Том 16 Глава 400 ДИ: Чудо Хальдензелля

Я смотрел на земли своей провинции. Перед моими глазами простирались яркие картины наступившего в Хальдензелле лета. Высокие горы очистились от снега почти до самых вершин, поля и низины были покрыты самыми разнымицветами, а невысокие деревья тянулись к небумолодой зеленой листвой.Совсем не так из года в год эта провинциявыглядела в серединевесны.

Так вот как на самом деле должна выглядеть весна в Хальдензелле, после прочтения настоящей призывающей весну молитвы…

Когда во время праздника леди Розмайн услышаланашу традиционную песню посвященную проводамзимы и началу охоты, она сказала, что уже видела этот текст в принадлежащей ей Библии. Это была молитва о таянии снегов и призыве Богини Весны. Но, согласно ее записям, эта песня исполнялась Богинями Земли, то есть женщинами. И тогда я предложил женщинампоучаствовать в этом пении лишь ради шутки, просто в качестве развлечения. Но это маленькоеизменение привело к тому, что над сценой, где стояли поющие Весеннююмолитву женщины, возник огромный магическийкруг. Хотя быть может это нарушение наших традиций было вовсе не причем и основная причинапроисшествия в том, что леди Розмайн тоже была на сцене и именно ее участие в пении повлеклоза собой столь стремительный приход весны.

Появившийся магический круг оторвался от сцены и поднялся в воздух, прежде чем был втянут в ритуальные чаши, образуя массивныестолбы яркого зеленого света, которые сквозь потолок над нашими головами устремились в небеса. А не прошло и пары минут, как женщины-дворянки,участвующие в песнопении рухнули на пол, и празднование окончательно погрузилось в хаос. Дворяне провинциисобрались чтобы обсудитьпроизошедшее, но никто из них никогда не видел подобногомагического круга, а потому было невозможно определить, какие последствия все это будет иметь. Это спешное собраниеподошло к концу сразу, как стало ясно, что с их супругамии дочерьми все в порядке.Ну а после бушевавшей всю ночь грозы, Хальдензель проснулсяи обнаружил, что еще вчера заснеженная провинциятеперь была во власти раннеголета.

Снега совсем не видно… Скорее всего фейзвери теперь активизируются раньше срока.

Я оседлал своего верхового зверя и взлетел,осматривая мелькающие внизу заросли кустарников и нагромождения валунов,где обычно устраивали свои гнездовья фейзвери.Да, я был благодарен тому, что снег растаял так рано. Но последствия Весеннегомолебна еще требовалиизучения, ведь не ясно как далеко простирается его эффект, а так же какое влиянияон окажет на размножение и рост летних видов фейзверей.Обычно с наступлением теплых сезонов,каждый простолюдин способныйк охоте принимал участие в зачистке, но в этот раз не было временина то, чтобы перебрасывать охотников из одного конца провинции в другой по земле. Была необходима помощь как можно большего числа рыцарей-дворян с их верховымизверями.

Одних наших рыцарей недостаточно…

К счастью, детей эрцгерцога в этой поездке сопровождал Рыцарскийорден. Я попросилпомощи у лорда Крастедта, командирарыцарей, а также мужа моей младшей сестры. Это казалосьмне довольно честнойсделкой, их помощь в обмен на возможность получить информацию о происходящем в обычно закрытойдля внешнего мира провинции. Эрцгерцоги столичные гибы неизбежнобудут заинтересованы в этом инциденте, поэтому я был уверен, что Рыцарский Орден не упустит такую возможность. К тому же охота на фейзверей, и ослабление будущегоПовелителя зимы это их долг.

-   Я хочу исследовать территории вокруг пограничных ворот в Классенберг совместно с РыцарскимОрденом, одновременно с этим охотясь на фейзверей,чтобы не допустить увеличения их численности, — сказал я, обращаясь к лорду Крастедту.– Произошедшее во время Весеннегомолебна, несомненно, будет обсуждаться на грядущей Конференции эрцгерцогов, поэтому я уверен, что ауб найдет все это крайне интересным.

Лорд Карстедт без возражений принял мою просьбу,и мы разделили зоны охоты и исследования между собой. Нам было не нужно, чтобы столичные дворяне из Ордена попыталисьприсвоить ценные ингредиенты, растущие только на территории Халдензелля, а также создали проблемыдля живущих здесь простолюдинов. ПоэтомуЛорд Карстедт и его люди, вместе со мной отправились на малолюдный север, а рыцари из числа местных дворян,знакомые с нашими традициями и правилами, на более населённый юг.

–  Кифердексы!

Даже не дальнейСеверной границе провинции,у ведущих в соседнеегерцогство ворота не было снега.И близживущие фейзверипроснулись от спячки и начали действовать. Я обратил свой штаппе в лук. Лорд Карстедт тоже вооружился и начал раздаватьприказы своим подчиненным.

–  Рассеятся! Не дайте никому уйти!

Кифердексы не были особо сильнымисуществами. Они жили стаями и были довольнотрусливыми, разбегаясь, едва замечая хищников.Эти фейзвери откладывали яйца с конца весны до конца лета, и, учитываяущерб, который они наносили посевам,охота на них сейчас серьезнооблегчит осень и поможет сохранитьбольше урожая на будущую зиму.

