Том 15 Глава 372 Первый курс окончен

-   Мы вернулись. Что произошло важного,пока нас не было? - Спросил Сильвестр, когда они с Флоренсией вошли в общежитие. Выпускная церемония только что закончилась.

Выпускники все еще были в зале; им не хотелосьрасставаться со своими друзьями, и многие были заняты тем, что знакомилиих со своими родителями. По крайней мере, такое объяснениея получила от измученного Сильвестра. Я тяжко сглотнула.Мое благословение, без сомнения, имело какие-то последствия, и он хорошо знал, кто был виновником произошедшего.

Фердинанд шагнулвперед со своим обычным бесстрастным выражением лица.

-   Ничего не произошло,Ауб Эренфест. - Его тело частично укрыло меня от Сильвестра, и я воспользовалась возможностью чтобы полностьюспрятаться за ним.

-   Кстати, как прошла выпускная церемония?Случилось что-нибудь примечательное?

-  ...Да. Я тебе все расскажу. Пойдемв мою комнату. И ты тоже, Розмайн.

-   Я очень благодарна за приглашение, но, как скромнаямолодая девушка, мне, к сожалению, не дозволено подниматься на второй этаж, где живут мальчики.

Бровь Сильвестра дернулась от гнева при моейнеуклюжей попытке уклониться от предстоящей беседы.

-   Это приказ, - проворчал он. Флоренсия, стоявшая рядом с ним, мягко улыбнулась и попыталась заверитьменя, что все будет хорошо,так как она тоже будет присутствовать там. Эх, не стоит надеятьсяотвертеться от еще одного допроса.

Сильвестр повернулся, взмахнувплащом, чтобы направиться в свою комнату.Я опустила плечи и последовала за ним. Нашим вассалам было не разрешенозайти в покои эрцгерцога вместе с нами, а это означало, что там были только эрцгерцогская пара, Фердинанд и я. Карстедти Экхарт стояли на страже у двери.

-     Мы все смотрели,как второй принц и кандидатв эрцгерцоги Классенберга шествуют по залу, как вдруг из ниоткудаприлетело благословение, - начал он. Свет благословения, очевидно, пролился на них дождем, но никто не мог сказать, откуда оно взялось. Среди присутствующих немедленно закипели хоть и приглушенные но очень оживленные разговоры, многие задалисьвопросом – не несет ли ответственность за произошедшее Верховныйепископ Суверении.

Суматоха продолжалась до тех пор, пока Верховныйепископ сам не поднял руку, требуя тишины.Затем он заявил, что это было благословение богов — что они благословили совершеннолетие Эглантины и её будущую свадьбу.

-  Подождите, леди Эглантина? Не обеих?

-   Свет был явно направлен на нее, - сказала Флоренсия.- Это создавало впечатление, что избранна была леди Эглантина, а принц Анастасийбыл благословлен просто потому что был рядом с ней.

Но ведь это не имело никакогосмысла; я молиласьза счастье их обоих.

-   Тогда, я полагаю, я не имею к этомуникакого отношения, - принялась размышлять я вслух. - Это почти наверняка произошло, потому что леди Эглантина действительно любима богами.

Я решила придерживаться версии, что это было самое настоящее благословением богов, вот толькоФердинанд потер виски и посмотрелна меня леденящим взглядом.

-   Твои благословения, когда они даются неосознанно, сильно зависят от того какие чувства ты втот момент испытываешь, так что в произошедшем нет ничего удивительного. Разве ты не помнишь, что произошло когда ты так усердно готовилась к крещению Шарлотты?

-  Ээээ...

Я отчаянно практиковалась, чтобы мои благословения были похожи на благословения других детей, поэтому я не могла оспоритьэто сравнение. Похоже что и вправду, моя симпатия к Эглантине повлиялана благословение.

-   В любом случае,все восприняли это как благословение богов, так что пусть это так и остается. Никому не распространяйся о произошедшем, - сказал Сильвестр.- Кто-нибудь еще видел это?

-   Да, Студенты, которые оставались в гостиной. Я приказал им хранить молчаниеоб этом. Теперь, когда Верховныйепископ Суверении признал это благословением богов, попытка заявить,что оно исходило от Розмайн,приведет только к насмешкам, как будто мы прибегаем ко лжи, чтобы поддержать её репутацию. - Если никто ничего не растрезвонит до того, как мы все вернемся в герцогство, то к следующейзиме все уверуют что это было воистинублагословение богов.

