Том 1 Глава 1857

В замке Мари Роуз не было зеркал.

Лицо, которое весь мир восхвалял закрасоту.

Это было потому, что существование"я" исчезало каждый раз, когда она смотрела на это лицо.

― С самого начала все было совсем иначе.

Мари Роуз поднялась из чистого белогогроба и посмотрела на трон.

К трону, который столько лет простоялнетронутым и покрылся пылью, приближалась маленькая душа.

Она небрежно задала вопрос о том,почему во дворце женщины нет зеркал.

― Когда-то я лелеяла и любила своелицо, которое выглядело так же, как твоё.

Слабая улыбка расплылась по лицу МариРоуз, когда она вспомнила о событиях, произошедших сотни лет назад.

Это было время, когда она любила своеотражение в зеркале.

Тогда она часто смеялась.

Это было потому, что ее лицо сталоинструментом для воспоминаний о матери.

Это было доказательством того, чтоона дочь своей матери и что у нее есть семья.

Ее сердце согрелось.

Это было достаточно тепло, чтобыуспокоить тело и разум, которые были прокляты.

Затем мало-помалу годы шли, и онаначала расти.

У Мари Роуз постепенно появилосьстранное чувство.

Вскоре после этого она убедилась, чтоее выросшее тело стало еще мощнее, чем прежде.

― Ты превзойдешь меня.

Слова, которые мать сказала ей передсмертью, не выходили у нее из головы.

«Превзойдешь»

Да, ее мать ясно сказала это.

«Ты превзойдешь меня.»

«Убей Баала с помощью этой силы иосвободи мою обиду.»

Это означало, что рост Мари Роуз былвполне естественным результатом.

Это была демонстрация ценностисущества, рожденного ценой жизни самой Бериаче.

Однако возник вопрос.

Действительно ли я должна быть похожана свою мать?

Однажды Мари Роз встала передзеркалом и очень внимательно осмотрела себя.

Она осмотрела себя с головы до ног.

Она почувствовала ощущение странностиот своей внешности, которая выглядела так, словно ее мать выросла.

Чем больше она сравнивала себя сосвоими старшими братьями и сестрами, которые выглядели совсем не так, как еемать, тем подозрительнее она становилась.

Она не знала причины.

Должна ли она быть похожей на своюмать?

Чем больше она думала об этом, темглубже закрадывалась в ее сознание тревога.

На самом деле, это был не тот вопрос,над которым стоило глубоко задумываться.

Не было никакой необходимостибеспокоиться.

Ее мать была мертва.

Мари Роуз достаточно было жить своейжизнью, выполнив свои обязательства.

Тем не менее, ее инстинкты взывали кней.

«Отнесись к ситуации с подозрением.»

«Пренебрегай своим долгом.»

Это было совпадение.

Это было предупреждение, полученноеиз знаний и информации, которые передала ей мать.

Неизвестно, о чем именно былопредупреждение.

Это было доказательством того, чтознания и информация, которые она унаследовала от матери, были неполными.

Мари Роуз смутно осознавала, что матьнамеренно скрыла от нее какую-то информацию.

Затем она воссоединилась с Брахамом.

Сначала он был врагом ее матери.

У него было такое же отношение к ней,как и в прошлом, и он лаял, как собака.

Но вскоре после того, как онапообещала выйти замуж за Грида, Брахам впервые пришел в ее замок и заговорил нелаем, а "словами".

― Ты - идеал матери. Поэтому ты должнавести себя соответствующим образом.

Идеал.

Это страшное слово стало для МариРоуз сигналом к пробуждению.

Оно открыло истинную природу тревоги,которую она испытывала.

Именно так.

Мари Роуз была идеалом Бериаче.

Дело было не только во врожденнойсиле и внешности.

Мари Роуз была тем совершеннымсуществом, на которое надеялась Бериаче.

Зачем мать родила ее?

Только ли ради мести?

Она так не думала...

― Когда-то я любила тебя, - сказала маленькая фигурка,сидящая на троне.

Факелы, которые начали гореть в ответна ее магию, рассеяли темноту большого зала.

Вскоре показалась фигурамаленькой девочки.

Личность персоны, сидящей на троне, быладушой Бериаче.

