LNCrawler

Глава 10

Возрождение механика. Том 2 — author.today · All chapters

Глава 10

— Вить, ну ты хотя бы объясни, куда мы идём и зачем ты меня с собой тащишь? — в очередной раз пристал Ромка, шагая рядом со мной. — Ты вчера про какое-то деловое предложение говорил, сегодня с занятий сорвал и ведёшь в мастерскую. У тебя что, ещё одна машина сломалась?

— Наоборот, собираюсь кое-что открыть, — ответил я, поправляя ремень рюкзака. — Собственный шиномонтаж. Небольшой, на один пост. Сейчас как раз сезон начинается, так что есть шанс неплохо заработать.

Приятель настолько удивился, что даже замедлил шаг. Впрочем, ненадолго. Уже через несколько секунд на меня посыпались вопросы: где взять станки, помещение, клиентов, а главное, откуда вообще деньги на открытие шиномонтажа, если ещё вчера я сам говорил, что не знаю, чем расплачиваться за диагностический комплекс.

Я терпеливо дождался, пока он закончит.

— Станки, считай, уже есть, помещение… тоже, — объяснил я. — Осталось договориться с человеком, которому всё это принадлежит. А клиенты скоро сами начнут искать, где переобуть машину. Октябрь на дворе, Ром. Через пару недель ночные заморозки пойдут, и шиномонтажники работать без выходных будут.

— Ну, это понятно, — согласился приятель. — Только сколько там заработаешь? Колёса же не двигатель перебирать, работа копеечная.

Я усмехнулся.

Вот именно так рассуждали многие, кто никогда не занимался подобным бизнесом.

— За одну машину – копеечная, — согласился я. — А теперь умножь её на десяток машин в день и на несколько недель сезона. Если правильно организовать работу, шиномонтаж за это время принесёт больше, чем обычный ремонтный пост за пару месяцев. И деньги будут поступать каждый день, а не после окончания одного большого ремонта.

Вообще, о постоянном заработке следовало задуматься гораздо раньше. Я привык полагаться на собственные руки и голову, но здесь оказался в теле семнадцатилетнего студента без Разряда, которому официально запрещалось самостоятельно ремонтировать чужие машины. Теперь же мне срочно требовались деньги на оборудование Климова, а дальше предстояли расходы на восстановление комплекса и подготовку выставочного стенда. Шиномонтаж выглядел практически идеальным вариантом: понятная работа, низкие первоначальные затраты и высокий сезонный спрос.

— Только я всё равно не понимаю, зачем тебе понадобился именно я, — признался Ромка, когда мы свернули к знакомым гаражам. — Помогать колёса таскать? Так я, конечно, помогу, но ты бы хоть предупредил. А то я Ленке обещал после занятий встретиться.

Я остановился и посмотрел на приятеля.

— Ром, ты не понял. Я тебя не зову бесплатно колёса таскать, — объяснил я. — Мне нужен помощник. Причём такой, которому можно доверять. Записывать клиентов, договариваться, следить за очередью, помогать с оборудованием, решать всякие мелкие вопросы. Работы будет много, и за неё я собираюсь платить.

Ромка уставился на меня с таким выражением, словно только что услышал предложение стать директором завода.

— Погоди, ты мне работу предлагаешь? — уточнил он, заметно оживившись. — Настоящую? За оплату?

— Настоящую, — подтвердил я. — Если дело пойдёт, сможешь зарабатывать гораздо больше обычной студенческой подработки. Только трудиться придётся по-настоящему, а не языком чесать.

— Так я и языком могу, и руками! — немедленно заверил приятель. — Ты же знаешь! А если деньги хорошие, я вообще готов…

Он осёкся, задумался и вдруг расплылся в широкой улыбке.

— Слушай, Вить, а это ведь я Ленке смогу нормальный подарок купить! Не очередной кулёк “Барбариса”, а что-нибудь действительно приличное!

Я рассмеялся. Вот и нашлась главная мотивация будущего помощника.