-   Леди Эглантина, любимая богами, - это хорошаяистория для прикрытия, но нам все еще нужно знать все подробности, - устало сказал Сильвестр. - Расскажите мне, что произошлодо и после благословения. Какому богу ты вообще молилась?

Я не могла не запнуться; на этот вопрос было нелегко ответить, так как на этот раз я и вправду не молилась.

-   Я просто хотела,чтобы принц Анастасийи леди Эглантина были счастливы.Я не думала ни о каком конкретномбоге и не произносила никаких слов молитвы.

Сильвестр с сомнением посмотрелна меня, а затем повернулсяк Фердинанду.

-   Она говорит правду. Если бы она начала обычную молитву,я бы остановил её прежде, чем она смогла дать благословение.

-   О боги. Розмайн,что именно ты сделала? - Спросила Флоренсияуспокаивающим голосом. Почувствовав себя немного спокойнее,я объяснила, что наблюдала за танцем меча Ангелики и посвящением Эглантинына магическом инструменте видеокамере.

-...Покажи мне, - сказал Сильвестр. - Я никогдане видел магического инструмента, который мог бы сохранятьи воспроизводить подобное.

Фердинанд покачалголовой.

-  Но ведь нам еще столь многое нужно обсудить,Сильвестр.

-  Это имеет приоритетное значение.Запись может содержатьнекоторые полезные подсказки.

Фердинанд пробормотал что-то о том, что не купится на это, но тем не менее открыл дверь и велел Экхартудостать магический инструмент. Как только он оказался здесь, я начала воспроизводить видео, о котором идет речь.

-  Вот это да, - заметил Сильвестр.

-   Используется просто абсурдноеколичество маны, - предупредил Фердинанд. – Это явно не подойдетдля повседневного использования.

-   Это кружение веры было поистиневеликолепно, и я рада возможности увидеть его еще раз, — сказала Флоренсия, прочувствовавшая что кружение веры в этом году — и особенно кружениев исполнении Эглантиныбыло чем-то чудесным.Я посмотрела на нее, чувствуясебя счастливой, что у меня нашлась единомышленница.

-   Леди Эглантина - просто чудо, не так ли? Особенно в той части, когда они исполняют«Я клянусь, что буду молитьсявам, боги природы;я буду благодарна вам -»

-   Розмайн, может быть, ты пела про себя во время своего импровизированного благословения? - спросилФердинанд.

-   Да. Этот инструмент не записывает и не воспроизводит звук, поэтому я добавила его сама, как смогла. А в чем дело?

Фердинанд потер виски: - Это могло быть бы тем, что вызвало благословение.

-  Что могло...?

-   Песня кружения веры — что еще? Это часть подношениябогам. Песня, которую ты исполниладля Лейденшафта на своем дебюте,также стала благословением.  Нет ничего  необычного  в том, что песня, написаннаяна древнем языке для богов, привела к такому результату. Это было бы довольно необычнодля кого-то другого,но с тобой это происходит на удивление часто.

Услышав, что для кого-то другого то что считалосьдля меня повседневностью было бы воспринято,как чудо, Сильвестр бросил на Фердинандакрайне встревоженный взгляд.

-   Как мы можем удержать её от повторенияподобного?

-   Не спрашивай у меня такое. То, когда Розмайн почувствует себя обязанной благословить кого-то, не поддаетсяконтролю или управлению.

-   Я знала, что мне нужно быть осторожной, когда я буду от всего сердца исполнятькружение веры под присмотром моего учителя танцев,но я не думала, что такая простаявещь, как напеваниепро себя, может привести к благословению... - пробормотала я. - Даже я удивлена.

Все собравшиеся закачали головами от того, насколькооказывается я была еще более ненормальной, чем им казалось.

-     Я только что понял, что произошло еще более худшее, чем благословение - Розмайн уже получила свой штаппе, - сказал Фердинандс гримасой. Я посмотрела на Сильвестра, не уверенная в том, что подразумевалось, только чтобы увидеть, что он был в таком же непонимании как и я. Фердинанд нахмурился еще сильнее.

-   Разве ты не помнишь, почему человек впитываетв себя Божественную Волю и создает штаппе?

-   Чтобы было проще управлять маной, чтобы молитвыбыстрее и легче достигали богов и для божественной защиты...Ах. - Сильвестр остановился на полуслове и склонил голову;похоже, что мой штаппе помогал моим молитвамтеперь достигать богов намного легче, чем раньше. - Мы не найдем никаких решений,просто обдумывая ситуацию;нам нужно сначала расставить главныеприоритеты.

