогласным звоном

В твою идиллию ворваться,

Стать для тебя ярчайшим фоном,

Каким ты сможешь любоваться.

 

Мой вид лишь смех твой вызывает,

Но я отнюдь не ломкий стебелек.

Столь часто недруг забывает:

Пожар рождает мелкий огонек.

 

А ты желаешь удержаться

И мой огонь не признавать,

Но я столь близко – некуда деваться,

Придется все-таки меня обнять…

 

 

– МЯЧ! – заорал кто-то.

   Аркаша среагировала мгновенно. Школьные баскетбольные тренировки дали свой результат: тело двигалось на безупречном автомате.

   «Поймаю», – возникло в голове. Аркаша в мгновение ока переместила ноги, встав в стойку. Идеальное принятие. Руки привычным движением вцепились в пойманный мяч. А теперь дриблинг[1] и…

– Ай! – Аркашу отбросило назад, как будто нечто невидимое внезапно одарило ее пинком в живот. Прежде чем окончательно завалиться на спину, девушка успела заметить, как вокруг уроненного мяча пляшут языки пламени.

   «Мяч… ударил меня? Мяч?!»

– Ох, прости, прости! Ужасно сожалею об этом!

   Чьи-то сильные руки бережно ухватили Аркашу за плечи и помогли принять вертикальное положение.

– Ой, – выдала девушка второй запоздалый вскрик.

– Очень больно? – сочувственно спросил спаситель. Хотя стоп, раз извиняется, значит, виновник. – Ты как?

   Игнорируя вопросы, Аркаша дождалась, пока перед глазами прекратят прыгать цветные звездочки от удара затылком, набрала в грудь побольше воздуха, а затем подняла голову, чтобы в достаточно грубой манере сообщить собеседнику все то, что она думает о его пасе. Открыла рот и так и осталась стоять с отпавшей челюстью.

   Незнакомец, бережно поддерживающий девушку за плечи и участливо заглядывающий ей в лицо, выискивая намеки на невыносимые страдания или неконтролируемую злобу, оказался высоким юношей лет восемнадцати. Солнце отражалось от его золотистых волос и золотых глаз и буквально ослепляло Аркашу. Но самое поразительное было то, что существо перед ней, вполне смахивающее на человека, на самом деле таковым не являлось. По крайней мере, девушка никогда не встречала людей с пушистыми кошачьими ушами. Да и не с пушистыми тоже.

   Аркаша поймала себя на том, что тянется потрогать «ушастую» аномалию на голове юноши, но удержать себя от непотребства так и не сумела.

– Ай-ай, полегче. – Золотоволосый отпустил девушку и ухватился за пострадавшие уши. – Больно же. 

– Ох. – Аркаша смущенно потупила взор, внутри нещадно ругая себя за то, что распустила руки. Чтобы хоть как-то сгладить возникшую неловкость девушка, откашлявшись, брякнула:  

– У тебя и правда четыре уха?

   Юноша перестал щупать собственные уши и ошарашено уставился на нее.

– Удивилась, что у меня четыре уха. – Похоже, Золотоволосый был поражен этому обстоятельству не меньше, чем Аркаша его ушам. – Никогда не встречал того, кого бы интересовало во мне именно это.

– А что обычно интересует в тебе окружающих? – Вообще-то Теньковская не намеревалась задавать подобный вопрос, но абсурдность ситуации выбила ее из колеи и заставила продолжить странноватый диалог с не менее странноватым парнем. Хотя, если вспомнить, сколько всего она пережила за последние пару часов и сколько подозрительных и вроде как несуществующих созданий встретила по дороге сюда, то разговор с этим полукотом вполне вписывался в общую картину несуразности, в которую превратилась ее тихая неприметная жизнь.

– Что за вопрос! Я же красавчик! – Ушастый тряхнул золотом волос и, выпрямившись во весь свой немаленький рост, сделал шаг назад – судя по всему, чтобы Аркаша воочию убедилась в данном факте. 

   Крепкая поджарая фигура, облаченная в бежевые длинные шорты и черную свободную майку, мускулистые руки. Аркаша устремила взор на лицо юноши – приятное, миловидное, с тонкими чертами, а глаза-то как сияют! Подобных типов Теньковской раньше встречать не приходилось. Даже если бы парень не был обладателем кошачьих ушей, внешность все равно бы выгодно выделяла его в толпе. Едва слышно вздохнув, Аркаша страдальчески закатила глаза.

