Том 15 Глава 363 Место, которое мы зовём домом

Когда старые магические контракты были аннулированы, нампришлось подписать новые, чтобы Сильвестрмог полноценно руководить расширением бумажной и типографской промышленности. Однако он подпишетего не от своего лица, а как Ауб Эренфеста— таким образом, и его преемник сохранитнад ними контроль.Бенно также подписывал контракт от лица компанией Плантен,чтобы гарантировать, что сделка будет защищена в будущем от превратностей судьбы в виде смены руководства компании.

Мне, как приемнойдочери эрцгерцога, предстоитрешать большую часть практических вопросов, поэтому я подписывалась, как частное лицо. В результате я гарантированно получалаприбыль, но посколькуЛютц был всего лишь ученикомлехерла, ему было не разрешеноподписывать контракт.

Этот новый контракт,по сути, был заключен с Аубом Эренфеста,который покупал у меня права на созданиебумажной промышленности, а у Лютца - права на продажу бумаги, поэтомуон включал в себя раздел,в котором часть выручки должна была идти компании Плантен.

Конечно, цены отличалисьот тех что были прежде, и другим магазинам разрешалось покупать и продаватьтовары самим.

- ...Компания Плантен, контракт приемлем?- Спросил Сильвестр.

Бенно, не сводившийглаз с нового магического контракта, кивнул: - Наша благодарность за ваше безмерноевнимание и великодушие не может быть выражена словами,Ауб Эренфест.

Контракт действительно был настолько щедрым,насколько это было возможно, учитываято, что мы с компанией "Плантен" были единственными кто тратил силы и ресурсына развитие новых ремесел до этого момента.Однако для меня он пересталбыть щедрым в тот самый момент, когда Лютц был исключен из контракта.

Бенно подписал контракти поставил печать своей кровью и я тоже поставиласвою подпись. Затем чиновник взял пергамент и передал его Аубу Эренфестудля окончательной подписи.Мгновение спустя пергаментокутало золотое пламя.

И вот новый магический контракт вступил в силу - магический контрактбез имени Лютца в нем.

Эльвира сказала, что нам просто нужно сформировать новую связь через новый контракт,но здесь не было никакой такой связи. Мое сердце словно превратилось в кусок льда. Теперь я точно знала, что мы с Лютцем отдаляемся друг от друга, несмотря на то, что провели так много времени вместе и этот новый контракт только подтверждал это.

Мне так хочется обнять Лютца...

Мне хотелось, чтобы кто-нибудь утешил меня, заверил,что ничего не изменится. Я хотела объятий,тепла, близости... Вещи, которые я не могла получить, как дворянка.

Я хочу домой...

Когда магический контрактбыл подписан, чиновникиначали обсуждать благоустройство нижнего города. Используяэвфемизмы, они решили что самый быстрый способ - снести все и тут же восстановить уже перестроенным, используястроительную магию, но недостаток маны означал, что простолюдинам придется справляться с этим посредством ручного труда.

-   Мы никогда бы не посмелипобеспокоить подобным ауба, - сказал гильдмастер, его лицо было совершенно бледным,когда он склонился рядом с Бенно. - Пожалуйста, позвольтенам заняться этим.

Я едва ли могла винить их за страх - они оба видели, как монастырь Хассе был построенс помощью магии, и то, что нижний город будет разрушен таким же образом, было ужасающейперспективой.

Я заговорила, выступаяпосредником между чиновниками и купцами: - Я сама определю бюджет на перестройку нижнего города и отдам соответствующие распоряжения чиновникам. Посколькувы, простолюдины, будетевыполнять эту работу,я поручаю руководство этим делом Густаву.Начните с главной улицы, идущей от западныхк восточным воротам,так как по ней всегда наибольшее движение,чем где-либо еще. Позже мы сможем обсудить,как еще более украсить и улучшить нижний город.

-   Как пожелаете, леди Розмайн. - Купцы почтительно склонили головы, в их голосах отчетливо слышалось облегчение.

Когда дискуссия закончилась, как ипланировалось, Сильвестр приказал купцам удалиться. Они сделали, как было приказано, не сделав ни одного лишнегодвижения, когда вышли из зала дляаудиенций. Я внимательно наблюдала за ними, но Лютц ни разу не взглянул в мою сторону.

Прямо оттуда мы отправились в кабинет эрцгерцога. Все лучшие мозги Эренфеста были собраны там, и чиновникиобъяснили тем, кто не присутствовал на нашей встрече с купцами,результаты нашего обсуждения.

-   Как и было запрошено, в новом магическомконтракте компания Плантен получила наилучшиеиз возможных условий,- сказал один из чиновников. По-видимому, это было обычнымделом полностью выкупать права накакое-то дело, но компания Плантентакже будет получать часть прибыли. Это была лишь небольшая часть от общей прибыли, но она будет служить постояннымисточником дохода для новой компании,которая была основана всего пару лет назад.

