Глава 12

Путь до «дома» для меня вновь прошёл относительно спокойно, след рарша по видимому продолжал отпугивать большую часть живности. Возможно эти циклопические черви время от времени возвращаются там же, где проходили до этого и лишь гоблины, лишённые инстинкта самосохранения, рискуют к нему соваться. Ну и я, да. Чем больше тут нахожусь, тем больше мне кажется, что с моими мозгами творится что-то не то. С одной стороны процесс начался ещё на поверхности, в прошлой жизни я бы вряд ли охотно бегал в лес, где меня могут натурально сожрать. Но однако обстоятельства заставили, к тому же здесь у людей немного другое представление о допустимых рисках, нежели у землян двадцать первого века. Тех, кто живут в нормальных странах, я имею ввиду. Зулуса-то какого-нибудь лев в саванне небось и сейчас сожрать может, но негру норм, так жили его прадеды, так будут жить его правнуки. Вот и я приобрёл привычку помнить о том, что внезапно смертен. Как там в бусидо было, самурай всегда должен быть готов умереть? Впрочем не важно. Имеет значение лишь то, что мои мозги сначала подстроились под менталитет жителей поверхности, а теперь адаптировались и к мрачным подземельям. В которых со слов деда люди во время экспедиций даже срать по одному ходить боялись, один гадил, двое охраняли.

Безумен ли я? Вряд ли. Ну или как минимум не больше, чем любой другой нормальный житель этого мира, который не пашет землю или не сидит в уютной мастерской, а идёт путём воина-чародея. Раньше я считал, что разница между ними и мной в том, что чести с благородством в одном попаденце маловато. Потом выяснилось, что в местных её много только на словах, а на деле двуногие хорьки среди них обыденное и будничное явление. Даже если они при этом пафосно зовутся тиграми. Однако местный менталитет повлиял на меня и в ином. Я очень хочу справедливости. Ну или мести за Уфанну и каждый день, проведённый мной здесь. Затрудняюсь сказать что теперь является основной причиной, но мне уже по большому счёту плевать. Есть цель, нужно найти лишь путь и пройти по нему, не загнувшись в процессе. Наверно можно сказать, что прежний я умер, а здесь, среди теней, окончательно родилось нечто новое.

Внезапно мои мысли, как это часто бывает, когда я думаю о чём-то по настоящему важном, были прерваны. Для разнообразия не неправильностью в окружающем пейзаже, не лёгким шумом и даже не запахом очередного хищника, которого нужно убить и разделать на куски. В пещере рядом с уже почти ставшей мне родной огромной каверной потянуло дымом. А через пару минут по подземью и вовсе прокатился громоподобный рёв дракона. Да ну на… Опять эта огнедышащая тварь разбушевалась. В последний раз мой сосед так орал, когда сцепился с особо крупным спрутом, который умудрился цапнуть своим клювом его хвост. И то по моему децибелов было поменьше. Кого он интересно уделывает в этот раз?

Хмыкнув, я пошёл смотреть очередной спектакль, парочку из которых даже ради шутки зарисовал на пустых листках бумаги, доставшихся мне от дохлого Юлана. По понятным причинам развлечений у меня тут особо не было, но человеческому разуму всё же стоит иногда получать что-то вроде выходных. Так что после заготовки припасов для очередной экспедиции и после возвращения из внешних пещер, я устраивал себе парочку ленивых дней. Охотился лишь бы хватало на пожрать на ближайшее время, медитировал, тренировался в своё удовольствие и рисовал. Получалось в целом так себе, к тому же сами картины приходилось делать весьма миниатюрными, экономя невосполнимую бумагу, но думаю я более или менее приблизился к тому уровню, который у меня когда-то был в художке. Ну а может льщу себе и просто в местном паршивом освещении любая картина выглядит не так уж плохо… Плохо. Вот повышение температуры в тоннеле – это определённо плохо. А догорающие обрывки паутины – это вообще никуда, как и парочка запечённых трупиков каменных пауков.

Осторожно пройдя вперёд, я наконец вышел к зёву пещеры и увидел, что там творится. А творилась там лютая дичь. Мох горел, исторгая густой дым, что поднимался к потолку. Дракон яростно бился в оплетающей его паутине и пытался скинуть со своей шеи двух здоровенных, тяжелобронированных арахнидов. Но те прочно вцепились в чужую плоть жвалами и серповидными когтями, похоже не давая летающему крокодилу повернуть башку в сторону двух высоких, но более изящных жуков, которые кажется руководили и тяжёлыми пехотинцами и их обычными собратьями, что сейчас накидывали на живой огнемёт всё больше паутины, которую тот рвал лапами, крыльями и хвостом.