Она была покрыта ранами.

Если бы способом поддержания души небыла магическая сила, ментальная сила и "желание", возможно, она бысразу исчезла.

Душа Бериаче была в таком плохом состоянии,что окружающиене могли не думать об этом.

Предполагалось, что все раны былинанесены мощной магией. Количество магической силы, которая поднималась иутекала, как дым, казалось значительным.

― Спасибо и прости.

Истоком Бериаче была подземнаяобласть пустыни Рейдан.

Это было последствием того, что онаприняла это место как свой дом после изгнания из Ада.

Благодаря этому магическая сила всехвампирских городов в пустыне стекалась к Бериаче.

Это придало четкую форму ее душе,которая неоднократно расплывалась из-за магической силы, вытекающей из ран.

― Мать!

Одно существо, увидев, как магическаясила возвращается к своему истоку, удивленно бросилось к ней.

Он был единственным"выжившим" из прямых потомков, кроме Брахама и Мари Роуз.

Это был Нолл.

Он унаследовал от Бериаче чувство"доброжелательности" и был очень ласков. Его слезы хорошо подходилиему, потому что он выглядел как маленький мальчик.

Ему совсем не было неловко плакать иобнимать свою мать после воссоединения с ней впервые за сотни лет.

― Гостей, пришедших без приглашения, неприветствуют.

― Кек.

Эмоционального воссоединения непроизошло.

Не успел он обнять свою мать, какНолл потерял рассудок и упал в обморок.

Это произошло из-за магии, которуюналожила Мари Роуз.

― Ты жестокая.

Бериаче, которая ждала сына сраспростертыми объятиями, горько улыбнулась.

Она почувствовала это.

«Это будет нелегко»

Навыки Мари Роуз, которые онаиспользовала на Нолле, были потрясающими.

Она могла бы в одиночку победитьБаала.

Что ж, это было само собойразумеющимся.

В первую очередь, Мари Роуз быларождена, чтобы превзойти его.

Мысли Бериаче устремились к ней, и ееглаза опустились.

― Причина, по которой ты пожертвоваласобой, чтобы родить меня.

Легко.

Мари Роуз переступила черезбессознательного Нолла и прыгнула вперед, чтобы встать перед троном.

Она наклонилась и схватилась обеимируками за подлокотники трона. Она опустила голову, чтобы оказаться на уровнеглаз своей матери, которая выглядела в точности как она, и потребовала правды.

― Это для того, чтобы овладеть мной,которая однажды превзойдет тебя во всех отношениях, не так ли?

― Да... Эта догадка верна. Я собираласьиспользовать тебя, чтобы получить силу, которую не могла получить сама, а затемзабрать ее у тебя. Я родила тебя с самого начала, руководствуясь этим планом.

Мари Роуз и Бериаче были явно похожи, но в тоже время разные.

Лицо Бериаче морщилось, когда онаиспытывала боль или грусть, в то время как глаза Мари Роуз изогнулисьполумесяцем, чтобы не показать этого.

Этот ребенок, почему она улыбается?

Бериаче только родила ее.

Это случилось в тот момент, когда уБериаче,которая ничего не знала о Мари Роуз, возник этот вопрос.

Подлокотник трона, который держалаМари Роуз, сломался.

Из-за этого руки Бериаче, лежавшие наподлокотнике, на мгновение взлетели в воздух.

Спинка трона была ужасно помята.

Это произошло в результате того, чтоударная волна, вызванная поднятым коленом Мари Роуз, была заблокированамаленькой рукой Бериаче.

― Жаль, что нам приходится сражаться.Если бы ты сражалась с Баалом вместо Грид, я бы смогла воскреснуть, воспользовавшисьтвоей усталостью после победы, и план был бы завершен без особых проблем.

― Понятно. Тогда я бы умерла, не чувствуя себя преданной.

― Было ошибкой, что проект"Кровавый Король", который я готовила на случай, если тыпредашь меня, был завершен так идеально. Грид слишком удивителен. Он можетстать моим любовником и править Адом вместе со мной.

― Ты упустила возможность умеретьбезболезненно.

Мари Роуз была глубоко обеспокоена, осознав намерения своейматери.

Той, которая родила ее.

