Том 17 Глава 420 Второе собрание сообществ

Если бы человек, который сидел сейчасна королевском месте, был одним из высших дворян Суверении, то он был бы намного старше. Так что вывод о том, чтоэто действительно принц был наиболеелогичным.

Никто не сказал мне, что в этом году поступает еще один принц.

Я опустила взгляд. Если бы мои опекуны знали бы об этом, я уверена,они бы предупредили бы меня или по крайне мере сказали бы быть начеку.

Вместо того, чтобы носить черное,как того требовала форма Академии,маленькая фигурка, - слово “маленький” само по себе возникало при взгляде на него, - была одета в красное и белое

-   божественные цвета зимы. По крайне мере на нем был черный плащ, подчеркивающий его принадлежность к Суверении. Но тем не менее, он сильно выделялся. Даже Анастасиус носил в основномчерное, так что мне даже в голову не приходило,что королевской семье разрешено нарушатьдресс-код.

–  Вот ваши места, – сказал слуга.

Как и в прошлом году, в Малом зале на равном расстоянии друг от друга были расставлены столики на четверых человек. Нас отвели к трем столам Эренфеста. Вилфрид занял левый, а Шарлотта- правый, мне достался стоящий по середине,и Брунхильда отодвинула для меня одно из кресел, помогая сесть, а после она заняла место за моей спиной. Точно так же как и сопровождающие меня ученики-рыцари. Хартмут же сел рядом со мной, как ученик-чиновник.

–  Хартмут, ты знал, что в этом году на собраниибудет присутствовать член королевской семьи?

–  тихим голосом поинтересовалась я. Но он только отрицательно покачал головой.

–  Я не знал, и кажется,мы не единственные такие. Многие из представителей других герцогств кажутсяудивленными. Поэтому можно предположить, что об этом никого не информировали.

Было приятно знать, что на этот раз я не одинока в своем невежестве. У меня часто было ощущение,что я упускаю много важной информации, из-за того что постоянно отсутствую в замке, но хотя бы сейчас это было не причем.

-   Однако, – продолжилХартмут. – Я припоминаю, что в прошломгоду говорили о приближающемся крещениичлена Королевской семьи. По слухам это был сын третьей жены короля,сводный брат принцев Сигисвальда и Анастасия. Если эта информация была правдивой, то его крестилитолько этой осенью.

–  Его крестили в этом году? – переспросила я. – Значит кто-то все таки должен знать о нем.

–  Дворяне Эренефеста дебютируютво время зимнего общения, но королевских особ официальнопредставляют обществу во время весенней конференции эрцгерцогов. Я предполагаю, что у него еще не было официального дебюта.

Это объясняло, почему он был таким крошечным. Я думала, что может быть он казался маленьким, потому что сидел так далеко от нас, но после слов Хартмутавсе стало куда яснее.

Тем не менее, почему здесь присутствует только крещенный принц?

В итоге слова Хартмута только ещесильнее запутали меня, породив новые вопросы. К счастью, как только кандидаты в эрцгерцоги расселись, старший слугапредставил маленького принца и объяснил обстоятельства его присутствия.

–  Это третий принц Хильдебранд, – сказал чиновник.– Его крестили этой весной и официальнопредставили королевской семье. При обычныхобстоятельствах он бы поступил в Академию намного позже, но король отдал ему приказ приступить к занятиям в этом году, в рамках выполнения его долга как члена королевской семьи.

Подводя итог, можно было сказать, что существовало правило, согласно которогов Академии всегда должен был присутствовать член королевской семьи. Если не было никого подходящего возрастадля обучения, то вместо него присылали того, кто уже выпустился. Правильнее было бы, если здесь присутствовал Анастасий, но похоже он был крайне занят своими обязанностями второго принца. Ему нужно было наполнять маной землю, которую он получил в качестве приданого невесты, а также магические предметы,принадлежащие королевской семье.

