Том 14 Глава 351 Допрос

Я сидела в кресле прямо посреди кабинетаСильвестра. Я почувствовала, как по моей спине покатился холодный пот, когда я перевелавзгляд с Сильвестра на Фердинанда, а затем на Карстедта.

Ух, почему у всех такие злые, страшные лица?

-   Освободите комнату,     -     приказал Сильвестр.     –    Толькомы трое должны слышать объяснение Розмайн.

-   Лорд Сильвестр, вам не нужно, чтобы кто-нибудь объяснил, что произошло,пока она была без сознания?      -     спросила Рихарда.

-   Не вмешивайся, Рихарда. Мы можем узнать подробности позже, если они нам понадобятся,     -     ответил Сильвестр,нахмурив брови так же сильно, как обычно делал Фердинанд.

Все мои вассалы повиновались, бросая на меня встревоженные взгляды.

Нееет! Не оставляйте меня здесь на смерть!

Когда я услышала,как за ними захлопнулась дверь, мне захотелось разрыдаться. Это было похоже на одно из тех мерзких интервью, где работодатель пытаетсяотсеять слабых, эмоционально ломая их. Я огляделась в поисках выхода,но Фердинанд покачалголовой.

-   У нас нет другого выбора.Ты говорила с принцем вне присутствия своих вассалов, и поэтому мы можем заключить, что королевская семья предпочла бы, чтобы они не знали, о чем вы говорили.Мы хотим максимально уважить это решение.

-   Другими словами, вы хотите, чтобы я рассказалавам абсолютно все, о чем говорила с принцем Анастасием…?

-   Да,      -      сказал Сильвестр.     -     Нам нужно знать все мелочи разговора, если мы хотим верно спланировать следующие шаги Эренфеста.

Так он сказал, но мне было не слишком приятно раскрывать им любовную жизнь Анастасия после того, как он набрался смелости рассказать мне об этом. Кроме того, кто знает, что он со мной сделает, если узнает об этом?

-   То, что мы обсуждали, было сугубо личным, и я не думаю, что принц Анастасий был бы благодарен, если бы я кому-нибудь об этом рассказала,      -     сообщила я.

-     Не было бы необходимости в подобном разговоре, если бы ты была обычнойаристократкой, но ты всегда творишь что-то полностью неожиданное. Ты должна рассказатьнам все до мельчайшей подробности. Ничего не скрывай от нас, иначе ты так и будешь в будущем продолжать делать те же самые ошибки,     -     ответил Фердинанд.

И он, честно говоря, был прав    -   мне определенно понадобятся пояснения о том, как действовать дальше. Весьма вероятно,что я совершала какие-то ненормальные поступки, сама того не сознавая.

Я кивнула, и Сильвестр занял свое место. Карстедт встал у него за спиной, а Фердинандсел в кресло, на котором обычно сидели чиновники и принялся постукивать пальцами по столу.

-   А теперь объясни,как у тебя сложились такие близкие отношенияс членами королевской семьи, несмотря на то, что ты провелас ними всего пол семестра?     -     спросил Фердинанд.     -     Учитывая, что принц Анастасийотослал прочь твоих вассалов, вы, должно быть, обсуждали что-тоочень личное.

-   Подожди, что? Близкие отношения...?

Я была настолько ошеломленауслышанным, что не могла не повторить эти слова. Мы были совсем не близки - я ведь обещала никогда не приближаться к нему по своему желанию,то есть я говорила с ним только потому, что он вызывалменя к себе, и наши разговоры были сосредоточены исключительно на Эглантине.

- Я всего лишь жертва обстоятельств. Я не могла пренебречь приказомот члена королевской семьи, поэтому у меня не было никакой власти над тем, что произошло.

-   Хммм?     -     протянулСильвестр, свирепо и недоверчиво глядя на меня, несмотря на то, что мой ответ был абсолютночестным и серьезным.

Извините, но факты есть факты.

