Том 10 Глава 2440 Знание Страсти

Призыв Имени Страсти оказался куда более сложной задачей, чем любое другое Имя, которое Нефис вызывала ранее.

Возможно, потому, что, в отличие от остальных Имён, источником этого Имени была она сама.

Её собственная тоска, её собственное вожделение, её собственная страсть… она должна была познать их, гореть ими, открыто признать, без всякого притворства и лжи. Затем она должна была вложить их в Имя и направить это Имя своей душой.

Формируя мир в соответствии с мелодией своего сердца и заставляя их резонировать друг с другом.

Сам по себе этот акт был чрезвычайно труден… в конце концов, какой человек может быть полностью честен с самим собой? Полностью честен в отношении себя? Кто не боится показать себя и выложить всю правду о себе на всеобщее обозрение?

На собственное обозрение?

Первый шаг был труден, но второй — изнурителен. Призвать Имя Страсти означало извлечь его из себя, а направить его в нужное русло — значит нагрузить душу и силу воли Нефис сильнее, чем когда-либо прежде, когда она занималась Формированием.

Но она выдержала.

Она выдержала жестокий, честный момент самоанализа, когда на всеобщее обозрение были выставлены её эгоизм и слабость, и она выдержала напряжение от направления Имени Страсти.

Она призвала его.

Наконец-то ей это удалось!

И когда она это сделала…

С её глаз будто сняли повязку.

Нефис слышала, как Заклятие шепчет ей на ухо, но ей не нужно было слушать его отвратительный голос, чтобы понять, что она овладела ещё одной ветвью своего Аспектного Наследия, Памятью Света.

Она овладела Знанием Страсти.

Как и в случае со Знанием Огня и Знанием Разрушения, она могла наслаждаться плодами своего труда — поток информации хлынул в её разум, словно сорванная печать, завершая и дополняя то, что она уже интуитивно понимала.

Глубинное понимание множества вопросов, инстинктивное постижение тонких секретов и замысловатых техник, коллекция Имён, связанных со страстью и желанием…

Словно она всю жизнь стремилась изучить и постичь что-то в теории, одновременно применяя это богатство знаний на практике — и теперь получала плоды этого жизненного опыта без самих воспоминаний.

Но в данный момент это было неважно. Нефис сможет оценить и закрепить благо освоения очередной ветви Аспектного Наследия позже… сейчас же она всё ещё приходила в себя от того, что призвала Имя Страсти.

Направление этого Имени словно подливало масла в огонь её и без того неистового желания. Воспламенившись от призыва Страсти, её желание разгорелось с ещё большей силой, подкреплённое её колдовством.

Желание, в свою очередь, усиливало и подстёгивало её Волю, делая её намного мощнее.

Это было похоже на всеобъемлющее усиление её огненного духа… на обман, на самоисполняющееся пророчество. Это было похоже на то, чем она всегда должна была обладать, но до сих пор ей отказывали. Краеугольный камень всего её Аспекта или, может быть, недостающая часть, которая мешала ей сделать следующий шаг.

Нефис вдруг почувствовала себя невероятно живой.

Даже ужасная агония её Недостатка на мгновение показалась менее мучительной. Боль была всё той же… но страдания, приносимые ей, казались не такими бессмысленными, а потому более терпимыми.

Безусловная, бескомпромиссная, пылающая страстью…

Её Воля расцвела безудержным жаром, и этого оказалось достаточно, чтобы выйти из тупика между её властью и властью Проклятого Демона.

Мир, разорванный надвое, наконец-то вновь стал целым.

Холодный ад, созданный Отречением, был побеждён, а пылающий ад очищающего пламени воплотился в реальность, заняв своё законное место в мире.

И тогда…

Как и обещала Нефис…

Отречение сгорело.

[…Вы уничтожили Отречение].

Приняв человеческий облик, Нефис упала на колени и ахнула, хватаясь за грудь. Она пыталась набрать воздуха в обожжённые лёгкие, но вдыхать было нечего — всё сгорело, превратив руины Истинного Бастиона в раскалённую, удушливую пустыню.

Разрушенного замка больше не было, он превратился в огромную равнину раскалённого до бела шлака. Озеро тоже исчезло, его тёмные воды стали облаками перегретой плазмы. Остатки города, скрывавшегося под озером, и кости его бывших жителей обратились в пепел.

'Ааргх…'

Нефис попыталась застонать, но без воздуха её голос не прозвучал.

Она закрыла рот и стиснула зубы, молча терпя боль.

Даже после того, как она одолела Волю Проклятого Демона, призвав Имя Страсти, их битва продолжалась ещё долгое время. Она нанесла коварному Кошмарному Существу множество тяжёлых ран и сама получила несколько в ответ.

Её тело было безупречным и первозданным, но душа была в полном беспорядке.

Она также сожгла свои ядра души, повредив несколько из них почти до точки поломки.

Но поскольку она была полукровкой, рождённой в двух мирах и не принадлежащей ни к одному из них, она могла поглощать фрагменты души Кошмарных Существ, убитых её пламенем, так же, как и фрагменты души людей. Отречение был Проклятым Демоном, причём древним… так что её ядра сейчас восстанавливались, получив щедрое вливание фрагментов души после смерти мерзости.

'…Всего лишь Отречение, да?'

Казалось, Заклятие не считало нужным даже упоминать ранг и класс Проклятых Кошмарных Существ, объявляя об их гибели.

В этом был смысл. В конце концов, в мире было… было лишь одно Отречение. Оно было единственным в своем роде, так что никто не мог спутать его с другим ужасом, носящим такое же имя.

Нефис осмотрелась, утопая в жаре сияющего ада, который она сама же и создала.

Истинному Бастиону потребуется очень много времени, чтобы остыть…

И у нее больше не было причин оставаться здесь. Напротив, было множество причин как можно скорее покинуть это место.

Несмотря на то, что она больше не использовала Имя Страсти, она все еще чувствовала его последствия. Обычно после такого злоупотребления своим Аспектом она теряла все чувства и эмоции… но сегодня Нефис была переполнена ими.

Она хотела вернуться в иллюзорный Бастион. Она хотела насладиться вкусной едой, утолить жажду ароматным вином, успокоить усталое тело прохладной лаской воды и погрузиться в ее объятия…

Она хотела встретиться с Санни.

Она жаждала его с такой силой, что это ее немного пугало.

«Время идти…»

Затаив дыхание — у нее не было другого выбора — Нефис встала и в последний раз огляделась.

Труп Отречения превратился в пепел. Не осталось ни единого осколка души, ведь она уже поглотила фрагменты души. Она стояла у одной из глубоких трещин, образовавшихся в горе во время осады Бастиона… темная и, казалось, бездонная, она вела далеко вниз.

Ей больше здесь нечего было делать.

Нефис повернулась, намереваясь уйти…

Но тут у нее под ногами что-то заскрежетало.

Нахмурившись, она наклонилась и подняла маленький осколок разбитого стекла, лежавший на краю трещины, — единственную холодную вещь в раскаленном горниле уничтоженных руин.

Осколок стекла почернел от копоти, но когда она поскребла его ногтем, на нее взглянул огненно-белый глаз.

Это было отражение ее собственного глаза, в глубине которого плясало белое пламя.

«Зеркало?»

Нефис бросила последний взгляд в темную трещину, и ее хмурый взгляд стал еще глубже.

Затем она выбросила осколок разбитого зеркала и развернулась.

Ей пора было уходить.

Рэйвенхарт ждал…