Том 10 Глава 2439 Рай и ад

Мир пылал.

Тьма ночи была повержена, вытесненная ослепительным белым сиянием раскалённого света. Обломки камней горели... и воды огромного озера тоже пылали. Перегретые частицы пыли заполняли воздух, превращая разрушенные руины в невыносимый ад.

Сам воздух казался охваченным огнём; небо было залито испепеляющим светом, обращающим всё под его безжалостными просторами в золу и пепел.

Безбрежный океан пламени ревел, и его рёв, сливаясь воедино, произносил слова...

Разрушение. Гибель. Уничтожение.

В то же время мир был ледяным и застывшим, лишённым всякого тепла.

Огромное озеро покрылось толстым льдом. Иней и изморозь украшали руины, оставляя жуткие узоры на каменных обломках. Сами камни стали хрупкими, готовыми рассыпаться от малейшего прикосновения. Мельчайшие кристаллики льда медленно парили в холодном воздухе, мерцая в бледном свете расколотой луны.

Глубокая, мёртвая тишина окутывала руины колоссального замка... места, полностью лишённого тепла и жизни, где сама идея существования казалась странной и отвратительной.

...Мир был расколот на две части столкновением Верховного Титана и Отрекающегося Демона, его неровные половины боролись за господство.

Нефис влила свою неукротимую Волю в пламя, поджигая мир. Выпущенный ею сияющий ад был столь ужасен, что сама ткань реальности воспламенилась, и всё вокруг горело — даже то, что никогда не должно было гореть.

В то же время Отречение отвергало пламя. Ужасная мерзость отказывалась гореть, тем самым отрицая само понятие тепла и превращая мир в ледяной ад.

Из разрушительного столкновения их Воли родились два противоположных мира, оба существовали бок о бок как возможности — ни реализованные, ни полностью отменённые, а потому подвешенные в состоянии неопределённого противостояния.

Пока Нефис и Отречение сражались, сталкивая свои Воли, то один, то другой мир на краткий миг обретал форму, становясь реальностью. Отрекающийся Демон должен был быть сожжён дотла — но спустя мгновение пламя, пожиравшее его отвратительное тело, погасло, и Нефис внезапно обнаружила, что её душит невыносимый холод.

'Этот... мерзкий... ублюдок...'

Нефис задыхалась под давлением борьбы с непостижимой Волей падшего божества и его властью... от его коварного владения концепцией отказа, которая угрожала отвергнуть само её существование, не говоря уже о её способности нанести Отрекающемуся Демону вред.

В то же время ей приходилось бороться с самой мерзостью.

Ужасный лес скелетных конечностей сеял хаос в руинах, проявляя такую яростную мощь, что бесчисленные тонны каменных обломков с каждым мгновением превращались в мелкую пыль.

Нефис уже отрубила десятки рук Отречения — сотканное из света лезвие легко рассекало плоть и кости Отрекающегося Демона, поджигая кровоточащие обрубки. Но отвратительная мерзость была слишком могущественной и огромной, а её способность изменять абсолютные законы в свою пользу — слишком тиранической. Поэтому и она не вышла невредимой из их яростной схватки.

Каждый раз, когда Нефис удавалось нанести удар, руки Отречения разрывали её огненную форму. Длинные пальцы мерзости чернели, когти трескались, едва касаясь белого пламени... но каждый раз из Нефис высасывалось немного тепла, делая её пламя чуть более слабым, чуть менее яростным.

С каждым ударом её притязания на существование становились немного слабее.

Но происходило и нечто гораздо более ужасающее...

К душе Нефис были подключены миллиарды маленьких огоньков, связанных с ней узами тоски. Они были словно якоря, привязывающие её к миру и укрепляющие её существование... они были субъектами её Домена.

С каждым полученным ею ударом это пламя, казалось, тоже становилось немного слабее.

Именно тогда Нефис осознала, что чувствует то, чего не чувствовала уже очень и очень давно...

Она чувствовала страх.

В начале битвы с Отречением она смотрела на него с насмешкой, уверенная, что ужасающий изверг не сможет свести на нет её существование — ведь для этого пришлось бы свести на нет и существование всего человечества вместе с ней.

Но сейчас...

Отрекающийся Демон делал именно это.

Миллиарды людей были связаны с Нефис и её Доменом Тоски, наделяя её огромной силой и почти неисчерпаемым океаном духовной эссенции. Но эта связь была обоюдоострым мечом.

Поскольку Нефис была связана с человечеством, особенно коварный враг мог проникнуть через неё в тёмную пустоту и проследить за лучами прекрасного звёздного света до их источника. К людям, которые были вдохновлены ею и которых она должна была защищать.

Отречение... был одним из таких врагов.

Этот Отрекающийся Демон был древним, могущественным и ужасающим. Он парил в бескрайних небесах как один из Духов царства Бога Солнца, а затем пал в мерзкие глубины Порчи. Он выжил в Погибельной Войне, пережил Владыку Света и провёл тысячи лет, скрываясь от безжалостного света осиротевших небес в знойной тьме Божьей Могилы.

И вот теперь он оказался здесь, в сокрытых останках Истинного Бастиона. Вырвавшись из раскалённой бездны, что держала его в плену, он теперь свободен распространять своё ужасающее влияние по своему усмотрению.

На его пути стояло лишь одно препятствие...

А вернее, два.

Меняющая Звезда и Повелитель Теней.

И лишь одна из них оказалась здесь, чтобы противостоять Проклятому Демону.

Нефис окунулась в агонию своего Недостатка, позволяя ему очистить свой разум и закалить решимость. Она собрала своё пламя... она и была пламенем.

Её душа содержала Огонь.

«Я должна покончить с ним».

В этой битве воли она должна была желать уничтожить Проклятого Демона здесь и сейчас, желать его конца так яростно, чтобы её жгучее стремление нельзя было отрицать.

Поэтому...

Нефис заглянула в глубины своего сердца, вспоминая все причины, по которым она хотела убить врага, и все причины, по которым она не хотела быть убитой им.

Чтобы остаться единственной победительницей.

И тогда она произнесла Имя, которое не могла призвать раньше.

Она призвала Имя Страсти.