Том 11 Глава 1244 Просьба Аекари

На мгновение переведя дух, Аекари почувствовал благодарностьза то, что Широ готова его выслушать.

— Моя дочь... Я знаю, что ты с ней общалась, и что онапыталась забрать тело твоей приемной дочери. Из-за природы некоторыхподземелий, то, в которое ты вошла, могло изменить ход реальности. Оно изменилоисторию, в которой ей удалось получить совместимое тело. Состав ее душиуникален и требует очень совместимого тела, иначе она деградирует и исчезнет...Я хочу, чтобы ты спасла ее, пожалуйста. — Аекари вздохнул, а Широ сузила глазаи надавила на него ногу.

— Ты понимаешь, что я никому из вас ничего не должна. Я бы срадостью покончила с жизнью твоей дочери, так же как и с твоей собственной. Такв какой вселенной ты думал, что я приму твою просьбу? — спросила она,нахмурившись. В конце концов, у нее все еще была кровная месть в отношениидочери Аекари, и, зная, каков Аекари, она не удивилась бы, если бы девочканапала на них в спину.

— Я знаю. Я не заслуживаю твоей жалости, и моя дочь тоже,потому что я неправильно ее воспитал. И я понимаю, что если бы роли поменялисьместами, я бы, скорее всего, тоже не слушал и убрал бы все концы. — прикусивгубу, признался Аекари.

Если бы он прижал Широ, а она умоляла бы сохранить жизнь Лисандры,он бы не согласился и убил бы их обеих, чтобы один не смог отомстить.

— Но как отец, я должен попытаться, даже если этомаловероятно. Она моя плоть и кровь, и я готов отдать даже весь мир за еебезопасность. — Аекари оскалился в ответ, на что Широ замолчал.

Прежний Аекари оставил бы свою семью и друзей ради мира. Какон уже делал много раз. Но теперь он отец. Он оставит мир ради своей семьи.

— А как же твоя миссия? А как же твоя цель - остановитьменя, чтобы не допустить конца. — Широ сузила глаза.

— Если твое будущее - это будущее, в котором не можетпроцветать ни одна жизнь, я все равно ничего не смогу сделать. Но, зная тебя ито, что ты из тех времен, что мы провели вместе, ты не этого желаешь. Особеннотеперь, когда у тебя есть семья, которой у тебя никогда не было, и близкиедрузья, которые не предадут тебя, как это сделал я. Поэтому я могу верить, чтоты не доведёшь дело до конца. Ты мой злейший враг, как и я для тебя. Но именнотебе я больше всего доверяю жизнь своей дочери. — с решимостью в глазах ответилАекари.

— Что ты готов отдать за жизнь своей дочери?

— Все. — заявил Аекари, как само собой разумеющееся. В егоголосе не было колебаний. В его голове была только одна цель - чтобы его дочь выжила.

— А если после всего, что ты сказал, я все равно скажу"нет". Что бы ты с этим сделал? — дразнила Широ, медленно усиливаядавление своей ноги на его горло.

— Я... буду... сражаться... с тобой до... горького конца заэтот шанс. — с трудом выдавил Аекари, когда он схватил ее за лодыжку, пытаясьоторвать ее ногу от своего горла.

— Смелые слова для жалкого червяка, который прогнулся передсвоим главным врагом. — Широ прищелкнула языком, слегка приподняв ногу, и сноваопустилась, пытаясь размозжить ему голову.

— Родители могут опуститься до любого уровня ради своегоребенка! — крикнул Аекари в ответ, на что обратная реакция его упертости угасланастолько, что он снова смог двигаться. Отскочив в сторону, он снова встал наноги и призвал оружие.

— Так скажи мне Широ. Поможешь ли ты моей дочери? — спросилон, направляя на нее свой клинок.

— Какой дочери? Ты имеешь в виду эту?— Губы Широ искривилисьв садистской ухмылке, а в руках у нее появилась капсула. Похожая на ту, вкоторой хранилась душа Исилии, она создала контейнер, пока допрашивала его, ииспользовала Ошибку, чтобы узнать, где он хранит душу своей дочери. Поднявногу, она просто отвлекла его внимание, пока она крала душу.

Расширив глаза в недоумении и шоке, Аекари понял, что душаего дочери больше не спрятана в отдельном домене. Теперь она была в руках Широ,и она могла раздавить ее, когда захочет.

— Отпусти ее! — закричал Аекари, бросаясь к ней, его глазаналились кровью от паники и ярости.

— Так-то лучше! Борись за нее! Отчаивайся за нее! —засмеяласьШиро, подбрасывая капсулу в воздух и ударяя ногой в его грудь.

