Тучи сгущаются (5)

Я на несколько секунд так и застыл у порога.

Я был уверен, что после ухода Миши никого здесь не застану. Однако в комнате сидели двое: сама Миша и Эрвен.

«Они точно не знакомы. Значит, Эрвен пришла ко мне и случайно наткнулась на Мишу?»

Привычка сработала сама собой: едва переступив порог, я машинально попытался восстановить цепочку событий по тому, что видел перед собой. На этом мои выводы и закончились.

Ба-бах!

На улице после ливня стояла тяжёлая сырость, а в моей тесной комнатушке почему-то пробирал холодок. И вопросов здесь было куда больше, чем ответов.

«Какого хрена? Чего Миша так взбесилась?»

За последние месяцы мы почти не расставались, и её настроение я уже научился считывать по лицу. Сейчас она была не просто злая — она была в ярости. Даже когда я поймал её на том, как она съела всё мясо, а морковь тайком выбросила, Миша так не бесилась.

Шерсть на хвосте у неё слегка встопорщилась. Похоже, дело было не только в злости: она ещё и насторожилась.

Но с Эрвен творилось не меньше странностей.

«Она что... плачет?»

В уголках глаз блестели слёзы. Эрвен не рыдала навзрыд — скорее из последних сил держалась, чтобы не разреветься. И дело было явно не в горе: от обиды и злости её едва не трясло.

«Они успели поссориться?»

Другого объяснения я пока не видел. Только причина оставалась совершенно непонятной. Ни Миша, ни Эрвен вроде не из тех, кто с первой встречи устраивает эмоциональные разборки.

Щёлк.

Я закрыл за собой дверь, и обе одновременно повернулись ко мне. Видимо, за шумом дождя и грома они не услышали, как я вошёл.

Первой заговорила Миша.

— А, Бьорн, ты уже вернулся? Тут к тебе гостья.

Она встретила меня привычной широкой улыбкой. Только глаза у неё почему-то совсем не улыбались.

И тут Эрвен сорвалась.

— А-а-а-а! Дядя!...

Слёзы, которые она до сих пор сдерживала, хлынули ручьём. Эрвен буквально прыгнула ко мне, раскинув руки.

Я на рефлексах отступил в сторону.

Похоже, она рассчитывала совсем на другое. Впрочем, ловкости ей хватило: Эрвен легко удержала равновесие после промаха, приземлилась на ноги, прикусила губу и уставилась на меня.

— Это... из-за этой женщины?

Что она несёт?

С нашей последней встречи Эрвен будто стала совсем другой. Хотя чего я хотел — времени прошло немало.

— Что значит «из-за этой женщины»?

— Н-ничего! Забудьте!

Я решил, что они и правда успели крупно повздорить, и переспросил. Эрвен вздрогнула и поспешно замотала головой. Потом украдкой посмотрела в сторону Миши, словно проверяя её реакцию.

— Бьорн, чего так долго-то? — тут же подала голос Миша, заметив этот взгляд, и быстро подошла ко мне. — Ты ведь сорвался отсюда в такой спешке. Ничего серьёзного не случилось?

Голос у неё стал непривычно ласковым и тягучим. Меня аж передёрнуло, но на вопрос я всё-таки ответил.

— Ничего особенного. Карона приняли за мародёра. Я приехал, поговорил с людьми, и всё уладилось.

— Вот как. Ну и намучился ты, бедняга.

С этими словами Миша погладила меня по затылку.

Обычно она просто хлопала меня по плечу или по спине. Тут уже даже я не выдержал.

— Да что с тобой вообще происходит?

— Со мной? А что не так? Просто хвалю. Ты молодец. Да и варвары нам, зверолюдям, почти свои.

Я только недоумённо посмотрел на неё.

Во-первых, спрашивал я совсем не об этом. Во-вторых, в её объяснении что-то не сходилось.

— Чего ты удивляешься? Варвары со зверолюдьми прекрасно ладят.

«Да?..»

Ну, во всяком случае, с фейри у зверолюдей отношения куда хуже. Те вообще считаются заклятыми врагами.

— На, держи полотенце!

Я уже собирался продолжить расспросы, но Миша подпрыгнула и набросила полотенце мне на голову.

— Сначала волосы вытри. Простудишься ещё.

— А... да. Ладно.

Подозрения никуда не делись, однако спорить я не стал. Пока вытирал мокрые волосы, снова посмотрел на Эрвен. Всё-таки она моя гостья; нельзя же и дальше делать вид, будто её здесь нет.

— Эрвен, ты сама решила меня навестить?

— Что? А... да-а...

Стоило мне обратиться к ней, как она втянула голову в плечи и отвела взгляд.

А минуту назад чуть не сбила меня с ног.

«Может, её задело, что я увернулся?»

— В любом случае хорошо, что пришла. Я как раз думал как-нибудь тебя разыскать...

— Вы хотели меня найти?

— Ну да. А что?

— Правда? Я так рада. Я... боялась, что вы могли меня забыть...

От нескольких слов её настроение изменилось до неузнаваемости. Я усмехнулся и ответил:

— С чего бы мне забывать товарища, с которым я впервые вошёл в Лабиринт?