Впрочем, шутки шутками, а кандидатура Ромки меня действительно устраивала. В прошлой жизни я поднял не один крупный автосервис и прекрасно знал, сколько времени съедает организация работы. Кто-то должен встречать клиентов, вести очередь, договариваться с поставщиками, считать выручку и решать десятки мелких вопросов, пока мастер занят работой. А Ромка был общительным, энергичным и и легко находил язык с незнакомыми людьми. При должной выучке из него мог получиться толковый приёмщик. Да и собственные деньги парень заработает честнее, чем на тотализаторе.

Оставалась сущая мелочь – убедить Семёна Игнатьича предоставить нам место и разрешить пользоваться оборудованием.

Хозяин мастерской встретил нас возле распахнутых ворот. Семён Игнатьич стоял возле разобранного двигателя, вытирал руки ветошью и что-то втолковывал одному из работников. Заметив меня, он осёкся на полуслове, и его лицо сразу просветлело.

— А вот и наш выставочный герой! — радостно воскликнул Семён Игнатьич. — Ну здорово, Витька! А я уж думал, когда сам придёшь похвастаться. Мне когда рассказали, что ты собственный проект на Региональную выставку заявил, я ж сперва не поверил. Молодец, парень! Не стал за Громовыми бегать, за своё дело взялся.

— Хвастаться пока рано, Семён Игнатьич, — ответил я, пожимая протянутую руку. — Заявка – это всего лишь пропуск к старту. Вот привезу с выставки достойно место, тогда и похвастаюсь.

Я представил Ромку. Старик с ним уже был знаком, поэтому ограничился приветственным кивком, после чего снова повернулся ко мне.

— Правильно, Витька, — продолжил хозяин мастерской, уже серьёзнее. — Только со Степаном Громовым ты поосторожнее. Я его давно знаю. Человек серьёзный, связи большие, но в средствах… неразборчив. Ради своего интереса может такое провернуть, что не сразу поймёшь, откуда прилетело. Так что не расслабляйся.

— Учту, Семён Игнатьич, — кивнул я. — Но с Громовыми я больше связываться не собираюсь. Пусть занимаются чем хотят, а я займусь своим проектом.

— Вот и молодец, — одобрил старик. — Ну а теперь рассказывай, что за деловое предложение у тебя созрело. По телефону ты меня вчера здорово заинтриговал.

Мы прошли в мастерскую. Пока Семён Игнатьич давал одному из слесарей указания насчёт стоявшей в боксе машины, я успел оглядеться и ещё раз убедился, что место выбрал правильно. Возле дальней стены находился старый шиномонтажный станок, рядом стоял балансировочный, а за перегородкой виднелся небольшой закуток, заваленный ненужными колёсами и пустыми ящиками. Оборудование, конечно, далеко не новое, да и производительностью не блистало, но для начала вполне годилось.

— Хочу открыть у вас небольшой шиномонтажный пост, — сразу перешёл я к делу, когда старик освободился. — Сейчас начнётся сезонная смена шин, клиенты пойдут потоком. У вас оборудование простаивает, а я готов организовать работу, найти клиентов и взять на себя все текущие хлопоты. За пользование станками и местом будем рассчитываться отдельно, на условиях, которые вас устроят.

Семён Игнатьич удивлённо приподнял брови, но перебивать не стал. Я объяснил, что собираюсь привлечь к работе одногруппников, дать ребятам возможность подработать и получить практические навыки. Сам шиномонтаж планировал разместить в свободном закутке, который мы готовы расчистить и оборудовать собственными силами.

— Шиномонтаж, говоришь… — Семён Игнатьич покосился на старые станки.

— И вашему сервису от этого одна польза, — продолжил я. — Приезжает человек колёса менять, заодно видит, что рядом хорошая автомастерская. Кому масло поменять понадобится, кому подвеску посмотреть, кому диагностику сделать. А вашим постоянным клиентам будем предоставлять скидку на шиномонтаж. Получится отличная коллабо… то есть взаимовыгодное сотрудничество.

Старик довольно крякнул и задумчиво почесал подбородок.