-  Есть ли что-то более важное, чем это? – Спросила я.

-   Да. Многие на турнире и церемонии выпуска подходили к нам, спрашивая,с кем помолвлена наша лучшая ученица на своем курсе- святая-законодатель моды. На данный момент нам удалось уклонитсяот продолжения подобныхразговоров, так как все обращавшиеся к нам с

ними были из герцогств более низкого ранга, но нам нужно решить вопрос с твоей помолвкой, прежде чем с нами заведутподобные разговоры герцогства более высокого ранга.

О! Другими словами, я очень популярнасреди мальчиков?!

Это был первый раз в моей жизни, когда я оказалась предметомподобного интереса. Но пока я наслаждалась легким головокружением от осознания что происходит, Фердинанднемилосердно ткнул меня пальцем в голову.

-   Дура, не радуйся,это все сильно усложняет и для тебя, и для нас. Итак, что ты им сказал,Сильвестр?

-   Естественно, я сказал, что у нее есть кое-кто из Эренфеста. Я намекнул, что этой зимой она обручилась с Вилфридом, и сказал, что объявлю о её помолвкена Конференции эрцгерцога.

-   Подходящий ответ. Мы не можем позволить, чтобы Розмайн похитили — не только из-за нехватки маны, но и потому, что я не могу представить, что она сможет выжить в другом герцогстве, где ей все время нужно сохранять образ мыслей и поведения высшей аристократки. Она ходячее природноебедствие, которое постоянно грозит сотворитькатастрофу, слишком легко поддается влиянию чувств и не обученаспособам контроля маны.

-   Ходячее природное бедствие? Фердинанд, вы и вправду так считаете?! Это оскорбительно! – Хоть он был прав в перечислении моих недостатков, так что тут не поспоришь, но я могла, по крайней мере, возразитьпротив его выбора слов.

Флоренсия обеспокоенно улыбнуласьи покачала головой.- Розмайн, пожалуйста, сосредоточься на том, что здесь и сейчас решается вопрос о твоем браке.

-   Ну, меня удочерилииз-за моего объема маны, и разве это не изначально предполагалось, что я должна буду вступить в договорной брак, чтобы принестипользу нашему герцогству? Я не против выйти замуж за кого угодно, если мне будет предоставлен полный доступ к его библиотеке.

-   Ты заняла точно такую же позицию, как и Ангелика,- сказал Фердинанд. – Как ужасны в этой похожести госпожа и её вассал...

Ух ты. А он прав. Но подождите... Делает ли это меня тоже красавицей не обращающей вниманияна свою красоту?

-   Знаешь, с точки зрения совместимости по объему маны и управления Розмайн, наилучший выбор здесь это Фердинанд... – принялся размышлятьвслух Сильвестр.

-  Не глупи, - мгновенноощетинился Фердинанд.

Я открыла рот, чтобы сказать:“Вам так не хотелось брать меня замуж?”,Но затем быстро проглотила свои слова; у Фердинанда было такое смертельно серьезное выражение лица, что при взгляде на него становилось почти что страшно.

-   Это исключило бы возможность того, что твои дети смогут занять должностьэрцгерцога, - обратился он к Сильвестру. - Это не то, насчет чего можно шутки шутить.

-   Что вы имеете в виду?

Фердинанд вздохнул: - В настоящеевремя в Эренфесте пять человек считаются кандидатами на место эрцгерцога.

-   Ммм... А это Вилфрид, Шарлотта и Мельхиор, так как они дети Сильвестра... А потом я, как его приемная дочь, и вы, как сын бывшего эрцгерцога, верно?

-   Правильно. Если считать всех кто имеет право на престол,Бонифаций также являетсякандидатом, но, учитывая его преклонный возраст, дворянство герцогстване воспринимает его в качествекандидата.

О да, дедушка тоже был сыном эрцгерцога.

-   У Вилфрида есть несмываемое пятно на репутациииз-за его проникновения в Башню из айвори; Шарлотта,как женщина, должна выйти замуж за кандидатав эрцгерцоги из другого герцогства; Мельхиор еще не был крещен; и то, что Вероникаподвергала меня травле,означает, что у меня нет надлежащей поддержкисреди дворян. Ты, с другой стороны, являешьсяисточником разных изобретений, оказывающих влияние на весь Эренфест,и твой объем маны превосходит те которыми располагают все остальные. С объективной точки зрения разве не очевидно,кто лучше всего подходит для того, чтобы стать следующимэрцгерцогом?

