4

4

«Белая птица» плавно спустилась с неба, скользнула по воздуху над торжественными рядами и поставила на белый мрамор перед входом в чёрный дворец лорда Атанаэля три свои ноги. С треугольной платформы под прозрачным куполом выдвинулась лестница, по которой спустились сначала вразвалочку Джек, а затем, придерживая полы длинного платья, королева Атлантиды, Тиа.

- Ничего себе толпища! – раздражённо присвистнул Джек. – Город дураков! Ну, чего припёрлись? Работы нет что ли? Что вы тут не видели? Ящероголовых? Птицеклювых? Они бы ещё свинорылых показали! – шут так натянул шляпу на глаза, что Тиа испугалась, как бы он не споткнулся и не упал. – Если посмотреть на идиота – сам идиотом станешь. Афоризм от Джека! А если смотреть на стадо идиотов? У-у-у, последствия не предсказуемы.

- Джек, прекрати! – Тиа толкнула шута локтём.

- Слушаюсь и повинуюсь, моя королева, - Джек стал раскланиваться перед Тиа под изумлёнными взглядами солдат и вышедших из дворца Атанаэля гостей.

- Я ещё раз повторяю тебе, прекрати! Не паясничай, – щеки Тиа покраснели. – Ты мне все испортишь! Это официальный приём, Джек!

- А я разве против, - лицо Джека мгновенно помрачнело.

 

Тиа изо всех сил старалась держаться ровно и торжественно. Но пальцы её нервно теребили складки бирюзового сшитого специально к приёму платья. Королеву раздражило то, что этот наряд слишком оголял плечи и сильно сжимал и приподнимал грудь. Она чувствовала себя на грани истерики. Руки тряслись, а ноги вообще отказывались идти. Никогда в жизни Тиа так не волновалась. Королеве казалось, что чернокаменный дворец лорда Атанаэля надвинулся на неё разинутыми пастями мраморных змей, украсивших парадную лестницу. И сам идущий навстречу лорд, как символ неотвратимой и мрачной судьбы.

 

- Моя королева, - Атанаэль улыбался, целую руку Тиа и та осязала кожей его страстный взгляд. – Рад приветствовать тебя в своей обители. Позволь представить тебе моих почётных гостей: лорда Дарвалау, правителя города Ноэльвана и его сына, лорда Марис, правителя Безымянного города.

Тиа перевела взгляд с Мариса на Дарвалау и неожиданно туман в её голове рассеялся. Мир вновь обрёл чёткость восприятия. Дрожь в руках и ногах исчезла. Неожиданно, откуда-то из глубин сознания пришли уверенность и решимость. Когда королева выходит в свет, у неё нет права на страх.

- Добро пожаловать на приём, - продолжал говорить Атанаэль. – Я с этими почтенными лордами вышел тебя встретить, другие гости ожидают в тронном зале. Это важная для всех нас аудиенция, моя королева. Я намерен официально объявить о нашем брачном союзе.

- Я тоже намерена кое о чем сказать, - кивнула Тиа. – Да, я многое хочу сказать вам, лорды - правители Единого мира.

- Мы внимательно выслушаем тебя, - Атанаэль поднял правую руку вверх. Этот жест означал, что лорд будет сейчас говорить со смертными. Толпа замерла. В один миг прекратилось всякое движение. Люди восторженно замолчали, словно перестали быть живыми и превратились по чьему-то волшебству в статуи. – В эти текли суждено свершиться мировому событию! Мы, боги, готовы простить человеку грехи его, – голос лорда – правителя, мощный, жёсткий транслировался через усилитель звуковых частот и был слышен всем, сумевшим пробиться на главную площадь Алайзиса. – Мы, Великие Бессмертные, готовы даровать вам, из земли приходящим и в землю возвращающимся, бесценный дар – знание о жизни вечной! Ради неё, - Атанаэль схватил Тиа за плечи и прижал к себе. – Ради этой светлой богини, я готов посмотреть на вас, как на достойные мыслящие существа. И я говорю вам, ничтожные, приклоните перед ней свои колени, ибо её вы должны возблагодарить за прощение рода людского.

- Тано, не надо, - пробормотала Тиа.

Все присутствовавшие на площади смертные упали на колени разом, как будто у каждого из них не было отдельного тела, а была одна общая бренная плоть. Солдаты Санктуриона безразлично смотрели на коленопреклонённую толпу. Атанаэль смотрел на неё тоже. Затем, отключив усилитель звуковых частот, он обратился уже к лордам Дарвалау и Марису.

- Прошу вас, господа.

Огромные тёмно-красные двери дворца распахнулись, и Тиа подумала, что они напоминают алую пасть космического дракона.