Чиновник продолжал намекать,что такой контрактникогда бы не был подписан,если бы я не благоволила магазину. Я не могла не нахмуриться на это замечание; он и понятияне имел, сколькомы трудились, чтобы изобрести эти способы производства невиданных здесь вещей, и не знал, как сильно Бенно помог Лютцу и мне тогда, когда у нас буквально ничего не было.

Для меня его намеки, что это было не более чем пустой фаворитизм были откровенным оскорблением.

-   Розмайн, - сказал Фердинанд, сделав быстрый жеструкой и тем самым приказывая мне держатьсебя в руках. Я медленно выдохнула и изобразила свою наилучшую фальшивую улыбку.

-   Контракт, который мы подписали с компанией Плантен,касался только печати, производства и продажи бумаги.Там не было пункта о предоставлении каких-либо технологий, верно?

-   Розмайн…?

-   Скоро будут присланынаставники из мастерской Розмайн и КомпанияПлантен начнет создаватьфилиалы Бумажной гильдии Эренфеста и гильдии книгопечатания для строительствадополнительных мастерских. Я определю цену за предоставление технологийи получу её от гибов, чтобы заплатить компанииПлантен и Иллгнеруза предоставление наставников.

Мое неожиданное заявлениевызвало изумленные взглядывсех присутствующих. Сильвестр, в частности, растеряннозаморгал: - А это еще к чему? Зачем это? - Спросилон.

-   Учитывая нашу текущую дискуссию и сложившуюся ситуацию,я подозреваю, что компании Плантени помогающим мастерамне будет выплаченанадлежащая сумма за предоставление технологий, поскольку в контрактеоб этом ничего не говорится.Я не могу себе представить, чтобы благородные чиновники были способны понять трудности, скоторыми столкнутся упомянутые купцы и ремесленники, которым нужно будет в течение весны обучить новых рабочих,одновременно участвуя в развитии этих новых ремесел и при этом продолжаяработать с покупателями,как обычно, что требует труда множестваработников.

Это была не благотворительная деятельность, а крупномасштабная индустриализация под руководством эрцгерцога. Однако у Гуттенбергов не было ни малейшего шанса на то, что хотя бы малейшая часть выделенного на это бюджета будет поделена между ними, равно как и на то, что им будет предоставлена свободадействий. Будущее, которое мне при этом представлялось, - это то, в которомдворяне сокрушат дух моих драгоценных мастеров своими обычныминеразумными требованиями.

-   А. Это, должно быть, разница между простолюдинами и дворянами... - предположил один чиновник, похоже, неправильно истолковавмою попытку показать,что я не могу доверять им играть столь ключевуюроль в предстоящей работе, которую они даже не понимают.Я представила себе на их головах «колпакидураков» (как в старых американских фильмах и мультфильмах, неуспевающему ученику наголову надевался остроконечный колпак свернутый из бумаги с надписью «дурак» или «тупица»,и он сидел в нем за партой или же ставился в угол); как по мне так они полностью доказалисвою неосведомленность и следовательно непригодность.

-   Можно сказать и так. Во-вторых, я не собираюсьвозлагать важные обязанности на тех, кто не попытается разобраться в деталях нашей работы.Я сама буду обучать чиновников, занятых в производстве бумаги и печатномделе, - заявила я с улыбкой.

Фердинанд бросил на меня удивленныйвзгляд: - Розмайн,возьми себя в руки. Это не тебе решать, - сказал он. Эту отрасльвозглавлял сам Ауб Эренфест - с моей стороны было откровенным неуважением взять на себя руководство, не посоветовавшись с ним, но я отказывалась стоять и смотреть,как компания Плантен и Гутенбергина моих глазах превращаются в ничто.

-   Кто же будет решать подобныевопросы, если не я? Сколько чиновников знакомо с книгопечатанием и производством бумаги? Сколько из них проводиливремя с ремесленниками и купцами и есть ли в них силы и знания для дальнейшего развития новых ремесел?

Фердинанд, за два года моего сна вы наверно обучилитаких чиновников? Или может Ауб Эренфест? Они просто необходимы, если вы планируетеразвивать новые отрасли,не так ли? Я была бы не прочь увидетьих и я очень рада, чтобы мне не пришлосьвоспитывать их самой, - сказала я, зная, что таких чиновников не существует, потому что те, кто находилсяв одном помещении с нами, были некомпетентны.

Все таки, я очень плохо умела скрыватьсвои мысли. Сильвестр отвел взгляд, ведь по существу он как обычнопренебрег двумя отраслями промышленности, доверив всю работу Фердинанду, который в данный момент ожесточенно растирал виски.

-   Я думаю, что Юстус за последние два года смогнеплохо разобраться в этих ремеслах, - сказалФердинанд, но голос его был похож на тихий стон.

