Том 15 Глава 374 Семейные обстоятельства Филины

-  Сильвестр, Фердинанд,можно нам сейчас отправится спасать Филину? – Спросила я.

-   ...Ах да, одна из твоих вассалов что не пришла. Что ты имела в виду под «спасать»? - Спросил Сильвестр, нахмурив брови. К сожалению, я не могла сообщить многого; я знала только то, что слышалв ордонанце.

-   Я не уверена,какова точно тамошняяситуация, но сегодняутром я получила ордонанс. Женщинасообщила мне, что Филина заболела,но я слышала, как Филина кричала о том, что у нее отняли деньги.

Фердинанд, которыйслушал, постукивая себя по виску,опустил руку и уставился на меня. - И ты не кинуласьсразу к ней? - Спросилон, недоверчиво моргая.- Боги, ты действительно повзрослела?!

-   Все мои вассалысобрались вместе, чтобы остановить меня, и с тех пор я несколькоподуспокоилась. - Или, скорее, на меня повлиял вид моего прадеда, упавшего передо мной в обморок.- А теперь скажите мне, как мы можем спасти Филину и не доставляяей своим вмешательством лишних хлопот?Она так усердно работала, чтобы заработать деньги специально для того, чтобы присутствовать на моем уроке. Её родителине собирались покрыватьэти расходы, и поэтому она собирала сведенияв Королевской академии,переписывала книги, собирала сказки из других герцогстви делала все что только можно чтобы накопить денег. Она была так счастлива,что научится моему методу сжатия...

Мне ни разу не приходилов голову, что родители Филины могут начать мешать ей, вместо того, чтобы праздновать её успех. Она именно потому и зарабатывала так усердно деньги своим трудом, что её семья была бедной, и она знала, что они не смогут заплатить за нее.

-  Её родители действительно отняли деньги у своего ребенка...?   - Спросил Сильвестр.

-   В аристократических семьях, как правило, ожидается, что доход будет идти на благо дома, особенно доходы несовершеннолетних детей, которые все еще живут дома, - сказал Дамуэль.Будучи сам низшим дворянином, он смог дать нам некоторыеценные разъяснения.

Сильвестр вздохнул:- Тебе следовало взять её деньги на хранение, Розмайн.

-   Возможно, но ей надо было обратиться с такой просьбой.Если бы я сделала ей подобное предложение, оно было бы воспринято как приказ, не так ли?

По правде говоря, в какой-то моментя подумывала о том, чтобы вычесть стоимость моей лекции о сжатии маны, прежде чем выдать платежи.Сильвестр сказал, что это облегчитнам задачу, так как нам не нужно было бы готовить к единовременной выдаче столько денег, но я придерживалась мнения,что было бы более удовлетворительно и, в свою очередь, более мотивирующе — выплатить полнуюсумму. Оплачивая метод деньгами, которыеони заработали сами,а не просто получили от своих родителей, я надеялась научитьстудентов важности самостоятельныхинвестиций в свое будущее.

К сожалению,мое решение заплатитьвсем полную сумму, обернулось против меня.

-   Я понимаю, что ты чувствуешь, но дело уже сделано. Я отнюдь не рад, что ты хочешьвмешаться в чьи-то семейные дела, - сказал Сильвестр.

-   Филина - мой вассал, и мой долг-защищать её. Разве это не то, что должны делать лорды и леди? Я поняла это, оказавшись под защитой леди Эглантины в Королевской академии.

-   Хм. Ход твоих мыслей верен. Хоть это не принесетничего, кроме проблем,но я вижу, что ты, по крайнеймере, учишься, - сказал Фердинанд, снова начиная постукивать себя по вискам,задумавшись.

-   Я понимаю, какую роль я должна играть,но как именно я могу защитить Филину? Я хочу решить этот вопрос мирным путем, не причинив ей никакого вреда.