   «Ладно, соглашусь, красавчик и от скромности явно не помрет».

– Нравится? – самодовольно ухмыльнулся юноша.

– Уши зачет.

– Только уши? – почему-то расстроился собеседник.

   Аркаша равнодушно дернула плечами, внутренне недоумевая: какая разница этому парню, что она о нем думает?

– У кого четыре уха, тот похож на лупоуха, – вдруг донеслось из-за спины Золотоволосого.

   В дверях строения с колоннами, прислонившись спиной к косяку, стоял еще один парень. Секунду он просто смотрел на них, а затем медленно двинулся навстречу. Малиновые волосы, алые глаза. Аркаша мгновенно напряглась, узнав в подошедшем грубияна, на коленях которого имела несчастье проехаться на пути в Блэк-джек. 

– У кого четыре уха, тот похож на лупоуха, – гнусавым голосом повторил демонический юноша, нагибаясь, чтобы подобрать мяч, на поверхности которого, к слову, теперь не было ни намека на недавнее пламя, и при этом бесцеремонно таращась на Аркашу.

– Что еще за «лупоух», Ровен? – взвыл Золотоволосый. – Не похож я на лупоуха!

– Не знаю. Просто в рифму было. – Демон пожал плечами. – Можно еще «на глупоуха». Как раз особым умом не блещешь.

– Ну, Рошик! – возмутился ушастый. – Враки, враки, это все враки!

– Не называй меня так, котяра. – Демон отвесил парню-коту подзатыльник. – Я тебе не дойная коза в лентах.

– Понял, понял. – Побитый обиженно поджал губы. – Смотри, Ровен, ты своим пасом едва не покалечил премиленькую девушку!

   «Так этот огненный мяч прилетел от демона». – Аркаша ощутила, как неспешными, меланхоличными волнами на нее накатывается злость. 

– Кошмар! А я говорил, что не стоит играть до того, как нам поставят сдерживающие метки. – Золотоволосый схватился за голову. – Чуть девчушку не замочили!

– Заткнись, Линси. Девка сама виновата. – Ровен пару раз ударил мячом о землю. – Слишком неустойчива. Крепче стояла бы на ногах, меньше бы падала.

   От такого несправедливого высказывания Аркаша зарделась. Как будто она сама лезла под его мяч!

– Ну в некотором смысле мы тоже виноваты. – Блондинистый паренек возбужденно замахал руками. – Признай, Шарора.

– Неа. – Ровен сверкнул глазами – Ненавижу слабаков. И, кстати, это был не пас, Линси. – Демон крутанул мяч на указательном пальце. – В мои планы входило подчистую выбить тебя с площадки Стопроцентными.

– Снова ты за свое! Мы же в чарбол играем, а не в вышибалы.

– Хотелось посмотреть, как Стопроцентные будут действовать без меток. 

– Грегори это не понравится.

– Грегори здесь нет. – Ровен подкинул все еще вращающийся мяч, поймал его одной рукой и протянул Аркаше.

   Вопросительно вскинув брови, девушка потянулась к мячу. Ее пальцы уже почти коснулись яркой апельсиновой поверхности, когда мяч вдруг исчез из ее поля зрения – демон стремительным движением спрятал руку за спину.

   «Издевается!» – Аркаша цыкнула, прожигая ухмыляющегося парня взглядом.

– Слишком медленно двигаешься. – Ровен прокатил мяч по сгибу руки, на мгновение задержал на ладони, а затем продолжил ударять им о землю. – С ауропожирателем ты была намного резвее.

– Вы что, уже знакомы? – удивился блондинистый юноша.

– Про знакомство слишком громко сказано. Это она. – Ровен раздраженно скривился. – Девка, из-за которой я сегодня превратился в откровенного опоздуна.

– О, неужели? То-то ты на нее так взъелся. Ну а я, пожалуй, с такой тоже был бы не прочь куда-нибудь опоздать. – Блондин игриво улыбнулся и подмигнул Аркаше, на что девушка недоверчиво выгнула одну бровь.

   На его слова Ровен издал пару хрюкающих звуков. Немного успокоившись, демон сообщил:

– В любом случае она – крепкая заноза в моем тощем седалище и следует от нее избавиться прежде, чем войдет глубже.