-   Тогда пусть он тоже занимаетсяобучением чиновников которые будут заниматься новыми ремеслами, и пусть он будет образцомк которому они должны будут стремиться, - ответила я. Он был чудаком и почти всю свою жизнь посвятил сбору разведданных, но не выказывалособого предубеждения по отношению к простолюдинам и был одержим новыми вещами. Он был идеальным кандидатом для работы в этих новых отраслях.

Я с улыбкой кивнула, довольнаятем, что так неожиданно получила такого умелого работника, но Фердинанд только покачал головой: - Нет. Он слишком полезен для меня. Я не позволю тебе украстьего.

-   Розмайн, Юстус служит Фердинанду. Ты не можешь использовать чужих вассалов без разрешения их лорда. Выберикого-нибудь из здесь присутствующих чиновников, - добавил Сильвестр. Он давал мне полную свободу выбора, но для меня это было бесполезно; я не нуждаласьв некомпетентных.

-   Ауб Эренфест, я с самого начала занималасьпечатью и производством бумаги. Эти отрасли - мои дети; они достигли своего нынешнего размаха только потому, что я так нежно их лелеяла.Печать и производство бумаги, а также инструменты, необходимые для того и другого, всегда делались большимигруппами простолюдинов. Дворяненикогда не были вовлечены в эти дела,

и я совершенно не намерена поручатьсвоих детей тем, кто не может понять важность компанииПлантен и вовлеченных в новые ремесла мастеров ремесленников. Такие некомпетентныечиновники будут только навязывать им необоснованные требования, втаптываяих в грязь своим невежеством. У них нет таланта ни к чему, кроме уничтожения других.

-  Другими словами, ты не желаешь кого-либоиз собранных здесь чиновников?

-   Правильно. Я понимаю,что мы испытываем нехватку умелой рабочей силы, но я была бы очень признательна людям, у которых есть хотя бы крупица мастерства и мудрости.

Сильвестр поморщился, когда я начала перечислять, какие свойства я ожидаю от чиновников: отсутствие предубеждения к посещениюхрама, способность нормальнообщаться с простолюдинами и интерес к новым вещам.

-  Знаешь, это совсем не те черты характера, которымидолжны обладать чиновники.

-   Я это понимаю.Для получивших традиционное образование чиновников было бы неестественно иметь привычку работатьвместе с простолюдинами. Кто-то, кто знающ и умел по вашим меркам,ауб, может быть не компетентен по моим.

-   Я понимаю. - Сильвестр кивнул и скрестилруки на груди. - Тогда ладно. Я оставляю подготовку рабочих для производства бумаги и типографскойпромышленности на тебя, Розмайн;никто в Эренфесте не знаком с этими ремеслами лучше. Кроме того, я не знаю, какие ресурсы тебе для этого понадобятся.

-   Прошу прощения, можно я ненадолгоотвлеку вас? - Спросила Эльвира,прервав молчание и приложив руку к щеке. - Могу ли я предложить обучить для новых ремесел чиновников из низших и средних дворян, которых гибы используют в качестве чиновниковв своих провинциях?

Неожиданное предложение заставиловсех посмотреть на Эльвиру. Почти все аристократы в кабинете родились и выросли в КварталеАристократов; можно с уверенностью сказать, что, за исключением самой Эльвиры, воспитанной, как дочь Гиба Хальденцелле, среди них не было землевладельцев.

-   У них было больше возможностей общаться с простолюдинами, чем у тех, кто вырос в Кварталеаристократов, и если мы сообщим им, что они могут наполнить казну своих провинцийучастием в развитии новых ремесел,они, несомненно, серьезноотнесутся к обучению.

-   Это отличная идея. Я тщательноизучу эту возможность, - сказала я, но у меня было такое чувство,что это только усложнит взиманиеплаты с гибов за технологии, которым их обучат. Я переговорю об этом с Бенно позже; мое решение должно было основываться на том, насколько

будут компетентны эти чиновники

В ту ночь мне приснилсясон. Я шла одна по длинной, не мощеной дороге,которой не было видно конца. Одинокая звезда сияла в небе, на подобии Полярнойзвезды и я шла в её направлении.

Сначала я была одна. Но потом ко мне присоединилась моя семья, Лютц, Бенно и Марк. Дорога становилась все более и более оживленной. Лютц нес меня на спине, Папа - на плечах, Бенно и Марк - на руках. Все они помогали мне на этом пути. Мы все болтали, продолжая наше путешествие, и смеялись вместе над всякими глупостями.

В какой-то момент к нам присоединились Фран и Гил, а затем там появилсяи Фердинанд. К этому моменту под нашими ногами уже проросло небольшоеколичество травы. Она была мягкой и смягчаламои шаги. Я продолжала идти вперед, по очереди держасьза руки с Лютцем и с моей семьей, но трава продолжала становится все выше. В конце концов она стала такой высокой, что я с трудом могла продвигаться вперед.

