LNCrawler

Глава 11

Возрождение механика. Том 2 — author.today · All chapters

Глава 11

— Двести рублей в месяц и половина дохода, — уверенно заявил мужчина на другом конце провода. — Или вы думали, мастер Третьего Разряда за спасибо работать станет? Я таких деятелей каждый год десятками вижу: у каждого планы, каждый мастерскую открывает, а как специалисту положенное платить — сразу денег нет.

Я прикрыл глаза и потёр переносицу. Ромка, сидевший напротив с блокнотом, вопросительно поднял брови. Ася поверх очков посмотрела на меня. Я покачал головой, и приятель с тяжёлым вздохом перечеркнул очередную строчку с фамилией потенциального кандидата.

— Благодарю за предложение, но такие условия нас не устраивают, — вежливо сообщил я. — Мы ищем ответственного специалиста, а не нового хозяина шиномонтажа. Благодарю за уделённое время. Всего доброго.

— Вежливо ты его, — с уважением произнёс Ромка.

— Зато по существу, — заметила Ася, и в уголках её губ мелькнула улыбка.

Повесив трубку, я посмотрел на оставшийся список. За сегодняшний вечер мы успели обзвонить почти всех кандидатов, чьи контакты удалось раздобыть через знакомых, мастерские и объявления. Результат пока не радовал.

— Сколько он запросил? — поинтересовался Ромка, хотя по моему ответу в трубку уже догадался, что сумма заоблачная.

— Двести рублей ежемесячно и половину дохода шиномонтажа, — ответил я, придвигая к себе блокнот. — Причём цены на услуги он собирается устанавливать самостоятельно.

— Да они вообще обалдели! — возмутился приятель, едва не подпрыгнув на стуле. — У меня батя двести рублей получает! А он целый месяц на работе вкалывает, между прочим! Этот же ещё хочет половину заработка забрать! Они нас совсем за дураков держат, что ли?

— Они понимают, что у студентов без Разряда выбора нет, — согласился я. — Что там у тебя осталось? Может, кого-нибудь пропустили?

Ромка с самым несчастным видом заглянул в блокнот. Страница пестрела зачёркнутыми фамилиями, возле которых красовались суммы, восклицательные знаки и короткие характеристики кандидатов. Последние, судя по всему, приятель придумывал самостоятельно. Особенно мне понравились “жадина”, “совсем обнаглел” и “папа, купи мне завод”.

— Да они как сговорились, — пожаловался Ромка, перелистывая страницу. — Один только про деньги услышал – сразу начал свои условия диктовать. Второй сказал, что работать на студентов ниже его достоинства. А последний, как узнал, что владелец шиномонтажа безразрядник, так вообще послал меня в такие места, что стыдно рассказывать!

Сидевшая рядом Мезенцева поправила очки и забрала у него блокнот. В отличие от нас с Ромкой, она подошла к поискам исключительно серьёзно: заранее составила перечень требований к ответственному мастеру, проверила необходимые квалификационные условия и теперь методично вычёркивала всех, кто им не соответствовал.

— Кстати, вот этого тоже можно убрать, — заметила Ася, указав на одну из фамилий. — У него Разряд по другой специальности. Он не сможет отвечать за шиномонтажные работы, даже если согласится. А вот этот вообще действующее удостоверение не показал.

Я благодарно кивнул. Хорошо, что Мезенцева вызвалась помочь добровольно. Узнав, что мы собираемся открывать настоящий шиномонтаж, она сначала долго объясняла, насколько это сложная затея, а потом принесла список документов, без которых, по её мнению, нам даже начинать не стоило.

За последний вечер я успел наслушаться всякого. Опытные мастера знали себе цену и не спешили брать ответственность за затею студентов. Те же, кого устраивали наши скромные возможности, чаще всего не имели нужного Разряда или опыта. Система работала вполне разумно, просто мы искали человека, которому подошло бы именно то немногое, что могли предложить мы. Были, впрочем, и совершенно замечательные предложения.