   Вот это комплимент так комплимент.

– Приятно знать, что я столь глубоко запала в подкожные жиры вашей кормы, – хмуро отозвалась Аркаша под оглушительный хохот блондинистого юноши. 

– Мне показалось, что ты ратуешь за искренность. – Ровен обнажил снежно-белые зубы. – Признаюсь, лень делать над собой усилие и притворяться душкой. Да и хвалить тебя не за что – как говорится, ни кожи ни рожи.

   «Точно у папаньки рыльце взяла…»

– Не обращай внимания. – Блондин, смешно надув щеки, погрозил демону пальцем. – Выводить всех из себя – его визитная карточка и попытка самоутвердиться. Хотя про самоутверждение немного привираю. Ведь твою самооценку скорее повышает игра в чарбол, а, Рошик?

– Еще раз назовешь меня так, получишь в изнеженный пятак. Самоутверждаться посредством чарбола могут лишь такие слабаки, как она. Медлительные, плохо соображающие и недалекие.   

– Но она же не игрок, Роши… Ровен. – Парень-кот, глуповато улыбаясь, встал перед демоном, заслоняя его от взора Аркаши. По всей видимости, ему было очень стыдно за поведение красноглазого. – Не мерь других по себе. Девушки – хрупкие и нежные создания. Не в пример тебе, грубый обезьян! Кстати, прости, Зефиринка, забыл представиться.

– Вот это твое «Зефиринка» сейчас ко мне относилось? – уточнила Аркаша, непроизвольно отвлекаясь от злости на демона и сравнивая собственные ощущения от неожиданного нового прозвища с привычным «соплячка». Впечатления пока были неясными.

– Ох, не нравится? Тогда прости,  прости, – всполошился Золотоволосый. – Но у тебя такая беленькая кожа, что мне сразу вспоминается снежная сладость зефира. Аж слюнки текут.

– Не надо слюнок, – настороженно попросила девушка.

– Я ж говорю, этот котяра тупой. – Ровен сильнее ударил ладонью по мячу. Тот понесся к земле и, достигнув пункта назначения, отскочил в сторону донельзя возмущенного парня-кота.

– Ты такой жестокий, Шарора. – Золотоволосый протянул руку, чтобы поймать мяч, но Ровен метнулся вперед и блокировал его, на ходу перехватывая апельсиновый кругляш. – Ну ты скотина, Ровен!

– Я же демон, котяра. И вообще надо быть расторопнее, Линси, а иначе на турнире нас снова уделают все факультеты. Один. За. Другим   

– Без тебя знаю, – пробурчал юноша. Развернувшись к Аркаше, парень-кот вновь расплылся в широкой улыбке. – Слушай, смотрю на тебя, и прямо настроение повышается…

   БАБАХ!

   Голова блондина дернулась, и Аркаша непроизвольно отступила. Мяч, отскочивший от затылка юноши, плюхнулся на землю, где им тут же вновь завладел Ровен.

– Подлюка из подлюк, вот ты кто, Шарора! – возопил раненый.

– Хорош флиртовать с всякими клушами, Линси.

– Ревнуешь что ли?

– По мордам захотел? – Ровен снова замахнулся мячом.      

– Тогда в ответ прилетит тебе! – услышала Аркаша собственный голос. Она сама не заметила, как, переместившись, встала между демоном и парнем-котом, загородив собой последнего.

   Алые глаза демона недобро сощурились.

– Осмелела, мелкота. Угрожать мне вздумала?

   «Да, как-то я поспешила».

   Аркаша набычилась, размышляя, что вставать на защиту парня, который выше нее да и намного крепче, – это, мягко говоря, глупо. Да и этому панку с малиновыми волосами она явно не ровня.

   «Импульсивная соплячка», – любила повторять тетя Оля, и на этот раз Аркаша была с ней полностью согласна. 

– Зефиринка встала на мою защиту…

   Услышав в голосе говорившего подозрительные нотки, девушка осторожно оглянулась. Губы Золотоволосого опасно дрожали, в глазах появился блеск, словно юноша собирался вот-вот зарыдать.

– Это так МИ-И-И-ИЛО!!!