Крепко вцепившись в ее ногу, Аекари понял, что он не сможетповредить ее тело настолько, чтобы отрезать ей ногу. Поэтому оставался толькоодин выход.

Отбросив свою защиту, он ударил ее ногой в грудь, заставивШиро на мгновение потерять равновесие. Выведя Широ из равновесия, он отступилназад, чтобы вытащить ногу из груди, а затем подпрыгнул вверх, чтобы пойматькапсулу.

С капсулой в руках, он вздохнул с облегчением и попытался отправитьее в безопасное место, но понял, что пространство было запечатано.

*БАНГ!!!

Внезапная волна силы столкнулась с его головой, и его телокувырком полетело на землю.

Защищая капсулу своим телом, Аекари успел активироватьнесколько барьерных заклинаний, прежде чем упал на землю.

Лежа на земле, Аекари смотрел, как Широ идет к нему.Выражение ее лица было плохо различимо из-за помутнившегося зрения, но он могсказать, что она далеко не счастлива.

Он пытался залечить дыру в груди, но регенерация шла медленно,кровь продолжала вытекать.

— Что теперь? Ты получил капсулу, но у тебя в груди дыра.Что мешает мне просто взять и уничтожить ее душу навсегда? — с презрениемспросила Широ, на что Аекари открыл рот, но захлебнулся собственной кровью.

Заставив себя с трудом сесть, Аекари прислонил свое тело кобломкам и активировал несколько навыков берсерка. Его аура начала окрашиватьсяв красный цвет, когда он подключился к собственной жизненной силе.

Каждый вдох давался с трудом, так как Аекари едва могудержать капсулу. Глядя на клубящуюся энергию, которая была душой его дочери,его губы скривились в мягкой улыбке, которую Широ никогда не видел у него,когда они были в старом мире.

Он чувствовал приближение своего конца, его ядро уже былоповреждено во время их первой битвы и с тех пор не могло восстановиться должнымобразом. А теперь странная энергия рвалась из его тела, которую он не могостановить. Это был лишь вопрос времени, когда он исчезнет из этого мира.

Наклонив голову назад, Аекари посмотрел на Широ и открылрот.

— Я доверяю тебе, Нитри... — тихо пробормотал он, сжигаякаждую частичку своей силы, чтобы сохранить душу своей дочери, чтобы она непродолжала разрушаться. Это была временная мера, так как через некоторое времядуша продолжит исчезать. Если бы это был кто-то другой, он бы умер с тревогойна душе. Но поскольку это была Широ, он решил рискнуть.

Последние остатки своей жизненной силы он потратит на то,чтобы продлить жизнь души своей дочери, достаточно долго, чтобы Широ смоглапринять решение о том, что ей с ней делать.

Глядя на безжизненное тело Аекари, прислоненное к стене, споследними остатками его силы, уходящими в капсулу, Широ не знала, что сказать.Она могла только стоять со сложным выражением лица.

Она ненавидела его. Он был самым жалким куском дерьма,который она когда-либо знала, человеком, которого она с радостью пытала бы иубивала миллион раз, и ничто не изменило бы ее мыслей.

Он был тем, кто не мог заботиться о других людях ивоспринимал их как объекты.

Пока Широ продолжала смотреть на мертвое тело Аекари, онавзмахнула рукой и вызвала Нимуэ из области маны.

— Отведи всех обратно в Ашарию и помоги раненым. Я скородогоню вас. — не оборачиваясь, произнесла она.

Поняв, что Широ нужно время, чтобы разобраться со своимимыслями, Нимуэ кивнула и покинула ее.

Широ не знала, сколько времени она простояла на одном месте,она даже не думала о душе в капсуле, она просто продолжала смотреть на телоАекари, прежде чем глубоко вздохнуть.

— Жил как дерьмовый человек, умер как отец... — пробормоталаШиро.

Наклонившись, она подняла капсулу души. Она была хрупкой,энергия, которую Аекари сжег в свои последние мгновения, не смогла бы защититькапсулу, даже если бы кто-то захотел ее раздавить.

Если бы она сейчас решила приложить хоть малейшую силу, онабы погасила душу внутри.

Стиснув зубы, она снова посмотрела на Аекари. Она понимала,что он сказал все, для того, чтобы поколебать ее. Чтобы воззвать к еемилосердию. Хотя для него не было милосердия, он знал, что она милосердна кдругим. И он ставил на то, что она будет милосердна к его дочери.

— Умер как отец, но до конца остался куском дерьма. Чтозначит, ты мне доверяешь? — Широ раздраженно выплюнула. Но, несмотря на резкиеслова, она не раздавила капсулу.