Перестав заворачивать башку в сторону «высоких», дракон мотнул ей далеко вправо и исторг столб огня. Пламя сожгло влажный мох, часть паутины, прикрепившейся к камням и нескольких малых пауков. Так же своим рывком термоядерный тираннозавр оторвал от земли двух «тяжёлых», но едва он вновь начал поворачивать башку к их изящным сородичам, как те начали делать какие-то быстрые пасы верхними лапами. Вторя их движениям, уцелевшая на полу огромной каверны паутина буквально выстрелила вверх и пригнула драконью шею обратно к земле вместе с её живым грузом. Выжившие же обычные арахниды стали восстанавливать сгоревшую паутину, не давая чешуйчатому негру вырваться целиком. Похоже плохи его дела.

Да и мои не сильно лучше. Каменные пауки – это лютый и полнейший абзац. Они сюда не на пять минут пришли чисто грохнуть этого птеродактиля-переростка, а потом пойти домой. Как минимум они его разделают и потащат в своё гнездо, заодно обследовав пещеру на предмет кого бы ещё сожрать. Но скорее решат заселиться сюда, место-то с какой стороны не посмотри хорошее. Можно даже при желании дракона спеленать в кокон и загнать в него личинку, получив в итоге особо эпическую мать улья, или как это у них происходит, образовав новую сильную колонию. Но в любом случае диагноз однозначен, мне здесь жизни не будет. Или будет такая, что лучше бы сразу сдох. Надо валить… Только куда?

У меня за спиной пещеры, которые ведут либо к тупикам, либо в ещё более глубокое подземье. Есть длинная каверна с рекой, но там хищник на хищнике сидит и хищником погоняет. Совал туда нос, мне не понравилось. Есть ещё пещера дохлого дуэта, но туда захаживают гоблины, а ещё там живёт огромная многоногая тварь с кучей щупалец на спине и зубастой пастью. По уровню опасности она наверно послабее дракона, но на шум припёрлась подозрительно быстро, так что организовывать в той каверне оперативную базу такая себе идея. Скорее уж меня прооперируют по самый гланды. А потому я стоял в пещере, смотрел на борьбу дракона с путами и усиленно думал над извечным вопросом в формулировке «Что делать, млять?!»

В эту секунду наши с летающим огнемётом взгляды встретились и спустя мгновение в моей голове прозвучал повелительный голос:

-Убей ара'неев, смертный!

-Запросто! Может тебе их ещё с грибочками пожарить?! – со злобой мысленно отозвался я, неосознанно пошевелив губами, будто и правда говорю. Было в словах ящера что-то такое, побуждающее подчиняться. И это меня взбесило.

-Не время для шуток, глупец! – пришёл ответ – Одолев меня, они пойдут и по твоему следу. На подгорных тропах жителю поверхности от них не уйти.

-Ага, прям всё бросят и побегут, теряя тапки – мотнул я головой, окончательно избавляясь от внушения, после чего достал из свитка кусок ткани своей старой одежды и повязал на лицо. Пока сюда шёл, запах дыма был вполне терпим, а теперь он всё едрёней и стало даже как-то некомфортно дышать.

Дракон опять дёрнул шеей, сумев расшатать путы и дыхнул огнём, но в этот раз сжёг заметно меньше паутины, зажарив лишь одного паука, после чего прорычал в моей голове:

-Чего ты хочешь, мелкая блоха? Моего золота?!

-Да плевал я на богатства – от раздражения мои зубы сами собой сжались. В чём-то чешуйчатый негр был прав, идти мне особо отсюда некуда и его победа над пауками мне ох как выгодна. Особенно если он мне будет должен – Я помогу тебе, ты поможешь мне. Но не жди, что я перебью всех этих ёб%ных тварей.

-Подобного подвига от столь слабого существа я и не ждал – от дёргающегося в путах дракона донеслась насмешка – Доберись до тех двух ара'наев у стены, без их магии путы меня не удержат. Поможешь мне вернуть свободу и сможешь рассчитывать на мою помощь и мудрость.