   Аркаша испуганно икнула, когда парень бросился к ней, распахнув объятия. Она привыкла, что во время игры в баскетбол на нее постоянно оказывали давление игроки команды-соперника, обступая со всех сторон и беспрестанно преследуя, если мяч оказывался у нее, но при этом самым рослым из них всегда был Коля. Кинувшийся же на нее с непонятными намерениями парень-котяра во многом отличался от Коли хотя бы тем, что был выше ростом да и по комплекции мускулистее. Немудрено, что Аркаша запаниковала. 

      « …в таких случаях и отобрать тебя у нее можем… отобрать… отобрать… быстро бегать…»

   Голова взорвалась болью. Аркаша сжала челюсть, почти ощущая хруст зубов. Тяжело задышав, она распахнул глаза. И когда только успела закрыть?

– Что за?..

   Перед ней простиралась белокаменная твердь аллеи. Как странно, ведь она точно помнила, что стояла лицом к демону, видя за его спиной здание с колоннами. А теперь словно развернулась на сто восемьдесят градусов. И куда делись парни?

– Как ты это сделала?

   Аркаша глянула через плечо. Парень-кот, раскрыв рот, ошарашено пялился на нее. Ровен тоже не сводил с нее напряженного взгляда. 

– Что сделала? – сглотнув, спросила девушка.

– Так быстро увернулась! – воскликнул Золотоволосый. Аркаша с удивлением заметила, что тот все еще держал руки перед собой, будто пытался заключить кого-то в объятия.

   Секунду спустя девушку осенило: так это же он ее собирался обнять! А затем… Что затем? Она увернулась?

– Интересно, – протянул Ровен. – Даже я едва заметил твой нырок под руку Линси. А ты не такой уж тормоз, мелкота. Или это всплеск адреналина?

– Это всплеск агрессии, придурок, – огрызнулась Аркаша. И с чего вдруг разозлилась? Наверное, от того, что нежданная боль с остервенением бешеной собаки продолжала грызть стенки ее черепной коробки.

– Неужто я – ее причина? – криво улыбнулся Ровен, который, похоже, ничуть не обиделся на то, что его нелестно обозвали.

   Аркаша открыла рот, чтобы выдать в адрес демона что-нибудь покрепче – этакий трехэтажный кусман из нецензурного словарного запаса, который силами членов школьной баскетбольной команды во главе с Колей каждодневно скрупулезно пополнялся, но ее, к счастью, перебили.

– Ты такая поразительная, Зефиринка! – Блондинистый Линси смотрел на нее с искренним восхищением.

   «Да что со мной?» – Аркаша, не обращая внимания на мельтешение Золотоволосого перед глазами, прижала ладонь к губам. Только что с ее языка едва не слетели грязные ругательства. А ведь она всегда старалась быть эталоном скромности – в школе перед учителями и дома перед специалистами из опеки. Некоторая вольность присутствовала в общении с парнями из баскетбольной команды, да и тут совсем свободно она ощущала себя только рядом с Колей. А теперь злость легко взяла над ней вверх. Выдержка изменила ей. Как будто факт того, что тетя Оля без всякой жалости прогнала ее из дома, устранил некий предохранитель внутри нее. Словно сдерживаться теперь не имело смысла.

– Нет смысла сдерживаться, – прошептала Аркаша. – Нет смысла?

– Что ты сказала? – полюбопытствовал блондинистый юноша, осторожно замирая рядом с ней – видимо, боясь напугать резкими движениями. 

– А? – Девушка дернулась, очнувшись от угнетающих мыслей. – Ничего. Ах да, ты же хотел представиться.

– Точняк. – Юноша с чувством хлопнул себя по лбу. – Это все из-за Рошика. Вечно заводит свою шарманку про слабаков. В этом плане противнее него только Джадин Кюнехелм.

– Да ну? – Аркаша наклонила голову в бок, ловя взгляд Ровена. Тот скорчил рожу.

   Перед глазами девушки мелькнула ладонь. 

– Роксан Линси, племя диких котов. – Юноша приветливо кивнул и переместил свою ладонь еще ближе к Аркаше. Преодолев опаску, девушка сунула Роксану собственную ладошку.

– Аркадия Теньковская, племя диких хомо сапиенсов.

– Хомо кого? – оживился «дикий кот», крепко, но в то же время бережно пожимая Аркашину руку.

– Она – человек, дубина, – невежливо вклинился в беседу Ровен.