Я поджала губы, досадуя на траву. Менязаставляли идти по другому пути, чем Лютца иостальных, но мы, по крайней мере, двигались в одном и том женаправлении, поэтому я продолжила свой путь к сияющей звезде.

Они уже слишком далеко...

Я все еще могла держатьсяс ними за руки, но они постепенноотдалялись. Теперь они также шли и чуть быстрее. Я бежала изо всех сил, чтобы только не отстать,но при каждом шаге, мои ноги ужасно путались в траве.

Подождите! Вернитесь! Не бросайте меня!

Чем дольше я шла, тем больше наши пути расходились. Все они смеялись и улыбалисьразговаривая друг с другом, но никто из них не заметил, что я отстала.В какой-то моментнаши ладони разъединились. И я осталасьодна.

Папа, Мама, Тули! Подождите меня! Лютц! Лютц! Не оставляйменя!

Трава теперь была высотой с меня. Я отчаянно расталкивала её в сторону,мои рыдания не поддавались контролю,когда я мчалась по своей тропинке, отчаянноища их.

И тут сквозь этот хаос прорвалсяголос:

-  Миледи.

-  Рихарда…?

Я резко очнулась,внезапно осознав, что кто-то меня трясет. Мне потребовалось всего мгновение, чтобы понять, что Рихарда смотрит на меня с беспокойством. Моя подушка была влажной и холодной. Очевидно,я плакала во сне.

Я медленно села и потерла глаза, несколькораз тряхнув головой в попытке стряхнуть остаткисна. Но, несмотря на все мои усилия, кошмарные видения,как будто выжглись в моем сознании.

-  Вы довольно сильно ворочались во сне, Миледи. С вами все хорошо?

Нет. Со мной совсем не хорошо. У меня сильно болел затылоки я чувствовала, как моя мана словнокипит внутри меня и при этом я чувствовала сильныйозноб.

-   Рихарда, скажи Фердинанду, что я хочу вернуться в храм.

-  ...Как пожелаете.

Несмотря на ранний час, Рихарданемедленно послала ордоннанц. Я умылась, переоделась и позавтракала. Ордоннанцвернулся, когда мы ели, и трижды повторилпослание от Фердинанда.

-   Розмайн, Рихарда передаламне твою просьбу, но на сегодня у вас назначенавстреча с Гибом Хальденцелле. Ты сможешь потерпетьдо её завершения?

Я не думала что смогу дотерпеть. Гиб Хальденцелле был среди тех, кто, несмотряна рост печатного дела, не смог создать новые бумажныемастерские из-за ограничений прежних магических контрактов. Если в какой-то момент он выразит свою радость по поводу их аннулирования, я не была уверена, что смогу сдержаться.

-  Это Розмайн.Я собираюсь отправиться в храм сама, пока я не создала никаких проблем.

Фердинанд тут же отправил обратноеще одного ордоннанца, на этот раз его слова сопровождались расстроенными вздохами: - Я приду к тебе после того, как отправлю уведомление о встрече. Приготовься к отъезду и не смей уезжать одна – вот что было в его сообщении.

Я сжала зубы. Он собирался заставитьменя ждать еще дольше?

Рихарда легонько похлопаламеня по напряженным плечам: - Ну-ну, миледи.Поторопитесь и закончитесвой завтрак. Судя по голосу Фердинанда, он будет здесь почти в мгновение ока. Вы

же не хотите, чтобы вас отчитали за то, что я побеспокоила его с утра пораньше, а потом оказалось что вы даже не готовы к отъезду?- Спросила она.

Я кивнула и вернулась к еде, пока Оттилия делала приготовления к моему возвращению в храм. Я видела, как она готовилазимнюю одежду и посылала ордоннанцасвязываясь с моими рыцарями-стражами.

-   Сегодня вы выглядитееще более болезненно, чем обычно. Но в храме вам будет привычнее и удобнее, не так ли? - СпросилаРихарда с грустнойулыбкой. - Сегоднявы сможете отдохнуть.

Как она и сказала, вскоре прибыл Фердинанд.Он, вероятно, отругал бы меня, если бы я все еще завтракала.

-Ты уже собралась, Розмайн?– Спросил он. - Если так, то мы немедленноотправляемся.

Все, что мне было нужно, можно было найти и в храме, так что у меня было не так уж много багажа,.Самым важным на этот раз была бумага из ринфина,которую мы получилиот Гиба Иллгнера.

-  Прощайте, леди Розмайн.

Фердинанд и Экхарт шли впереди, я следовалаза ними в Лесси, за мной следовалиАнгелика и Дамуэль.Мое нетерпение заставляло меня постоянно держать высокую скорость,так что перелет прошел немного быстрее, чем обычно.

-   С возвращением, леди Розмайн. - Когда мы приехали, меня встретил Фран. Прежде чем я успелавыбраться из своего Пандабуса, Фердинандуже убрал своего верхового зверя и направился к нему.