-  Но я ...

«Я когда-то была простолюдинкой”, - вот что я хотела сказать, но Фердинанд не дал мне этого сделать.

-   Для тех, кто не знает твоих обстоятельств, Карстедт и Эльвиратвои родители, а Бонифаций и дом Лейзегангподдерживает тебя. У меня же нет такой поддержки.

Почти никто не знал, что я когда-тобыла простолюдинкой, и, если не обращать внимания на это, я была внучкой Бонифациуса и дочерью рыцаря-командора, в моих жилах текла кровь эрцгерцога. С моим происхождением не было ни малейших проблем.

-   Печатное дело будет продолжать расширяться, поддерживаемое тобой и Эльвирой, и, учитывая вашу родословную, можно с уверенностью сказать, что Халдензелле, Грошель и Лейзегангв совокупности уже образуют фракцию Розмайн. Граф Лейзеганг, в частности, практически всю свою жизнь был врагом аристократов ведущих свое происхождение из Аренсбаха; он, без сомнения,приложит все усилия,чтобы ты стала следующей эрцгерцогиней, поскольку ты его кровный родственник и совершенно не связана с Аренсбахом.

Флоренсия побледнела. Бонифацийбыл моим дедом по отцовскойлинии, его жена была дворянкойиз рода Лейзеганг, и моя бабушка по материнской линии тоже была Лейзеганг. Так что, меня можно было считать чистокровной Лейзеганг.

-   Нетрудно представить, что произошло бы, если бы я женился на Розмайн — я почти навернякастану следующим эрцгерцогом, - продолжил Фердинанд. – Против меня раньше играло отсутствие поддержки,но с Розмайн в качествемоего партнера поддерживающие её дворяне поддержали бы меня. Даже если бы наш брак состоялся, когда она достигнетсовершеннолетия, Вилфрид и Шарлотта тоже только достигли бысовершеннолетия; и мне они не соперники.

Это не было высокомерием или чем-то в этом роде, трудно было представить, что Вилфриду или Шарлотте когда-нибудь удастсяпревзойти в чем-то Фердинанда сразу после церемонии их совершеннолетия.

-   Если ты хочешь воплотить план что не позволитдругому герцогству завладеть Розмайн, выдай её замуж за Вилфрида. Это сильно увеличивает вероятность того, что он станет следующим эрцгерцогом, как ты того и желаешь.

-   Верно. Хорошо, Фердинанд,если мы захотим, чтобы Розмайн вышла замуж за Вилфрида,ты женишься на Шарлотте? - Спросил Сильвестрв шутку, лукаво ухмыляясь. Это была совсем не смешнаяшутка, над которой никто не стал бы смеяться, и на лбу Фердинанда вздуласьвена, когда он резко отверг эту идею.

-   Совершенно верно!- Воскликнула я. - Это было бы слишком печальнодля Шарлотты! К тому времени,когда она достигнетсовершеннолетия, Фердинанд будет уже стариком!

Единственный муж, на которого я соглашусь для неё, - это молодойчеловек с добрым сердцем, которыйбудет хорошо к ней относиться! Не такой ворчун,как Фердинанд!

-   Ого? Повтори это еще раз. - Несмотряна то, что я согласилась с его позицией,моя поддержка только еще больше разозлила Фердинанда. Он ухватил меня за щеки своими пальцами- щипцами и с силой потянул их в стороны.

-   Ой, ой, ой! Ммм, проу проения!

Когда он наконец отпустил меня, я приняласьрастирать жутко больно ноющие щеки и в этот момент Флоренсия выдохнула: -Ты не будешь возражать противбрака с Вилфридом, Розмайн?

-   Вовсе нет, пока я могу делать с книжными залами замка и храма все, что мне заблагорассудится.

-   Ты окажешь поддержкуВилфриду?

-   Я сделаю все, что смогу, - ответила я. Мне нужно было, чтобы эрцгерцогбыл сильным правителем и его власти ничего не угрожало, чтобы я могла спокойно управлятьсвоими библиотеками; конечно,у меня была бы мотивацияподдерживать его.

И все же Фердинандне смог удержаться чтобы не поиздеваться над моей решимостью.