– Да ладно? – Роксан без предупреждения приблизил лицо к Аркашиному, едва не клюнув ее носом.  

– А что, вторжение в личное пространство помогает узнать человек перед тобой или нет? – съязвила девушка.

   Роксан втянул носом воздух у самой щеки Аркаши и только потом до него дошел смысл ее слов.

– Прошу прощения! – Юноша, отчаянно побледнев, отпрыгнул от девушки на добрых три метра. – Какой же я неотесанный чурбан! Как же невежливо с моей стороны! Я хуже Джадина, даже хуже Ровена!

– Эй, не придавай моему имени нарицательный смысл, котяра. – Ровен наблюдал за сценой раскаяния с бесстрастным видом человека, давно пресытившегося пафосом театра.

– Я был непростительно груб с Зефиринкой, – пожаловался Роксан, явно ожидая маломальской поддержки от демона.

– Ты был непростительно туп. Не надо было даже разговаривать с ней. Просто бы поднял на ноги да и придал пинком под зад ускорение – вот и шла бы дальше, – ан нет, надо терять туеву кучу времени на обхаживания и бессмысленный треп.

   «Пинком, значит? – Аркаша все больше начинала заводиться. – Вот бы его кто пнул. Да с размаху, да с прискоком, да так, чтобы поверхность дивана потом адом казалась!»

– А ты со мной не разговаривай, – мрачно посоветовала она демону. – Глядишь, и время появится, чтобы научиться нормально играть в баскетбол.

– Баскетбол? Хех, – хохотнул Ровен.

– Точно, она человек. – Роксан почему-то выглядел обрадованным. – Кто еще может спутать чарбол с баскетболом?

– Но у вас баскетбольный мяч. – Аркаша кивнула на спортивный снаряд, за все время обмена любезностями так ни разу и не остановившийся. Ровен просто пылал энергией, перекидывая мяч из одной руки в другую и периодически посылая его чмокнуть землю.

– Ни один баскетбольный мяч не сможет выдержать Наложение. – Роксан назидательно поднял палец и вздернул подбородок – то ли с целью продырявить небеса, то ли изображая пафосного умника.

   «Что за Наложение? А чарбол? И в чем отличие этого мяча от обычного баскетбольного?»

   Аркаше безумно хотелось спросить об этом вслух, но издевательская улыбка Ровена и его полный пренебрежения прищур стали ее порядком утомлять. Это было какое-то иное презрение, отличающееся от того, каким обычно окружала ее тетя Оля. И если выживание под боком у тети стало привычкой и необходимой рутиной, то так и витающая в воздухе антипатия демона давила на ее восприятие не хуже громоздкого стеллажа с книгами, однажды придавившего ей ноги в библиотеке.  

– Чарбол очень похож на человеческий баскетбол, – охотно начал объяснять Роксан. – Вот только в процессе игры на мяч постоянно накладываются чары, и, если уж перехватываешь мяч у соперника, то не забудь применить «анти» для снятия заклинания, а иначе будет бо-бо. Проще говоря, нарвешься на Стопроцентные. 

– Смотри-ка, как клуша ресничками хлопает. – Ровен положил мяч себе на голову и принялся балансировать, удерживая его на макушке. – Небось, ни слова не поняла из твоих бездарных объяснялок.

   Аркаша шумно втянула носом воздух. В ней проснулось дикое желание к метанию больших твердых предметов. А цель при этом обязательно должна быть живая, а после попадания – истошно вопящая.  

– Прекрати грубить, Шарора! – прикрикнул на демона Роксан.

– Прекрати мне указывать, Линси. И вообще, что за рвение? Чего ты так активно защищаешь ее?

– Ну, не знаю, – задумался Роксан. – От нее не веет агрессией, как от большинства ребят из Блэк-джека, а еще она приятно пахнет. И плюс хорошенькая.

– Попрошу принять в расчет то обстоятельство, что обсуждаемая персона находится в непосредственной близости от вас, – насупилась Аркаша.

– А если не приму в расчет, что тогда? – заинтересовался демон.

– Мне придется защищаться словами, которые в более или менее приличном обществе топят в бокале с пивом. 

– Ох и напугала, мелкота.

 

[1] Дриблинг - один из приемов спортивной игры, в баскетболе заключающийся в ведении и контроле мяча на площадке.