-Повежливее, о мудрый дракон, это слабое существо сейчас спасает твою шкуру, рискуя своей – мысленно оскалился я, спустившись вниз и заходя в тыл врагам, которые оказались слишком сосредоточены на своём противнике. Видимо раньше у них была свита, да и в самой пещере пара часовых, но похоже в бой они бросили уже все резервы – Когда я дам команду – зажмурь глаза.

-Что ты задумал? – теперь к злобе дракона явственно примешивалась боль. Здоровяки весьма усердно терзали его шею.

-Вернуться домой, отомстить и устроить здесь небольшое светопреставление – нагло отозвался я, доставая из пространственного кармана свои поделки на мотивы световых гранат. Впрочем адекватность кажется меня покинула ещё в тот момент, когда я решил хоть краешком пободаться с теми, кто практически завалил дракона. Кто не рискует, тот не пьёт шампанского, а смерть легче пуха, как говаривал один мудила – Оно будет ярким. Пока проморгаются, авось успеешь освободиться и зажарить их в собственном соку.

-Быстрее, смертный! – в голове раздалось рычание – Такими темпами к тому времени, когда ты разродишься, я умру не от когтей врагов, а от старости.

-Нашёлся тут критик чужих методов. Я художник, я так вижу – болтать и в то же время подбираться к противнику было чертовски странно, но нужная позиция уже почти была достигнута. А сколько-нибудь адекватных собеседников не было очень давно – Так, слушай сюда внематочно. На счёт три жмуришься, а потом вырываешься. Я попробую этих двух, пока не вернут себе зрение, прибить, но тут без гарантий. Может и наоборот получится. Если думал помолиться своим драконьим богам, то сейчас самое время.

-О Небо, зачем ты дало людям столь куцый ум? Давай уже, идиот! – ввинтился в мою голову рык.

-Ну и славно – ответил я, примериваясь к броску – Раз. Два. Три! Да будет свет!

Двенадцать небольших каменных пластин веером полетели в воздух. Я зажмурился и на всякий случай закрыл глаза рукой. В пещере хватало огня, повлиявшего на светоощущение глаз, но зачаровывал я свои ловушки на непрошенных гостей от души, так что лучше было перестраховаться, чтобы не попасть под свою же атаку. Через мгновение в пещере раздался визг пауков и рычание дракона, сопровождённое мысленным посылом:

-Разрази тебя гром, человек!

-Где ж ты под землёй молнии с громом встречал?! – огрызнулся я, бросаясь в атаку. Так себе у меня складывается общение с первым собеседником за многие месяцы, но либо победа всё спишет, либо я буду слишком мёртвым, чтобы о чём-то переживать.

Многоногие твари были дезориентированы яркими вспышками, но однако по всем признакам не потеряли самообладания, встав спина к спине. Я взял короткий разбег и прыгнул к тому, что стоял удобнее, занося кусаригаму для удара. То ли по звуку, то ли из-за сверхъестественного чутья, меня почувствовали. Один из пауков сложил верхние конечности странным образом и под моими ногами пролетела сеть из паутины, соткавшаяся из ничего. Второй арахнид не стал применять магию, взмахнув лапами, когти одной из них разорвали мне левое плечо, но правой рукой я таки вогнал косу в его прочный череп, чтобы убить наверняка. Тварь забилась в судорогах, скинув меня с себя и нанеся ещё несколько ран, но главное я услышал сухой металлический щелчок. Одним из боковых ударов этот урод сломал лезвие моего оружия почти у основания. В раках осталось лишь палка и почти бесполезная против подобного противника цепь.

Я отлетел на землю и превозмогая боль вскочил на ноги, слыша за спиной драконий рёв. Надеюсь нигер с самых глубин местного гетто справляется, потому что иначе мне точно кабздец. Впрочем возможно я сдохну раньше, чем он победит или проиграет, потому что приятель продырявленного мной арахнида явно вознамерился отомстить. Ну или просто не хочет применять свою магию на драконьих путах, пока я жив и могу испортить ему обедню. Он по видимому уже восстановил зрение, бросившись на меня и щеря мандибулы.

Я отпрыгнул в сторону, выхватив из-за пояса нож, раз уж кусаригама пала смертью храбрых. Не убью, так хоть раню, зайдя с боку. Только вот кто бы меня куда-то отпустил?! Прямолинейная атака хитинового мага оказалась уловкой, во время моего прыжка он метнул новую сеть, спеленавшую мои ноги почти до пояса. При приземлении устоять на них не удалось, я грохнулся плашмя и тут же был схвачен одной лапой за горло, а второй за руку с ножом. Коротко глянув на меня своими многочисленными глазами, паук занёс ближайшую нижнюю конечность и острый коготь на её конце полетел мне в живот.