Другими словами, принц Анастасий так хочет женитьсяна леди Эглантине, что прикладывает все силы к подготовке их будущей земли и отказывается вернуться в Королевскую Академию. Скорее всего это так, верно? Я имею в виду, что восстанавливать старые магические инструменты королевской семьи должно быть куда сложнее, чем выполнять свой долг присутствуя в Академии.

Теперь, когда он официально стал взрослым, Анастасиус решил усердно работатьвсю зиму, а не тратить время в Королевской Академии.В результате Хильдебранд был брошен словно львенок в саванну, посколькусразу после его крещения его отправили сюда. Однако, так как он здесь исключительно по политическим причинам,вряд ли он будет ходить на занятия.

Скорее всего большую часть времени он будет простопроводить в своих покоях.

Интересно, почему ввели это правило…Это страховка на крайний случай? Или может быть это нужно для того, чтобы всегда был кто-то имеющий власть для решения конфликтов?

В прошлом году, когда Дункельфельгерподнял шум из-за того, что я вывела Шварц и Вайс из библиотеки, с Анастасием связались, и он почти сразу пришел,чтобы разрешить спор. Позже он так же переговорил со мной и с Соланж, чтобы лучше разобраться в ситуации.

В Академии очень много людей, и кто знает какие проблемы тут могут возникнуть. Члены королевской семьи должны решать такие ситуации.И то, что они отправляютсюда ради этого семилетнего ребенка,очень ярко говорит о том, что они сами еще не оправились после мятежа.

Как только чиновникзакончил говорить, все приготовились приветствовать принца, как и в прошломгоду. Классенберг снова был первым. Теперь, когда Эглантина закончилаучебу, у них больше не было кандидатовв эрцгерцоги. Поэтому из-за их стола поднялся юноша- старшекурсник и подошел для того, чтобы произнести положенные слова.

Мероприятие продолжалось, как и должно.Представители каждого герцогства вставали, чтобыпоприветствовать королевскую особу, азатем спускались вниз и приветствовали каждоегерцогство более высокого ранга, чем их собственное. Вторым был Дункельфельгер, затем Древанхель… Только после того, как девятоепо силе герцогства поприветствовало принца,настала наша очередь.

Вилфрид и Шарлотта встали, а мне помогли слезть со стула мои вассалы. Затем Вилфрид посмотрел на нас двоих.

–  Розмайн, Шарлотта. Идемте.

Вилфрид шел вперединас, по пути к столу принца в дальнем конце зала. Он шел достаточномедленно, чтобы я не отставалаот него. Достигнув сидящего на стуле Хильдебранда, мы опустились на колени, скрестилируки на груди и склонили головы.

–  Принц Хильдебранд, можем ли мы помолиться о благословении в знак признательности за эту счастливую встречу, которую нам даровал справедливый суд Эвигелибе, бога Жизни?

–  Можете, – раздалсяеще совсем детский голос.

Вблизи я смогу рассмотреть, что у Хильдебранда были ярко-фиолетовые глаза и серебряные волосы со слабым голубоватым отблеском.А еще у него было милое лицо. Возможно мальчикубудет не очень приятно, если его назовут милым, но он действительно выглядел очень маленьким. Что не удивительно, учитывая в каком возрасте его отправили в Академии. Это не говоря уже о том, что в противовеснадменному и гордому выражению лица, которое часто демонстрировал Анастасий, у третьего принца была яркая улыбка, которая действительно действовала на меня успокаивающе. Он был очень далек от типичного представления о мужественном мужчине.

С разрешения принца мы влили ману в наши кольца и выпустилисвет благословения. Я была озабоченатем, чтобы направитьтолько самую капельку маны, и поэтому все время следила за Вилфридом и Шарлоттой, чтобы случайно непереборщить. Фердинанд настаивал на том, чтобыя не поддавалась своим эмоциям и не выпускала чрезмерносильного благословения, как я сделалаво время выпускной церемонии.