 

***

В алом зале тишина поглощала эхо от шагов. В алом зале терялись три чёрных и три белых королевских трона. И абстрактным пятном казался ещё один, чёрно-белой – трон того, кому суждено подписать Договор. В молчании Марис прошествовал к нему, и присоединился к троим сидящим. Тиа их хорошо знала.

Аурелия, восседающая на белом троне – королева города Нурвилан – высокомерная особа, с которой так настоятельно рекомендовал завести дружбу отец. Дружбы, однако, не вышло. Аурелия считала Тиа маленькой неженкой. Тиа же думала, что Аурелии пристало управлять не городом – государством, а отрядом бандитов. Королева Нурвилана обожала ножи, мечи, топоры и прочее варварское оружие. Даже на приём она взяла с собой какой-то из своих любимых клинков и он висел у Аурелии на поясе. Когда Савааф ещё не покинул Землю, он часто бывал с Тиа в Нурвилане. И каждый раз появлялась черноволосая белокожая высокая девушка – принцесса Нурвилана, приглашавшая принцессу Атлантиды на дружеский поединок. А Тиа ненавидела сражения. Ненавидела металл, несущий смерть. Азарт в синих глазах Аурелии раздражал. «Ты – воин в платье!» - раздосадовано кричала Тиа победившей её в схватке на длинных ножах Аурелии. «А ты – нюня!» - вопила в ответ принцесса Нурвилана. И обе презрительно хмыкали.

Второй белый трон занимал Илсинор, лорд-правитель города Раттон. Ровесник Саваафа, не пожелавший уступить власть двум своим отпрыскам. Упрямый и молчаливый хатор, остававшийся для Тиа полной загадкой. Он редко навещал отца в Атлантиде, и Тиа совершенно не понимала, зачем столь безразличный к политике персонаж вообще ввязался в эту историю. В конце концов, правителем города Раттон Создатели могли назначить и кого-то другого.

На третий белый трон села сама Тиа и Джек встал по правую руку от неё.

Лорд Элронд, развалившийся вольготно на одном из черных тронов, подмигнул королеве Атлантиды. Тиа отвернулась. И отчего лорда Элронда считают самым обаятельным эльбисом? Почему говорят, что его улыбка способна свести с ума любого: и смертного, и бога? Ехидный, чересчур любезный и насквозь лживый правитель города Ноэтлана, лорд Элронд представлялся Тиа существом, не имеющим определённой формы, но умевшим принимать любой удобный ему образ. Кажется, у этого лорда была дочь, которую никто из Великих Бессмертных не видел. Внебрачная дочь, рождённая от смертной возлюбленной Элронда. По правилам такое дитя не имело права на любовь отца. Однако, правитель Ноэтлана обожал нарушать установленные порядки. Тиа не удивилась бы, если бы Элронд притащил смертную девчонку и на этот приём. А что? Разве не повод показать ту, о которой по всему Единому миру ходит столько слухов? По крайней мере, при дворах некоторых городов, в том числе и Атлантиды, велись закулисные разговоры о красоте этой самой дочери, живущей в королевском дворце Ноэтлана.

 

***

- Итак, господа, - сказал Атанаэль, медленно усевшись на свой чёрный трон. – Я призвал вас, чтобы сообщить две новости и решить один вопрос.

Молчание ответило словам лорда Атанаэля.

- Новость первая. Я, пользуясь правом Змея вдохновителя, утверждаю кандидатуру лорда Мариса, правителя Безымянного города, на должность заверителя Договора Мира, - Тано на некоторое время прервал свою речь и посмотрел в лицо каждого из присутствующих богов. – Новость вторая. Я официально заявляю о своей помолвке с королевой Атлантиды – Тиа.

- Гм, - громко кашлянула Аурелия.

- Так же я предлагаю, - продолжал Атанаэль.

- Позвольте, - звонкий голос Тиа прервал лорда – правителя Алайзиса, - Я хотела бы остановиться на второй новости.

- Слушаю, моя королева, - Тано смотрел на девушку с одобрительной улыбкой.

Тиа встала. Её шут Джек даже отодвинул шляпу на затылок от удивления. Никогда в жизни он не видел Тиа настолько уверенной в себе, никогда не слышал, чтобы она говорила таким настойчивым властным тоном.

- Лорд Атанаэль, помолвка состояться только в том случае, если вы, пользуясь правом Змея вдохновителя, остановите создание новых гибридных рас. Если вы и ваши сторонники, - Тиа с ненавистью посмотрела на лордов Элронда и Дарвалау, - закроете все лаборатории на Земле и на других планетах с углеродной формой жизни. Только тогда наша помолвка и дальнейшая свадьба состоятся.

На какое-то время Джек забыл о том, что ему необходимо дышать. Неужели его уши способны слышать, а глаза видеть? Неужели его маленькая нежная, плаксивая королева Тиа сейчас выдвинула ультиматум одному из могущественных правителей мира воды? И неужели всё это она сказала серьёзно?