Наша охотничья группа продолжала двигатьсяна север, планомерноуничтожая всех фейзверейна нашем пути, пока впереди не показалась граница между Хальдензелле и герцогствомКлассенберг. В обычных обстоятельствах нельзя было увидеть границу, пока ты не коснешься ее. Но теперь она была четко видна. На стороне Классенберга лежал толстый слой снега, а на нашей зеленела густая трава.

-   Так вот какова сила Вердренны, Богини грозы…, - благоговейно произнеся, не в силах сдержатьсвой страх и восхищение, когда получил еще одно подтверждение той огромной силе, что была заключена в появившемся магическомкруге. Я так часто произносил имена Богов при выполнении сильной магии, но эффекты этих заклинаний никогда раньше не рождали такого трепета перед божественной мощью, как сейчас.– Я был удивлен, даже когда увиделзеленые просторы вокруг замка, но подумать только,они простираются до самой границыгерцогства.

Мы приземлились у пограничных ворот и осмотрелиграницу, которая служила ярким доказательством силы богов, проявляемой вмолитвах. В отличие от ворот Френбельтага илистарого Заусенгаса, ворота Классенберга были плотно закрыты и рядом с ними не стояло рыцарей-стражей, проводящихдосмотр и встречающих приезжих. Со стороны Хальдензелля была вытоптанная охотниками площадка, гдеони могли бы разбить лагерь, а также небольшойсарай для хранениядров.

-   Лорд Карстедт, давайте отдохнем? – спросил я,оглядывая площадку для лагеря. – Мы прошли длинныйпуть, не делая остановок и вдобавок охотясь по пути на фейзверей. А здесь ужепочти все готово: есть место для отдыха и дрова для костров.

-   Хорошая идея. Еще рано, но нам нужно пообедать, пока поблизости нет фейзверей, потом может не быть такой возможности. Займитесьэтим, - отдал он приказ, обращаясь к своим рыцарям.

Рыцари слезли с верховых зверей и занялисьисполнением приказа. Они разожгли огонь и кипятиливоду, чтобы разнообразить свой рацион. Мы с лордом Карстедтом сидели на камнях и наблюдали за их работой.За нашими спинами были плотно закрытые пограничные ворота.

Интересно, откроют ли ворота в этом году... Некоторые из детей его вассалов, учащиесясейчас в Академии,говорили, что ауб получил много торговых запросовот других герцогствво время Турнира. И вряд ли Классенберг остался в стороне от возможнойприбыли.

-   Лорд Карстедт, - я достал из сумки волшебный инструмент, блокирующий звуки и перебросил его командующему. Тот с легкостьюпоймал его и крепко сжал. – Какова вероятность того, что эти ворота будут открыты? – этот человекстоит на страже безопасности ауба, а потому часто сопровождает его и, наверняка, владеет информацией по этому вопросу.

Глава Ордена рыцарей взглянул на ворота за своей спиной и на мгновение задумался.

-   Мы планируем открыть их в ближайшее время. Кактолько это произойдет и купцы пересекут границу, Хальдензелль получит большую выгоду.

Я не мог не нахмуриться. Эти слова звучали так, словно бы в столице Эренфестадумали, что мы должны быть благодарны за открытие ворот. Важной частью отношений между герцогствамибыло обеспечение полной безопасности для купцов, которые путешествуют по их территориям при заключении сделок, которые были оговорены на Конференции. Это было совершенно не то отношение, которого удостаивалисьстранствующие купцы, которые не были гражданами ни одного герцогства и бродили то тут, то там. Грядущееоткрытие ворот для купцов не только не принесет богатствХальдензеллю, но и добавит проблем,если кто то из этих торговцев станет жертвой нападенияфейзверя.

-   На этих землях множество агрессивных фейзверей, - заметиля. – Приезжие будут находитьсяв постоянной опасности, путешествия по провинции.

-   Вот почему охотники Хальдензелля будут нанятыв качестве охраны для караванов, - ответил лорд Карстедт.– Они могут быть простолюдинами, но они уже привыкли иметь дело с фейзверями. Разве не вы говорили, что вам нужно больше рабочих мест для местных жителей,чтобы они могли обеспечить себя большим количеством денег и еды на зиму? Именно поэтомуоткрытие ворот и в ваших интересах тоже.

Этот ответ больше походил на слова ауба, чем на то, что мог бы сказать командующий рыцарями. И почти наверняка так и было. Неописуемое отвращение охватило меня. Понималили они, как давно я упоминал обо всех сложностяхэтих земель? Я думал, что лорд Карстедт и ауб направили сюда Розмайн из уважения к провинции и ее жителям,а также их ежегодной борьбе, так как они знали и понимали наши проблемы.Но видимо нет.

На моем лице проскользнула обреченная улыбка, но это было единственное внешнее проявление моих эмоций, котороея себе позволил.

-   Мне кажется, что Дрегарнуру потребовалось очень много времени,чтобы сплести наши дороги, лорд Карстедт, - я обращалсяза помощью более пяти лет назад. Еще в то время, когда Вероника была доминирующей политической фигурой в герцогстве. Несмотря на то, что урожаи в Хальдензелле всегда были ниже среднего, она использовала все свое влияние для того, чтобы отсечь провинцию от поставок Лейзеганга, житницы Эренфеста. В конечном итогеситуация обострилась настолько, что люди живущие на этих землях столкнулись с голодом, и именно тогда я обратилсяза помощью к аубу, через Карстедта, который был женат на моей сестре.