Отлично. Идеально.

Я кивнула самой себе, успешно дав такое же небольшоеблагословение, как и у моих брата с сестрой. Затем Хильдебранд сказал, чтобы мы подняли головы, после чего Вилфрид продолжилговорить положенные слова приветствия.

–  Для нас большая честь познакомиться с вами, принц Хильдебранд. Мы - Вилфрид,Розмайн и Шарлоттаиз Эренфеста, здесь для того, чтобы научитьсявсему необходимому настоящимдворянам, которые будут достойно служить Юргеншмидту. Пусть его будущее всегда будет освещено солнцем.

Хильдебранд посмотрел на каждого из нас по порядку, хотя на Шарлоттуон, казалось, смотрелс особым интересом.

–  Мне сказали, что кандидаты в эрцгерцоги из Эренфеста удивительные личности - один из них занял первое место в классе в прошлом году, а другой получил звание почетного ученика,помогая своим одноклассникам для повышения общего уровня оценок своего герцогства, – звонким высокимголосом сказал он. – КорольТрауеркуаль возлагает на таких людей большие надежды.Продолжайте в том же духе.

Я чувствовала, что он был полностью сосредоточен на точном повторениифраз, которые ему велели заучитьвзрослые, и как человек, которыйдолго заучивал все возможные церемонии, я могла понять,как усердно он работал, чтобы достичь той плавности, с которой говорил сейчас. Я хотела сказать ему, как хорошо он справляется, и поддержать его, чтобы он мог продолжать дальше на том же уровне, но это казалось грубым по отношениюк принцу. Вместо этого я решила просто остановиться на словах благодарности.

–  Мы благодарим вас.

Наша первая встреча с Хильдебрандом закончилась без проишествий. Это сильно удивиломеня, так как в прошлом году Анастасийпорядочно рассердился на меня за то, что я “фальшивая святая”. Но в любом случае, мы уже двинулись к следующему столу - столу принадлежащему Классенбергу.

–  Вновь Дрегарнур, Богиня Времени, сплела нити наших судеб вместе и благословила нас встречей. Это - Шарлотта,моя младшая сестра. Она в этом году поступила на первый курс, – сказалВилфрид. – Пусть наше будущеебудет освещено солнцем.

Шарлотта продолжала приветствовать сидящих. Вилфрид же не стал представляться и мне сказал этого не делать. Так что я могла предположить, что мы уже были представлены этому человеку год назад. Возможно это был кандидат в эрцгерцоги, а не высший аристократ, как я подумалараньше.

Я не могу спроситьоб этом прямо сейчас, поэтому я уточню у Хартмутапозже.

Хартмут сказал мне, что это был не высший аристократ, а сын второй жены ауба Классенберга. Он объяснил, что я здоровалась с этим мальчикомв прошлом году, но я его совершенноне помнила, так что мне оставалось только улыбнуться.

Как я должна помнить кого-то,кого видела только один раз? Особенно, если я действительно не ожидала встретитьэтого человека снова.

–  Если леди Эглантинане представляла вас друг другу повторно, не смотря на ваше близкое общение, то возможно и она сама не была с ним близка. В этом нет ничего необычного, дети от разныхматерей не часто общаются.

Верно. Это напомнило мне… Я почти никогда не разговаривала с Николасом

Высшие дворяне и эрцгерцоги обычнобрали вторых жен, чтобы стабилизировать фракционное давление, компенсировать неспособность первой жены иметь детей, или просто увеличить количество наследников. Единокровные братья и сестры нередко вообще не общалисьмежду собой.

Следующим было герцогство Дункельфельгер. Мы направилась к столам, за которыми сиделиЛестилаут и Ханнелора. И Вилфрид обратилсяк ним, как наш представитель, а Шарлотта выполнилаблагословение, которое обычно исполняли при первой встрече.