-   Если ты ввяжешьсяво внутренние дела её дома, это вызовет настоящий скандал. Если ты хочешь уладитьвсе мирным путем, я бы предложил твоему вассалу снова заработать деньги и на этот раз попросить её доверить их тебе на хранение, - сказал Фердинандпрямо. Ничего не предпринимать по этому поводу было самым бесконфликтным вариантомразрешения ситуации, но мы вели этот разговорименно потому, что я отказывалась закрывать глаза на происходящее.

Не зная что предпринять, я прикусила губу, и именно тогда вмешалсяХартмут. - О нет. Я только что понял кое-что ужасное, - сказал он монотонным голосом, подобно плохому актеру. - Я не могу поверить,что сделал это, но я дал Филине неправильную сумму. Должно быть, она забрала домой средства,которые мы собиралисьвыплатить студентам других герцогств.

Другими словами, я дал ей деньги, которыепо праву принадлежат леди Розмайн, а леди Розмайн- деньги, которые должны были быть выплаченыФилине.

Я точно знала, что это неправда,я ужезаплатила всем из Эренфеста, и деньги для студентов из других герцогств были в моем распоряжении. Я растерянноморгнула, когда Фердинанд в ответ довольно усмехнулся.

-   Это действительно ужасно, - сказал он. - Розмайн, похоже, что твой вассал забрала домой деньги, которые предназначались для других герцогств. Это может перерастив межгерцогский скандал,если эта ситуация не будет разрешена, как можно скорее. Иди и верни то, что по праву принадлежит тебе. И на этот раз не забудь приготовить и держать отдельноот остальных, деньги,предназначенные за урок по сжатию маны.

Только тогда я поняла, что происходит. - Ох, конечно, было бы ужасно, если бы это переросло в скандал между герцогствами, - сказала я. - Я должна немедленно отправиться в дом Филины и извиниться за ошибку.

-   Внезапный визит толькообострит ситуацию. Я объясню причинутвоего визита отцу Филины, Кашику.Возвращайся сюда, когда приготовишь нужное количество денег.

-   Правильно!

Теперь, когда у меня было основание для моих последующих действий, я забраласьв своего верховогозверя и сразу же поспешилав свои покои. С округлившимися от удивления глазами,Рихарда и Оттилия,отказавшиеся от присутствия на уроке по сжатию манны, поприветствовали меня, явно удивилисьмоему скорому прибытию.

-     Рихарда, пожалуйста, принеси деньги собранныедля выплаты другим герцогствам, - сказала я, объясняя им ситуацию, пока они выполнилимою просьбу. Из этих средствя взяла ровно столько, сколько заплатила Филине, и из этой суммы я взяла плату за свой метод сжатия маны и маленькийсеребряный. Я подумала,что будет справедливо, если Филина получит немного денег, чтобы потратитьих на себя, вместо того, чтобы все отдать в род.

-   Миледи, не будет ли тогда разумно предоставить Филине комнату в замке? - Спросила Рихарда,выглядя заметно обеспокоенной. - Если её семья из тех, что готова отсылатьлживые сообщения, однажды она не сможет выполнятьсвои обязанности, даже если это будет не её вина.

Она, конечно, была права, но у Филины также был младший брат. Трудно было представить, что она бросит его и переедет в замок одна.

-   Я предоставлю Филине комнату, если она попросит,но я ожидаю, что она не захочетпереезжать в замок одна. - Я отдала деньги для семьи Филины Хартмуту, а затем сотвориласвоего верхового зверя. - Вылетаем.

Естественно, это было неприемлемо вторгаться в усадьбу низшего аристократа, в сопровождении всей моей свиты и тем самым наводя жуткий переполох.Учитывая, что я покидала замок, мне нужно было обязательно взять с собой всех моих рыцарей-стражей, но из моих чиновников и служителей я возьму с собой только самых проворныхи гибких умом: Лизелетту и Хартмута.

-   На всякий случай мы приготовимдля нее комнату, - сказалаБрунгильда. – будет нехорошо, если она не будет готова если вдруг в ней возникнет нужда.