-   Пожалуйста, окажите влияниена леди Веронику и сдержите ее  тиранию  по отношению  к нам. Если это невозможно, то прошу, доставьтенам еще чаш маны. Если не выйдет и это, то хотя бы пошлите нам запас продовольствия на зиму. Я не против и того, что вы просто купите у нас части фейзверей, на которых мы охотимся, для ослабления Повелителя зимы, по чуть завышенной цене. Молю. Любая возможная помощь.

Хальдензелль и Лейзегангбыли нерушимо связанымежду собой в течении многих поколений именно из-за ПовелителяЗимы. Каждый год моя провинцияиграла ключевую роль в его уничтожении, и скорость, с которой достигалась победа значительно влияла на урожайность следующего года. Я надеялся, что лорд Карстедтпоймет меня, посколькуего жена была моей сестрой,а мать – из Лейзегангов, но потребовались годы, прежде чем моя просьба была наконецудовлетворена.

-   Чаши, наполненные маной для повышенияурожайности здешней сухой почвы, продовольственная поддержка из Лейзеганга, наконец оказанная нам после заключения в тюрьму леди Вероники, деньги от печатногодела… Леди Розмайн исполнила все то, о чем я просил вас пять лет назад, - сказал наконец я.

Халдензелль кардинально изменилсяза прошедшие пять лет. Если даже Карстедт,который был женат на Эльвире и за счет этого был ближе к гибству чем большинство жителей дворянского квартала,не мог этого понять, то предложения эрцгерцога, несомненно, были просто бесполезны для нас.

-   Если после открытияворот нашим охотникам будет порученоохранять проходящих через них торговцев, то подозреваю, что следующий Повелитель Зимы будет значительно крупнее, чем вы привыкли, - заметил я, прямо глядя на командующего рыцарями. – Подумалили вы с аубом об этом?

Охрана торговцев ограничитнаших охотников, вынуждая их заниматьсяочисткой в первую очередь дорог. Вместо того, чтобы охотитьсяпо всей территории Халдензелля, они будут следить за безопасностью купцов. Это означало,что Повелитель Зимы значительно вырастетв размерах, что в свою очередь, усилитьнагрузку на Орден рыцарей, которыйсейчас испытывает трудностисо своей численностью, после чистки в рядах дворянства. И что самое ужасное, если из-за этого убийство ПовелителяЗимы затянется, то это отложит приход весны по территориивсего Эренфеста и снизит урожаи, которые могли бы снять в будущем году.

-   Охрана торговцев из других герцогствили охота на фейзверей этим летом, для ослабления Повелителя зимы. Я хотел бы, чтобы ауб тщательноподумал о том, что имеет для нас больший приоритет до того, как откроются пограничные ворота. Я верю, что его мудрости будет достаточно, чтобы не винить Хальдензелль за последствия любого его решения,как когда-то делала леди Вероника.

Несмотря на то, что я говорил, удерживаяна лице вежливую улыбку, в моих словах не было правды. Я совершенно не верил в мудрость эрцгерцога. Если выбор, которыйон сделает приведетк проблемам, он, и глупо сомневаться в этом, возложитвсю вину на Хальдензелль. Именно поэтому я должен был заранее указатьна свою позицию ко всему происходящему, ставя в известность о возможных последствиях, а после разработать стратегию, которая позволитизбежать наихудшего сценария при любом выборе ауба. Это был мой долг, как гиба.

-   В этом году ябы хотел направить все силы на то, чтобы изучить последствия ритуала призыва весны. Если к этому добавитьеще и открытие ворот, то это только все усложнит.Но если вы знаете кого-нибудь, кто мог бы сразу рассказать нам обо всех последствиях раннегоприхода весны, я бы очень хотел услышатьего совет, - продолжил я свою речь. Хотя я и не говорил прямо, но моя точка зрения была более чем ясной. Невозможно было сказать сможет ли Хальдензелль справиться со всеми трудностями, которые повлечет за собой открытиеворот. И если ауб думает иначе, то я хотел бы услышатьаргументы в пользу его точки зрения. – Я могу толькомолиться, чтобы Дрегарнур был милосерден и не удерживал наши с аубом судьбывдали друг от друга, как он делал это пять лет назад.

Именно в этот момент к нам подошел один из рыцарей и сообщил, что вода закипела.Мы с лордом Карстедтом положили сухие пайки в свои миски и передали их рыцарю. Вскоре он вернул нам наши порции, горячая вода распарилапайки, сделав их более пригоднымидля еды.

Немного пересолено…

Мое первое впечатление о еде не было положительным, но тем не менее я продолжал есть. Еда, которую обычно ели в Хальдензелле отличалась от той, что готовилив Дворянском квартале.Да и жалобы на простые пайки, которые использовали рыцари, не имели никакого смысла.Цель подобных пайковбыла в легкости приготовления и достаточной питательности. Приятный вкус не являлся приоритетом.