- Это очень смелая просьба, - тихо сказал Атанаэль.

- Это не просьба, - уточнила Тиа, - Это моё условие. Это условие Империи Создателей. Вы ведь понимаете, лорд, что мы с вами, как и все присутствующие в этом зале Великие, не просто какие-то короли, правящие какими-то городами. Мы те, кто решает судьбу мира. И я от лица моей Империи требую иной судьбы для людей!

- Но мы согласны на иную судьбу для ваших обожаемых людей, - расхохотался Атанаэль. – Когда будет подписан Договор…

- Нет, - Тиа подошла к сидящему на троне Тано и, опершись руками на подлокотники, наклонилась к самому лицу лорда. – Работы по созданию гибридов должны быть прекращены немедленно.

- Но, моя королева, этот вопрос я не могу решить один…

- Можешь! И решишь!

Джек потёр обеими руками глаза. Может он уснул? Так, случайно, прямо посреди приёма? Или вчера ему коварная повариха Рози подсунула не те грибочки?

- Это твоё единственное условие? – похоже, Атанаэля даже забавляло воинственное поведение королевы Атлантиды.

- Да, - Тиа резко отошла от трона Тано и вернулась к своему.

- Хорошо, - захлопал в ладоши лорд Атанаэль. – Решено. И на чём я остановился?

- Ты не можешь дать согласие на прекращение всех работ сейчас, - холодным, мертвенным голосом, почти не разжимая губ, сказал лорда Дарвалау. – Договор ещё не подписан.

- Он будет подписан, - Атанаэль, поднявшись с трона, прошёл к центру зала. – Все меня видят? Все меня слышат? Договор будет подписан. Пожелание королевы Атлантиды будет удовлетворено. Помолвка вступает в силу. А свадьба состоится сразу же после подписания. И единственный не решённый вопрос, который остался у нас, господа, это дата под-пи-са-ния… Вопросы есть? Нет вопросов! Отлично! Я брошу жребий. Принесите кости! – что есть силы крикнул лорд. – Выпавшее число укажет, через столько теклей милый лорд Марис скрепит подписью своей долгожданное примирение.

 

***

- Значит, через сто теклей договор будет подписан? Ты, в самом деле, так решил? – спросил Дарвалау Атанаэля.

- Да, Дар, именно так, - лорд – правитель Алайзиса недоуменно посмотрел на своего собеседника.

- И ты действительно готов остановиться на полпути из-за какой-то смазливой девчонки?

- Ну почему смазливой, - Атанаэль похлопал Дарвалау по плечу. – Она очень красива.

- Тано!

- Дар, не надо повышать на меня голос. Не забывай, Империя Завоевателей основана мной. И я огненный. Об этом тебе тоже не стоит забывать.

- Тано, - чёрные, словно подземные провалы, глаза Дарвалау отражали зал искусств. – Не думаю, что те, кто пошёл за тобой в начале времён, останутся довольны твоим решением.

- А, тебя волнуют недовольные? И ты в их рядах?

- Я служу тебе, Великий Змей, ибо считаю….

- Вот именно. Ты служишь мне, Элронд служит мне. И те, кто пошёл за мной в начале времён тоже служат мне! Моё имя легион! Разве ты и тебе подобные вдруг обрели право своего голоса?

- Тано, я не хотел тебя обидеть.

- Обидеть? Ну что ты, Дар, мой верный союзник! Как ты можешь меня обидеть? Не переживай, всё будет хорошо. Наслаждайся этим великолепным мигом, этими картинами, этой музыкой, этими прекрасными смертными – лучшими из смертных. Пусть тревожные мысли не печалят тебя, Дар. Сейчас не время для тревожных мыслей.

- И ты остановишь все свои экспериментальные работы, как обещал Тиа? – с издёвкой спросил Дарвалау.

- Мой друг, ты задал неправильный вопрос, и я могу дать на него неправильный ответ, то есть вообще не ответить, - Атанаэль крепко обнял правителя Ноэльвана. – Мой дорогой друг, неужели ты не можешь просто расслабиться, забыть о своих планах и амбициях? В конце концов, всё что происходит – это просто игра.

- Для вас огненных, да, - с досадой ответил Дарвалау. – А для нас, детей мира воды, нет.

- Ну, - пожал плечами лорд Атанаэль. – Я понимаю. Но у меня ведь есть право немного отдохнуть от игры? Немного поменять планы? Как ты думаешь?

И подмигнув Дарвалау, правитель Алайзиса поймал в свои объятия какую-то девушку из тех смертных, приближенных к окружению богов, которые съехались во дворец по случаю приёма.