Фердинанд начал листатьписьма, сложенные на столе, явно недовольный моим ответом.

-  Когда ты впервые встретилась с принцем?    -     он спросил.     -     В наших отчетах говорится, что это было во время обучения кружению веры, но если тебе помнится по другому, расскажи нам.

-   Гм... Я думаю, можно сказать,что впервые мы встретились, когда я приветствовала его на собраниипосле поступления. Он пожаловался мне, сказав, что я совсем не похожа на тот образ, которыйсложился у него из слухов...

Я продолжила подробно пересказывать остальную часть нашего разговора, что заставило всех троих моих опекунов одновременно закачать головами. Сильвестрдаже застонал, потирая виски.

-   Розмайн, мне об этом никто ничего не рассказывал. Ты действительно затеяла спор с членом королевской семьи?

-   Хм...? Я просто немного разозлилась, потому что он продолжал высказывать недовольство моей непохожестью. Я не затеваласпор или что-то в этом роде,      -      ответила я, оглядывая комнату.

Именно тогда Фердинандодарил меня улыбкой,от которой у меня по спине пробежалхолодок.

-   В твоих словах было совершенноизлишнее количество иронии и сарказма.При мысли, что ты в таком стиле разговаривала с принцем, у меня начинаетболеть сердце,     -     сказал он.

Я судорожно вздохнула, на что Карстедттоже вздохнул и покачал головой.

-   Принц, должно быть,был просто ошеломлен, что кто-топосмел так говорить с ним во время их первой встречи.

Упс... Похоже,я совершила ошибкув самом начале.

-   О, наконец-то я все поняла. Вот почему принц Анастасийвел себя так злобно во время обучениякружению. Ведь при первой же встрече с ним я проявила открытуювраждебность.

-   Расскажи нам мельчайшиеподробности. То, что ты рассказываешь, сильно отличается от того, что было в присланных отчетах,     -     сказал Фердинанд, нетерпеливо постукиваяпальцами по буквам упомянутых отчетов.

Я объяснила ему, что произошлово время обучениякружения веры: Анастасийобвинил меня в заговоре с целью сблизитьсяс ним, подтолкнув к ответу, что с этого момента я постараюсьизбегать его.

Сильвестр свирепо посмотрел на меня, потом принялся растиратьсвои брови.

-   Я начинаю сочувствовать принцу,     -     сказал он.    -     Он понятия не имел, в какую беду попал. Ты, должнобыть, самый диковинный человек, которого он когда-либо встречалв своей жизни, Розмайн.

Уж от кого я не хочу подобного слышать,так это от тебя, Сильвестр.

-    Я думала, что это эффективный способ избежать неприятностей    -   способ сообщить тем, кто придет после принца Анастасия,что я им не соперник.

-   Ты приняла верное решение, посколькуслабое герцогство вроде Эренфеста, вмешивающееся в королевские дела, не получитот этого ничего, кроме проблем,но, как всегда, твои методы ужасны. Постарайся выражаться в будущем более дипломатично,     -       сказал Сильвестр.

Приемный отец добавил, что весной мне придется пройтидополнительный курс по общениюс аристократами. Одна только мысль о нем подействовала на меня угнетающе.

-   И все же, как твой немыслимооткровенный отказ привелк тому, что он стал больше с тобой общаться?

-   Как я уже сказала, это просто случайность. В следующий раз мы встретились на чаепитии с преподавателями музыки. Леди Эглантинабыла там, и принц Анастасийсопровождал её.

Естественно, когда они попросили у меня разрешения пригласить и принца, я не смогла отказать.

Сильвестр кивнул, положив руку на живот.

-  Да, это было правильноерешение.

Я стала объяснять, как Анастасий приказалмне сочинить песню, а потом отверг её с очень высокомернымвидом. Затем он выбежал из комнаты, заставив Эглантину броситься за ним.

-   Да, и профессора рассказывали мне о ваших студенческих годах в Королевской академии, Сильвестр. Похоже, принц Анастасийведет себя так же, как и вы, когда тосковалипо Флоренции.