— Слушай, Витька, а ведь толково придумал, — признал он. — Я давно на этот станок смотрю. Стоит без дела большую часть года, место занимает. А осенью Петя иногда целый день на колёсах пропадает, вместо того чтобы машины чинить. Если отдельно поставить человека, и правда выгодно получится.

Я довольно улыбнулся. Вот и прекрасно. Как говорится, половина успеха в переговорах – правильно показать собеседнику его собственную выгоду.

Но Семён Игнатьич вдруг покачал головой.

— Только боюсь, Витька, не смогу я тебе помочь, — с сожалением произнёс он. — Идея хорошая, спору нет, но ребят своих не дам. У меня и так работы по горло, а скоро ещё больше станет. Если Петьку на шиномонтаж посажу, кто мне машины ремонтировать будет?

Я удивлённо посмотрел на старика, а потом рассмеялся.

— Семён Игнатьич, да зачем мне ваши работники? — объяснил я. — Я же у вас только место и станки прошу. Вон тот закуток возле стены расчистим, оборудование переставим, порядок наведём. Всё остальное сами организуем. Вы ведь говорили, что шиномонтажом всерьёз не занимаетесь.

Старик перестал улыбаться и посмотрел на меня уже совсем другим взглядом.

— Погоди-ка, Витька, — нахмурился он. — А работать-то кто будет? Ты сам? Или Куликов твой? У вас ведь ни у одного Второго Разряда нет.

Я мысленно выругался. Ну конечно. Опять этот пресловутый Разряд!

Здесь можно было хоть всю жизнь посвятить ремонту автомобилей, хоть с закрытыми глазами разбирать двигатели, но без соответствующей нашивки ты всё равно оставался человеком, которому официально нельзя даже колесо чужой машины перебортировать.

И дело было не только в местной любви к порядку. Правила безопасности требовали, чтобы любые работы с чужой машиной выполнял специалист с подтверждённым Разрядом: слишком дорого могла обойтись даже самая незначительная ошибка.

— За работой безразрядников должен следить мастер как минимум со Вторым Разрядом, — терпеливо объяснил Семён Игнатьич. — Даже если они всего лишь шины меняют. Кто-то должен проверить, всё ли сделано как положено, и отвечать за результат. А открывать пост, где вы будете работать сами по себе, я не позволю. Мне потом ни милиция, ни технадзор спасибо не скажут. Так что без мастера, Витька, не выйдет.

Ромка рядом заметно приуныл. Ещё несколько минут назад он уже мысленно тратил будущую зарплату, а теперь выяснялось, что заработать её будет не так-то просто.

Я же торопиться с выводами не собирался.

— Семён Игнатьич, с мастером я разберусь, — уверенно произнёс я. — Главное, чтобы вы в принципе были согласны выделить нам место и оборудование. А человека с нужным Разрядом я найду.

Старик посмотрел на меня с нескрываемым сомнением.

— Ох, Витька, — покачал он головой. — Ты, конечно, парень деятельный, мне такие нравятся. Только мастера со Вторым Разрядом на дороге не валяются. Тем более такие, которые согласится работать на студента. Давай сначала найдёшь человека, а потом уже приходи разговаривать.

Ну уж нет.

Я прекрасно знал, чем обычно заканчиваются переговоры, которые откладывают на неопределённое “потом”. Сегодня человек согласен, завтра настроение изменилось, послезавтра появились другие планы и всё приходится начинать заново.

— Семён Игнатьич, тогда давайте договоримся прямо сейчас, — предложил я. — Если я найду квалифицированного мастера, который согласится официально отвечать за шиномонтажные работы, вы предоставите нам свободный уголок и разрешите пользоваться оборудованием. Разумеется, на взаимовыгодных условиях. А все организационные вопросы, уборку, расходники и привлечение клиентов я беру на себя.

Старик с интересом посмотрел на меня, потом усмехнулся.

— Ишь ты какой, — протянул он. — Уже обещание с меня вытягиваешь? А ведь помню, когда отец тебя ко мне впервые привёл, ты и двух слов связать не мог. Он за тебя обо всём договаривался. Когда только успел таким прожжённым переговорщиком стать?