 

***

Зал Искусств. Белый в чёрном дворце. Колонны, шёлковые занавеси, мягкие ковры. В распахнутые окна врывается пахнущий грозой ветер. Негромкий гул разговоров нервно щекочет слух. И боги теряются среди нарядно одетых, прекрасных телом смертных. Хочется лечь на один из мягких диванов и уснуть под шум начинающегося дождя.

Джек, наверное, так бы и сделал. В конце концов, лучше спать, чем скучать. Но раздражение в душе королевского шута не давало ему расслабиться. Поэтому Джек просто сидел на голубом диване, закинув ногу на ногу, курил и не отводил взгляда от Тиа, которая играла печальную тягучую мелодию на большом инструменте с черными и белыми клавишами.

«Я чужой. В этом дворце, в этом городе, на этой планете. Вечный бродяга. И чему они радуются? – думал Джек, переводя взгляд со своей королевы на разряженных, раскрашенных, чересчур весёлых гостей – приближённых к богам смертных. – За право носить красивую одежду, есть вкусную пищу и пить лучшее вино, они готовы быть вечными рабами. И ради них Тиа жертвует собой! Лично я бы ради людей и ноги своей с одного места не сдвинул! Уроды! Все уроды!»

Джек сильнее затянулся трубкой. Густой едкий дым обжёг нёбо и горло. Джек задержал дыхание, а затем выпустил в воздух белое облачко. Какой-то степенный пожилой господин посмотрел выразительно на королевского шута. В ответ Джек только криво хмыкнул. «Ну, да пошёл ты, дед! Кто ты при дворе? Слуга первого ранга? А я шут королевы Атлантиды, единственный смертный, которому позволено присутствовать на заседаниях Великих. Я бог теней и имя мне призрак!» Похоже, ухмылка взбесила пожилого господина, и он предпочёл немедленно уйти подальше от бесцеремонного молодого человека.

А взгляд Джека, между тем, продолжал скучающе бродить по залу. «Ну и рожи! И это лучшие представители человеческого рода? Наверное, их выбирали по принципу, кто тупее, тот лучше. Сахар. Сахар. Много сахара. Ненавижу сладкое!» И тут королевский шут заметил девушку, примостившуюся в низеньком кресле с книгой в руках. Она читала, ни на кого не обращая внимания. Золотоволосая, с нежным овалом милого лица. Тонкие пальцы аккуратно перелистывали страницы. Казалось, девушке не было никакого дела до светской суеты и разговоров. Джек тут же вскочил с дивана и в три здоровенных шага приблизился к златовласке.

- Здравствуй, красавица! – улыбаясь во весь рот, в неуклюжем реверансе склонился шут. – Скучаете?

Девушка захлопнула книгу, посмотрела на Джека синими глазами и тоже заулыбалась.

- Скучаю, - просто ответила она.

- Давайте скучать вместе, - Джек тут же примостился рядом с девушкой, втиснувшись в кресло. Златовласка слегка покраснела.

- Я не умею скучать с кем-то. Только в одиночестве.

- А я научу вас, - Джек снял шляпу, отчего его вьющиеся чёрные кудри красивой волной упали на плечи, и посмотрел в глаза девушке пристально и нежно.

- Вы не представились, господин, - возразила девушка, не смея, однако, отвести от молодого человека взгляда.

- Джек, просто Джек.

- А вы слуга какого ранга?

- Высшего! - гордо выпалил шут.

- Высшего? – переспросила девушка. – Я такого не знаю. Такого не бывает.

- А у меня бывает, - подмигнул Джек. – Как ваше имя, красавица?

- Элейна, - ответила девушка.

- И почему же вы, Элейна, сидите в одиночестве, читаете, не веселитесь, не болтаете с подругами?

- Потому что у меня нет подруг, - грустно ответила девушка.

- Почему у вас нет подруг? Насколько я знаю, у приближенных к богам смертных много знакомых при королевских дворах.

- А я не совсем приближенная к богам смертная. Я, как и вы, высшего ранга, - рассмеялась Элейна.

- Вот как? – Джек сощурился и взял девушку за руку. – И что это значит?

- Это значит, что я дочь одного из лордов, - Элейна встала и, не оборачиваясь, стала уходить.

- Подождите, Элейна, - Джек растерянно вскочил следом. – Не уходите! Почему вы так быстро уходите?

- Мне пора, - Элейна остановилась, но не обернулась.

- Дочь какого лорда?

- Элронда, - ответила Элейна.

- Дочь смертной и правителя Ноэтлана? – Джек не верил своим ушам.

- Отцу не стоило брать меня с собой, - с горечью в голосе сказала Элейна. – Я не могу находиться в толпе.

- Не уходите, я хочу с вами говорить! – воскликнул шут и попытался схватить девушку за руку.

- Прощайте, Джек! – прошептала Элейна и растворилась среди гостей, подобно туману.

«Нет, Джек, ты не бог теней! Ты не призрак! Ты просто увалень!»