Мы ели в молчании. Но лорд Карстедтвзял свою половинуволшебного инструмента, блокирующего звук, и посмотрелна меня. Казалосьему было что сказать, поэтому я тоже взял свой инструмент, сжимая его той же рукой, которой держал миску.

-   На данный момент у торговцевесть два безопасных и проверенных маршрута: через границустарого Заузенгаса или через Френбельтаг. Я посоветую аубу не открыватьпограничные ворота с Классенбергом, если они не потребуют этого со своей стороны. Но предполагаю, что на их стороне столько же фейзверей, сколько и здесь.

Было широко известно,что Классенберг уделял мало вниманияохоте на фейзверей на своих приграничных территориях. Это означало, что довольно часто эти существа пересекали барьерпереходя на эти земли. Иногда эрцгерцог даже отправлял нам срочное послание,предупреждая о том, что на нашу территорию проник особо сильный фейзверь.

-   Классенбергу также будет нужно принять меры для усиления безопасности, прежде чем торговцамбудет позволено пересекать границу здесь. Я не могу знать, насколькобыстро великое герцогствоможет разобраться с подобными трудностями, особенно когда речь идет о возможной прибыли. Но предполагаю, что они не хотели бы, чтобы купцы стали свидетелями этой подготовки, - продолжил командующий. Он предположил, что дороги стали менее проходимыми из-за неиспользования в течении долгого времени. Так же здесь не было мест, где купцы смогли бы отдыхатьи пополнять свои припасы. – Тем не менее, если новости о ритуале распространятся и станет известно,что он достаточно безопасен для постоянного использования и ускорения прихода весны на этих землях, то через пять лет здесь должны начать появляться города, которые будут опорой торговогопути.

Пять лет? Тот факт, что лорд Карстедт мог так легко игнорировать насущные проблемы и с уверенностью смотреть в будущее,характеризовало его как очень оптимистичного человека. Но этого стоило ожидать от того, кто вырос в Дворянскомквартале. Я же вырос в суровых условияхХальдензелля и не мог разделитьего оптимизм.

-   Толстый слой снега исчез со всех равнин, лесов и гор всего за одну ночь, - четко сказал я, придаваявеса своим словам. – Но реки не вышли из берегов и нигде не видно следов потопов. Куда ушла вся вода от талых снегов?Нет ли риска того, что жаркие солнечныелучи вызовут засуху? Не будут ли фейзвери размножаться быстрее чем раньше в связи с тем, что теплый сезон тоже наступил быстрее? А что насчет того, когда теперь наступит осень, с учетом того, как рано в этом году началась весна? Слишком много вопросов требуют решения, прежде чем я смогу начать планировать будущее Хальдензелля на пять лет вперед.

-   Это был ритуал,который растопил снега, так что вряд ли вы столкнетесь с засухой, - ответил Карстедт.– Вы уже поднимали архивы, чтобы исследовать прошлое провинции? Возможно,там описано то, как протекалажизнь, когда подобные ритуалы проводились регулярно.

-   На данный момент мы подозреваем,что детали ритуала были изменены в тот момент, когда мой предок получилдолжность гиба Хальдензелля.

Примерно 200 лет прошло с тех пор, как Эйзенрайхбыл разгромлен за измену королю. Эренфест родился на его руинах, и как только король очертил новые границы герцогства, перекроивприграничные барьеры и заменив правителя.Новый ауб, приняв владения, уже сам назначалгибов, чтобы присматривать за землями. И вполне логично, что большую часть старых традиций постарались изменить до неузнаваемости, потому что новый ауб Эренфестастарался избегать любых возможных ассоциаций с павшим герцогством, чтобы не навлечь на себя гнев короля.

Моему предку была доверена должностьгиба, в момент основания Эренфеста. И было логичнымпредположить, что гибы, следуя примеру своего ауба, точно так же пыталисьдистанцироваться от Эйзенрайха. Вероятно, также, что в качестве акта неповиновения простолюдины не сталиобучать своего новогогиба правильному методупроведения ритуала призывавесны. Для нас, сейчас, было невозможно узнать, что произошлона самом деле.

Предки оставили записи о том, как они пытались приспособиться к суровым условиямХальдензелля. Но не осталось никаких записей о том, что было до. Вероятно их уничтожили вместес множеством других вещей напоминающих о мятежном прошломэтих земель.

-   Если возможно, я бы хотел попросить ауба проверить книгохранилище замка. Возможно, там остались какие-тозаписи эпохи Эйзенрайха. Больше всего меня интересуют записи,которые могут касатьсяритуала призыва весны, - сказал я.

-   Я передам вашу просьбу, но сейчас все заняты подготовкой к приближающейся Конференции эрцгерцогов, так что придется подождатьдо тех пор, пока она не закончится. Тем не менее...

Есть шанс, что нужные записи могут быть в Храме, - предположил Карстедт. Это казалосьвполне возможным, ведь первые упоминания о ритуале были именно в библии Епископа. Но потом я вспомнилслова леди Розмайн.

-   По словам леди Розмайн, ритуал был описан только в ее Библии Верховного епископа,которая содержала в себе текст молитвы, а также несколькоизображений, связанных с церемонией, - я поделилсясвоими воспоминаниями, чтобы не оставлятьлишних надежд. – Тем не менее, внезапноенаступление весны удивило и ее, - тогда она заметила,что наш ритуал и текст песни отличались от того, что было в Библии. Так что видимо она тоже не знала всех деталей.