–  Леди Ханнелора, – сказала я. – Благодарювас за прекрасную книгу о Дункельфельгере, которуювы мне одолжили. Даже ауб был впечатленей и просил высказать вам его благодарность.

Я рассказала ей, как я была удивлена,когда узнала, что сам ауб Дункельфельгера передалэту книгу на конференции эрцгерцогов, но в тоже время, я была очень благодарна за то, что ее передалимне так рано, ведь это означало, что у меня было достаточновремени для того, чтобы прочитатьее.

Ханнелора несколькораз удивленно моргнула.

–  Должно быть ваше сердце было готово остановитьсяиз-за того, что вы получили эту книгу из рук ауба. Отец любит удивлять людей, и, эм… Я сама не раз покрывалась холодным потом после некоторых его выходок. Но я рада, что это не сильно испугало тебя, – сказала она, нервно улыбаясь, а ее светло-розовые хвостики покачивались, когда она ерзала на месте.

Ауб Дункельфельгера, видимо, объявил, что лично передаст книгу, чтобы удивить меня. Это звучалотак, словно бы он был озорным человеком,но раз он все таки одолжил нам книгу, которуюможно было считатьсокровищем их герцогства, то при этом у него была и щедрая черта.

–  Передача книги никогда не побеспокоит меня, – ответила я. – Я прекраснопровела время за ее чтением, и в качестве благодарности, леди Ханнелора, я хотела бы одолжить вам книгу из Эренфеста. Я думаю для нас это могло бы быть хорошейтрадицией - обмениваться новыми книгами, при возврате старых.

–  Я бесконечно благодарна вам, леди Розмайн.Буду с нетерпением ждать.

Мы с Ханнелорой обменялись улыбками, наслаждаясь нашей книжной беседой и в этот момент Лестилаут прервал нас, бросив на меня полный сомненийвзгляд.

–  Кому то в Эренфесте удалось прочитать эту книгу? – спросил он.

–  Да. Я была поражена глубинойистории вашего герцогства, – ответила я. Тот факт, что в большинстве их исторических хроник фигурируют боевые маньяки, которыепродолжают сражаться до тех пор, пока не одерживают победу, немного объяснял настойчивость профессора Рауффена при вызове нас на матч-реванш. Это было продиктовано традицией его родины.

–  Пф. Так и должно быть, – фыркнул Лестилаут. – Мы совершенно отличаемся от Эренфеста,жалкого герцогства с двухсотлетней историей.

–  Брат! – воскликнула Ханнелора и дернулаего за рукав. Затем она посмотрела на меня, и ее милые алые глаза были полные беспокойства. Она, несомненно, волновалась на счет того, что Лестилаут оскорбил меня, но я только улыбнулась в ответ на его слова и кивнула.

–  Это правда, что история нашего герцогства меркнет по сравнениюс вашим, и что наши хроники все еще очень тонки, – сказала я. – Именно поэтому я так высоко оценила книгу, которую мне так любезно одолжили, и, конечно же, я хотела бы прочитатьеще больше великолепных книг написанных в Дункельфельгере.

Я собиралась завязатьпродолжительную дискуссию, во время которойя смогла бы выманить себе еще одну книгу из Дункельфельгера и даже, быть может, получитьот них больше одной книги. Но Вилфридпрервал меня, а Шарлотта еле заметно потянулаза рукав, прося замолчать.

–  Возможно эту беседу стоит продолжить после того, как мы передадимДункельфельгеру книгу из Эренфеста, – сказал Вилфрид.– Но пока мы не можем слишком задерживаться, ведь это заставляет ждать остальных.

Ах да… Мы же сейчас как раз в процессе обмена приветствиями.

Я была так взволнована встречей с Ханнелоройи мне так хотелось поговоритьс ней, что я совершенно забыла, где нахожусь.Я пообещала в ближайшее время отправить ей приглашение на чаепитие,а затем мы отправились к столам Древанхела.