— Вить, слушай, — оживился Ромка. — А может, всё-таки согласимся на того мужика за сорок рублей? Мы ему деньги, он нам Разряд. И даже глаза нам мозолить не будет. Чего ты тогда упёрся-то?

Речь шла о кандидате, который за сорок рублей в месяц соглашался числиться ответственным мастером исключительно на бумаге. По сути, он продавал нам право прикрываться своим Разрядом, даже не появляясь в шиномонтаже. Я ему сразу отказал.

— Потому что это нарушение правил, — тут же вмешалась Ася, возмущённо посмотрев на приятеля. — Ответственный мастер обязан действительно контролировать выполнение работ. Он не может просто числиться в документах! Это же не разрешение пользоваться чужой фамилией.

— Да я понимаю, Ась, — отмахнулся Ромка. — Но Витька-то сам умеет колёса менять. Мы же никому ничего плохого не сделаем! Это наш идеальный вариант!

— Это идеальный способ подставить Семёна Игнатьича, — заметил я, возвращая разговор в нужное русло. — Придёт проверяющий, а мастера на месте нет. На посту работает безразрядник. Кто отвечать будет? Человек, который разрешил нам открыть шиномонтаж на территории своего автосервиса. А мне совершенно не хочется, чтобы из-за нашей хитрости у Семёна Игнатьича начались проблемы.

Ромка немного подумал и неохотно кивнул. Ася одобрительно посмотрела на меня, словно я только что успешно сдал зачёт по производственной безопасности.

Для себя я сразу решил, что покупать чужую подпись не собираюсь. Даже если лично мне хватало опыта для выполнения любых шиномонтажных работ, подобная схема оставалась прямым обманом. А главное, рисковать человеком, который мне доверился, я не хотел. Семён Игнатьич уже пошёл навстречу, предложил помещение и оборудование, и устраивать ему неприятности ради экономии было бы откровенным свинством.

Когда очередной кандидат сообщил, что меньше чем за двести пятьдесят рублей в месяц даже разговаривать не станет, я окончательно понял: ищем не там.

— Ром, закрывай блокнот, — распорядился я, поднимаясь со стула. — Надо менять подход к поиску. Вместо очередного шиномонтажника будем искать человека, которому обычные мастерские не могут предложить подходящую работу.

Ромка удивлённо поднял голову, а Ася округлила глаза.

— И где ты такого найдёшь? — спросила она.

— Да и зачем ему идти к нам? — добавил приятель.

Я забрал у Ромки блокнот, открыл на чистой странице и вернул обратно.

— Потому что мы предложим ему то, чего не дадут остальные: работу на его условиях. Хороший мастер не перестаёт быть хорошим из-за возраста, травмы или неудобного графика. Нам нужны его Разряд, опыт и контроль, а всё остальное мы возьмём на себя.

Я постучал пальцем по чистому листу.

— Записывай новые требования, Ром. Теперь мы хотя бы знаем, кого искать.

***

Кафе “Рогалики тёти Глаши”

К вечеру мы встретились с Викой и Леной в небольшом кафе неподалёку от общежития. Я привык держать слово и раз пообещал девчонкам угостить их за помощь в переводе Витиных каракуль, то решил не откладывать дело в долгий ящик. Тем более, что после общения с потенциальными кандидатами на работу в моём шиномонтаже, мне срочно требовалось проветрить голову.

Ася от похода отказалась, сославшись на какие-то учебные дела, но перед уходом потребовала, чтобы о любом найденном кандидате я сначала сообщил ей. Похоже, наша добровольная инспекция по соблюдению правил уже начала работать.

Правда, спокойно отдохнуть и хотя бы на время забыть про поиск работника в шиномонтажку, Ромка мне не дал. Едва мы расселись за столиком, он принялся жаловаться девушкам на трудности предпринимательской жизни. В его изложении выходило, что мы практически открыли собственный автосервис, но весь город сговорился не давать нам работать.