— Хорошие учителя попались, — невинно ответил я. — Так что, Семён Игнатьич, договорились?

Хозяин мастерской рассмеялся и протянул мне широкую мозолистую ладонь.

— Ладно, чертяка, уговорил! — согласился он. — Найдёшь мастера со Вторым Разрядом, который действительно будет отвечать за работу – выделю тебе уголок и станки. Условия потом обговорим, чтобы никому обидно не было.

— По рукам! — довольно ответил я и крепко пожал его ладонь.

Ромка тут же оживился и принялся разглядывать будущий шиномонтажный пост с таким интересом, словно уже выбирал, куда повесить вывеску. Я тоже окинул взглядом старые станки и заваленный хламом угол. Места немного, оборудование древнее, работы впереди непочатый край, но именно так когда-то начиналась и моя первая мастерская.

Причём на этот раз даже не пришлось закладывать последние штаны, чтобы купить оборудование.

Мы попрощались с Семёном Игнатьичем и вышли на улицу. Ромка шёл рядом, довольно улыбаясь, а я мысленно подводил итоги переговоров. Помещение есть, станки есть, согласие владельца получено. Даже помощник уже нашёлся, пусть пока и без зарплаты.

Оставалось решить всего один вопрос: где найти опытного мастера со Вторым Разрядом, который согласится работать на постоянной основе в маленьком шиномонтаже под руководством семнадцатилетнего безразрядного первокурсника?

Я невольно усмехнулся. Пожалуй, задачка будет посложнее ремонта экспериментального автомобиля.

Но тем даже интереснее.

***

Волжский автомобильный завод. Кабинет для совещаний.

Степан Александрович Громов любил совещания у технического директора. Разумеется, не сами совещания, которые порой тянулись по два часа, а возможность лишний раз напомнить руководству о собственных достижениях. Главный инженер испытательного центра ВАЗа был человеком далеко не последним, и за годы работы научился ценить правильно выбранный момент для выступления.

Сегодня такой момент представился сам собой.

— Кстати, Степан Александрович, — обратился к нему технический директор завода, откладывая папку. — Мне доложили, что ваш сын в этом году представляет наш подшефный техникум на Региональной выставке. Поздравляю. Для молодого специалиста это серьёзное достижение, а для отца, полагаю, особый повод для гордости.

Громов-старший довольно улыбнулся. Несколько присутствующих повернулись к нему, кто-то одобрительно кивнул. Приятно было видеть, что успехи Артёма замечают на самом верху. Сын, конечно, ещё многому должен научиться: не только хорошо разбираться в технике, но и обходить конкурентов любым доступным способом. Даже история с проектом, который Артём по требованию Громова-старшего забрал у однокурсника, была частью этого урока. Он должен был усвоить: хорошие возможности не ждут – их отбирают у тех, кто не сумел удержать. Выставка же станет отличным началом его профессиональной карьеры.

— Благодарю, Георгий Константинович, — с достоинством ответил Степан Александрович. — Артём действительно много работает. Они восстановили довольно сложный экспериментальный прототип, а теперь готовят его к демонстрации. Уверен, проект достойно представит и техникум, и наш завод.

— Вот и прекрасно, — удовлетворённо произнёс директор. — Молодёжь надо поддерживать. У нас скоро инженеров старой школы станет больше, чем молодых специалистов, а новые кадры сами собой не появятся. Да и концерны лучших ещё с третьего курса переманивают.

Сидевший справа от него помощник заглянул в свои бумаги и воспользовался паузой.

— К слову, Георгий Константинович, наш подшефный техникум в этом году действительно радует, — заметил он. — Возможно, стоит рассмотреть расширение программы поддержки. Всё-таки они представили сразу два проекта, направленных на Региональную выставку. Для одного учебного заведения результат весьма достойный.

Степан лишь слегка повернул голову.

— Два проекта? — уточнил он ровным тоном.