-   Пожалуйста, сделай это.

Несмотря на то, что она была высшейаристократкой, Брунгильда работала вместе с Филиной и относилась к ней с уважением и любовью. Она проводила нас вкомнату, где ждал Фердинанд, с явным беспокойством в янтарных глазах.

-  Приношу извиненияза ожидание, Фердинанд.

-   Я объясняю обстоятельства нашего визита хозяинупоместья. Мои соболезнования, Кашик; Розмайн, совершилаошибку и нам надо её исправить. - Фердинанд направилсвою вторую фразу бледному чиновнику– низшему дворянину,бледность была понятна – попробуйне побледней получивстоль неожиданный вызов к настолько вышестоящему начальству, и теперь он демонстрировал полную готовностьисполнить любые приказы. Это был отец Филины, и, поскольку он ясно дал понять, что готов помогать нам, я извинилась за свою ошибку.

-   Я искренне сожалею об этом. Если у нас не будет подходящейсуммы под рукой, это может привести к ухудшению отношениймежду герцогствами.

-   Я...я понятия не имел, - заикаясь, пробормотал Кашик. По-видимому, он провел зиму, усердно работаянад обеспечением возможности обучения методу сжатия одобренными дворянами,что возвращался в свою усадьбутолько для того, чтобы поспать.Следовательно, он ничего не знал о том, что происходит у него дома, и был крайне встревожен, узнав, что его род был замешан в таком крупномасштабном дипломатическом вопросе.

И поэтому, следуя за Кашиком,мы все полетели в дом Филины. Фердинандсопровождал нас, чтобы извиниться за мою ошибку и пронаблюдать за происходящим.

-   Вот мы и на месте, - сказал Кашик, приземлившись во дворе усадьбы в самой южной части Квартала Аристократов, где жили аристократы. Его дом был настолько меньше, чем замок, что их даже нельзя было сравнивать, но с точки зрения простолюдина, это поместье было большим и в целом довольно привлекательным. С точки зрения размеров, он, вероятно, был больше, чем компания "Отмар".

-   Ох, добро пожаловать, - сказала мачеха Филины, как только мы вошли в гостиную. Она выглядела довольномолодой, как и следовало ожидатьот второй жены,но также довольноболезненной на вид — вероятно,потому, что она родила в это лето.

-   Это срочно, Йонасара,- сказал Кашик. - Филина, очевидно, принесладомой много денег; ты что-нибудь знаешь об этом?

-   Эта девчонка что-то натворила? Вчера она солгала о том, что стала вассалом члена семьи эрцгерцога, и вернулась домой с небольшимсостоянием. Это было довольно странно — ведь леди Розмайн,конечно, никогда не примет на службу низшую дворянку. Должно быть, Филина сошла с ума после того, как её клятва верности в игровой комнате была отвергнута. Правда была просто невыносима для нее, - словно выплюнулаЙонасара. Затем она извинилась передо мной за доставленные неприятности.

-     Ты, кажется,неправильно все поняла,- сказала я. - Филина действительно мой вассал. Она была официально признана таковой в Королевской академии. Йонасара ничего не ответила; она просто смотрелана меня широко раскрытыми от удивления глазами.

-   Филина сказала правду, - повторилая, на этот раз медленнее,чтобы она смогла все расслышать. - Она - мой вассал.

Йонасара недоверчиво покачала головой; - Нно... Но этого не может быть...

-   Филина сегодня неважно себя чувствует,верно? - Спросила я с улыбкой. - Пожалуйста, позвольмне увидеть её. Мне нужно будет объяснить, что она не виновата в произошедшем, а затем попроситьеё вернуть деньги.

-   Н-Но... Ей все еще нездоровится. Кто-то со слабым телом, как вы, подвергнетесь опасности, навещая её. Если вы торопитесь, я сейчас же принесу вам деньги, - сказала Йонасара,явно запаниковав, в откровенно подозрительной манере.