-   Я знаю. Розмайн видимо так испугалась ночного грома, что не могла уснуть. Эльвира упоминала, что об этом ей сообщилисопровождающие ее слуги, - лорд Карстедт короткорассмеялся, а после попросил меня сохранить это в секрете,чтобы не навредитьрепутации леди Розмайн.Мне это показалось таким странным.То, что Эльвира и лорд Карстедт обсуждалисвоего ребенка делало их похожимина самую обычнуюсупружескую пару.

Когда предыдущий ауб заболел, а леди Вероникаеще больше укрепиласвое положение, лорд Карстедт взял одну из ее служанок в качествевторой жены, а дворянку из той же фракции как третью. Эльвира,как его первая жена, была опечалена такой ситуацией, ведь муж начал пренебрегать ей, уделяя все внимание своей третьей жене. И довольноскоро, когда мы встречались с ней во время зимнего общения или летней церемонииЗвездных уз, она уже не говорила о нем. Становилось ясно, что Карстедтне являлся больше сколько-либо важной фигурой в ее жизни, в наших беседах она упоминала только своих детей и никогда супруга.

Когда это изменилось…?

Я посмотрел на лорда Карстедта, который доедал остаткисвоего пайка. Я не видел в нем никаких изменений. Поэтом было толькоодно возможное объяснение: Эльвира обрела новый смысл жизни, воспитывая леди Розмайн как собственную дочь. Все эти перемены произошлине только из-за нового хобби в виде написания книг или от того, что она помогалас подготовкой к Весенней молитве.Все это было временным, а ключевым моментомвсе-таки стала Розмайн.А в итоге отношения моей младшей сестры и ее мужа стали заметно теплее.

-   Кстати, лорд Карстедт…Я слышал от кого то, как вы хвастались Эльвиройперед леди Розмайн.

-   Кха…!- Карстедт закашлялся, подавившись пайком,который ел до этого. Рыцари вокруг нас удивленнопереглядывались, наблюдая за тем, как он пытался принять более серьезный вид, прикрываярот рукой.

Хм… Полагаю, что это все-такиправда.

Он велел леди Розмайн замолчать,когда она упомянулаоб этом во время Весеннеймолитвы, но при этом не отрицал самих слов. Тогда это застало врасплох даже Эльвиру. И хотя она дразнила его с самым серьезным выражением лица, которое была способна сделать,ее смех был заметен в ее сияющих глазах, которые она пыталасьскрыть, опуская ресницы.

-   Лорд Клаудий, - с укоризнойсказал он, когда все-таки смог справиться с кашлем. Он пристально посмотрелна меня поверх своей фляжки, делая пару глотков, чтобы промочить горло. Похоже мои слова шокировали его куда больше, чем можно было ожидать.Сколько времени прошло с тех пор, когда он последнийраз называл меня по имени? Как командующий Орденом рыцарей во время всех мероприятий, он стоял за эрцгерцогом. В случае необходимости обмена информацией между нашими семьями роль переговорщика всегда брала на себя Эльвира.Поэтому мы очень редко говориликак сегодня.

-   Разве, когда вы желаете похвалитьжену, вы не должны сказать ей это лично, а не передаватьэто через дочь? – все еще сдерживаяулыбку спросил я.

-   Я ценю ваше внимание к моей семье, - парироваллорд Карстедт. В его ледяных голубых глазах был вызов, который напоминал мне опрошлом, когда он ворчал по поводу навязаннойродителями помолвки.

-   Прошло довольно много времени с тех пор, как мы с вами разговаривали не как рыцарь- командующий и гиб, а как простые люди, не скованные своими должностными обязанностями. И так как, кто знает когда у нас снова будет такая возможность, нет ли у вам чего то, что вы хотели бы сказатьмне лорд Карстедт?

Я уже рассказало своих проблемах, как Гиб Хальдензелля и дал совет, как старшийбрат Эльвиры. Мне было больше нечего сказатьмужчине передо мной. Однако сам лорд Карстедтсам еще не поднимал никаких тем во время нашей беседы, только отвечал на то, что говорил я. Рыцарь задумалсянад моими словами.Его нахмуренное выражениеявно показывало, что ему понадобится время на то, чтобы подобратьнужные слова. Поэтомупользуясь этой паузой я, как и все остальные, вымыл свою миску и проверилвсе ли готово к сворачиванию стоянки.

Когда я вернулся обратно,то увидел как он неспешнооглаживает свои усы.

-   Хм…Что вы думаете о помолвке Розмайн? – вопрос был задан, когда я вернулся и сел обратно на камень, сжимая в руке волшебный инструмент. – Меня интересуетваше мнение, потому что в этот раз вы были куда мягче с лордом Вилфридом и леди Шарлоттой,чем я ожидал.

-   Вы спрашиваете, что я думаю, как гиб Хальдензелля или же мое личное мнение как дворянина Клаудия? – я усмехнулся и ответил на его вопрос вопросом.

И снова лорд Карстедт замолчал,обдумывая, что сказать в ответ.