— Представляете, он сегодня от настоящего мастера отказался! — возмущённо рассказывал Ромка, размахивая вилкой. — Человек с Третьим Разрядом согласился устроиться почти бесплатно, а Витька взял и послал его куда подальше. Теперь вообще придумал искать специалиста, который работать не может. Вы можете такое представить?

Лена удивлённо посмотрела на меня, а Вика отложила ложку, которой помешивала чай.

— Вить, ты в последнее время, конечно, часто удивляешь, но тут даже мне интересно, — заметила девушка. — Зачем тебе работник, который не может работать?

— Потому что работа бывает разной, — объяснил я. — Мне не нужен ещё один человек, который будет целый день таскать колёса – с этим и студенты справятся. Мне нужен опытный мастер с действующим Разрядом, который сможет контролировать качество, обучать ребят и отвечать за технологию. Грубо говоря, не руки нужны, а голова. И желательно очень хорошая.

Лена нахмурилась:

— Но зачем опытному мастеру соглашаться на такую работу? С его-то Разрядом.

Я отпил чай.

— Представь человека, который двадцать или тридцать лет ремонтировал автомобили, а потом повредил руку или спину. Целую смену у станка он уже не выдержит, тяжёлые колёса таскать не сможет. Обычной мастерской нужен ещё один рабочий механик, поэтому подходящего места для него там попросту нет. Но ведь знания, опыт и Разряд никуда не исчезли. Он по одному звуку поймёт то, до чего мы будем полдня добираться с приборами, заметит ошибку и научит ребят работать правильно. Для нас такой специалист не вынужденный вариант, а почти идеальный кандидат.

Вика задумчиво покрутила ложку. Лена тоже перестала есть пирожное, а вот Ромка только покачал головой.

— Вить, да где ты такого найдёшь? — с сомнением произнёс приятель. — Ты же не можешь дать объявление: “Требуется мастер, который не способен работать”. К тебе одни сумасшедшие придут.

— Объявление, кстати, можно составить гораздо умнее, — заметил я. — Только сначала стоит поспрашивать знакомых. Таких людей наверняка немало, просто никто не рассматривает их как потенциальных работников.

— Лен, слушай, а помнишь, Игорь нам рассказывал про своего дядю? — обратилась Вика к подруге. — Ну, который раньше машины ремонтировал, а потом что-то со спиной случилось. Он ещё говорил, что его никуда не берут.

Лена нахмурила лоб, пытаясь вспомнить.

— Игорь который на скорой работает? — уточнила она. — Его припоминаю, а вот про дядю не припомню. Хотя… кажется, было что-то такое. Он ещё рассказывал, что тот теперь вообще не по специальности работает.

Я поставил чашку на стол. Вот это уже было интересно.

— Девчонки, давайте поподробнее. Этот Игорь где работает и как его найти?

Вика прищурилась:

— Такие сведения, между прочим, бесплатно не выдаются.

Лена многозначительно покосилась на витрину с пирожными:

— Кажется, нам требуется дополнительная плата за консультацию.

Я тут же подозвал официантку:

— Девушкам ещё по пирожному с кремом. И чайник обновите, пожалуйста.

Вика с Леной удивлённо переглянулись. Видимо, ожидали, что я хотя бы немного поторгуюсь.

— Барышни, ценная информация должна достойно оплачиваться, — пояснил я. — А теперь рассказывайте всё, что знаете.

Девушки рассмеялись и с готовностью придвинулись ближе.

— Очень галантно, Витя. Что ж, Игорь у нас знакомый с практики, водитель скорой, — начала Вика. — Чаще всего дежурит на станции возле больницы.

— Фамилию я тоже вспомню, — подхватила Лена. — И завтра могу узнать, когда у него следующая смена. А про дядю лучше спросишь сам – мы даже имени не знаем.

— Прекрасно, — удовлетворённо кивнул я. — Мне пока большего и не требуется.

Ромка посмотрел на меня с восхищением, смешанным с недоверием.

— Вить, ты серьёзно собираешься искать мастера через водителя скорой помощи? Я-то думал, мы уже все способы перепробовали.