Я взглянула на Фердинанда, который незаметно указал подбородком на Хартмута. Он велел мне послать вместо себя Хартмута,поэтому я кивнула и улыбнуласьеще шире.

-   Я ценю твою заботу о моем здоровье.Хартмут, сопровождай Йонасаруи проследи, чтобы была возвращенанадлежащая сумма. Лизелетта,иди вместо меня, чтобы выразитьмои добрые пожелания Филине. Йонасара, я буду ждать здесь, так что тебе не о чем будет беспокоиться.

Если пойти к ней самой не было возможно, я могла просто послать своих вассалов. У меня не было намерениявозвращаться домой, пока не будет обеспечена безопасность Филины, особенно теперь, когда я увидела к ней отношениеЙонасары. Дамуэль и Джудит исполнялироль охранников для Хартмута и Лизелетты; когда дело доходит до проблем,связанных с деньгами,чем больше свидетелей, тем лучше.

Вскоре после того, как они все вышли из гостиной, мы услышали громкийхлопающий звук и крик, донесшийся откуда-то из глубиныдома. Я инстинктивно хотела вскочитьсо своего места, но Фердинандпротянул руку под столом, останавливая меня. Тем временемАнгелика и Экхартвыхватили оружие и заняли оборонительные позиции.

Однако за этим не последовало ничего, кроме тишины. Отсутствие каких-либосообщений или вернувшихся людей, заставило меня почувствовать себя и вправдубольной.

-   Мои извинения. Я пойду проверю,как они, - сказал Кашик. Однако, как только он двинулся, чтобы покинуть гостиную,раздался резкий голос Дамуэля: - С дороги!

-   Филина! - Воскликнула я.

Дамуэль вошел в комнатус Филиной, завернутой в его плащ. На её лице была болезненного вида отметина, а ярко-зеленые глаза были влажны от слез. За ними стояли Лизелеттаи маленький мальчик лет пяти, с которым судя по виду явно плохо обращались.

-  Филина, что произошло? – Потребовала я ответа.

Она ошеломленно посмотрелав мою сторону, затем её глаза распахнулись, как будто она внезапно вернуласьк реальности.

-   Леди Розмайн, пожалуйста, спасите моего брата. Спасите Конрада, - выдохнулаона.

Филина объяснила, что Йонасара постояннодурно обращалась с Конрадом, и что она забрала жизненно необходимый магический инструмент- тот, который выдается всем благородным детям, который вытягивает и хранит их ману в фей камнях, пока им не придет время посещатьКоролевскую академию. Йонасаравыкачала ману из его магического инструмента и фей камней, а затем стерла запечатление его маны с магического инструмента, который она вместо этого отдала своему новорожденному ребенку. Она смогла сделать все это, так как Кашик почти не бывал дома во время зимнего общения, а Филин училась в Королевской академии.

-  Если все так и продолжится, он скоро умрет! - Взвыла Филина. - Он уже переполнился маной!

-   Это внутреннее дело рода. Это не стоит внимания Розмайн,дочери эрцгерцога. - Фердинанд вмешалсяв разговор быстрее, чем я успела открыть рот. Он явно намекал нам с Филиной, чтобы мы хорошенькоподумали, прежде чем что либо говорить.

Я сжала кулаки на коленях.

-   Действительно, как говорит лорд Фердинанд,это семейный спор, и леди Розмайн не должна им заниматься, - ядовитым тоном добавила Йонасара.- Филина, ты не должна проявлять такое высокомерие только потому, что тебя выбралив качестве вассала.Знай свое место. - Она стояла у двери со своим новорожденным сыном на руках, наблюдая за нами осторожным взглядом и не выказываяникакого намерения входить вгостиную. Она баюкала своего ребенкаи магический инструмент, как будто они были драгоценными сокровищами.