-   Так как другого такого шанса у меня не будет, я бы хотел услышатьоба варианта, - он все- таки заговорилпосле небольшой паузы. – Вам не нужно беспокоиться о вежливости. Я лишь хочу услышать ваши истинные мысли, - прямой взгляд мужчины позволял надеятьсяна то, что его слова правда.

-   Как гиб, я хочу, чтобы следующим аубом стал наиболеекомпетентный кандидат. И конечно же для меня было бы выгоднее всего, чтобы это была женщина,имеющая связи с моей семьей.А потому я искренне считаю, что леди Розмайн – наиболее подходящая кандидатура. Особенно учитываято, что она заняла первое место по успеваемости в Королевской Академии несмотря на то, что была вынужденасовмещать учебу со своими обязанностями Верховного епископа и внедрением различныхновшеств в промышленность герцогства.

Обычно для того, чтобы успешно обучаться в Королевской Академии,необходимо было заранееподготовить фейкамни, наполненные маной, чтобы потом использовать их на занятиях.И все же леди Розмайн при этом участвовала в различных храмовыхцеремониях, как того требовала ее должность, а также передавалафейкамни, наполненные ее маной синим жрецам, чтобы они тоже могли исполнятьсвои обязанности. Даже лорд Вилфрид и леди Шарлотта использовали наполненные ею фейкамниво время Весеннего молебна. Все это подчеркивало ее уникальность даже на фоне других кандидатов в эрцгерцоги.

-   И поэтому я крайне разочарован тем, что эта помолвка перечеркивает ее возможность стать следующим аубом, - продолжиля свою мысль. – И я предполагаю, что это мнение разделяют так же и род Лейзегангов, и все остальныедворяне, которые поддерживают кандидатуру Розмайн как будущего ауба.

-   Самый квалифицированный кандидат, да…? Что ж, полагаюглядя на ее оценки складывается именно такое мнение,- пробормотал лорд Карстедт, кивая на мои слова, но при этом создавалось впечатление, что он не полностью согласенс ними. Я слегка приподнялбровь, предлагая ему продолжить, но он воздержался от дальнейших объяснений.

-   Пусть это и разочаровывает, - все-таки сказал я, так и не дождавшись ответа. – Но как гиб Хальдензелля я понимаю, что это был единственный возможныйвариант.

-  Ха?

-   Я знаю, что Розмайнне родная дочь Эльвиры. Если быть честным,то я не поверил своим ушам, когда услышал, что моя младшаясестра будет приниматьучастие в крещении. Мысль о твоей измене и о том, что ты вынудил Эльвирупокрывать ее, приводиламеня в ярость.

Как старший брат Эльвиры, я не раз видел Корнелиуса и всех остальныхее сыновей, еще до их крещения. Тот факт, что я ни разу не видел Розмайн в том возрасте был достаточным доказательством того, что она не родная дочь моей сестры. Да, вероятно, что она была дочерью третьейжены лорда Карстедта. По крайне мере возраст совпадал.Но все равно ее истинноепроисхождение было неизвестно.

-   Попытка вырастить ауба, на которогоне будут оказывать возможное влияние родственники со стороны матери крайне рискованна, - пояснил я свои предыдущие слова. – Тем не менее, будь ее здоровье чуть более крепким, и я бы поддержалЛейзеганга в его мнении о том, что именно Розмайн должна быть следующим аубом, а Вилфриддолжен быть при ней в качестве жениха.

Сейчас леди Розмайн была столь слаба и болезненна, что нельзя было даже точно сказать, сможет ли она иметь детей. Обычно в таких ситуациях, по правилам наследования, правитель сменялся братом или сестрой рожденными от той же матери, или их детьми, из-за одинакового уровня способностей к мане. И именно это было проблемой, Розмайн не приходилась кровной родственницей остальнымкандидатам в эрцгерцоги. Дворяне из фракцииЛейзеганга считали Розмайндочерью Эльвиры. Поэтому дети Бонифациямогли оказать свою поддержку в случае возникновения спорных ситуаций. Но это было не так. Если она действительно была дочерью третьейжены Карстедта, то ее кровнымиродственниками были Джойсонтаки, то есть род, который был уничтожен за нападение на семью ауба.

-   В этом смысле она очень похожа на лорда Фердинанда. У него тоже нет родственников со стороны матери, - дав Карстедту немного времени осознатьсказанное, я продолжилсвои размышления. – Старик Лейзегангподдерживает его кандидатуру исключительно для того, чтобыизбавить Эренфест от крови Аренсбаха, но при этом возможный брак лордаФердинанда и леди Розмайн это слишком большой риск. Ведь в конечном итоге им будет необходимнаследник, и если леди не сможет родить, то неизбежнасмута и возможно даже война внутри герцогства.

-   Именно поэтому назначение Вилфрида наследником не было ошибкой.А леди Розмайн стала бы его первой женой, оказываяподдержку при правлении, предоставив заботу о наследниках второй или третьейжене.

-  В таком случае, лорд Клаудий. Что думаете лично вы?

-   Я думаю, что здесь важно мнение самой леди Розмайн.Для меня, как человека, важно что она сама думает об этой помолвке, и не принуждает ли ее к ней эрцгерцог.