— Ром, мы пока только начали, — заверил я. — В нашем деле не обязательно знать ответ на каждый вопрос. Достаточно понимать, кому этот вопрос задать.

Я многозначительно кивнул на девушек. Вика с Леной довольно улыбнулись, явно польщённые оценкой значимости их связей.

***

На следующий день я отправился на станцию скорой помощи. Найти нужного водителя оказалось не так уж сложно, хотя сначала пришлось подождать почти сорок минут: нужная бригада как раз возвращалась с вызова.

Мужчина лет тридцати в синей форменной куртке выслушал моё объяснение с заметным удивлением.

— Василий Петрович, что ли? — переспросил водитель, когда я упомянул травму и работу в автосервисе. — Так это дядька мой. Мамин старший брат. Только зачем он тебе? Он уже года четыре как из профессии ушёл.

— Хочу предложить ему работу, — объяснил я. — Не тяжёлую. Мне нужен мастер-наставник для шиномонтажного участка. Человек, который будет следить за качеством и обучать молодых специалистов. Девчонки рассказывали, у вашего дяди большой опыт.

Игорь присвистнул:

— Большой – это слабо сказано. У него Четвёртый Разряд, он лет тридцать на ремонтной базе отработал. К нему раньше со всего города за советом ездили. Только спину он тогда сильно повредил, после операции тяжести поднимать нельзя. Попробовал вернуться, но куда там! Походил неделю, потом опять слёг. С тех пор в автомастерские не суётся.

Я с трудом удержался от довольной улыбки. Четвёртый Разряд! Это даже лучше, чем я рассчитывал. Если человек действительно сохранил профессиональную квалификацию и способен работать головой, то для нашего маленького шиномонтажа он мог оказаться настоящей находкой.

— А где он сейчас работает? — поинтересовался я. — И можно ли с ним как-нибудь связаться?

— Где работает, сами увидите, — уклончиво ответил Игорь. — Только сразу предупреждаю, характер у него непростой. Он всю жизнь привык командовать, а теперь даже родню слушать не желает. Я ему не раз предлагал помочь с устройством, так он всякий раз отмахивается. Не уверен, что тебе с ним удастся договориться.

— Это уже моя забота, — заверил я. — Главное, что человек действительно опытный. Остальное при встрече выясним.

Водитель немного подумал, потом всё-таки продиктовал адрес. Я записал его в блокнот, поблагодарил Игоря и направился к выходу. Четвёртый Разряд, тридцать лет работы на ремонтной базе, травма, из-за которой специалист выпал из профессии. Всё складывалось почти идеально.

Правда, настораживало одно: Игорь почему-то так и не сказал, чем теперь занимается его дядя.

К Василию Петровичу мы отправились втроём. Ромка увязался за мной сразу, а Ася, узнав, что удалось найти настоящего мастера Четвёртого Разряда, тут же заявила, что идёт с нами и лично проверит квалификацию кандидата, чтобы убедиться, что "мы опять не собираемся ввязаться в сомнительную историю".

До нужной остановки мы добрались на небольшом красно-кремовом трамвайчике. Вагон мерно покачивало на стыках, за окнами проплывали осенние улицы, а Ася всю дорогу перечисляла возможные неприятности.

— Ты хоть понимаешь, что мы идём разговаривать с человеком, у которого тридцать лет производственного стажа? — объясняла она по дороге. — Такие специалисты просто так без работы не остаются. Значит, есть обстоятельства, о которых ты пока не знаешь. И вообще сначала надо убедиться, что у него сохранился действующий Разряд.

— Именно поэтому ты едешь с нами, — спокойно ответил я. — Проверишь удостоверение и сроки подтверждения Разряда. Я выясню, почему он оставил прежнюю работу и что действительно может делать. А Ромка оценит, сможет ли с ним сработаться.

Приятель удивлённо ткнул себя пальцем в грудь:

— Я?

— Тебе с ним потом чаще всех общаться, — напомнил я. — Привыкай думать не только о подарках Ленке.

Ася посмотрела на меня уже с меньшей подозрительностью:

— И если выяснится что-нибудь серьёзное?