-   Забудь все, что они тебе рассказали!     -    воскликнул Сильвестр, теперь уже по другой причинебаюкая свою голову.

Я покачала головой из стороны в сторону. Мои вассалы присутствовали на том чаепитии,а значит, даже Рихарда слышалаэту историю.

-  О забвениине может быть и речи, но я могу, по крайней мере, сохранить это в тайне от Вильфридаи Шарлотты.

-   Все в Эренфестестарше определенного возрастазнают историю Сильвестра, но это ценная информация о принце. Его сердце отдано девушке из Классенберга, а?     -     спросил меня Фердинандс блеском в его светло-золотистых глазах.

Похоже, что мои опекуны ничего не знали об этом, несмотря на то, что это было общеизвестно в Королевской академии,поэтому я могла понять, почему сбор сведений оказался таким важным делом. Я рассказалаим все, что знала, в том числе и то, что слышала от преподавателей музыки.

-   Значит, это ценная информация?      –     переспросила я.    -    Леди Эглантина  -  дочь покойноготретьего принца, погибшегов гражданской войне, и она стала тем, кем стала сейчас, после того как её удочерил дед, прежний Ауб Классенберг.

Сильвестр, Фердинанди Карстедт глубоковздохнули, широко раскрывглаза.

-   Её дед сказал принцам, что леди Эглантинахочет вернуться в королевскую семью,     -        продолжила я,     -     и поэтому и первый, и второй принц добиваются её руки. Похоже, что тот, кого она выберет, получит огромное преимущество, когда дело дойдет до престолонаследия.

-   Розмайн, ты слишком глубоко увязла во всем этом... Я полагаю, что это сведения,которые знают только дворяне, очень близкие к королевской семье. Сильвестр, выбирай теперь, на чьей ты стороне. Нынешнееучастие Розмайн во всем этом означает, что мы будем вовлечены в дела королевской семьи, нравится нам это или нет,      -     сказал Фердинанд.

Сильвестр мгновенно принял суровое выражение,заставив мои плечи поникнуть. Эренфестуудалось избежать потрясенийи разрухи во время предыдущейгражданской войны именно потому, что он оставалсянейтральным. Но теперь, из-за того, что я оказалась слишком близко к Анастасию, было очень вероятно,что мы окажемся вовлечены в подобные инцидентыв будущем.

Что, если наше герцогствопострадает или даже будет уничтожено из-за меня…

-   Розмайн, мы еще не слышали о твоем вызове на аудиенцию от принца. Ты снова встретилась с ним после этого чаепития,верно?      -     спросил Сильвестр.

-   Чтобы объяснить случившееся, я должна начать со Шварца и Вайса...

-   Ты имеешь в виду, когда ты стала их хозяйкой,регистрируясь в библиотеке? Мы получили отчеты об этом, но мы не смогли из них ничего понять,      -     сказал Сильвестр.

Я кивнула и пустиласьв очередное объяснение.

-   Вильфрид сказал мне, что я не смогу записаться в библиотеку, пока все первокурсники не сдадут свои письменные экзамены,поэтому я заставилаих учиться изо всех сил. Я была так рада, когда они все сдали экзамены, что полностью потерялаконтроль над своими эмоциями, и так как я все еще не привыкла контролировать свою ману после юрэ́вэ, мои благодарственные молитвы в конечном итоге стали благословением, которое пробудило Шварца и Вайса.

-   Именно этого я и ожидал...Хотя у них наверняка уже был назначенный хозяин. Ты обрела над ними власть только из–за объема использованной маны?      -      спросилФердинанд.

Именно тогда я поняла, что очень немногие люди знали о произошедшем в библиотеке. Те, кто окончилакадемию в прошлом и был знаком со старой Королевской академией, воспринимали то, что Шварц и Вайс могли передвигаться, как данность, в то время как большинство нынешних студентов даже не знали об их существовании.