Конечно, Мари Роуз не моглапросто ненавидеть ту, которую любила. Мари Роуз было трудно обижаться на нее, потому чтоона понимала положение Бериаче.

Это может быть немного отвратительно,но как насчет того, чтобы жить вместе?

Она действительно серьезно думала обэтом.

Но на данный момент все ее заботыостались позади.

Как только Бериаче упомянул Грид,привязанность и симпатия Мари Роуз к ней исчезли, как будто всё этобыло ложью.

Мне просто нужно убить её...

Разве она все равно не мертва?

Впервые улыбка исчезла с лица МариРоуз, так как она безумно задумалась.

― Да, ненавидь меня.

Если бы все пошло по плану, Мари Роузумерла бы, не успев почувствовать себя преданной.

Это было искренне.

Бериаче возмущалась всей этой ситуацией.

Баал и Аморакт, подтолкнувшие еек рождению Мари Роуз; Грид, убивший Баала без помощи Мари Роуз; Брахам,стоявший на ее пути и заставлявший ее больше думать; Нолл, бросившийся к ней сраспростертыми объятиями и пробудивший материнскую любовь, которую онаподавляла.

Больше всего она обижалась на себя.

Ей пришлось постараться, чтобыуспокоить себя.

Бериаче глубоко вздохнула ивспомнила о своем долге.

«Я обязана защищать мир, которыйсоздал мой отец»

Это был долг, который никто не могпонять.

Поэтому она не потрудилась егопроизнести.

Бериаче была намерена навсегдаостаться в памяти как демон, который из личной жадности причинил вред своей дочери и сожрал ее.

Пусть ее критиковали бы все на свете,но она считала, что обязана жить ради своего отца, которого предали другиедети.

Говорили, что это неизбежно будетактом предательства по отношению к ребенку, которого она родит, но что онамогла поделать?

Пока она не родила Мари Роуз, ей и вголову не приходило, что она будет жалеть свою дочь.

С самого начала Мари Роуз была простосуществом, рожденным в силу необходимости.

В этот момент правое плечо Мари Роузразорвалось.

Это был результат силы Баала, которуюона поглотила, используя свою силу Десяти Тысяч Существ.

В то же время, талия Бериаче была разорвана.

Это было результатом того, что рана, нанесённая Брахамом, была атакована.

Дворец, в котором Мари Роуз жила однав течение многих лет.

Благодаря долгожданным гостям, одиночество, лишенноевсякого смысла, превратилось в тишину. Все было уничтожено чудовищным образом.

«Это нехорошо»

Чем дольше тянулась битва, тем болееизможденным становилось лицо Мари Роуз.

На самом деле, она почувствовала этоеще в тот момент, когда столкнулась с Бериаче.

Это было чувство, что сила имагия, накопленные ею за долгие годы, отвергают ее и обращаются к ее матери.

Именно так.

Она слабела в реальном времени.

Чем слабее она становилась, темсильнее становилась Бериаче.

Как существо, которое, в первую очередь, было рождено для Бериаче, само её существование работало наблаго её матери.

Это было неотъемлемое ограничение.

Совместимость была более чем простоужасающей.

К тому времени, когда ей, наконец,удалось взять себя в руки, левая рука Мари Роуз была отрублена.

Это произошло еще до того, как ееправое плечо, взорвавшееся ранее, полностью регенерировало.

Это был момент, когда она не моглаиспользовать обе руки, и Демон Смерти пришел за ней.

― Стой! Это здесь!

Кто-то прибежал.

Он пронесся по воздуху несколькимистремительными шагами, в мгновение ока сократив расстояние и разделив Бериаче и Мари Роуз.

Это был человек с огромным мечом.

Это был Крис.

Он пришел не один.

Ева, Апостол Бога Начала Ятана,сопровождала Грида.

Сильнейшие силы, которые по какой-топричине отсутствовали в Адской экспедиции, поняли ситуацию иприбыли на место на шаг раньше Грида.

― Бериаче...

Голос Евы дрожал.

Казалось, она с грустью приняла тотфакт, что дитя Бога, которому она служила, пало.

Бериаче пожала плечами.

― Разве я не лучше Баала илиАморакт?