Однако я не собиралась оставлятьвсе на самотек. Дети дворян умирают без магических инструментов, осушающих их ману, так же, как простолюдины с Пожирателем. Я лучше, чем кто-либо, знала, каково это - медленноумирать, когда тебя поглощает нестерпимый жар.

-   Фердинанд, я не хочу, чтобы Конрад умер.

-   Ребенок, который еще не был крещен, не считается человеком,- ответил он. Это было то же самое, что он повторялмне бесчисленное количествораз до этого.

Я с силой зажмурила глаза; к такому образу мыслей мне точно никогда не привыкнуть. Как можно было видеть ребенка,стоящего прямо перед тобой, и даже не считать его таким же человеком как ты сам?

-   Поскольку это семейный спор, мне, конечно, нет места в нем, но я отказываюсь игнорировать угрозу жизни этого ребенка. Что ты об этом думаешь, Кашик? - Спросила я, поворачиваясь к нему, так как он был более непосредственно вовлеченв ситуацию.

-   Я знал о этом желании моей жены, но я не думал, что она сделает это, пока меня не будет, - ответил он. Другими словами, он не купил другого магического инструмента, даже после того, как Йонасара обсудила с ним ситуацию. Этого было достаточно, чтобы убедить меня в том, что было принято решение растить только одного из детей.

-   Что же ты внынешнем положении тогда будешь делать? Купишь новый магический инструмент?

-   У нашего дома нет средств,чтобы сделать это. Мы отдадимпредпочтение ребенку с большим количеством маны.

-   Отец?! – Протестующе взвизгнула Филина, но Кашик, открыто заявивший о своих намерениях, похоже принял окончательное решение. Для благородного дома было вполне естественно отдать предпочтение тем, у кого больше всего маны, и в результатеникто из моих вассалов не высказал никаких возражений; они просто печальноопустили глаза.

Тем временем Йонасара с облегчением вздохнула. Она крепко прижала к груди своего ребенка и магический инструмент, который украла у Конрада, с выражением матери, которая больше всего на свете хотела защитить свое любимое дитя. Это зрелище,мягко говоря, вызвало у меня противоречивые чувства.

Пока это все продолжалось, Конрад стоял в оцепенении; у него не только украли метафорический спасательный круг, но и теперь отец полностью отказалсяот него.

Филина посмотрела на своего младшегобрата, слезы текли по её лицу. - Н-Но... Если ты это сделаешь, Конрад...

-     Я позабочусь о нем, - прервала я её. - Если боги того желают, то он, во исполнении их воли, поднимется по самой высокой лестнице, будет он находитсяздесь или же в доме богов.

Кашик и Йонасарапоморщились: - К сожалению, леди Розмайн, у нас нет денег, чтобы оплачивать его содержание, как синего жреца, - сказала Йонасара. - Наши расходы только растут,и нам понадобится мана Конрада,когда он станет слугой дома. Кроме того...хотя для Филиныбольшая честь стать вашим вассалом,леди Розмайн, подготовкавсего, что требуетсядля её новой роли, - очень затратноедело. Вот почему я прошу вас освободить её от этих обязанностей.

Филина отвела взгляд,теперь она сделалато же самое лицо, котороеделала, когда в книге с картинками в зимней игровой комнате ей встречалось неподдающееся слово или предложение. Вероятно, она все это время жила дома, скрывая свои истинные чувства за одним и тем же выражением лица.

- Мой долг - защищатьмоих вассалов, - заявила я. - Я предоставлю Филине комнату в замке и дам ей все, что ей нужно для работы, чтобы она больше не обременяла ваш дом. Филина, вместе с Лизелеттой приготовьсвои вещи. Я не собираюсьотстранять тебя со службы.

На секунду её лицо озарилосьсчастливой улыбкой, но потом она посмотрела на Конрада и опустила глаза.

-   Филина, мы отвеземКонрада в храм, - заверилая её. - Он не умрет.