Я объяснила Фердинанду, что гражданская война в Суверении сильно уменьшилаколичество высших аристократов, и теперь в библиотекеработал только один библиотекарь – дворянка из средней знати, которая была не способнадолжным образом снабжатьих маной.

-   Это были опытные, знающие свое дело люди, которые часто оказывали мне поддержку, но... Я понимаю.Они уже ушли,     -     просто сказал Фердинанд.

Сильвестр положил голову на стол и тяжело вздохнул.

-   Я знал, что чистка вызывает проблемы повсюду, но если они даже не могут найти библиотекарей для Королевской академии,Суверения сейчас должно быть испытывает большие трудности.

Власть в Суверениипринадлежала победителям в гражданской войне, и посколькуЭренфест оставался нейтральным, наши связи с ними были практически несуществующими. Вдобавок ко всему,немногие студенты из Эренфеста имели достаточно впечатляющие оценки, чтобы заслужитьприглашение на чаепитиявысокоранговых герцогств, так что была огромная нехваткасведений такого рода.

-   Профессор Соланж действительно работала в библиотеке без помощи Шварца и Вайса, и ей приходилось очень непросто. Я предложила оказать ей некоторуюпомощь, но без разрешения Суверении это оказалось невозможно. В конце концов мы договорились, что я буду предоставлять ей ману во время своего пребывания в Академии. Принц сказал, что я могу делать все, что захочу, пока я нахожусь там.

-   Сильвестр, похоже, удочерениеРозмайн было правильнымрешением. Если бы она была просто главой храма и моей дочерью, Суверения уже забрала бы её,      -          прокомментировал Карстедт, когда его осенило.

-   Да, это и вправдутак,     -     ответил Сильвестр, гордо выпячивая грудь от того, что усыновление было его идеей.

Лично я с удовольствием переехала бы в Суверению и работала бы в библиотеке Королевской академии.

-   И все же подумать только, что ты стала их хозяйкой, даже не прикоснувшись к ним. Ты действительно что-то с чем-то...      -     вслух размышлял Фердинанд.

-   Но в любом случае, в отчете Хиршур говорится, что она обнаружиламножество магических кругов,вышитых на двух магических инструментах. Мы подробно обсудимих позже.

-   О, это напомниломне кое-что. У меня на самом деле куча посылок для вас от профессораХиршур. Она хочет, чтобы вы починили магическиеинструменты, которые вы сделали для нее в прошлом. Кроме того, оказывается, нам нужна ваша помощь со Шварцем и Вайсом.

На его губах заиграла довольнаяулыбка. Казалось, сейчас самое время рассказать ему о других вещах, которые у меня были припасеныдля него.

-   Что касается подарков,то я так же привезлапесни, посвященные БогинямСвета и Мудрости, которые сочинилавместе с Розиной.Я была бы вам очень признательна, если бы вы их аранжировали. Песня для Богини Света будет передана леди Эглантине принцем Анастасием.

Сильвестр нахмурился.

-   Розмайн, я об этом не слышал...

-   Разве я не упоминала об этом миг назад? Я сказала, что принц Анастасий велел мне сочинитьпесню, а потом сказал, что она ему не нужна, и с недовольством удалился.Нет ничего удивительного в том, что влюбленный человекведет себя так странно, и, к тому же он первый ко мне обратилсяпо этому поводу,и я решила, что лучше все-таки передатьему песню. Вы бы предпочли, чтобы я просто отдала её Эглантине напрямую?      -      спросила я, заставив Фердинанда снова начать массировать виски.

-   Сначала ты должна спросить принца,каковы его намерения. Не принимай подобныерешения самостоятельно.

-   Хм? Но я не могла этого сделать,   -    ответила я, качая головой.    -    Я обещала не пытатьсязавязать с ним общение первой,помните?

Я не собираласьнарушать обещание, данное члену королевской семьи.

-   Розмайн, неужели ты действительно намеренаигнорировать просьбу принца по такой незначительной причине?!