— Поблагодарим человека за разговор и уедем, — пожал я плечами. — Мы пока никого не нанимаем. Мы собираем сведения. В лучшем случае найдём идеального мастера, в худшем – потеряем стоимость трёх трамвайных билетов.

Девушка удовлетворенно кивнула.

Адрес привёл нас к небольшой районной поликлинике. Возле главного входа стояли несколько скамеек, по дорожкам спешили посетители, а неподалёку мужчина в рабочей куртке сгребал опавшие листья.

Я остановился возле калитки и ещё раз сверился с записью. Место совпадало, но никакой мастерской или ремонтного участка поблизости не наблюдалось.

— Странно, — заметил Ромка, оглядываясь. — Может, он здесь лечится? Игорь же говорил, у него со спиной проблемы.

— Возможно, — согласился я. — Давайте сначала спросим, а потом будем гадать.

Я подошёл к мужчине с метлой. Ему было лет пятьдесят пять, может, чуть больше. Крепкий, широкоплечий, с коротко подстриженными седыми волосами. Двигался он немного скованно, осторожно поворачивая корпус, но работу выполнял тщательно. Даже возле скамеек выметал мусор так, словно собирался сдавать территорию придирчивой комиссии.

— Подскажите, пожалуйста, где здесь можно найти Василия Петровича? — вежливо обратился я. — Нам сказали, что он работает по этому адресу.

Мужчина выпрямился и опёрся на метлу.

— А по какому вопросу? — поинтересовался он, переводя взгляд с меня на Ромку и Асю. — Если вопрос по поликлинике, заходите через главный вход и спросите в регистратуре.

По его ответу я сразу понял, что дворник знает о каком Василии Петровиче я говорю.

— Нет, мы по личному делу к Василию Петровичу, — объяснил я. — Его племянник Игорь сказал, что мы сможем найти его здесь.

Дворник несколько секунд смотрел на меня, потом неожиданно усмехнулся.

— Ну, считай, нашёл, — произнёс он. — Я Василий Петрович и есть. А вы, стало быть, от Игорька. Опять племяш за меня хлопочет, непутёвый.

Ромка удивлённо раскрыл рот, а Ася даже перестала рассматривать здание поликлиники. Я тоже на мгновение растерялся. Признаться, меньше всего ожидал найти опытного мастера Четвёртого Разряда с метлой в руках. Здесь уважали любой честный труд, и работа дворника ничуть не считалась зазорной. Но использовать тридцатилетний опыт и редкую квалификацию Василия Петровича для уборки двора казалось не унизительным, а скорее расточительным.

Впрочем, удивление быстро прошло. Передо мной стоял совершенно нормальный человек, который выполнял свою работу аккуратно и с достоинством. Ни заискивания, ни недовольства собственной участью в его поведении не было.

— Виктор Ярцев, — представился я, протягивая руку. — Это мои друзья, Роман Куликов и Анастасия Мезенцева. Мы хотели бы предложить вам вернуться в профессию. Я открываю небольшой шиномонтажный пост и ищу опытного мастера с Разрядом.

Василий Петрович пожал мне руку, но при слове “Разряд” его лицо заметно изменилось. Улыбка исчезла, взгляд стал настороженным.

— Ага, вот оно что, — недобро усмехнулся он. — Значит, Разряд вам понадобился. Сейчас расскажете, как будете платить мне за подпись, а сами с дружками машины ковырять станете. Нет, ребятки, не по адресу пришли. Я такими делами не занимаюсь.

Ася за моей спиной одобрительно кивнула, словно Василий Петрович только что подтвердил её любимый пункт производственных правил. Ромка же выглядел откровенно разочарованным. Похоже, он уже представлял, как мы радостно возвращаемся к Семёну Игнатьичу с готовым мастером.

— Василий Петрович, вы меня неправильно поняли, — спокойно возразил я. — Мне не нужна ваша подпись. Мне нужен человек, который будет обучать молодых работников, контролировать технологию и отвечать за качество. Есть помещение, есть оборудование, будут работники, готовые трудиться. Не хватает именно опытного наставника. Я уверен, что ваша квалификация никуда не делась, даже если вы давно не стояли у станка.