— П-правда ведь? Это же было важно не только для меня? Не только для меня, да?

Что-то в её словах показалось мне странным. Но Эрвен смотрела так отчаянно и выжидающе, что я всё-таки кивнул.

— Наверное, да.

— Я так и знала! Конечно, всё именно так!

Понятия не имею, что с ней произошло, но одного моего ответа хватило, чтобы Эрвен буквально просияла.

На этом обмен любезностями можно было заканчивать. Пора было спросить о том, что и правда меня интересовало.

— Давно не виделись. Как ты жила всё это время?

— Я? Вам правда интересно, как я жила?

— А что в этом странного?

— Тогда расскажу!

Эрвен сразу разговорилась и уже не умолкала, вспоминая месяцы после нашей разлуки. Почти всё крутилось вокруг Лабиринта: вместе с сестрой она поднималась по этажам, охотилась на монстров и поглощала новые эссенции. В остальное время, по её словам, сидела взаперти и тренировалась с утра до ночи.

— Смотрите! Я теперь управляю всеми четырьмя стихиями! А три уже даже пробудила!

— Что? Сразу три?

— Да! Я очень, очень старалась!

Признаться, тут удивился даже я.

Даже если старшая сестра тащила её по этажам и буквально качала как твинка, за несколько месяцев добиться такого было невероятно трудно.

«Вот что значит талант?»

У нас всё было устроено по-разному. Я становился сильнее за счёт редких эссенций и хорошего снаряжения, а Эрвен развивала способности собственными тренировками.

«Она ещё и года не провела исследовательницей, а уже стала лучницей-фейри с тремя пробуждёнными стихиями...»

Такое встречается нечасто. Если ей удастся пробудить все четыре стихии, позже она сможет сделать «то самое».

«Чёрт. Не будь у неё сестры, можно было бы затянуть Эрвен в команду».

От мысли, что такой талант проходит мимо, стало даже жаль. Вслух, конечно, я ничего не сказал. Команду я всё равно пока не собирал, а Эрвен ни за что не бросила бы семью ради меня.

— Хорошо, что ты просто была занята тренировками. Я уже думал, ты не могла меня найти после того, как я сменил жильё. Впрочем, сейчас тебе и правда важнее расти, чем бегать за мной.

— Не совсем поэтому...

— Бьорн прав, — вдруг вмешалась до сих пор молчавшая Миша. Она поднялась и обняла Эрвен за плечи. — У тебя ведь ещё даже года стажа нет. Сначала надо научиться самой выживать, разве нет?

Эрвен заметно напряглась.

— Да...

Она покорно кивнула.

Или мне показалось, что она испуганно покосилась на Мишу?

Я тут же вспомнил, какая атмосфера царила в комнате, когда я вошёл.

— Кстати. Что у вас тут произошло, пока меня не было?

Вообще-то спросить об этом стоило с самого начала.

Миша сделала совершенно невинное лицо и склонила голову набок, будто вопрос был сам по себе нелепым.

— Произошло? Да ничего.

— Ничего? Я-то решил, что вы успели поругаться...

— Ха! С чего бы нам ругаться? Мы уже отлично поладили. Правда, Эрвен?

— Да, госпожа Карлштайн...

— Да брось ты это «госпожа Карлштайн». Зови меня просто Мишей, без церемоний.

— Хорошо... Миша.

Выглядело всё так, будто местная хулиганка затащила примерную школьницу в переулок и теперь объясняла ей правила жизни.

Что-то здесь явно произошло. Но если обе решили молчать, допросом я правды всё равно не добьюсь.

«Разберусь потом».

Я прошёл мимо них и распахнул окно. Тучи уже разошлись; солнечный свет отражался от мокрой мостовой.

Раз дождь закончился, можно было без угрызений совести выпроваживать гостей.

— Ну всё. Обе идите домой. Я хочу помыться и отдохнуть.

Почему-то именно сейчас на меня разом навалилась усталость.

После того как они вышли из комнаты дяди, Эрвен сразу столкнулась с новой проблемой.

— А? Тебе тоже сюда?

— Да. А что?

— Тогда иди первой. Я чуть позже пойду.

Оказалось, им со зверолюдкой было по пути.

Судя по всему, Миша тоже не горела желанием идти вместе, и это было бы даже удобно, если бы не одно «но».

— Лучше вы идите первой. А я потом.

— Не хочу. Ты первая.

Но тут и возникала загвоздка.

«Потом»? И как ей верить?

Стоит Эрвен скрыться из виду, и эта женщина наверняка развернётся и вприпрыжку побежит обратно к дяде. По лицу Миши было видно, что про Эрвен она думает ровно то же самое.

— Уф...

Они вздохнули одновременно.

— Может, тогда пойдём вместе?

— Пожалуй, так надёжнее.

Всю дорогу они молчали. Никто не пытался завести разговор; обе просто шли рядом и смотрели вперёд.

Иначе и быть не могло.

Дяде они сказали, что ничего не произошло. Но это было неправдой.

В памяти Эрвен снова прозвучали слова Миши:

«Да ладно. Ты ведь и сама уже поняла, о чём я, разве нет?»