-   Только не говоритечто такого никогда никто не делал. Я просто жду, что он предпримет. Я терпеливо жду, когда принц Анастасий свяжетсясо мной. Он придет ко мне, когда вспомнит, что ему это нужно.

-  Неужели ты окончательно потеряларассудок? Принц никогда не придет к тебе.

-   Он придет. Я имею в виду, что однажды он пришел в библиотеку, когда я читала, и утащилменя за собой,       -     сказала я, снова ощущая гнев и разочарование от воспоминаний того как у меня украли целых четыре дня чтения.

Трое моих опекуновпотрясенно смотрели на меня.

-   Розмайн!      -     воскликнулСильвестр.    –     Ты хочешь сказать,что он не вызывал тебя, пока ты была в библиотеке, а пришел за тобой лично?! Ты заставилаего прийти к тебе?! Это безумие!

-   Хм? Но мне самой не хотелось с ним разговаривать. Как я уже много раз говорила, я обещала первой не начинать с ним разговор,так что ...

-   Розмайн, возьми назад это свое обещание,    -     сказал Фердинанд.    -    Ты хочешь, чтобы принц появлялся и уводил тебя за собой каждый раз, когда ты ему нужна? Ты хочешь, чтобы люди решили, что ты достаточно важна для самого принца, чтобы сблизиться с тобой? Твои действия создаютпросто прекрасные условия для самых немыслимых слухов, и ты наживешь так много врагов, что у тебя больше не будет времени на чтение.

Осознав, что принуждение Анастасия самолично вызыватьменя по делам, которые можно легко решить с помощью ордонансов или писем, съест мое драгоценное время чтения, я прижала руки к щекам и закричала.

-  Я заберу обратно обещание,как только вернусь в Королевскую академию! Я не хочу терять еще больше времени на чтение!

-   Боги мои…! С твоим полным отсутствием социальных навыков, может быть, для всех будет лучше, если ты будешь все время проводитьв библиотеке,     -     с кислым видом сказал Фердинанд, на его лице была ясно видна усталость.

Моя признательность к нему после этих слов сразу же взлетела до небес.

О, и другие тоже согласнычто мне лучше остаться в библиотеке? Да! Мы должны сделать этот день ежегоднымпраздником! Я не хочу забыть этот момент!

Я была так переполнена ликованием, что резко встала и вскинула обе руки:

-  Фердинанд, вы сейчас для меня подобны богу!Восхвалим Бо...

-  Я не нуждаюсь в молитвах. Сидеть.

-  …Слушаюсь.

-   Розмайн, ты больше не совершаланикаких ошибок в общении с королевской семьей?    -      спросил Сильвестр, и его дрожащийголос прозвучал почти как крик муки.      -     Пожалуйста, скажи мне, что это все, что ты сделала!

Я подробно описаласобытия после того, как Анастасийпришел забрать меня из библиотеки. Он оттащил меня, я выпила зелье, а потом у меня так помутилось в голове, что я потеряласознание.

-  Почему принц забрал тебя?      -      спросил Фердинанд.

-   Он жертва любви,     -    ответилая.    -     Он хотел знать, что мы с леди Эглантиной обсуждалина нашем чаепитии.

Я объяснила, что Эглантина боится стать причиной новой войны и не хочет, чтобы принц сопровождал её во время выпускной церемонии.Я также упомянула, что Анастасийпринял какое-то решение,услышав эти пожелания.

-   Посмотрим, что еще…? Я научилапринца  Анастасия  моей песне,  посвященной  Богине Земли. Кроме того, посколькуя сказала ему несколько довольногрубых вещей, я предложила ему в качествеизвинения заколку для Эглантины. Он с радостьюсогласился на это. Вот и все.

-  Подожди. Почему ты не переговорила с нами, прежде чем предложитьсделать ему шпильку?