-   Ты можешь доверятьледи Розмайн. А теперь пойдем, - сказалаЛизелетта. Филину быстро выпроводилииз комнаты, но она шла тяжелыми шагами и постоянно оглядывалась на своего младшегобрата, не желая оставлять его одного.

-  Конрад, могу я наложить на тебя исцеление? – Спросила я.

-  Это будет пустой тратой времени, - начал Кашик, но я взглядом заставилаего замолчать.

-Я не спрашивала тебя, Кашик. - Я приселана корточки, чтобы мои глаза оказались на одном уровне с глазами Конрада. Он был меньше меня ростом, неопрятный и весь в мелких ссадинахи ранках. - Ты же не хочешь испытывать боль, верно?

Я достала свой штаппе, но это сразу жеповергло Конрада в панику — он отпрянул и бросился прочь, пытаясь убежать от меня. Отчаянный страх в его глазахподсказал мне, что в прошлом онподвергался атакам с использованием маны, поэтому я заставила свой штаппеисчезнуть и переключила свое внимание на Йонасару.

-   Это внутренне дело нашего дома, - повторилаона с улыбкой тонкогубого рта. - Детей необходимо научать вежливости и правилам поведения.- Было ясно видно, что она не считаетчто делала что-то плохое.

Я отказалась от использования штаппе и вместо этого начала медленно вливать ману в свое кольцо.

-   О Богиня ИсцеленияХайльшмерц, о возвышенные двенадцать Богини Воды Флютрейн, услышьтемою молитву. Одолжитемне свою божественную силу и даруйте мне силу исцелятьтех, кто пострадал. Сыграйте божественную мелодию и излучайтеблаженную рябь вашей чистой божественной защиты.

Зеленый свет вырвался из моего кольца и окутал Конрада. Он посмотрелна себя широко раскрытыми глазами, когда все его раны зажили, и прошептал: - Больше не больно...

-   Я Розмайн, госпожа твоей старшей сестры. В этом месте для тебя нет магическихинструментов. Будешь ли ты жить как слуга, позволяя твоей мане пожиратьтебя, пока ты не умрешь?Или ты хочешь жить в храме?

-   Леди Розмайн, - вмешалась Йонасара.Один звук её голоса заставил Конрада снова отшатнуться.- Мы не можем позволитьсебе ...

Я оборвала её взмахом руки. - Я не припомню,чтобы говорила, что он станет синим жрецом. Он вступит в храм, как человек без родителей— как серый жрец. С этого момента он не будет иметь ничего общего с этим домом. Вы можете считать,что он скончался.

-   Я буду сожалетьчто не могу использовать его в качествеслуги, но я не возражаюпротив того, чтобы он полностьюисчез из нашей жизни, - ответила Йонасара,внезапно почувствовав себя намного лучше. Тем временем Конрад уставилсяна меня со смесью удивленияи любопытства на лице.

-   Приют предоставит тебе еду, чистую постель и образование, - сказала я мальчику. - По крайнеймере, с тобой не будут так жестоко обращаться, как сейчас. Однако, если ты хочешь остатьсяздесь, я приму и это твое решение.А теперь, не хочешь ли ты поесть чего-нибудь вкусненького?

Конрад колебался. Его глаза блуждали по комнате,прежде чем в конце концов остановились на мне. - Я... Я голоден...

-   Я понимаю. Тогда ты можешь уйти с нами, как только Филина будет готова.

Довольно скоро Филина вернулась в гостиную вместе с Лизелеттой. Она, похоже, испыталасильное облегчение, увидев меня, стоящую между Йонасаройи Конрадом, но выражение её лица также, похоже, было окрашено одновременно решительностью и смирением.

-     Филина, я собираюсьувезти Конрада в храм, - сказала я.

Её брови на мгновение дрогнули,а затем она посмотрела на отца глазами,полными гнева и разочарования.

-   Магический инструмент Конрада - это наследство нашей Матери. Почему ты позволилледи Йонасаре забрать его? Почему ты позволяешь ей творить все что она пожелает? - Требовательно спросилаона.