В тот момент Эрвен словно перестала себя контролировать. От тревоги сердце забилось так бешено, что терпеть дальше она уже не смогла. Ответ вырвался сам.

«Ах ты, мерзкая кошка!...»

Она в жизни ещё никого не ругала. А когда опомнилась, ладонь уже лежала на рукояти кинжала у пояса.

Именно тогда Эрвен поняла ещё кое-что. Если бы Миша не бросила ей: «У тебя с головой всё в порядке?», она, скорее всего, пришла бы в себя уже после удара.

Миша была сильной.

И тут Эрвен не могла ошибиться: фейри от рождения тонко чувствуют чужую духовную силу.

«Её духовная сила вдвое больше моей... нет, может быть, втрое».

Разрыв был огромен. Значит, Миша успела поглотить и больше эссенций, и эссенции куда более высокого ранга. Её опыт чувствовался и по стойке, и по тому, как уверенно она держалась.

Когда Эрвен это осознала, у неё закружилась голова.

Миша Карлштайн.

Эта женщина — враг.

И победить её Эрвен не сможет.

Значит, у неё снова отнимут что-то дорогое. Как уже однажды отняли.

Отнимут.

Разум уже не справлялся с нахлынувшими чувствами. Старое воспоминание, намертво засевшее в голове, мешало думать, и слова полились сами.

«Пожалуйста... не отнимайте его у меня. Прошу вас...»

Это была жалкая мольба — слова, которых в здравом уме Эрвен никогда не произнесла бы вслух.

«Что?..»

Даже Миша, до этого смотревшая на неё ледяным взглядом, растерянно приоткрыла рот.

Эрвен прекрасно понимала, какой жалкой и ненормальной выглядит со стороны. Но одно она знала точно: ради того, что ей дорого, она готова унизиться ещё сильнее. Наверное, она и правда встала бы перед Мишей на колени и разрыдалась, если бы в этот самый момент не вернулся дядя.

Щёлк.

«А-а-а-а! Дядя!...»

Эрвен резко мотнула головой, отгоняя воспоминание. Ей даже думать об этом было стыдно.

Почему рядом с дядей так трудно думать трезво?

«Наверное, он решил, что я какая-то ненормальная...»

От нового приступа стыда щёки запылали. Эрвен украдкой посмотрела на Мишу.

Они как раз дошли до развилки.

— Мне теперь туда. А тебе куда?

— К счастью... в другую сторону.

— Понятно...

Теперь можно было наконец разойтись, однако обе почему-то остановились. Несколько секунд они молча смотрели друг на друга.

Миша заговорила первой.

— Ты... завтра тоже придёшь?

— Да. А что?

— Господи... и как я вообще в это вляпалась...

Миша прижала ладонь ко лбу, будто до сих пор не могла поверить в происходящее.

Эрвен чувствовала почти то же самое. Когда она мчалась сюда, ей хотелось только убедиться, что дядя жив, и снова спокойно с ним поговорить.

— Ладно, я пошла. Ты тоже иди прямо домой. Ясно?

— Подождите...

— Что?

Эрвен остановила Мишу, уже собравшуюся свернуть на свою улицу. Ей ужасно не хотелось этого говорить, но промолчать было нельзя.

— Спасибо.

— За что ещё?

— За то, что не рассказали дяде, что было до его прихода.

— Ты про то, как чуть не вытащила нож и не бросилась на меня?

— Да...

Эрвен опустила голову. Миша шумно выдохнула.

— Забудь. Лучше договоримся об одном.

— О чём?

— Ты ведь всё равно будешь приходить, даже если я скажу не приходить. Так что всё, что происходит между нами, держим от Бьорна в тайне. Ты, наверное, думаешь примерно так же, как я... Не хочется заставлять его переживать из-за такой ерунды.

— Хорошо.

— Тогда я пошла. И ты обязательно домой, договорились?

— Да.

Они разошлись, и Эрвен направилась к своему жилью. Путь был неблизкий, но в голове творилось такое, что дорога пролетела незаметно.

Когда она открыла дверь, её встретила старшая сестра. Та явно волновалась.

— Эрвен.

— Сестра...

Эрвен почти упала ей в объятия.

— Ты... виделась с тем человеком?

— Угу. Он правда жив.

— В-вот как... Хорошо.

Эрвен ещё долго прижималась к сестре, словно искала у неё утешения. Потом наконец собралась с духом.

— Я стану ещё сильнее.

— Сильнее?..

— Да. Что-то не так?

— Нет. Просто я думала, теперь ты перестанешь тренироваться.

Эрвен удивлённо посмотрела на неё. С чего бы ей бросать занятия?

Да, когда она только узнала, что дядя жив, месяцы, проведённые взаперти за тренировками, на мгновение показались бессмысленными.

Но теперь всё было наоборот.

— У меня появился человек, которого я обязана победить.

Стремление стать сильнее только усилилось.

— Поэтому и дальше помогай мне. Хорошо?

Если она не хочет снова оказаться той, у кого всё отнимают, остаётся одно.

Надо самой начать отнимать.