-   Хм? Это просто пришло мне в голову, как способ заработать несколькоочков с ним, посылая письмо с благодарностью за его заботу и сообщая ему, что я буду отсутствовать в Академии.

Мои опекуны разом подняли брови, потрясенные тем, что за три дня, которые они мне дали, я умудрилась натворить все это. Фердинанд с грохотом поднялсяс кресла, подошел ко мне с леденящейсердце улыбкой и ухватил пальцамиза щеки.

-   Розмайн, разве я не учил тебя думать, прежде чем действовать? Не исполнять сразу то, что приходит на ум? Я думал, что ты поняла важность обсуждениястоль важных вещей, но, похоже, моего наставления было недостаточно. Или оно просто растаяло вместе со сгусткамиманы за эти два года?

-  Я проу прошшя!

Он принялся кричать на меня, чтобы я непринимала решения самостоятельно, когда не уверена в чем то, и что бы вместо этого посылаласообщения домой для консультации.

Вильфрид делал как раз это. Он,очевидно, послал много вопросов в Эренфест, когда искал способы сдержать меня. Я хлопнула в ладоши, понимая, что этодействительно был вполне рабочийвариант, и мои опекуны все как один положили головы на руки, теперь полностью осознавая, что они недостаточно подготовили меня для Королевской академии.

-   Ты проспала целых два года. Это понятно.Нам нужно будет обучить тебя правильному общению с дворянамидо начала следующего учебного года,      -     сказал Фердинанд.

Похоже, мое нынешнее поведение было результатом того,что мы неправильно расставили приоритеты в моем обучении,поставив ритуалы и церемонии выше всего остального.

-   При обычных обстоятельствах первокурсник Эренфестаникогда не смог бы так тесно общаться с королевской семьей. Это просто нечто невообразимое,    -    продолжал Фердинанд.    -    Кроме того, у тебя проблемы со здоровьем, и я подумал, что тебе потребуется гораздо больше времени, чтобы сдать экзамены. Мой план состоял в том, чтобы прикрыть твои плохие навыки в общении, позволив тебе насладиться библиотекой в течениекороткого периода времени, как только закончатся письменные занятия, а затем доначала сезона общения вызвать для проведенияРитуала Посвящения и вернуть тебя только тогда, когда вот-вот начнется межгерцогский турнир. И вот ...

-  Похоже, ты превзошла все его ожидания,     -      ухмыльнулся Сильвестр.

Фердинанд ответил холодным взглядом.

-  АубЭренфест, на будущей конференции эрцгерцоговтебя ожидает намного больше трудностей, чем на предыдущих,     -     сухо заметил он, но Сильвестр полностью сосредоточился на мне.

-   Должен сказать, Розмайн, я впечатлен,что ты натворила столько всего за такой короткий промежуток времени. Сезон общения еще даже не начался, а у тебя уже вон сколько наворочено?

-   Сильвестр, не стоит излишне долго размышлять над тем что уже свершилось,     –     ответила я.     -     Сейчассамое время всматриваться в будущее.

-   Идиотка. Свершения прошлоговлияют на будущее.Наши отношения с королевскими особамии великими герцогствами окажут большое влияние на будущее Эренфеста,     -        сказал он, сверкая глазами.

Я уже почти что наяву видела, как он снова заставляет меня пищать “пуи”, поэтому поспешиласменить тему.

-   В таком случае, не обсудитьли нам эти вопросы с Бенно и гильдмастером Густавом,чтобы направить дело в выгодноедля Эренфеста русло? Унишам, заколки и фунтовыекексы    -   все это пользовалось большим вниманием в Королевской академии.Я представляю, что принц, дарящий женщине, к которой он испытывает чувства,шпильку для волос, послужит чрезвычайно хорошим примером для остальных, или я не права?

-   Тут ты права, но всеравно ты идиотка! Как ты могла быть такой легкомысленной?! Я же говорил тебе не предпринимать безоглядных действий, когда речь идет о подарках и продаже товаров.Зачем ты делаешьэто до начала Конференции эрцгерцогов?!     -     рявкнул Сильвестр.