Как складываются ее отношения с лордом Вилфридоми леди Шарлоттой? Хотела ли бы она сама занять место выше лорда Вилфрида?Не была ли она против помолвки? Это были вопросы,которые бродили в моей голове. Пока я провожал ее к месту, я бросил пару едких замечаний, проверяяее. Но она дала понять, что намерена всецело поддерживать своего будущего мужа. Так же ранее я думал, что ауб навязал работу, связаннуюс храмовыми разъездамитолько своей приемнойдочери, но как оказалось, и его кровныедети тоже принималиучастие в Весеннеммолебне. И я видел как лорд Вилфрид и леди Шарлотта выказывалиявное уважение к своей сестре.

-   Но на недавней встрече я не увидел никаких признаковтого, что она не одобряет лорда Вилфридаили испытывает к нему какие-либо негативные чувства. Лорд Вилфрид тоже не показалсямне глупым или необразованным. Он явно понимал,что все эти храмовые церемонииимеют влияние на будущий урожай.До тех пор, пока он с уважениемотносится к особенностям леди Розмайн, а также продолжает поддерживать ее, помогаяв ее начинаниях, я думаю, что он будет не самым плохим кандидатом на роль ее мужа и следующего эрцгерцога.

Конечно, из-за пятна на его репутации,с его стороны потребуется немало усилий для того, чтобы его приняли как следующегоэрцгерцога. Это была, несомненно, сложная задача, но она не казалась мне невыполнимой.

-   Особенности Розмайн, да? По моим наблюдениям другие обычно игнорируют это. Вместо этого они сосредотачиваются только на том,насколько она удивительно талантлива в объемеманы и академических науках, - лорд Карстедтбыл явно удивлен тем, что обратил вниманиена эту деталь.

-   Я считаю, что это все из-за того, что она выросла в храме. Я чувствовал, что ее отношениек Богам и отношение к проводимым ритуаламдовольно странные. Словно бы она придерживается точки зрения, котораяв корне отличается от той, что свойственна дворянам.

Когда она увидела, что весь снег исчез на одну ночь, она только отметила, что Богини действительно хорошо поработали, так как будто это было совершенно нормально и не произошлоничего необычного. Я не мог сказать, было ли это равнодушие следствием ее стальной воли или ее веры в Богов. Но в любомслучае нельзя было отрицать того,что она была крайне необычна.

-   Если мы собираемсяи дальше использовать этот ритуал каждый год, ускоряя приход весны в северные регионы,то особенность воспитанияледи Розмайн будет иметь большое значение. Наша культура будет вынуждена измениться, сосредотачивая большее внимание на храме и его церемониях и традициях. И это несмотря на то, что ранее на все это смотрелис презрением и свысока. ЛордуВилфриду придется проявить не малую твердость, чтобы привить дворянам уважение к будущим изменениям, которые принесет им леди Розмайн.

-   Значит вы все таки не против помолвки…Узнать это было важно для меня.

-   В действительности это мне не до конца по душе. Но если ауб принял решение оставитьледи в Эренфесте, то он нашел правильный путь для этого. Ее знания и мудростьне соответствуют юному возрасту. Мы бы не успели моргнутьи глазом, как какое-нибудь более высокопоставленное герцогствозабрало бы ее к себе.

Лорд Карстедткивнул мне и встал.

-  Я прослежуза тем, чтобы ауб услышал твою точку зрения. Уверен, она порадует его.

-Я ценю это, но должен предупредить, что внутренняя напряженность между фракциями в Эренфесте будет держаться еще некоторое время. Старик Лейзеганги его фракция никогда не согласятся с волей и действиями ауба. У тебя самого мать из Лейзегангов. Как думаешь, сможешьли ты, используя вашу родственную связь, оказать на них влияние и сдержатьих порывы, - я задал этот вопрос, внимательно наблюдаяза реакцией Карстедта.Заняв руки механической работой в виде очищения своей миски, он размышлял какое-то время, а после отрицательно покачал головой.

-   Я – лорд командующий. Мой долг защищать эрцгерцога,а не участвовать в политических дрязгахфракций. И как отец Розмайн, я не могу быть столь глуп, чтобы лично выходить на связь с фракциейЛейзеганга в такое смутное время.

-   Понимаю. Видимо эта та проблема,с которой Эльвире придется разбираться самостоятельно.

-   Защита герцогства и ауба это мои главные задачи. Семья всегда останетсяна втором месте. И Эльвираэто понимает. Как женщина из Хальдензелля, она достаточно сильна, чтобы вынестивсе это в одиночку, когда возникает такая необходимость. Она женщина, которая действительно подходит для того, чтобы быть женой главы Ордена рыцарей,больше, чем любая другая. Хотя, к своему стыду, я понял это только после того, как Розмайн прямо указала мне на это.

-   Ох…? Что ж, полагаю именно после этого внезапного прозрениявы начали хвастаться своей женой перед леди Розмайн.

Лорд Карстедт бросил на меня недовольный взгляд, прежде чем вернуть магическийинструмент, блокирующий звуки. Кажется, наш отдых закончился. Я не смог удержаться от тихого смеха, пока убирал их на место, в небольшой кожаный мешочек.