Время для меня будто замедлилось. Я бил свободной рукой по лапе, сжимающей моё горло, выпускал доступные мне магические заряды в страхолюдную харю, пытался оттолкнуться от чужой головогруди ногами, чтобы вырваться из хватки и чувствовал, как коготь нижней конечности в отсветах драконьего пламени пробивает сначала моё потрёпанное трофейное кимоно, затем кожу, а после них мышцы на против печени. Попытки отбиться, оттолкнуться, извернуться или хоть как-то избежать смертельного ранения ни к чему не приводили… пока я вдруг не отлетел спиной вперёд, видя, что лапа врага разрывает какого-то чёрного призрака с нечёткими очертаниями.

Сказать что я удивился в этот момент, это всё равно что обозвать гору песчинкой. Но как бы не больше эмоций у меня вызвало то, что я приземлился на ноги, а сеть паутины осталась на моём двойнике, будто сотканном из теней. Ситуация сбила с толку и арахнида, но это не помешало ему разорвать непонятное образование и вновь атаковать. Нож из моей руки выпал, но за поясом оставались драконьи когти, которые я выхватил, отпрыгивая в сторону и чувствуя боль, которую кажется испытала моя копия, когда её проткнули насквозь.

Арахнид использовал тот же приём с сетью, но наученный горьким опытом, я подпрыгнул выше, спасая ноги. И опять оказался в западне из-за второй сети, которую эта тварь создала до того, как я приземлился. На этот раз рассусоливать враг не стал и тут же пригвоздил мой живот к полу пещеры. Я заорал от боли и начал молотить драконьими когтями по чужой лапе. Острая внутренняя кромка резала ладони, но это было пожалуй последним, что меня волновало в данный момент. Потерявши голову по волосам не плачут. Паук к слезам был тоже не склонен и поднял вторую лапу, видимо чтобы пробить мне башку и наконец всё закончить. Однако в какой-то момент конечность, пробившая мне живот, вдруг надломилась. Острый коготь хитинового дамоклова меча ударил рядом с головой, оцарапав ухо, но вот целый кусок второй лапы приземлился на мой многострадальный живот. Это было больно, орал я наверно не тише, чем дракон ревёт.

Зато стык брюшка и головогруди оказался ко мне достаточно близко, чтобы когти когда-то погибшего ящера пробили тонкий хитин в уязвимом месте и разодрали крупные сосуды. Тварь заверещала от боли, слезая с меня на трёх лапах, но не тут-то было. Ранеными руками я вцепился в драконьи царапки, как утопающий в соломинку, так что паук протащил меня за собой с десяток человеческих шагов, прежде чем всё таки сбить верхними конечностями, разодрав мои руки в мясо. Место, куда я его ударил, по видимому было слишком уж чувствительным, так что вместо повторной атаки он залепил рану паутиной, развернулся и дал дёру. Правда до ближайшей пещеры не добежал, натурально испарившись в пламени дракона.

Я же повернул голову вбок, лежа на спине и увидел, как огромный ящер добивает последних пауков. Победил… Это он молодец. И я победил. Главное теперь не сдохнуть. Сцепив зубы, я схватился непослушными руками за чужую лапу в своём животе и с диким криком вырвал её из раны. А потом, почти теряя сознание от болевого шока, нащупал на поясе трофейные пузырьки с зельями. Вытянув пробку зубами, потому что пальцы почти не слушались, я влил в себя первый бутылёк. А потом повторил процедуру со вторым, видя уже не столько пещеру, сколько круги перед глазами. От такого количества целебной микстуры будет передозировка, но небольшая, от такой не умирают. А на развороченный живот с бонусом в виде всех остальных ран, одного флакона точно не хватит. Тут уж лучше попытаться выкарабкаться хотя бы так, чем гарантированно отъехать обратно на тот свет.

Жаль только со всей этой кутерьмой сознание меня окончательно покидало. Хотелось бы всё таки сохранить ясность мысли и, чем чёрт не шутит, возможно сложить своё предсмертное хокку. Его, понятное дело, никто не услышит, но здесь важен сам факт. Ну или хоть у появившейся надо мной морды дракона узнать, почему у неё такие большие глаза.