Он был совершенноправ    -    мое предложение сделать шпильку для Анастасия было излишне преждевременным.

-  Извините... Может, мне отказатьему?

-  Я злюсь именно потому, что не так-то просто отказать члену королевской семьи.

-   Сильвестр, "не так-то просто"  -  это грубое преуменьшение, это попросту невозможно,   -    устало покачал головой Фердинанд.    -    У нас нет другого выбора, кроме как использовать эту ситуацию на благо герцогства. Это правда, что кандидат в эрцгерцоги Классенберга, одевший шпильку во время выпускнойцеремонии, послужит отличнойхвалой нашим товарам.

-   О, если мы зайдем так далеко, как насчет того, чтобы напечатать и продать любовнуюисторию о них и продаватьвместе со шпильками? Это поможет распространению печатного дела,      -    предложила я.

Хотя мы пока не хотели распространять наши учебные материалыв других герцогствах, поскольку нам нужно было удерживать наше превосходство, мы были более, чем заинтересованы в распространении печати в целом.

Любовная история о королевской семье была в этом отношениипросто идеальна. Сплетни всегда распространяются быстрее всего. Если бы мы напечатали её на одном листе бумаги, похожем на листовку, мы могли бы также снизитьцену.

Чем больше я думала об этом, тем более замечательной представлялась мне эта возможность. Мы могли бы продавать больше таких листоввсякий раз, когда появляютсяпоследние новости, чтобы люди могли покупатьтолько те листы, которые их интересуют, а затем мы могли бы начать продаватьпереплеты для них, типа папок. Было бы даже забавно попытаться собратьвсе листы, напечатанные за год или что-то в этом роде.

-   Розмайн, ты хочешь сказать, что отныне будешь на стороневторого принца?     -    спросил Фердинанд.

-   Хм? Нет. Я на сторонеледи Эглантины. Мне кажется, что я могла бы написатьо ней пользующуюся большим успехом книгу, независимо от того, какого принца она выберет, или даже если она не выберет ни одного из них. Кроме того, учитывая,сколько внимания к нашим шпильками унишаму привлечетеё использование, я думаю, что она   -    наш лучший шанс распространить их среди женщин с высокимстатусом.

Фунтовый кекс также, вероятно,будет хорошо продаваться среди женщин, которые часто посещаютчаепития. Короче говоря, Эглантина была очень красива,обладала высоким статусоми ей были интересны, как унишам, так и шпильки.Для меня она была наилучшимрекламным щитом, какой я только могла пожелать.

Несмотря на мой список доводов,Сильвестр только покачал головой.

-  Ты мыслишь слишком как купец, Розмайн.Твой разум полностьюсосредоточен на прибыли.

-   Боюсь, я все еще не понимаю, как себя должно вести аристократу в подобных ситуациях.Разве я не должна быть на стороне леди Эглантины?     -     спросила я, глядя на Фердинанда.

Он на мгновение задумался, потом опустил глаза и медленно вздохнул.

-   Твое решение не является изначальноневерным. Если верить твоим словам, то вопрос о том, кто станет следующим королем, в значительной степени находится в руках великогогерцогства Классенберг. Не было бы ошибкой встать на сторону Эглантины, а не одного из принцев,но окончательное решение должен принять Ауб Эренфест,    -    сказал он, глядя в сторону Сильвестра.

Я слегка нахмурилась, когда Сильвестр задумался,как будто это была какая-то огромная проблемадля обсуждения. Похоже, тот факт, что я не могла заставить себя заботиться о политике фракции, к которой я принадлежала, показывал, что я думала и действовала совсемне так, как должна была настоящая аристократка.

-  Думаю, мы сможем решить, с кем нам быть, позже,      -    сказала я.

-  Розмайн?