Размышления о том, что эта поездка оказалась более продуктивной, чем я ожидал поднимала настроение. Приятно было видеть, что в прошлом не очень удачный брак моей младшейсестры, постепенно наполнялся все большей искренностью и теплом.

-   Я собираюсь занятьсясбором плодов бленруса,- обратился я к окружающимменя рыцарям. – Они столь ценны, что только жители Халдензелля имеют право собиратьих. И по этой причинелюбой из вас, кто попытается взять их, будет казнен на месте. Вы, рыцари, пока можете продолжить отдыхать здесь, дожидаясьпока мы закончим сбор.

Убедившись, что моя угроза принята к сведению,я призвал своего верхового зверя. Мой план состоял в том, чтобы собрать плоды, а после отдать их леди Розмайн выражая всю признательность Хальдензелля перед ней, а также лорду Вилфриду и леди Шарлотте,высказывая наше уважениек нынешней семье эрцгерцога.

-   Ну что ж, лорд Карстедт.Пойдем?

-   Оу? Можно ли считать меня человеком Хальдензелля? - спросил он, уже отойдя, чтобы снова сесть на камень, дожидаясьмоего возвращения. Но после моих слов, Карстедттак и замер в полуприседе, удивленно подняв глаза.

-   А разве ты не муж Эльвиры и отец Розмайн?– с тем же удивлениемв голосе ответиля и улыбнулся, чтобы подбодритькомандующего.

-   Это честь для меня, - взяв себя в руки лорд Карстедт призвал своего верхового зверя и оседлалего, чтобы мы вместе направились к ближайшему бленрусу.– Чего ты хочешь, лорд Клаудий? Учитывая как со мной, ранее обращались в Хальдензелле, я не думал, что здесь меня считаютсемьей.

-   Нам просто было не по вкусу ту, как ты обращался с Эльвирой. Но вы в любом случае все еще семья. В противном случае я бы не позволилтебе пойти со мной.

-   Хоть ты так и говоришь,но разве основнаяпричина не в том, что тебе нужна помощь? Все- таки собратьфрукты для троих человек в одиночку это слишком долго. Я прав, верно? Твое выражение лица очень похоже на то, что появляется у Эльвиры, когда ее слова расходятся с ее истинными мыслями.

Карстедт действительно был прав.

Удивительно, но кажетсяон и правда начал уделять внимание Эльвире.Это было то, что заставиломеня и самого посмотреть на рыцаря другими глазами. Правда совсем чуть-чуть.Этот человек много лет не обращал вниманияна свою первую жену. Но сейчас мне хотелось, чтобы он и дальше относилсяк ней как можно лучше.

-   Нам нужно перебраться на ту сторону,- сказал я, указывая на отдельно стоящий валун. – Мы оставимнаших верховых зверей здесь. Кроме того, возьми это.

Мы оберегали те из деревьев бленрусов, что находили, с помощью барьеров,которые ограждали их от уничтожения фейзверьми или браконьерами. Только те, у кого были специальные печати,могли пересечь барьер.Одну такую печать я отдал Карстедту. Пройдя барьер, я обогнул валун, за ним стояло источающее золотое сияние дерево,с ветвей которого свисала примернодюжина плодов. Но то, что я увидел в его корнях удивиломеня куда больше

-   Ростки бленруса…?

Перед моими глазами,сквозь землю пробилосьнесколько мягко сияющих ростков. Я шумно сглотнул,не веря тому, что вижу прямо перед собой. Невозможно. Никогда раньше я не видел молодые ростки бленруса. И это несмотряна то, что я родился и вырос на этих землях. Именноот того, что новые деревья бленруса никогдане появлялись, мы защищали каждое из известныхдеревьев магическими барьерами.Раньше было множествопопыток увеличить популяциюэтих растений. Мы закапывали плоды в землю, рассыпали семечкииз них, даже пыталисьаккуратно отрезать золотые ветви, надеясь, что они дадуткорни. Но все усилия были тщетны. Но сейчас золотые побеги прямо передо мной. Несомненно это божественное чудо, порожденное Весенниммолебном.

-  Лорд Клаудий,что-то случилось?

-  В Хальдензелле случилось чудо…

Я чувствовал, как в моей груди зарождается тепло. Легкий ветерок,шевельнувший золотые листья возвестил о начале новой эры, и мое сердце учащенно забилось,когда я осознал стал очевидцеммомента, когда Хальдензелль изменился навсегда. Я снова сглотнул,а мое зрение помутилось от выступивших на глазах слез радости.

Мы обязаныпродолжать проводить Весенниемолебны.

Эта церемония тяжелым бременем ляжет на женщин нашей провинции,но леди Розмайн говорила, что мужчины тоже могут помогать.Как гиб, я должен удостовериться, что эта песня-молитва, призывающая весну и сотворяющая чудеса будет и дальше исполняться. Как гиб, я обязан вернуть Халдензеллю его истинное богатствои великолепие.

Я потянулся за плодами бленруса,стараясь ни в коем случае не наступитьна молодые ростки.Изначально я собиралсясорвать лишь по одному фрукту для каждого из детей, но вместо этого я взял по два. Я хотел отблагодарить леди Розмайн, которая дала жизнь этому чуду.

-  Благодарим Богов. Восхваляем Богов.

Именно в тот день я впервые молился богам от всего сердца.