–  Лорд Вилфрид, леди Розмайн, поздравляю вас с помолвкой, – сказала Адольфина. – Я не поверила своим ушам, когда отец рассказалмне эту новость после конференции эрцгерцогов.

Адольфина говорила как представительница своего герцогства, но рядом с ней так же сидел мой одноклассник - Ортвин, и два других кандидата в эрцгерцоги. Винно-красные волосы девушки, которыеволнами укрывали ее плечи и грудь, мягко блестели, словно бы она вымыла их риншамом. Осмотр других детей за их столом показал,что у них у всех был подобныйблеск в волосах.

Заметив движениемоих глаз, она погладила себя по волосам и улыбнулась

Нет, не может быть… Я ведь дала им только одну бутылочку.

Должно быть, они проанализировали риншам,который я дала им на чаепитии. Процессего изготовления был очень прост, так что я предполагала, что рано или поздно он будет раскрыт,но это случилось намного раньше, чем я думала.

Древанхель - герцогствосумасшедших ученых, но похоже они куда более устрашающие, чем я могла представить.

Я посмотрела на Адольфину и тяжело сглотнула. Тем временем разговор между Вилфридоми Ортвином казался шел куда более тепло. Они обсуждалиигры, в которые играли во время зимнегообщения.

–  Еще один год моего лидерства, да, Вилфрид?

–  Мы можем поспоритьоб этом. Я покажу тебе, насколько сильно выросли мои навыки в гевиннене.

По какой то причине Адольфина продолжаламногозначительно улыбаться мне.

–  Леди Розмайн, чиновники, которых мы отправляли на конференцию эрцгерцогов, вернулись оттуда в крайне взволнованном состоянии, – сказала она. – Кажется у Эренфеста есть магические инструменты, которыми могут пользоваться даже простолюдины. Я о тех бумажных кусочках,которые двигаются сами по себе, чтобы соединиться с более крупнымичастями. Довольно интересноеизобретение… Даже наши ученые не смогли оставаться спокойны.

–  О, эта вещь не заслуживает такого внимания, – улыбнулась я, пытаясь сменить тему. Я предчувствовала, что они будут изучать каждую вещь из нашего герцогства, которая попадет в их руки.

–  Я не видела такой бумаги у ваших студентов вКоролевской академии, и на Межгерцогском турниреей тоже не пользовались, не так ли? – спросила Адольфина. – Есть ли этому какаято причина?

–  Возможно дело в том, что наш ауб, посчитал, что эта информацияне такая уж и важная, – ответилая.

Ее не было на Межгерцогском турнире, потому что ее делают простолюдины, и никто в Эренфесте, не считает ее магическим инструментом. Но я не могу этого сказать!

–  Порой удивительно трудно понять, что является нормой для того или иного герцогства, – сказала она. – Это то, что я поняла с тех пор, как начала посещатьАкадемию. Леди Розмайн,я молюсь о том, чтобы в этом году мы с вами провели как можно больше времени вместе.

Другими словами ты хочешь выбить из меня новуюинформацию? Оки доки. Пришло время связаться с моими опекунами. На этот раз это не заняло слишком много времени.

–  Я разделяю ваши молитвы, – с напряженной улыбкой сказала я. Взгляд Адольфиныненадолго переключился на Шарлотту, а после перешел на Ортвина.

–  Вы первокурсница, не так ли, леди Шарлотта?– спросила она. – Я чувствую, что мы с вами станемочень близкими друзьями.

–  Для меня это будет честью.

Такое ощущение, что кто то опасный, только что сделал Шарлотту своей целью! Ааа! Фердинанд! СПАСИИИ!

Я немного сдвинулась, надеясь заслонить Шарлотту от взгляда Адольфины. Как только мы закончили с приветствиями четвертогои пятого герцогств, пришла очередьшестого - Аренсбаха. Как кандидат в эрцгерцоги там была только Детлинде. Маленькойдевочки, которую мы видели на свадьбе Лампрехтане было. Но это было ожидаемо. Она была такой же крошечной, как и я, так что она явно была недостаточно взрослой для того, чтобы посещатьАкадемию.