-  Фран, приготовления? - спросил Фердинанд.

-  Уже закончены. Остальные слуги сейчас обустраивают комнаты директора приюта.

-   Похоже, у неё накопилось много недобрых чувств. Пропусти долгие приветствия и веди их прямо в потайную комнату.

-   Как пожелаете.

Как только я вышла из Лесси, Фердинандпротянул мне кожаную сумку: - Розмайн, опусти внутрь руки и влей как можно больше своей маны. Ты же не хочешь причинитьболь окружающим ударом манны которую не сможешьудержать из-за бушующихв тебе чувств, не так ли?

-  Благодарю. - Я взяла кожаную сумку и направилась прямо в кабинет директора приюта.

-   Мы все были искренне удивлены,что Верховный Жрец прислал письмо так рано утром... - сказал Фран с тревожнойулыбкой. Нельзя было использовать ордоннанцдля общения с теми, у кого не было штаппе, поэтому Фердинандвместо этого использовал магический инструмент - письма,которые летали, как птицы, чтобы приказать Франу, чтобы тот вызвалпредставителей компании Плантен. Гил сразу же отправился выполнять поручение. Он должен был скоро вернутьсяс Лютцем.

Когда мы прибылив теперь почти неиспользуемые покои директора приюта, оказалось что воздухвнутри был почти что ледяным, ведь прошло нетак много времени с тех пор, как были зажженыпечи.

-   Пожалуйста, не снимайтепальто, комната еще не полностьюнагрелась, - сказал Фран, и я вошла в комнату,не снимая верхней одежды. Я испытала некотороеоблегчение, увидев, что внутри ничего не изменилосьс тех времен, когда я была простой послушницей, но также и некоторое смущение— это было еще одним напоминанием о том, как сильно все изменилось с тех пор. Словно исполнение моего недавнего сна.

-   Леди Розмайн, пожалуйста, подождите в потайнойкомнате с лордом Дамуэлем. Леди Ангелика, пожалуйста, охраняйте дверь.

-   Можешь на меня положиться, Фран. Оставить непонятныйкупеческий разговор на Дамуэля - это, безусловно, правильный выбор, - сказала Ангелика,с радостью направляясь к входной двери комнаты. Она так открытодемонстрировала свое поведение«я не использую голову» что я ожидала,что Фран хотя бы покачаетголовой, учитывая, что он был так похож на Фердинанда, но его, похоже, это сейчас совсем не волновало. Вместо этого он общался с ней без излишних церемоний, возможно, потому, что она была гораздо менее чопорной и формальной, чем Бригитта.

-   Подумать только, что я снова вернусь сюда после столькихлет... - пробормотал Дамуэль, когда мы поднялисьпо лестнице и вошли в мою потайнуюкомнату, и я решила не обращать вниманияна его слова. Комната была открыта для моих слуг и уже была чистой благодаря их быстрой работе.

Убедившись, что дверь открыта настежь,чтобы Лютц мог войти, я села на предложенное Франом кресло. Он посмотрел на меня сверху вниз с неуверенным выражением: - Могу я предложитьвам воспользоваться кожаной сумкой, одолженный вам Верховным Жрецом? – Произнесон. – Мне кажется, что у вас меняется цвет глаз.

Когда цвет глаз начинал меняться,это часто указывалона то, что человек терял контроль над своей маной. Я поспешносунула руки в сумку и ощутила, что внутри было много маленькихкруглых предметов. Они мгновенно начали высасывать мою ману.

Интересно, что это такое?

Я заглянула внутрь и увиделанесколько черных фей камней, некоторыеиз которых уже рассыпались в золотую пыль. Фердинанд, очевидно,надеялся сдержать мою буйствующую ману, одновременно обеспечивсебе некоторые ценные крафтовые ресурсы.Была ли я единственной, кого раздражало его постоянное стремлениеиспользовать себе на пользу любые обстоятельства?

-   Я привел Лютца! - Воскликнул Гил, врываясь в комнату директораприюта. Его дыханиебыло немного прерывистым, возможно, из-за того, что он бежал сюда на полной скорости.

-   Гил, леди Розмайнв своей потайной комнате, - сказал Фран. - Пожалуйста, проводи туда Лютца.

-   Понял.

Я слышала, как Гил и Лютц поднимаются по лестнице. В течение некотороговремени их шаги звучали размеренно и уверенно, но теперь они были быстрымии нетвердыми.

-   Лютц, большое спасибо, что пришел так быстро. Остальное я доверяю тебе, - сказал Фран, впускаяЛютца и Гила в потайнуюкомнату и тут же закрываяза ними дверь. Их плечи вздымались и опускались, пока они пытались отдышаться.

Я резко встала, даже не дожидаясь, пока дверь полностьюзакроется, и бросиласьк Лютцу.