-   Флоренсия, неразумно ожидать этого от Розмайн, - сказал он. - Скорее, вам следуетбеспокоиться о том, сможет ли Вилфрид удержатьРозмайн в узде.

-   Ты думаешь, я дикая лошадь или что-то в этом роде?!

-   Учитывая влияние, котороеты оказываешь на свое окружение, дикой лошадью было бы намноголегче управлять.

Флоренсия наблюдала за нашим обменом репликами со сложной улыбкой.Сильвестр, который в какой-то момент погрузился в раздумья, резко поднял голову.

-   Если мы все здесь согласныс этим, я объявлю о браке Розмайн с Вилфридомвсем дворянам Эренфеставо время весеннегопира. Затем сделаю то же самое перед представителями другихгерцогств на Конференции эрцгерцогов. Договорились?

-  Хорошо, - сказала я. - Пожалуйста, расскажите об этом и Вилфриду.

Вскоре после этого наша беседа подошла к концу.

Вернувшись в свою комнату, я получила письма от Эглантиныи Анастасия с пожеланиями здоровья. Эглантина сказала, что хотела, чтобы я благословила её во время выпускной церемонии, так как именно благодаря моим словам Анастасийрешился на эти действия и устроил все наилучшим образом для неё.

Это она так расспрашивает о благословении...?

Она также упомянула, что шпильки и риншам оказалисьочень популярными, так что ими заинтересовались даже её дедушка и Ауб Классенберг, и что она положительно отзываласьоб

Аубе Эренфестена межгерцогском турнире.

Сильвестр вернулся на вид измученным, но еслидворяне великих герцогств были заинтересованы в обмене, это, вероятно, стоило всех его страданий...

Я написала ответ, в котором выразила глубокоесожаление по поводу того, что пропустила её кружение веры, а затем прочитала письмо от Анастасия.Оно примерно на пятьдесят процентовсостояло из критикиза то, что я была настолько абсурднослаба телом, что заболела как раз перед одной из самых важных церемоний года. Мой ответ был следующим:

Я приношу глубокие извинения за свое плохое здоровье. Если бы это было возможно,я бы с удовольствиемприсутствовала. Мне сказали, что во время выпускной церемонии вы получили всеобщееблагословение. Я бы тоже хотела благословить вас обоих.

Я позаботилась о том, чтобы сохранить позицию,согласно которой благословение на церемонии не имело ко мне никакогоотношения.

Как только мои ответы были готовы, я перешла к написанию письма с извинениями и благодарностью Ханнелоре,которая прислала свои наилучшие пожеланияво время турнира. Затем я попросила, чтобы его доставилией вместе с книгой.

Покончив со всем этим, я осмотрела свою комнату, которая понемногу приводилась в порядок. Теперь,когда церемония выпускабыла завершена, главныеприготовления к отъездубудут делаться завтра.

-   Завтра мне нужно будет пойти в библиотеку, чтобынапитать Шварц и Вайс маной, - сказала я вслух.- Не говоря уже о том, что мне нужно будет вернуть книгу, которую япозаимствовала на днях...

-   Миледи, пожалуйста, сначала обсудите это с Фердинандом. Возможно, вы сможете снабдить профессора Соланж достаточным количеством маны, чтобы хватило до следующейзимы.

Моя дискуссия с Фердинандом принесла свои плоды, и было решено, что я одолжу Соланж фейкамни,наполненные маной. Однако, поскольку большиефейкамни были чрезвычайно дорогими, Фердинанд должен был сопровождать меня туда и подписать с ней контрактна предоставление камней в займ. Как только я получиларазрешение Сильвестра, мы вдвоем, в сопровождении слуг и вассаловнаправились в библиотеку.

-     Я не верю, что профессорСоланж станет делать что-то сомнительное с фейкамнями, - сказала я, чувствуя себя немного неуверенново всей этой контрактной истории.

-   Это большие магические камни, до краев наполненные твоей маной; вполне нормально заранее подготовиться к тому, чтобы их не украли или не использовали не по назначению. Ты можешь без опаски одалживать свою ману и магические инструменты, но делай это только при условии, что то, что ты одалживаешь, должно быть возвращено. Мана-это не то, что можно раздавать так свободно.

Я кивнула, показывая,что понимаю. Если таково было отношение к этому вопросу среди дворян,мне нужно было попытаться научитьсятак же мыслить. У меня было такое чувство, что Фердинанд довольносвободно одалживал свои собственные магическиекамни, и я тоже делиласьманной без лишних вопросов, но, возможно, это было так, что в нашем внутреннемкругу все было по-другому.