–  Слишком много временипрошло с нашей последней встречи,– сказала Детлинде.– Кажется у вас все хорошо. А как дела у Аурелии?Мы все так волновались, что она не сможет вписатьсяв новую обстановку, не так ли, Мартина?– она обратилась к девушке,немного похожей на Тули

–  ее служительницу, если учесть где она стояла.

–  Леди Беттина, кажется,выходила на связь, но мы не получали никаких весточекот моей сестры Аурелии.Я так беспокоюсь о ней, – сказала Мартина, грустно опуская глаза. Она была настолько похожа на Тули, что от вида ее печали у меня сжало сердце.

–  Аурелия наслаждается своей жизнью в Эренфесте, – сказала я. – Она заказала себе новую фату, и мы вместе пили чай. Не так ли, Шарлотта?

–  Да, – с улыбкой согласилась Шарлотта. Она впервые встретила Аурелию на конкурсекрасильщиков. – Она милый и очень приятныйчеловек.

Мартина с облегчением коснулась груди, а Детлинде с вопросом посмотрелана нас. Ее темно- зеленыеглаза выдавали ее удивление.

–  Аурелия? Милая? – пробормотала она себе под нос.

Почему тебя это удивляет?В каком это месте Аурелия не милая?

Я тоже почувствовала некоторое замешательство. Видимо Аурелия, которуюзнали мы, сильноотличалась от той, с которойбыла знакома Детлинде.

–  Я понимаю, что было неправильно поздравлять вас спомолвкой на Церемонии звездных уз, – сказалаДетлинде, спеша продолжить разговор. – Поэтому позвольте мне сделать этосейчас. Я поздравляю вас.

Она говорила с мягкой улыбкой,и это, если честно, было странно. Создавалось впечатление, что она искренне благословляет наш будущий брак, и из-за этого мне хотелось спросить,а как же все то, что она говорила в прошлом году? То, что она признала меня как невесту Вилфридаказалось невероятным. И если честно, мне от этого было немного неловко.

–  Вы все мои кузены из Эренфеста, – продолжила она. – Поэтому я надеюсь,что мы сможем поладить.

Седьмое, восьмое и девятое герцогства, к которым мы подошли после Аренсбаха, были явно настроеныпротив нас, напуганныенашим резким повышениемранга. В прошлом году они нас даже не замечали,а теперь напоминают о нашем месте, оскорбляя эвфемизмами.

Не хотелось бы обэтом говорить, но похоже Вилфрид вообще не обращает внимание на подобное отношениев нашу сторону. Но это не заставити меня игнорировать их!

Мы закончили приветствовать тех, кто был выше нас, а это означало, что герцогства более низкого ранга теперь будут приветствовать нас. Это по своему тоже раздражало.

Одиннадцатое, двенадцатое и тринадцатое герцогстваотносились к нам особенно враждебно и говорили с лживыми улыбками,так как мы спихнули их вниз, когда поднимались сами. Если припомнить несколько их оскорблений и упростить их, то вот они:

– Удача и милость богов очень переменчивы.

–  Хорошие времена - это лишь хрупкая иллюзия,которая рано или поздно разобьется.

–  Вы снова собираетесь сдать все курсы раньше времени?Я могу лишь надеяться, что эта торопливость не повредит вашей успеваемости.

Как мило.

Конечно мы должны были защититьсвою гордость и репутацию, поэтомумы отвечали на их фразы словами, которыепо сути означали:

–  Наш успех - не иллюзия.Мы позаботились о том, чтобы наши хорошие времена продлились как можно дольше.

–  Мы благодарим вас за вашу поддержку, – сказала я одному из студентов, который приветствовал нас. – Пожалуйста, с нетерпением ждите публикации наших оценок. Я верю, что вы найдете их весьма впечатляющими.