-   Лютц, Лютц, Лютц! - Закричалая, но как раз в тот момент, когда я собиралась прыгнутьна него, он удержал меня за плечи. - Зачем ты меня останавливаешь?! Разве мы не можем обняться?!

-   Можем, я просто не отдышался. Дай мне отдышаться, прежде чем ты набросишься на меня.

Лютц обнял меня, похлопал по спине ивелел успокоиться. Это знакомое, привычное объятие, которое заставило растаять и снедающее меня беспокойство, и всемои оставшиеся силы. Я в свою очередь обняла его и тихоньковздохнула.

-  Лютц, Лютц...Аннулирование контактов ничего не изменит между нами, не так ли…?

-   А ты сама собираешься меняться?- Спросил он, ласково положив руку мне на голову. Я покачалаголовой в ответ. - Я тоже. Конечно, немного грустно,что контракты закончились, но для меня важнее мое обещание мастеритьто, что ты придумываешь и это никогда не изменится. Между нами все осталось по прежнему.

-   Верно. Ты прав. Просто прошлой ночью мне приснился такой ужасный сон. Я не выдержала и вернулась в храм.

Лютц усталовздохнул:

-   Ты хочешь сказать, что меня притащили сюда, потому что тебе приснилсяплохой сон? Неужелиты не могла использовать для этого кого-то другого?

-   Если бы могла, нас бы сейчас здесь не было. Со мной рядом есть люди, которые постоянно добавляют мне все новую и новую работу иповодов для беспокойства, но нет тех кто избавлял бы меня от страхов.

-   ...Понимаю. Ну, думаю, мои дни, когда я постоянно таскалсяза тобой, еще далеки от завершения, - сказал он, выглядя теперь немного более радостным и довольным, несмотряна эти свои слова.

-   Я больше не могла этого выносить. Но как только я подзаряжусь от тебя, я смогу снова продолжить работать.Спасибо.

-   Только не требуй от себя слишком многого, а то тыопять упадешь в обморок, - сказал Лютц, сморщивлицо и похлопав меня по щекам. Подобное уже было в прошлом - мне все еще нужно было держать при себе магические инструменты, но я гораздо реже падала в обморок.

Я с гордостью выпятилагрудь:

-  Как только мне станет немного лучше, я больше не буду падать в обморок.

-  Почему эти твои слова заставляют меня волноваться еще больше?!

-   Я в порядке,правда. Единственная причина,по которой я все еще больна, заключается в том, что я еще не полностьюоправилась от моего долгого сна. Как Тули? С ней все в порядке? У нее сейчас очень важная работа, так что я беспокоюсь за нее. И Отто, и Бенно в ответ бы только огрызнулись, но это Тули делала шпильку. Лютц ответил высоким голосом, подражая Тули: - Майн, все так срочно, так неожиданно! Ты глупая, глупая глупышка!

-  Ох. Прости, Тули...

-   Она также сказала,что не собирается упускать эту возможность, и что ты должна с нетерпением ждать, когда она сделает наилучшуюзаколку.

Я улыбнулась, представив, как онасосредоточено делает самую лучшую заколку для волос, на которую только способна,несмотря на то, что очень злится из за всей этой спешки.

-   Лютц, Лютц, скажи Тули, что я тоже её люблю.

-   Нет, спасибо, - сказал он, тут же отвергая мою просьбу. Я широко раскрылаглаза и спросила почему, но он сначала нахмурился, а затем нехотя ответил. - Все думают, что мы с Тули теперь встречаемся, потому что вместе ходим в храм изучать этикет. Я не хочу передавать подобноесообщение и тем самым подливатьмасла в огонь.

-   Лютц, неужто, Тули недостаточно хороша для тебя? Ты должен чувствовать себя счастливчиком, просто потому что другие думают о тебе так. Мы ведь говорим о Тули, понимаешь? – Недовольно сказала я, поджав губы.

Лютц нахмурился и покачал головой:- Не-а. Я не хочу, чтобы люди еще больше завидовали мне.

-   Завидовали? Значит ли это, что она очень популярна среди мальчиков? Я так и знала. Это ведь Тули! Бьюсь об заклад, она уже такая красавица. Я так хочу увидеть её... – Вздохнулая. С тех пор как я проснулась, я ни разу не видела Тули или кого-то еще из своей семьи.

-   Ты ведь увидишьеё, когда будет готова заколка?Тули сказала, что хочет сама доставить её и услышать, что ты думаешь о ней. А еще Камил говорил,что ему нужны новые игрушки.

-   Значит, мне придетсяих сделать! Как ты думаешь,какие игрушки ему понадобятся? Ему ведь нужны и новые книжки с картинками, верно? Может быть, карута поможет ему выучить буквы? Может, заказать основы для карт у Инго? Мы могли бы попробовать воспользоваться бумагой из Иллгнера.