-  Миледи здесь.

-  Миледи. Время чтения?

Шварц и Вайс приветствовали нас, когда мы вошли в библиотеку, я шагнула вперед и вернулакнигу, которую Лизелеттапринесла сюда для меня. Фердинандувидел, как два шмиля косолапякружат вокруг нас, и удивленнозаморгал.

-   Ты действительно их хозяйка... - сказал он наполовину удивленным, наполовину раздраженным голосом.

-   Леди Розмайн. И, о, разве это не лорд Фердинанд?Сколько же лет прошло с тех пор? - СпросилаСоланж. Она, по-видимому, знала Фердинанда со времен его учебы в Академии, когда он очень часто посещалбиблиотеку, беря и возвращая материалыдля Хиршур.

Фердинанд повернулсяк Соланж с ностальгическим выражением в глазах.

-   Слишком много. Розмайн сказала мне, что всех библиотекарей, которых я знал, больше нет, так что я рад видеть, осталсяхотя бы один.

Соланж мягко улыбнуласьв ответ, понимая, что Фердинанднамеренно сказал это, чтобы ей не пришлось повторять болезненное объяснение того, почему здесь больше не было других библиотекарей.

-     Профессор Соланж, - сказала я, - мы пришли сюда сегодня, чтобы обсудить возвращение некоторых книг и запас маны для Шварц и Вайс. У вас найдется немного времени?

-   О да. Большое вам спасибоза вашу заботу.

Поскольку это было на следующий день послевыпускной церемонии, библиотека была почти пуста. Я тоже не могла поверить,насколько опустошены были некоторые полки. Они были

полны пробелов, когда я была здесь в последний раз, с тех пор как группа студентовискала книги для своих выпускныхэкзаменов, но как можно было объяснить их опустошение сейчас?

-   Неужели вы все еще выдаёте так много книг? - Спросила. – Ведь студентамуже пора возвращаться в свои герцогства...

-   С каждым годом ситуация становитсявсе хуже, но в конечном счете вина лежит на мне...- Соланж ответила, печально опустив глаза. Даже среди тех, кто прошел надлежащие процедуры одалживания книг, некоторые смотрелисвысока на Соланж за то, что она была среднейдворянкой, и никогда не удосуживались вернуть их. Она также объяснила,что не могла даже провести расследование, чтобы выяснить, кто брал книги в каррели,а затем забирал их с собой, не проходя процесс выдачи.

-   Вы не можете провести расследования? - Спросил Фердинанд. - Не может такого быть. С какой же целью здесь находятсяШварц и Вайс? Я припоминаю, что в прошломих записи использовались для отправки отзывныхписем. – Его брови задрались вверх, от того насколько библиотека которую он помнил отличалась от нынешней.

Как оказалось, Соланж не могла получить необходимую информацию от Шварца и Вайса, потому что она не была их хозяйкой.

-   И мне бы и в головуне пришло взваливать еще большее бремя на леди Розмайн, - сказала она.

- Это совсем не обуза, - ответила я. - Помогать библиотеке- долг любого члена библиотечного комитета. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы помочь, когда у меня будет свободноевремя.

До сих пор я воздерживалась от выполнения таких обязанностей члена библиотечного комитетаи только читала, так как не хотела беспокоить Соланж,навязывая непрошенную помощь. Если бы у неё действительно была работа для меня, то, как член комитета, я бы без колебаний была готова помочь ей.

-   Я не знаю, что делают члены этого библиотечного комитета,но у Розмайн есть и мана, и желание, - сказал Фердинанд.– Иначе, если такое положениевещей будет продолжаться, я ожидаю, что она проклянетвсех тех, кто плохо обращалсяс книгами.

-   Проклятие? Пожалуйста, не используйте такие сильные выражения. Я никогда так не сделаю.

-   Я до сих пор отчетливопомню, как ты намеревалась провеститак называемый "кровавый карнавал" после того, как кто-то просто устроил беспорядок в книжной комнатехрама. Было бы разумно уладить этот вопрос до того, как библиотека будет залита кровью казненных.

У меня не было намеренияпроводить какие-либо массовыеказни... но, честно говоря, когда дело касалоськниг, не всегда можно было позволить себе роскошь выбирать методы.