Само по себе появление ещё одного участника его не тревожило. Артём уже получил Второй Разряд и представлял восстановленный экспериментальный “Спектр”. Какой-то неизвестный студент едва ли мог составить ему серьёзную конкуренцию.

— Да. Вторую заявку подали в последний день приёма, — пояснил он. — Какой-то первокурсник… Ярцев, кажется.

Вот теперь Громов-старший резко вскинул голову.

— Виктор Ярцев?

Помощник быстро нашёл нужную строку:

— Да, всё верно. Виктор Ярцев – второй участник от техникума.

Степан медленно выпрямился. Значит, безразрядный мальчишка всё-таки не успокоился. После того как его фамилия исчезла из заявки на “Спектр”, Громов-старший ожидал обиды, жалоб или попыток устроить скандал. Но Ярцев, оказывается, успел подготовить другой проект, причём уже полностью самостоятельно.

Неприятное открытие. Особенно если вспомнить, с какой уверенностью этот наглый юнец когда-то отказался от его щедрого предложения.

Георгий Константинович заметил его реакцию и посмотрел поверх очков:

— Вас что-то удивило, Степан Александрович?

Громов-старший сразу взял себя в руки:

— Не ожидал, что техникум подготовил ещё один проект.

— Меня это тоже приятно удивило, — заметил директор. — Впрочем, подавать заявки и показывать результаты – это разные вещи. Посмотрим, что наши молодые специалисты продемонстрируют на самой Выставке. Если оба проекта окажутся достойными, я поддержу увеличение финансирования техникума.

Громов-старший согласно кивнул, уже мысленно перебирая возможности. До Выставки ещё оставалось время. К тому же он входил в состав жюри, как представитель главного завода страны, и не сомневался, что сумеет “по достоинству оценить” работу Ярцева. Причём достаточно было просто задавать нужные вопросы. Без Разряда и серьёзной технической базы мальчишке вряд ли удастся защитить проект перед опытными специалистами.

Громов-старший почти успокоился, когда Георгий Константинович продолжил:

— И ещё одно. В этом году я решил лично войти в состав жюри от нашего предприятия. Степан Александрович, ваше участие в комиссии придётся отменить. Полагаю, вы понимаете, что поскольку ваш сын заявлен одним из участников, то было бы неправильно ставить завод в положение, когда результаты конкурса можно оспорить из-за возможного конфликта интересов.

Улыбка медленно сползла с лица Громова-старшего.

— Георгий Константинович, — осторожно начал он, — уверяю вас, никто из коллег не усомнится в моей непредвзятости. Я прекрасно понимаю ответственность и ни при каких обстоятельствах не позволил бы личным отношениям повлиять на оценку проектов.

Директор посмотрел на него без малейшего выражения.

— Степан Александрович, я не спрашивал вашего мнения о том, кто и в чём может усомниться, — холодно произнёс Георгий Константинович. — Я поставил вас в известность о принятом решении. Представительство завода в жюри – моя ответственность, и в этом году я беру её на себя.

— Разумеется, Георгий Константинович, — поспешно согласился Громов. — Я лишь хотел отметить, что…

— В таком случае вопрос закрыт, — оборвал директор, собирая бумаги. — Благодарю всех за работу. На сегодня совещание окончено.

В зале задвигались стулья, зашелестели папки. Участники начали расходиться, негромко обсуждая производственные вопросы, а Степан ещё несколько секунд сидел неподвижно, глядя на закрытую папку перед собой.

Всего десять минут назад его поздравляли с достижением сына. Теперь он лишился места в жюри, причём при собственных подчинённых. И всё это произошло в один день с известием, что какой-то безразрядный первокурсник посмел заявить на выставку конкурирующий проект.

Громов-старший медленно поднялся, поправил манжеты и направился к выходу. Внешне он выглядел совершенно спокойным, но внутри уже принимал решение.

Одного Ярцев уже добился: Громов-старший больше не считал его безобидным первокурсником. Теперь Степану Александровичу хотелось выяснить, что именно мальчишка собирается показать на выставке. И для этого место в жюри ему было совершенно не нужно.