Дирк, который раньше был младенцем, ковыляющим по приюту,теперь был достаточно взрослым, чтобы помогатьв работе. Камиль, без сомнения,тоже стал больше,пока я спала.

Лютц поморщился, когда я вслух стала размышлять о новых игрушкахдля четырехлеток. – Вот ведь...Неужели я сам все испортил?Слушай, ты должна сосредоточиться на производстве бумаги и печатномделе. Ты должна всегда пониматьчто для тебя сейчас наиболееважно.

-   Ого. Так значит Камил для меня сейчас не самое важное?

-  Нет! Конечно,нет!

-   Знаю, знаю. Я просто притворялась. Мм... шутить и притворяться так приятно. Это словно возвращает меня назад во времени, - сказала я со смешком,и именно тогда фей камень в дверимоей потайной комнаты начал сиять. Это означало,что кто-то на другой стороне желал видеть меня. Это была необходимая особенность для потайной комнаты, так как в ней полностьюблокировались стуки и другие звуки снаружи.

Я отстранилась от Лютца и выпрямилась, когда Гил двинулсяоткрывать дверь. С другой стороныстояли Фран, Бенно и Марк.

-  Леди Розмайн, прибыли Бенно и Марк из Компании Плантена.

Гм... А…зачем?

Заметив мое удивление,Фран смущенно опустил глаза: - В своем письме ВерховныйЖрец велел нам немедленно созватьпредставителей компании Плантен... поэтому мы позвали их всех,а не только Лютца. Мои искренние извинения.

-   Ой. Я понимаю... Не волнуйся, Фран, ты ни в чем невиноват. - Я жестом велела ему отойти, преждечем посмотреть на Бенно и Марка. Они были сейчас ужасно бледными, услышав, что произошлокакое-то чрезвычайное происшествие.

-   Что произошло?! Что за чрезвычайная ситуация?! – Начал спрашивать Бенно, как толькозакрылась дверь, он был так возбужден что у него слюна летела изо рта.

Я инстинктивно спряталась за Лютца и рассказала ему правду - я проснуласьот страшного сна, после того, как контрактыбыли аннулированы, и просто хотела увидеть Лютца.

-   Ах ты... ТЫ ИДИОТКА!

-  Гяаа! Ай, ай, ай!

Бенно с гневно изогнутыми бровями вытащил меня из-за спины Лютца и он начал яростно вкручивать костяшки пальцев в мою голову.- Нас вызвали на следующий день после аудиенции в замке по срочному делу! Мы были просто демонски напуганы, и оказывается это все потому, что тебе приснился плохой сон?! Демон побери и это чрезвычайная ситуация?! - Вопил он. Он совсем не сдерживался, и здесь не было никого, кто мог бы его остановить.

-   Я просто больше не могла терпеть! - Протестовала я. - Моя мана вот-вот выйдет из послушания! Даже Верховный Жрец решил, что это чрезвычайная ситуация!

-   Да, еёе глаза были немногодругого цвета, когда я пришел...- добавил Лютц.

Услышав это, Бенно перестал мучить меня и посмотрел на меня сверху вниз. Он раздраженно потянулменя за щеки, прежде чем испустить измученныйвздох. - Похоже, ты хотя бы успокоилась. Хорошо. Тогда мы уходим.

-  Подождите. Давайте немного поговорим. Я же не зря вас вызвала так рано, правда?

Я кратко изложилаим то, что обсуждалось в кабинете эрцгерцога после аудиенции. Я сообщила, что получила право сама обучать чиновников, чтобы Гутенберги не были раздавлены их необоснованными требованиями, что вызвало слова благодарности и широкую

улыбку Марка. Когда Эльвира поручала им немедленно открыть типографию, вести с ней переговоры было очень нелегко.

-   Я ведь была полезна, верно? Я ведь сделала что-то полезное, верно? Давайте, хвалите меня! - Приказала я, гордясь собой. Однако вместо того, чтобы осыпать меня комплиментами, Бенно поморщился и щелкнул меня по лбу.

-   Ой! За что?!

-   Потому что я могу с уверенностью сказать,что ты начнешь вести себя еще безумнее,если мы тебя похвалим.

-   Ай! Почему тебе так хочется бить меня по голове, когда ты раздражен, но ты не хвалишь меня, когда я это заслуживаю?! Разве это правильно,что за свою тяжелую работу я получаютолько побои и выговоры?!

-   Ааа…. Ладно, ты простомолодец, тебе нет равных. – Произнес Бенно монотонным голосоми , по-моему мнению,излишней силой, так как моя голова все еще была чувствительной от его костяшекпальцев, погладил меня по голове.Я надула щеки и началажаловаться, но Лютц только покачал головой и ответил с расслабленной улыбкой:

-   Ты жалуешься и все же улыбаешься ему. Мне кажется, что тебе действительно нравятсятакие вещи, так как ты не можешь делать этого с дворянами,верно?