Мужчина внимательно посмотрел на меня, потом перевёл взгляд на метлу и хмыкнул:

— Гладко рассказываешь. Только я тридцать лет в мастерских отработал и таких сказочников навидался. Пока колёса в углу лежат, все обещают работать на совесть. А как клиенты в очередь встанут, сразу начинается: “Давай быстрее, Петрович, потом проверим”. Нет уж. Я лучше дорожки мести буду, чем за чужую халтуру отвечать.

— Так именно поэтому вы мне и нужны, — объяснил я. — Чтобы никакой халтуры не было. Ваше слово по качеству будет последним. Скажете переделывать – переделаем. Скажете, что колесо нельзя ставить на машину – значит, не поставим. А тяжёлую работу будем выполнять сами. От вас потребуются опыт, знания и контроль.

Василий Петрович задумался, а потом неожиданно спросил:

— А кто у тебя работать-то будет, молодой человек? Студенты? Я таких ребят знаю. Пока они всему научатся, недели пройдут. А клиентам результат сегодня нужен. Кто этот результат обеспечит?

— Я обеспечу, — спокойно ответил я. — По крайней мере, на первых порах. Остальных постепенно обучим. У меня опыта хватает, а у вас будет возможность лично в этом убедиться.

— Опыта у него хватает, — негромко рассмеялся Василий Петрович. — Ты, я смотрю, парень самоуверенный. В твои годы я тоже думал, что всё умею. Только потом жизнь быстро объяснила, сколько ещё учиться придётся. А у тебя самого хоть Разряд-то есть?

— Пока нет, — честно признался я. — Именно поэтому и ищу ответственного мастера. Но давайте поступим проще. Вы ведь специалист и сможете быстро определить, чего я стою. Устройте мне экзамен. Если сдам, согласитесь хотя бы попробовать поработать с нами.

Ромка мгновенно оживился, а Ася посмотрела на меня так, словно я только что добровольно записался на внеочередную аттестацию. Василий Петрович же впервые за весь разговор проявил настоящий интерес.

— Экзамен, говоришь? — задумчиво произнёс он. — Ну, знаешь, а это мне нравится. Только учти, поблажек за возраст не будет. Если окажешься очередным болтуном, я тебе прямо так и скажу.

— Именно на это и рассчитываю, — заверил я. — Тогда может прямо сегодня вечером? В мастерской Семёна Игнатьича. Там и оборудование покажу, и сами убедитесь, что всё всерьёз.

При упоминании имени хозяина сервиса Василий Петрович чуть приподнял брови:

— У Семёна, значит? Ну ладно. Раз уж ты с ним договорился, посмотрим, что за дело затеваешь. Только приготовь нормальное колесо и не рассчитывай отделаться разговорами. Сначала посмотрю, как вы работаете, а потом будем разговаривать. За одно рукопожатие я свой Разряд не подставлю и за чужие руки, не проверив их, отвечать не стану.

Я кивнул:

— Именно поэтому я и пришёл к вам. Людей, готовых за сорок рублей одолжить нам свой Разряд и больше не появляться, мы уже нашли. Я отказался. Нам нужна не вывеска на стене, а настоящий мастер. Поэтому проверяйте всё, что сочтёте нужным.

Василий Петрович изучал меня взглядом, затем хмыкнул:

— Хорошо слагаешь, это да. Посмотрю тебя в деле.

Мы попрощались, и Василий Петрович вернулся к своей метле. Я ещё раз посмотрел на аккуратно выметенную дорожку и невольно улыбнулся. Пожалуй, профессиональные привычки действительно никуда не исчезают. Человек, который даже двор убирает так тщательно, наверняка не позволит своим подчинённым работать спустя рукава.

А именно такой мастер мне и требовался.