-   Сейчас важно то, что мы должны сделать, когда на конференции эрцгерцогабудут спрашивать о унишаме, шпильках,растительной бумаге и фунтовом кексе. Принц Анастасийи леди Эглантина оба заинтересованы в этих вещах, и я полагаю, что сделки будут иметь приоритетнад любой фракционной ссорой.

До тех пор, пока Эглантинане сделает свой выбор, еще какое-то время все будет оставаться по прежнему. Её решение влияло на ход битвы за трон, но мы не могли знать, кого она выберет. По этой причине,похоже, лучше сосредоточиться на первоочередных проблемах, с которыми мы могли бы справиться сами.

-   В отличие от многочисленных бумажныхмастерских компании “Плантейн", у компании "Гилберт" в настоящее время есть только одна мастерскаяпо производству унишама,и требуется значительное количество времени, чтобы сделать только одну шпильку. Есть много того, что нам нужно обсудить, прежде чем мы сможем начать экспортировать их в качестветоваров которые можно найти только в Эренфесте. Должны ли мы создать новые мастерские? Нанять больше торговцевдля перемещения товара? Есть ли что-нибудь, что будет противоречить моим магическим контрактам с Бенно? Если да, то должны ли мы аннулировать эти контракты? Должны ли мы стремиться продаватьметоды производства? Как мы будем обеспечивать жильем приезжих купцов?Как мы будем поддерживать среди них безопасность? Как мы будем распределять прибыль?Как я уже сказала, нам есть, что обсудить.

В наших интересахбыло, чтобы в Эренфест прибыло большое количествокупцов, но прежде,чем мы сможем это сделать,нам нужно было убедиться, что у нас достаточно товаров,иначе мы рисковали вызвать сильное недовольство купцов,которые приехали издалека только для того, чтобы уехать с пустыми руками.

Про спокойствие в городе можно было бы забыть, если бы множествочужаков принялись биться за недостаточные запасы товаров, и хотя я опять думала,как купец,а не политик, все люди, которые будут участвовать в этой «схватке»,были близки мне: компания Гилберт, компания Плантенаи городская стража. Вот почему я хотеларазрешить эти трудностиеще до их возникновения.

-   Вместо того, чтобы беспокоиться о том, что будет через годы с Суверенией, мы должны сосредоточиться на трудностях, с которыми мы обязательно столкнемсяэтой весной,    -      заключила я.

Сильвестр согласнокивнул.

-   Верно. Вызови Бенно и Густава.Мне нужно поговорить с ними до весенней конференции эрцгерцогов.

Сейчас еще была середина зимы, очень скоро должна была начаться очереднаяохота на Повелителя Зимы. При нынешнем состояниидорог и погоде, простым купцам будет непростоответить на этот призыв.

-   Розмайн, сообщи Бенно и остальным, что они получатписьмо с вызовомот Ауба Эренфеста. Не годится нам вызыватьих без предупреждения,      -     сказал Фердинанд, без сомнения вспомнив,как сильно купцы сопротивлялись внезапному вызову Гиба Халдензеля.

Я вспомнила, как мне рассказывали о том, как тяжело им пришлось на деловых переговорах с высшими аристократами из-за того, что Эльвира захотелапостроить мастерскую в своей родной провинции Халдензель. Очевидно, ситуация была настолько ужасной, что даже Фердинанд выразилБенно свое сочувствие.

-   Кроме того, сообщи, кто будет сопровождать Бенно в замок,     -      продолжалФердинанд.    -      Чиновники составят соответствующее количествоприглашений.

-   Очень хорошо,    -    ответила я.    -    Сильвестр,мне известно, что у компании “Гилберт" теперь новый представитель. Хотите, я тоже их позову?

-   Конечно. Более мелкие детали я оставлю на тебя. В любом случае, ты справишьсяс этим лучше, чем какой-либо чиновник, верно?

-   Благодарю вас.

-   Хорошо. Розмайн, завтра ты возвращаешься в храм. Нам нужно подготовиться, прежде чем Повелитель Зимы войдет в полную силу.

-   Я понимаю.