-   Розмайн, это твоя работа как хозяйки Шварц и Вайс. Посоветуйся с каждым герцогством о тех, кто не вернул свои книги или позаимствовал их без разрешения. А я пока поговорю с профессором Соланж о фейкамнях.

-   Хорошо. Шварц, Вайс — пожалуйста, назовите мне имена и фамилии всех, кто брал книги из библиотеки без разрешения, или кто не вернул свои книги.

Согласно инструкциям Фердинанда, я вызвала Шварц и Вайс, а затем начала составлятьсписок грешников из каждого герцогства. Мои вассалы помогалимне в этом начинании.

-   Невозвращенец. Из герцогства...

-  Несанкционированный кредитор.Из герцогства...

Глаза Шварц и Вайс засветились, когда они начали бормотать имена, которые мои слуги и я быстро записывали. Как только список именбыл готов, мы узнали, что не было необходимости отправлять письма в герцогства высокогоранга; демонстрировали плохие библиотечные манеры только герцогства более низкого ранга.

-  Я вижу, что среди согрешивших нет никого из Эренфеста, - сказала я.

-   Никто не был настолько глуп, чтобы обманыватьбиблиотеку, которую вы так сильно любите, леди Розмайн.От того как вовремя они возвращают книги зависит их будущее, - сказал Корнелиус, пожимая плечами. Все остальные кивнули в знак согласия.

Я взяла готовыйсписок и пошла в кабинетСоланж. - Фердинанд, профессор Соланж, я закончила записывать имена.

-     И мы завершиликонтракт с фей камнями, - ответил Фердинанд.- Покажите мне имена.

Я показалаему список, и он нахмурился, увидев как много людей взяли книги без разрешения.

-     Я пошлю ордонансыс напоминанием о возвращении книг, - сказал он. - Если они услышат голос незнакомого взрослогомужчины, они почти наверняка неправильно истолкуют ситуацию, как вмешательство Суверении.

Это была хорошая идея; Соланж, как всегда, проигнорировали бы, в то время как сообщение, отправленное таким детски звучащимголосом, как мой, скорей всего вызвало бы еще большеепрезрение. Если Фердинандобратится к ним в своем резком, холодном тоне, они пришли бы в ужас и побежалибы возвращать свои книги.

-  Я никогдане ожидала, что вы поможетес библиотекой, Фердинанд. Я так тронута.- Но когда

я искреннепоблагодарила его, его губы изогнулисьв холодной и довольной усмешке.

-   Розмайн, позже, покажи мне магическиекруги на животах Шварц и Вайс. Я хочу увидеть их сам. Это подходящаянаграда за то, что я помогаю библиотеке, не так ли?

Так вот каков был его план...?! Я так и знала, что его готовностьпомочь была немногостранной! Ну!

Пока я внутреннепузырилась от гнева, я думала о плюсах и минусах, которые сопровождали помощь от Фердинанда. Показать ему магическиекруги не будет проблемой, так как он все равно уже видел письменные копии; он также поможет с нарядом Шварц и Вайс и надавит на студентов, чтобы они вернули книги. Плюсов выходило намного больше.

-  Фердинанд... Если я оставлю это у вас, вы уверены, что все книги будут возвращены?

-   Да. Я отправлюим сообщения, которыене оставят им другого выбора, кроме как вернуть книги, - сказал Фердинанд. Затем его голос стал мрачным и угрожающим, когда он произнессвое сообщение, которое он собирался отправить в соответствующиеобщежития. - Библиотека Королевской академии находится в ведении королевской семьи, и её книги являютсясобственностью королевской семьи. Те, кто не вернет книги до того, как покинет Академию,будут считаться преступниками, и их аубу будет сообщенооб этом от имени короля. С этого момента мы активируем магию контракта, ибо клятва, данная Местионоре, Богине Мудрости, будет считаться нарушенной.

Это на следующийдень после выпускнойцеремонии, так что многие эрцгерцоги все еще в общежитиях, верно? Как же на студентовбудут кричать…

В тот день я с радостью помогла Соланж и Шварц справитьсяс потоком перепуганных студентов, пришедших вернуть свои книги, в то время какФердинанд сидел в кабинете Соланж, изучая магический круг на животе Вайс.

Фердинанд и я, довольные, вернулись вЭренфест. Я выполнила свою работу в качестве члена библиотечного комитета, в то время как он продвинулся в своихисследованиях, изучив круги на животеВайс.