***

Автомастерская

Василий Петрович появился в мастерской ровно в назначенное время. Пришёл в старой, но чистой рабочей куртке, с небольшой сумкой через плечо. Семён Игнатьич встретил его у ворот, и после короткого знакомства оба почти сразу разговорились. К моему удивлению, выяснилось, что они даже слышали друг о друге, хотя лично прежде не встречались.

Ромка тоже был на месте, как и Ася. Причём приятель заметно нервничал, а Мезенцева предусмотрительно захватила блокнот, куда собиралась записывать результаты нашего импровизированного экзамена. Я же чувствовал себя совершенно спокойно. За свою прошлую жизнь подобные работы выполнял столько раз, что давно потерял им счёт.

— Ну что, Ярцев, показывай своё хозяйство, — распорядился Василий Петрович, оглядывая старый шиномонтажный станок. — Оборудование, конечно, не новое. Но если руки правильные, на таком ещё работать и работать.

Я продемонстрировал станок, балансировочный аппарат и рассказал, как собираюсь организовать пост. Старик внимательно выслушал, несколько раз проверил крепления и поинтересовался состоянием инструмента. Затем повернулся к Семёну Игнатьичу.

— Колесо найдётся? — спросил он. — Только настоящее, с которым работать надо, а не какой-нибудь учебный хлам. Пусть покажет, что умеет.

Хозяин мастерской довольно хмыкнул:

— Найдётся, Василий Петрович. Петька свою “Ладу” переобувать собирался. Один комплект как раз приготовил. Можешь на нём мальчишку погонять.

Через минуту передо мной лежало колесо с обычным стальным диском и летней шиной. Рядом поставили зимнюю покрышку, которую предстояло установить. Ничего необычного: самый стандартный шиномонтаж, какой только можно представить.

Василий Петрович сложил руки на груди.

— Задача простая, — объявил он. — Снимаешь старую шину, проверяешь диск, ставишь новую, накачиваешь, балансируешь. Если есть вопросы, задавай сейчас. Во время работы помогать не стану.

Я усмехнулся и потянулся к инструменту. За свою прошлую жизнь я перебортировал столько колёс, что давно потерял им счёт. Конечно, подобные работы обычно поручал сотрудникам, но когда требовалось, и сам спокойно вставал к станку.

Начал с осмотра. Проверил шину, диск, состояние вентиля, затем выпустил воздух и приступил к разбортировке. Старый станок работал шумно, рычаги двигались туговато, но ничего принципиально сложного в нём не было. Через пару минут летняя покрышка уже лежала рядом, а я внимательно осматривал диск.

— Не торопишься, — заметил Василий Петрович. — Обычно молодые на этом месте уже новую резину натягивать начинают.

— А смысл торопиться, если потом придётся переделывать? — ответил я, проводя пальцем по посадочной поверхности. — Тут коррозия по борту. Не критичная, но сначала нужно зачистить. И вентиль старый, лучше сразу заменить, пока всё разобрано.

Старик промолчал, однако я заметил, как он слегка кивнул, соглашаясь.

Я подготовил посадочные поверхности, заменил вентиль и ещё раз осмотрел зимнюю покрышку. Проверил маркировку, размерность, направление вращения, убедился, что повреждений нет. Затем нанёс монтажную пасту и аккуратно установил шину на диск. Работа шла без спешки, но уверенно. После накачивания я проверил равномерность посадки бортов, убедился в отсутствии утечек воздуха и перешёл к балансировке.

Балансировочный станок тоже оказался ветераном труда. Правда, исправным. Я закрепил колесо, проверил центровку, ввёл необходимые параметры и запустил измерение. После установки грузиков сделал контрольный прогон и удовлетворённо кивнул результату.

— Готово, — сообщил я, снимая колесо. — Можно ставить на машину. Но после установки обязательно протянуть крепёж с нужным моментом, а через небольшой пробег проверить затяжку.

Василий Петрович не ответил. Он подошёл ближе, тщательно осмотрел колесо, проверил вентиль, потом снова поставил его на балансировочный станок и самостоятельно запустил контрольное измерение.