На данный момент единственнымпротивником, который мог выступить против Бериаче, была Ева.

Слишком много времени прошло, ислишком много существ исчезло за эти годы.

― Пожертвовать ребенком в обмен назащиту мира, который создал отец...  Ядумаю, это ничтожно малая цена.

Перед существом, которое жило в ту жеэпоху и имело те же устремления, Бериаче наконец-то раскрыла свою цель и несмогла выдержать зрительного контакта с Мари Роуз.

Более того, цель, которую онараскрыла, послужила мощным проклятием для Евы.

Отцом Бериаче был Ятан.

Бог, которому служила Ева.

Теперь, когда Ева узнала, что Бериаче борется за защиту мира,созданного Ятаном, она не могла встать у неё пути.

Это было не из личных чувств.

Конечно, это не было и предательствомГрида.

Это был скорее инстинкт.

― Это...

Крис вздохнул, заметив неподвижностьЕвы, как будто ее прибили гвоздями. В тот же момент рука Бериаче пронзила сердце МариРоуз.

Однако Мари Роуз не умерла.

Это произошло благодаря Ноллу,который в какой-то момент очнулся, бросился к ней и обхватил Мари Роуз.

Он с трудом сказал изумленной Бериаче.

― Ты сказала мне... беречь и любить...моих братьев и сестер...

Это был слишком сильный удар.

Прежде чем сила регенерации успелаподействовать, Нолл превратился в пепел.

Он не смог отправиться к Реке Реинкарнации. Вместо этогоон был захвачен силой Десяти Тысяч Существ и поглощён душой Бериаче.

― Теперь уже слишком поздно сожалеть обэтом!

Образ Мари Роуз был спроецирован накапли слез, падающие из глаз Бериаче.

Ты будешь плакать, даже еслипричинишь мне боль?

Такое вопросительное выражениеотражалось под разными углами.

Снова хлынула кровь.

Это была кровь, вытекающая из телаМари Роуз.

***

Через некоторое время, когда все былокончено.

― ......

Грид прибыл к месту происшествия иувидел Мари Роуз, сидящую на рухнувшем троне.

Да, это должна быть Мари Роуз.

Ее внешность, присутствие и дажезапах ее тела были такими же, как у Мари Роуз, которую знал Грид.

Однако Грид не почувствовалоблегчения.

Вместо этого его лицо исказилось вужасе, когда он вытащил и схватил Сумерки.

Имя, написанное над головой МариРоуз.

Имя, которое неоднократно открывалосьи скрывалось под колыхающимся светом факелов, было Бериаче, а не Мари Роуз.

― Почему...?

Почему этот мир продолжал беспокоитьего?

Сейчас он просто хотел, чтобы емубыло комфортно.

Поэтому он трудился без передышки.

Однако его снова лишили важныхотношений.

Грид взорвался убийственнымнамерением, вспоминая день, когда он впервые встретил Мари Роуз, моменты, когдаона ему помогала, воспоминания о кровавом поцелуе и обещании жениться на ней.

Ударная волна потрясла дворец. Этогобыло достаточно, чтобы заставить Бериаче задрожать, несмотря на то, что она принял тело Мари Роуз исталасовершенной.

― Безусловно... Ты полностью превзошел Баала.

Бериаче медленно поднялась и заговорила голосом Мари Роуз.

― Убери свой меч и женись на мне.

― Заткнись.

― Если ты убьешь меня, у тебя никогда не будет шанса вернутьМари Роуз к жизни.

― ......?

― Теперь я Мари Роуз. Если мы поженимся и у нас родитсядевочка, можно будет назвать ее Мари Роуз...

Бериаче, которая несла всякуючушь, вдруг закрыла рот.

Она вдруг подняла обе руки и схватиласебя зашею с силой, достаточной, чтобы сломать ее.

― Кик... Подожди, дорогой муж...

Голос, смешанный со стонами,напоминал насмешку.

Шепчущий голос явно принадлежал МариРоуз.

Ева, которая все еще присутствовалана месте происшествия вместе с Крисом и наблюдала за ситуацией, подошла кГриду.

― Может быть, Бериаче была той, кого съели вместо неё. Она...Она чудовище.

― ......

Тело Грида дрожало по разнымпричинам.