Я тут же замолчала. Лютц был совершенноправ — я испытывала такую ностальгию по такого рода разговорам и поведению и была счастливаснова наслаждаться ими. Бенно и Марк раздраженно покачали головами, а я улыбнулась.

-   Кстати, насчет чиновников- как ты собираешься их обучать? - Спросил Бенно.

-   Мне нужно, чтобы они были способны разговаривать с простолюдинами на одном языке, но почти никому из дворян, которых я знаю, нельзя доверятьэту работу. Вы знаете кого-либоподходящего? – Спросилая.

Бенно и Лютц сразу же предложили Юстуса. Он быстро работал и, в отличие от высших аристократов в Халдензеле, на самом деле позаботился узнать мнение КомпанииПлантен. Пока я спала, он легко поддерживал порядок в работе с компанией.

-   Юстус личный чиновник Фердинанда, а Фердинанд не хочет давать мне его взаймы, - пожаловалась я, оплакивая свои обстоятельства. Но пока я раздумывала, не спросить ли мне его еще раз, Марк поднял руку.

-   Я полагаю, что гильдмастер знает намного больше аристократов чем мы и он сможет выбрать

тех с кем можно об этом поговорить. Его рекомендации также, вероятно, будут иметь большийвес, чем наши, учитывая, что наш быстрый рост сопровождался столь же быстрым ростом недовольства в наш адрес.

-   Собираешься свалить всю тяжелую работу на старикашку? – С усмешкойспросил Бенно.

-   Он просто лучше всех подходитдля этой работы, - спокойноответил Марк со своей обычнойулыбкой.

-   Ладно. В таком случае попробуйте попросить гильдмастера составитьдля меня список кандидатов. Я посоветуюсь с эрцгерцогом, кого из них лучше использовать, - сказала я. - Кроме того, Матушкапредложила, использовать для этого чиновников, работающих на Гибов? Они знакомы с жизнью простолюдинов и она сказала,что они полностью посвятили бы себя своей работе, если бы это означало обогащениеих родных провинций.Как у вас все прошло в Хальденцелле?

Я еще не была в Хальденцелле, но и Лютц, и Бенно были там вместе с другими Гутенбергами; они наверняка знали, как действовали местные чиновники.

-   Только мастер Бенно и Дамиан встречались с Гибом Хальденцелле, - сказал Лютц. - Слуга бывший нашим с остальными проводником по городу- может быть, он был чиновником? Мне показалось, что простолюдины и дворяне там были немного ближе, чем в Эренфесте.

-   Если мы будем набирать средних дворян, а не высших, это может сработать... - размышляла я вслух. - Или нет, может быть, еще лучше будут низшие дворяне.

В Иллгнере отсутствиедворян, работающих чиновниками, привело к тому, что Гибу Иллгнеру пришлосьсамому посещать мастерскую по изготовлению бумаги, чтобы проверятьпродвижение работ. В Иллгнере моим работникам было предоставлено достаточно самостоятельности, но в Хальденцелле такого может и не быть.

-   Провинция зимой просто замерзает целиком;люди борются за жизнь, если благословения уменьшаются хотя бы ненамного, им грозитсмерть, поэтому они в конечном итоге привыклиобъединяться чтобы выживать. Они суровы к посторонним и не очень открытыдля новых идей... но как только они стали немного более привычны к нам и восприимчивыми к тому что мы рассказывали, работа начала споритьсяочень быстро.

Очевидно, им потребовалось много времени, чтобы принять новые ремесла и способведения дел. Такова была их провинциальная культура,что было вполне обычным делом, но как же трудно было преодолевать подобные препятствия.

-   А весной мы начнем строить в Хальденцелле мастерские по изготовлению бумаги... – почти простонал Лютц, скрестив руки на груди.

-  в чем дело? – Встревожено поинтересовалась я.

-   В Хальденцелле растет гораздо меньше деревьев, чем в Иллгнере и я не знаю, подойдут ли эти деревья для изготовления бумаги. Я понимаю, почему им нужны мастерские по изготовлению бумаги, но я думаю, что им лучше просто покупатьсебе бумагу в другом месте, когда у нас будет больше мастерских к северу от Эренфеста. А мастерские в Хальденцелле мы должны строитьна самом юге провинции. Не могла бы ты донести до них эти наши предложения?

-  Конечно смогу. Можешь на меня рассчитывать. И еще, Бенно,насчет поездки Гутенбергов...

Мы продолжали обсуждатьвопросы, начиная от типографии и заканчивая нашими семьями, от важных вопросовдо мельчайших из мелочей. Наш разговор продолжался до тех пор, пока, в конце концов,я не почувствовала полное облегчение.

Я с улыбкойпроводила Лютца и остальных и все они улыбнулись в ответ. Они простили меня, сказав, что поездка не была пустой тратой времени благодаря этому разговору. И с этими словами работникикомпании Плантен простилисьсо мной.