Отнятый магический инструмент когда-то принадлежал родной матери Филины;для Йонасары перезапечатать его на ману собственного сына было просто непростительно в глазах Филины. Её губы дрожали, и она смотрела на мачеху и на отца, что позволили произойтиэтому, со всем доступным ей жаром.

-   Мана уже перезапечатана. Ничего нельзя сделать.И более того, это нормально,отдавать предпочтение ребенку с большимколичеством маны, - ответил Кашик, его отношениене изменилось даже перед лицом подобного вопроса от его собственной дочери.

Тогда то Филина и поняла, что её слова и чувства никоим образом не повлияют на него. Она опустила глаза в пол и крепко зажмурилась, изо всех сил стараясь скрыть свои эмоции, но не смогла сдержатьслез.

Я не могу поверить,что они украли фамильную ценность её покойной матери...

Хоть мне это и не нравилось, но я могла понять, когда дворяне уделяют приоритетное вниманиедетям с большим количеством маны. Однако украстьподобную реликвию у ребенка, памятьо матери...

-  Фердинанд, насколькодороги такие магические инструменты? – Спросилая.

-   Новый, я полагаю,будет стоить около пяти малых золотых монет. Они дороги потому, что для их создания требуетсязначительное количество маны. Хотя я сам никогда не покупал их.

Вполне логично, что он не знал точной цены на магические инструменты для детей, учитывая,что он никогда не был женат.

-   Филина, я одолжу тебе необходимое количество денег, но я ожидаю,что ты вернешь их, - сказала я. - Используйих, чтобы выкупитьмагический инструмент твоей матери. Мне бы не хотелось, чтобы вы потерялитакую драгоценную семейнуюреликвию.

-   Старый магический инструмент, у которого была насильственно перезапечатана мана, не будет стоить больше трех маленькихзолотых, - сказал Фердинанд, доставая карту, котораясияла, как радуга. Она была очень похожа на гильдейскую карту, и это сравнение стало еще более уместным, когда он протянулеё Кашику. - Мы собираемся купить этот магическийинструмент. Мы заплатимтри маленьких золотых.Полагаю, у тебя нет претензийи возражений по сделке.

Ошеломленный и неспособный отказать Фердинанду,Кашик с трудом сглотнул и достал такую же карточку.Он прикоснулся своей к той, которую достал Фердинанд, а затем потянулсяза магическим инструментом.

-   Нет! Немедленно прекратитеэто! - Воскликнула Йонасара. - Это магическийинструмент моего ребенка!

-  Ты всегда можешь купить еще один.

-   Нет! Кто знает, когда мы сможем это себе позволить?! – Запротестовала Йонасара,но Кашик вырвал магический инструментиз её рук и протянул его Фердинанду, который затем передал его мне. Я, в свою очередь, передала его Филине.

-   Лорд Фердинанд, леди Розмайн... Я так благодарна вам обоим... - сказала Филина. Она крепкообняла магический инструменти начала плакать, но на этот раз она плакала слезами радости.

Я вздохнулас облегчением, радуясь,что наконец она начала улыбаться.

Вытирая глаза, Филина решительно посмотрела на своих родителей: - Отец, леди Йонасара, теперь я буду жить в замке в качестве вассала леди Розмайн.Теперь, когда Конрад отправляется в храм, я больше никогдасюда не вернусь.

Кровь отхлынула от лица Кашика, в то время как Йонасара вздохнулас облегчением — две, мягкоговоря, противоположные реакции.Между тем ярко-зеленые глаза Филины сияли твердым, решительным светом.

-   Скорее всего, никогдане наступит день, когда Дрегарнур, Богиня Времени, снова свяжет наши нити воедино,но я молюсь, чтобы вы жили в мире под защитой богов, - сказала Филина. Это были её прощальные слова, она взяла Конрада за руку и покинула то, что когда-тобыло её домом.