Я спокойно наблюдал за его действиями. Настоящий мастер и должен проверять работу, а не верить словам. Тем более когда речь идёт об автомобиле, на котором потом поедут люди.

Станок закончил вращение, и в тот же момент перед моими глазами вспыхнуло знакомое системное окно.

СЕЗОННЫЙ НАРЯД

ТРЕБОВАНИЕ: ВЫПОЛНИТЬ ШИНОМОНТАЖ 200 КОЛЁС

ПРОГРЕСС: 1 / 200

Я едва заметно улыбнулся. Вот и первое колесо! Значит, Система действительно засчитывала обычный шиномонтаж, и никаких дополнительных условий не существовало.

Отлично. Осталось всего сто девяносто девять.

Василий Петрович тем временем снял колесо, поставил его на пол и ещё раз внимательно посмотрел на меня.

— Ну что ж, Ярцев, — произнёс он наконец. — Ты где так работать научился? Я ведь за руками твоими следил. Ни суеты, ни лишнего движения. Взял, перехватил, направил — всё точно, привычно. Такие руки я у мастеров с двадцатилетним стажем видел. А ты у нас, говоришь, первокурсник?

— Хорошие учителя попадались, — пожал я плечами. — Да и машины всегда любил. Когда дело нравится, учишься быстрее.

Старик усмехнулся, но спорить не стал. Вместо этого он ещё раз осмотрел результат, затем повернулся к Семёну Игнатьичу.

— Семён, а ведь толковый у тебя парень, — признал он. — Я, признаться, думал, очередного самоуверенного студента увижу. А он вон как работает. Даже напоминать ничего не пришлось.

Хозяин мастерской довольно рассмеялся:

— Витька у нас парень хороший. Иногда правда такое вытворяет, что только за голову хватайся, но в технике соображает получше некоторых спецов. Потому я и согласился ему угол выделить.

Василий Петрович некоторое время молча смотрел на меня, а следом молча протянул широкую ладонь.

— Ладно, Виктор, — произнёс он уже совсем другим тоном. — Считай, договорились. Попробуем твою затею. Только сразу предупреждаю: халтуры я не потерплю. Ни от твоих студентов, ни от тебя самого. Если уж моё имя будет стоять под этой работой, значит, за качество отвечать будем по-настоящему.

Я с удовольствием пожал протянутую руку. Кажется, впервые за последние несколько дней можно было наконец выдохнуть.

— Других условий мне и не надо, Василий Петрович, — заверил я. — Добро пожаловать в команду.

Ромка за моей спиной радостно выдохнул, а Семён Игнатьич довольно рассмеялся. Ася же немедленно раскрыла блокнот и принялась выяснять, когда мы собираемся оформлять трудовые отношения и кто будет отвечать за производственный инструктаж. Василий Петрович выслушал её вопросы, одобрительно кивнул и заметил, что хоть кто-то в нашей компании думает не только о заработке.

— Инструктаж беру на себя, — добавил мастер. — Без него никого к станкам не допущу.

Я посмотрел на свободный закуток возле дальней стены. Ещё вчера там валялись старые покрышки и пустые ящики, а сегодня у меня уже было помещение, оборудование, помощник и настоящий мастер Четвёртого Разряда, согласившийся отвечать за работу.

Причём мастер, которого другие работодатели давно списали со счетов.

Оставалось расчистить помещение, привести оборудование в порядок, оформить необходимые документы, договориться об оплате, купить расходники, установить вывеску, привлечь клиентов и, разумеется, заработать первые деньги. Работы впереди было невпроворот, но именно это мне и нравилось. В прошлой жизни я начинал с куда меньшего, а закончил владельцем нескольких крупных автосервисов.

Теперь предстояло повторить этот путь. И на этот раз рядом уже были люди, с которыми действительно хотелось работать.

Правда, глядя на Василия Петровича, внимательно проверявшего состояние старого станка, я вдруг подумал, что нашему будущему коллективу придётся несладко. Особенно Ромке, который пока даже не подозревал, насколько требовательным может оказаться настоящий мастер Четвёртого Разряда.