После обмена различнымиоскорблениями, произнесенными с улыбками на лицах, наконецпришла очередь и Френбельтага. Это была первая встреча Шарлоттыи Рюдигера. Ее глаза распахнулись от удивления. Она переводила взгляд со своего кузена на Вилфрида, видимо, отмечая насколькоони похожи.

Однако, на мой взгляд, она куда больше походила на Рюдигера, ведь у Шарлоттыбыл такой же цвет глаз - цвета индиго, да и цвет волос был схож. Поэтомуей ничего бы не стоило выдать себя за его сестру, если бы она захотела конечно.

Но я в пролете.У меня нет ни капли общей крови с ними.

Рюдигер должно быть заметилвзгляд Шарлотты, поэтомуон улыбнулся. Он опустился на колено и скрестил руки на груди, а затем склонил голову.

–  Лорд Вилфрид, леди Розмайн, Богиня времени, Дрегарнурснова сплела вместе нити наших судеб и благословила нас этой встречей.Леди Шарлотта, о нашей встрече я могу сказать также. Могу ли я помолитьсяо благословении в знак признательности за эту счастливую встречу, которую нам даровал справедливый суд Эвигелибе, бога Жизни?

–  Вы можете.

Рюдигер благословил Шарлотту и обменялсяс ней приветствиями. Затем, когда с этим было закончено, он посмотрел на Вилфрида.

– Я слышал, что в Эренфестекандидаты в эрцгерцоги возглавляют проведение Весеннего Молебна. И предложилсделать тоже самое и в Френбельтаге. В результате в этом году мы смоглисобрать больший урожай, чем обычно,– сказал он.

Очевидно от него требовалось много мужества для того, чтобы предложить своей семье принять участие в деятельности храма. Но узнав, что Вилфредлично принимал участиев храмовых церемонияхв Эренфесте и, это дало отличные результаты, правящая чета Френбельтага решила попробовать повторитьза нами. Возможно, дело было в их отчаянии.Хотя может быть тут была и другая причина.

В конце концов,мама Рюдигера - старшая сестра Сильвестра. И я вижу некоторое сходствомежду ними.

Но в любом случае благодаряэтому поступку они смогли собратьбольший урожай, а увеличение налоговыхпоступлений явно пошло им на пользу.

–  Надежда вернулась в души наших дворян, – сказал Рюдигер с легкой улыбкой. – Это радует меня больше, чем что либо. Ваш совет оказалсядля нас очень ценен. Мама тоже была в восторге.

Так как они были герцогством, которое проиграло в гражданской войне, я знала, что их ауб был казнен, но их земли наверняка пострадалив других областях. Например, с Аурелией в Аренсбахе обращались довольно жестоко, потому что ее мать была из Френбельтага. Так что без сомнения им стало очень сложно заключатьбраки с другими герцогствами.

По правде говоря это восхищало, что им удалосьпринять необходимость участвовать в религиозных церемониях. Я ринулась в храм ради книг, но они презиралиего всю жизнь. Конечно их решение сотрудничать с храмом не смотря на презрение было в первую очередь от отчаяния. На безрыбье и рак щука, как говорят.Но все же.

–  Я надеюсь, что наша дружба с Эренфестомостанется такой же крепкой, – сказал он, терпеливо ожидая моего ответа. Он был очень похож на Вилфрида,когда попросил меня проверить Френбельтаг во время чаепития,прежде чем обучатьсянашим методам увеличения урожая.

–  Мы братья и сестры, а также соседи. Дружба между нами естественна, – ответила я, заставив Рюдигераи Вилфрида облегченновздохнуть.

Когда приветствия наконец закончились,начался обед. Суп в этом году был действительно вкусным, возможно потому, что повара переняли часть нашихрецептов. Но сладости… они снова мало чем отличалисьот кусков сахара.